Она будто плыла по воздуху — с самого первого этажа, в лифт и прямо к кабинету Шэнь Ибая. Остановившись у двери, Линь Сыхань глубоко вдохнула и легко постучала пальцами по массивной деревянной створке.
— Тук-тук-тук, — глухо отозвалась дверь.
Никто не ответил.
— Я войду, — тихо сказала Линь Сыхань, чувствуя лёгкое недоумение. Ведь согласно расписанию, которое Шэнь Ибай утром обновил в приложении «Кролик Цзи Хань», он ещё не должен был уйти с работы.
В кабинете царил ледяной холод: едва она открыла дверь, как по коже пробежала дрожь.
Линь Сыхань поставила контейнер с едой на журнальный столик в зоне отдыха и огляделась в поисках пульта от кондиционера. Не найдя его, она махнула рукой на мысль повысить температуру и потянула с полки журнал по финансам и экономике, листая картинки.
Тихий щелчок — замок двери провернулся.
Шэнь Минь ввалился в кабинет, прижав дверь бедром и держа в руках большую коробку хрустящих солёных цыплят. Он шёл вперёд, оглядываясь через плечо на высокого, стройного мужчину за спиной:
— Шэнь Ибай, как только исправишь этот баг, мы расстаёмся.
Рас… расстаёмся?
Линь Сыхань сидела на диване совершенно прямо, журнал лежал у неё на белоснежных, изящных коленях. Губы её были чуть приоткрыты, обнажая часть зубов, а глаза широко распахнулись от изумления — точно испуганный кролик.
— Вы…? — с трудом выдавила она, голос прозвучал хрипло.
Услышав незнакомый женский голос, Шэнь Минь резко обернулся, всё ещё держа коробку с цыплятами, и машинально выругался:
— Блин!
Затем он перевёл взгляд на Шэнь Ибая.
Оба уставились на него.
Тот прислонился к косяку двери и, опустив глаза, играл связкой ключей от машины.
— Шэнь Ибай, не прикидывайся мёртвым, — не выдержал Шэнь Минь первым.
Шэнь Ибай спрятал ключи, несколькими длинными шагами подошёл к столу, вытащил пульт от кондиционера из-под стопки бумаг, повысил температуру и произнёс:
— Это твоя невестка.
Тыльной стороной ладони он коснулся чистого лба Линь Сыхань, проверяя температуру, и тихо спросил:
— Как ты сюда попала?
Приблизившись, он нарочно понизил голос и пристально вгляделся в её влажные глаза:
— Скучала по мне?
Линь Сыхань сжала губы и указала на контейнер с едой на столе, давая понять цель своего визита, и беззвучно прошептала:
— Серьёзно?
Шэнь Минь был красивее любой девушки, и рядом с Шэнь Ибаем они даже смотрелись неплохо: один — типичный властный CEO, другой — капризный и хрупкий.
— … — Шэнь Ибай поманил брата пальцем. — Подойди сам и скажи.
Шэнь Минь послушно подскочил, обнажив ровный ряд белоснежных зубов, и весело воскликнул:
— Невестка?
Он поставил коробку с цыплятами на стол и добавил:
— Здравствуйте, невестка! Я Шэнь Минь, можете звать меня Мони.
Они оба носили фамилию Шэнь. Линь Сыхань наконец осознала:
— Вы родственники?
— Он мой старший брат, — ответил Мони, будто это было само собой разумеющимся.
— Ага… Так у вас трое братьев?
— Да ну тебя! Кто вообще родственник этому мерзавцу Шэнь Сифаню! — с отвращением скривился Мони. — Моя мама и мама Шэнь Ибая — родные сёстры. А мой отец тоже носит фамилию Шэнь.
— Какое совпадение, — сказала Линь Сыхань и, встретившись взглядом со Шэнь Ибаем, в котором читалось что-то неопределённое, спросила: — Вы что, сейчас говорили о расставании?
— Расставание! Обязательно расставание! — возмутился Мони. — Шэнь Ибай эксплуатирует собственного младшего брата! Незаконное использование детского труда! Заставляет меня чинить его баги. Как только я закончу — сразу разбегаемся, пока-пока! Кстати, невестка, расскажите, ради чего вы вообще влюбились в этого ледышку? Впервые в жизни вижу, чтобы у него появилась девушка…
Мони весело болтал сам с собой.
— Помада размазалась, — напомнил Шэнь Ибай.
— А? — Линь Сыхань вернулась из потока мыслей, вызванного скачущей речью Мони, и растерянно подняла на него глаза.
Длинный палец Шэнь Ибая скользнул по её губам, оставляя прохладное прикосновение. Большой палец мягко коснулся центра нижней губы.
— Макияж размазался.
Линь Сыхань удивилась и нахмурилась. Она сделала лишь лёгкий макияж, особенно тщательно проработав губы — использовала технику «укушенных губ». Не могло же всё размазаться за такое короткое время!
— Где здесь туалет? — спросила она, снимая с колен журнал.
Шэнь Ибай бросил взгляд на открытую страницу журнала и сказал:
— Иди за мной.
— Куда вы? — Мони давно уже поглядывал на контейнер с едой и теперь торопливо спросил: — Невестка, можно я это съем? Обещаю, я очень мало ем!
Линь Сыхань, следуя за Шэнь Ибаем, кивнула:
— Можно.
— Нельзя, — остановился Шэнь Ибай, открыл дверь в комнату отдыха и впустил Линь Сыхань внутрь.
— Фу, — проворчал Мони, хватая контейнер и торопливо добавляя: — Шэнь Ибай, бесполезно! Я тебе говорил — бесполезно! Если только ты прямо сейчас не заявишь, что в вашей семье жена ничего не решает и ты единолично правишь балом!
В ответ раздался громкий хлопок закрывающейся двери.
В комнате отдыха не горел свет. Линь Сыхань нащупала выключатель у двери и, включив свет, бросилась в ванную.
Шэнь Ибай закрыл дверь и медленно прищурился, глядя в сторону ванной, откуда доносился шум воды.
По короткому пути, что она прошла, в воздухе остался лёгкий сладковатый аромат. Сначала свежий запах грейпфрута, затем — нежный аромат личи, словно дыхание первой любви.
Дверь ванной была приоткрыта.
Сенсорный кран всё ещё работал, журчащая вода смешивалась с её тихим бормотанием:
— Не размазалось же…
В антизапотевающем зеркале, освещённом тёплым светом, отразилось обычно холодное лицо Шэнь Ибая. Линь Сыхань, стоя на цыпочках и одной рукой опираясь на чёрную мраморную раковину, с недоумением спросила:
— Где именно размазалось?
Рука Шэнь Ибая скользнула под её подмышки, и он обнял её, не касаясь тела сквозь тонкий трикотажный свитер. Его горячее дыхание обжигало обнажённую кожу её шеи.
С того самого момента, как он приблизился, тело Линь Сыхань заметно напряглось, ресницы задрожали.
Он сжал её подбородок, заставляя поднять взгляд на зеркало. В отражении — девушка с изысканными чертами лица и соблазнительно сочными губами в технике «укушенных губ», которые так и хочется испортить.
В тесном пространстве аромат личи становился всё насыщеннее и глубже.
— Это духи? — проглотив комок в горле, спросил Шэнь Ибай.
— Да, — прошептала Линь Сыхань, прикусив нижнюю губу. Из её губ вырвалось еле слышное: — Brit Sheer.
— А… — звук «а» был заглушён, поглощён.
Неожиданно Шэнь Ибай усилил хватку за подбородок, повернул её лицо и, не прилагая усилий, поцеловал — полностью заглушив её восклицание.
Идеальная форма губ для поцелуя, мягкость, словно крем, и сладость помады, вызывающая привыкание, — всё это сводило Шэнь Ибая с ума.
Линь Сыхань осторожно вдыхала воздух, не выдыхая.
Их дыхания переплелись, и дыхание Шэнь Ибая стало тяжелее.
На мгновение отстранившись, он остановился в считаных миллиметрах от её губ и напомнил:
— Дыши.
При этом их губы всё ещё иногда соприкасались.
Линь Сыхань задержала дыхание.
— Покажу, — сказал он и снова прильнул к её губам, терпеливо исследуя их. Разомкнув губы, он лёгким укусом за нижнюю губу спросил:
— На вкус твоя помада какая?
Голос его был хриплым и неясным.
Линь Сыхань положила предплечья на его руку, обхватившую её талию, и машинально, прерывисто ответила:
— Ро… розовый мусс…
Четыре слова, произнесённые сбивчиво и неполно, лишь разожгли желание Шэнь Ибая.
— Ноги подкашиваются? — его губы хаотично блуждали по её коже.
Каждый поцелованный участок горел, как от огня, и беззащитно сдавался.
Ноги Линь Сыхань дрожали, и она крепко вцепилась ногтями в запястье Шэнь Ибая, оставляя на его коже глубокие красные следы. Её розовые ногти с блёстками впивались в его плоть.
Подхватив её за талию, он легко поднял Линь Сыхань и усадил на раковину. Большой палец Шэнь Ибая провёл по уголку её губ.
— Продолжим?
Помада почти вся стёрлась.
Он снова поцеловал её — теперь губы стали ещё мягче. Шэнь Ибай сосредоточенно вырисовывал контур её губ.
Линь Сыхань упёрлась ладонями ему в грудь, чувствуя сквозь рубашку жар и удушье, и с трудом выдавила:
— По… подожди… Мони же там…
Она попыталась оттолкнуть его, но он держал слишком крепко.
— Не обращай на него внимания, — бросил Шэнь Ибай, пряча лицо в её благоухающую шею.
Воспользовавшись паузой, Линь Сыхань запрокинула голову и, глядя на яркий свет над головой, судорожно задышала.
За стеной Шэнь Минь уже открыл ноутбук Шэнь Ибая, сменил IP-адрес и отправил собранную компрометирующую информацию о Ян Цзышань анонимно самому известному блогеру в индустрии развлечений — тому, кто славится исключительно проверенными утечками. Чтобы усилить эффект, он даже потратил немного своих денег, заказав публикации в нескольких крупных маркетинговых аккаунтах.
Блогер был онлайн и почти мгновенно подтвердил получение.
Через пять минут шоу-бизнес вновь взорвался скандалом.
[Я всё знаю]: Лицемерная богиня масс @ЯнЦзышань — вот реальные доказательства её притеснения новичков-актрис. Без лишних слов — смотрите сами. Умейте отличать истину от лжи. Почему эта «божественная» звезда постоянно травит почти ровесниц? Однажды заставила тогда ещё дебютантку, народную «фею» Линь Сыхань, стоять на коленях целый день.
Пока зрители не успели просмотреть все фото, крупные маркетинговые аккаунты дружно начали публиковать новые улики, опасаясь упустить волну интереса.
[Развлекательное агентство]: Жестокая богиня @ЯнЦзышань. #ПадениеЯнЦзышань [фото]
[Бабушка-сплетница]: Отвратительно. #ЯнЦзышаньУйдизИндустрии Хватит, пожалуйста, её фанаты, не пытайтесь отбелить — уже невозможно.
Когда все досмотрели первые фото, аккаунт «Я всё знаю» обрушил вторую волну разоблачений.
[Я всё знаю]: История восхождения лицемерной богини @ЯнЦзышань. По достоверным источникам, нынешний бойфренд Ян Цзышань — известный богатый наследник, который до этого состоял в отношениях с другой девушкой. [задумчивость][задумчивость][задумчивость] Оказывается, Ян Цзышань отбила себе парня и была третьей в отношениях.
Три взрыва подряд. Первый скандал, длившийся сутки, уже измотал фанатов Ян Цзышань. Последующие два удара не оставили ей ни малейшего шанса на отступление.
Образ «божественной» и «чистой» Ян Цзышань окончательно рухнул и сгорел дотла. Для актрис такие обвинения смертельны: подавление новичков и роль «третьей» в чужих отношениях — достаточные причины, чтобы потерять доверие публики и все предложения о работе. Даже мощная поддержка и попытки реабилитации вряд ли помогут.
Шэнь Минь закончил все дела и теперь спокойно ел содержимое контейнера, приготовленного Линь Сыхань для Шэнь Ибая, закинув ногу на ногу. Периодически он поглядывал на часы, отсчитывая время для брата.
Прошло уже пятнадцать минут…
— Хрум! — острый клык Мони перекусил стебель цветной капусты. Он быстро отправил в рот ложку риса, не дожидаясь, пока прожуёт, и нажал пальцем на клавишу E, обновляя комментарии, которые множились с невероятной скоростью.
Ещё пять минут прошло.
Линь Сыхань, словно кукла без костей, прижималась к груди Шэнь Ибая, чувствуя вибрацию его грудной клетки.
— Пойдём отсюда?
Она с трудом покачала головой, и её затуманенный разум снова опустился на его плечо.
— А ведь только что так спешила выйти? Мони же там, — сказал Шэнь Ибай, тяжело дыша и пытаясь успокоить пульс.
Она попыталась ударить его по плечу, но руки были ватные и не слушались. В гневе Линь Сыхань вцепилась зубами в его плечо сквозь рубашку.
Шэнь Ибай взглянул в зеркало: изгиб спины Линь Сыхань был совершенен, а кончики волос слегка покачивались от её движения.
— Не нравится?
Услышав вопрос, Линь Сыхань, чей разум всё ещё был в тумане, подняла на него растерянный взгляд. Только через несколько секунд она медленно покачала головой.
В зеркале её длинные волосы мягко колыхнулись.
Он лёгонько коснулся её губ, уже размазанных до сочной алости, и продолжил:
— Так что, вынести тебя?
Она немного подумала и снова отрицательно качнула головой.
В глазах Шэнь Ибая, полных страсти, мелькнула улыбка.
— Тогда чего ты хочешь? А?
Тогда чего ты хочешь? А?
http://bllate.org/book/9652/874488
Готово:
