Цзян Тао была красива и чересчур спокойна. Ещё в школе мальчики после уроков подходили к ней якобы с вопросами по учёбе — на самом деле их интересовало совсем другое.
Она терпеливо объясняла задания, но стоило кому-то попытаться заигрывать — сразу давала отпор.
В школе всё ещё царила относительная невинность: родители и учителя держали парней в узде, и те не осмеливались переходить границы. Но в реальной жизни всё иначе. Там могут встретиться такие, как Чжан Ян — люди, которые не уважают чужую волю и при этом считают своё поведение романтичным и страстным. Одного холодного отказа от Цзян Тао в таких случаях было недостаточно, чтобы их остановить.
Подавать заявление в полицию — значит лишь усугубить конфликт. Хотелось бы найти способ, при котором Чжан Ян сам отступил бы.
— Я поговорю с двоюродным братом, — предложила Фан Жуй, доставая фотографию. — Пусть на время прикинется твоим парнем?
Двоюродный брат Фан Жуй тоже был под метр восемьдесят — высокий, солнечный и открытый, но худощавый. В драке, пожалуй, не выстоял бы против Чжан Яна.
Цзян Тао боялась, что тот может ударить — а вдруг случится беда…
— Лучше не надо, — сказала она. — К тому же наша старшая медсестра уже познакомила меня с одним мужчиной. В воскресенье у нас ужин.
Фан Жуй с громким «бах!» швырнула телефон на стол и схватила Цзян Тао за руку, глаза её загорелись:
— Ты что, не сказала мне?! Давай-давай, покажи фото — я помогу тебе разобраться!
Цзян Тао смутилась:
— Нет никаких фото. В среду перед ужином старшая медсестра показала мне только одно… ну, знаешь, такое «фото-обманка».
— Вы уже встречались раз? И снова назначили встречу? Похоже, у вас есть шанс?
Цзян Тао покачала головой и тихо пояснила:
— Он слишком грозный на вид. Ты же видела тех чёрных боссов по телевизору? Так вот, он выглядит ещё больше как настоящий главарь…
Фан Жуй, пережив эмоциональные взлёты и падения, пока слушала эту историю, вдруг осенила идея:
— Так это же идеально! Давай сыграем ядом против яда. В следующий раз, когда Чжан Ян снова засадит тебя, просто попроси Цао Аня приехать за тобой. Мелкий хулиган увидит настоящего босса — и умрёт от страха!
— Я собираюсь отказаться ему в воскресенье, — возразила Цзян Тао. — Нехорошо использовать человека в своих целях.
— Да зачем отказываться? Попробуй пообщаться. Если он действительно такой, как описала старшая медсестра — просто рождён с лицом босса, но при этом добрый и порядочный, — разве не здорово будет иметь такого парня? С ним ты будешь чувствовать себя в безопасности.
— Тебе легко говорить, — парировала Цзян Тао. — Поверишь ли, если я прямо сейчас его позову, ты при встрече не сможешь и слова вымолвить?
— Не верю! Дерзай — позови! Кто струсит, тот платит в красные конверты.
Цзян Тао сдалась и потупилась, продолжая есть.
Фан Жуй ткнула её в голову:
— Не притворяйся черепахой. Так что ты собираешься делать с Чжан Яном?
— Посмотрим, — ответила Цзян Тао. — У нас нерегулярный график дежурств, он не всегда может меня поймать. Может, пару раз зря пробегает — и отстанет.
— Тогда будь осторожна. Если почувствуешь, что дело идёт к худшему, сразу звони в полицию и сообщи мне.
Цзян Тао кивнула. Безопасность — прежде всего.
— Ещё вот что: сегодня вечером я сама отвезу тебя в больницу, а завтра, после ночной смены, приеду забрать. Не отказывайся — в будни я не смогу, но эти два дня я точно стану твоим телохранителем.
От этих слов у Цзян Тао навернулись слёзы.
Примерно в семь вечера Фан Жуй заехала прямо во двор жилого комплекса Хэпин, подъехала к дому №5, забрала Цзян Тао и отвезла её в подземный паркинг больницы, проводив до отделения общей хирургии.
У входа в отделение Чжан Яна не было. Ночной смены дежурной медсестры тоже не назначили.
Цзян Тао вытащила пропускную карту и обняла Фан Жуй:
— Иди домой. Завтра утром не приезжай — если Чжан Ян снова появится, я поеду с коллегами.
Фан Жуй легко согласилась.
Но в субботу в половине восьмого утра Цзян Тао получила сообщение от Фан Жуй:
«Я прошлась по холлу. Это, случайно, не Чжан Ян?»
Сразу же пришла фотография: мужчина с пакетом завтрака прислонился к стене и смотрел в телефон.
Цзян Тао, измученная бессонной ночью, мгновенно проснулась — настолько, что похолодела от ужаса.
Она ответила одним словом: «Да».
Фан Жуй: «Как он узнал, что ты сегодня заканчиваешь ночную смену?»
Цзян Тао торопливо написала, что сейчас передаёт смену, и попросила Фан Жуй подождать её в машине.
В восемь часов, переодевшись, Цзян Тао вышла из отделения и увидела Фан Жуй, стоявшую прямо за дверью.
— Ты так бледна — от бессонницы или из-за Чжан Яна?
Фан Жуй взяла её под руку и тихо заговорила, направляясь к выходу.
Цзян Тао была взволнована:
— И то, и другое. Дежурная медсестра тоже его ненавидит и не стала бы раскрывать мой график. Но он так долго лежал в больнице… Наверное, запомнил ритм моих смен.
При трёхсменном графике, зная предыдущую смену, легко угадать две следующие.
— Хочу пойти в холл и как следует отчитать его, — заявила Фан Жуй. — Пусть знает, что ты не одна. Иначе он совсем обнаглеет.
Цзян Тао крепче прижала её руку:
— Не ходи. Пусть зря ждёт.
В лифте было много людей. Добравшись до первого этажа, Цзян Тао намеренно осталась позади Фан Жуй и, дождавшись, пока все выйдут, направилась прямо в подземный паркинг.
— Я только что видела Чжан Яна, — сказала Фан Жуй, усаживаясь за руль. — Он стоял напротив лифтового холла. Выглядит так, будто весь в жире и поту. Я давно заметила: мужчины чертовски самоуверенны. Как он вообще осмеливается преследовать тебя в таком виде!
Цзян Тао молчала, совершенно обессиленная.
Фан Жуй погладила её по голове:
— Ладно, не думай об этом сейчас. Дома хорошенько выспись, а потом поговорим.
Цзян Тао прижала её руку к щеке.
Хорошо иметь подругу.
Фан Жуй отвезла Цзян Тао обратно в жилой комплекс Хэпин, коротко поздоровалась с бабушкой и уехала.
Цзян Тао позавтракала в больнице, приняла душ и обнаружила, что бабушка уже задёрнула шторы и поставила на тумбочку пару шумоподавляющих наушников.
— Иди спать.
Цзян Тао ещё раз обняла бабушку, перевела телефон в беззвучный режим и нырнула под одеяло.
От усталости она мгновенно провалилась в сон.
Тем временем в больнице Чжан Ян ждал до девяти часов, но Цзян Тао так и не появилась. Раздражённый, он поднялся наверх.
В отделение каждый день приходили родственники навестить пациентов, поэтому в жилые корпуса вход был свободным — только у самих палат стояли турникеты с пропусками.
— Мне нужна Цзян Тао, — мрачно бросил Чжан Ян дежурной медсестре.
Перед таким здоровяком медсестра не осмелилась быть резкой и ответила официально:
— Сегодня у неё выходной.
— Как выходной? Разве не ночная смена?
— После ночной смены всегда выходной. Она уже ушла.
— Врёшь! Я всё утро стоял внизу — не видел, чтобы она выходила.
— Тогда не знаю.
В этот момент открылись двери лифта, и появились несколько врачей-мужчин. Среди них была и старшая медсестра Ван Хайянь.
Увидев Чжан Яна, она нахмурилась.
Чжан Ян тоже узнал её, молча прошёл мимо с пакетом еды и остановился у лифтового холла, но, похоже, спускаться не собирался.
Ван Хайянь велела врачам идти вперёд, а сама тихо спросила у дежурной медсестры:
— Что происходит?
— Опять ищет Цзян Тао.
— А Цзян Тао где?
— Давно ушла. Подруга забрала её — наверное, через подземный паркинг. Он их не заметил.
— Мужчина?
— Нет, подруга. Близкая подруга.
Цзян Тао проспала до пяти часов вечера, чувствуя себя разбитой. Проснувшись, она сразу взяла телефон.
Старшая медсестра прислала сообщение: «Проснёшься — позвони».
Полчаса назад Фан Жуй спрашивала, не проснулась ли она.
Цзян Тао потерла глаза, села и сначала набрала номер старшей медсестры.
— Проснулась? — спросила Ван Хайянь. — У меня сейчас много дел. Утром видела, как Чжан Ян снова пришёл к тебе. Цзян Тао, ты хоть думаешь дать ему шанс?
— Ни за что! Если он продолжит преследовать меня, я подам заявление в полицию.
— Поняла. Береги себя. Если понадобится помощь — сразу звони.
Разговор был коротким, но Цзян Тао почувствовала тепло в груди. Старшая медсестра строга на работе — иногда даже доводит коллег до слёз, — но стоит кому-то из медсестёр столкнуться с грубостью пациентов или несправедливостью со стороны врачей, как Ван Хайянь первой встаёт на их защиту.
Поговорив ещё немного с Фан Жуй, Цзян Тао открыла шторы, оделась и вышла из комнаты.
Бабушка готовила ужин на двоих. Увидев внучку, она велела ей идти умываться и не помогать.
Цзян Тао пошутила:
— Я-то думала, приехала ухаживать за вами, а получается, вы за мной.
Бабушка улыбнулась:
— Это прекрасно! Значит, я ещё на что-то годна. Буду молиться, чтобы мне никогда не пришлось зависеть от тебя.
Цзян Тао улыбнулась в ответ.
За ужином бабушка спросила:
— Завтра выходной. Какие планы?
Цзян Тао: …
Ой! Почти забыла — ведь нужно идти на ужин с Цао Анем!
— Сяо Жуй зовёт в торговый центр — пора покупать весеннюю одежду. Хотите пойти с нами? Куплю вам пару нарядов.
— Нет, я не пойду. Отдыхайте как следует. У вас и так столько работы — редко выпадает свободное время.
После ужина Цзян Тао пошла с бабушкой на площадку к северу от комплекса.
Пожилые люди бодро танцевали под музыку. Цзян Тао села на скамейку и написала Цао Аню:
«Завтра угощаю я. Не знаю, что тебе нравится.»
Цао Ань: «Люблю мясо — шашлык, горячий горшок, морепродукты.»
Цзян Тао облегчённо вздохнула — боялась, что он ответит что-нибудь вроде «да как хочешь», «всё равно» или «решай сама».
Шашлык они уже ели, поэтому Цзян Тао нашла в интернете хорошие рестораны с горячим горшком и морепродуктами и прислала ему два варианта на выбор.
Цао Ань выбрал ресторан с говяжьим горячим горшком:
«В одиннадцать завтра. Заеду за тобой?»
Цзян Тао: «Хорошо. Как обычно, у восточных ворот. Спасибо!»
Цао Ань: «Не за что. До завтра.»
Цзян Тао отправила смайлик, убедилась, что он больше не ответит, откинулась на спинку скамьи и глубоко выдохнула.
Один Чжан Ян — уже головная боль. Надеюсь, с Цао Анем всё пройдёт гладко и можно будет вежливо разойтись.
Фан Жуй, узнав, что у Цзян Тао в выходные свидание, не смогла удержать любопытства и настояла на том, чтобы лично увидеть, как выглядит этот «босс».
Цзян Тао не собиралась знакомить их, поэтому предложила Фан Жуй просто подкараулить у ворот и уйти, как только увидит Цао Аня.
Фан Жуй приехала уже в половине одиннадцатого, держа в руках стаканчик с молочным чаем и делая вид, что ждёт подругу у восточных ворот.
В выходные жители и машины то и дело входили и выходили из комплекса.
Фан Жуй надела солнечные очки и внимательно следила за каждым подозрительным типом.
Спустя несколько минут к воротам медленно подкатил чёрный внедорожник.
Чёрный джип!
Фан Жуй скошенным взглядом посмотрела вперёд.
Сквозь лобовое стекло она увидела мужчину за рулём: он взглянул на часы, потом — на ворота.
Фан Жуй: …
Внезапно мужчина повернул голову и посмотрел прямо на неё.
Фан Жуй вздрогнула, крепко сжала стаканчик с чаем и, словно окаменев, зашагала вглубь двора.
Ужасно! Как Цзян Тао вообще осмеливается встречаться с ним второй раз?!
Цзян Тао как раз переодевалась в спальне, когда зазвонил телефон — Фан Жуй:
— А-а-а-а!
Цзян Тао отстранила трубку, дождалась, пока подруга выкричится, и только потом приложила её к уху, тихо спрашивая, закрывая за собой дверь:
— Ты его видела?
— Видела! Чуть не умерла от страха! Ты мне должна компенсацию за моральный ущерб!
— Сама же хотела посмотреть.
— Серьёзно, теперь я за тебя боюсь. Мне кажется, он не на свидание тебя везёт, а похитить собирается.
Цзян Тао смягчилась и тихо заступилась за Цао Аня:
— Он выглядит страшно, но на самом деле очень вежливый.
— Если бы он был ещё и грубым, ты бы вообще не пошла на вторую встречу?
Цзян Тао горько усмехнулась.
— Кстати, — продолжала Фан Жуй, — до одиннадцати ещё двадцать минут, а он уже здесь. Значит, его интерес к тебе такой же сильный, как моё любопытство.
Цзян Тао взглянула на белые настенные часы. Длинная секундная стрелка тикала, отсчитывая время, словно её собственное сердцебиение.
Она ещё даже не увидела Цао Аня, а уже нервничала.
— Я сейчас выйду. Побудем вместе немного? Мне нужно поддержки подруги.
— Нет-нет, боюсь, он выйдет размяться и мы столкнёмся — испортим вам свидание. А потом он меня закопает.
Цзян Тао вздохнула:
— Перестань шутить так. Это неуважительно по отношению к нему.
— Хе-хе, неужели ты уже в него втюрилась? Так за него переживаешь, что даже старую подругу десятилетней давности готова отругать.
— Опять выдумываешь.
— Ладно, серьёзно: он уже пять минут стоит у ворот. Написал тебе?
Цзян Тао посмотрела на экран — новых сообщений не было.
Фан Жуй:
— Если он напишет именно в одиннадцать, что приехал, значит, он действительно джентльмен.
http://bllate.org/book/9689/878292
Готово:
