Самым ценным козырем Чу Сяохэня была помолвка с наследницей рода Сюй. Став зятем могущественного семейства и опираясь на собственные способности, он мог бы перевернуть мир с ног на голову. Когда свадьба уже почти состоялась, множество приспособленцев начали льстиво приближаться к нему, сами предлагая ресурсы и сотрудничество.
Однако после странного, почти фарсового помолвочного банкета эта свадьба сорвалась.
Все решили, что карьере Чу Сяохэня пришёл конец. Сюй Чжили бросила его, да и в родной семье его не жаловали. Впереди его ждал лишь тернистый путь.
Но Чу Сяохэнь не сломался, как ожидали окружающие, и даже не отправился за границу, чтобы вернуть Сюй Чжили.
После этого он вёл себя так, будто ничего не произошло, и продолжил заниматься своим делом. Никто не знал, как он пережил тот период, но за успехами одной за другой появляющихся интернет-компаний всё чаще угадывалась тень его холдинга — группы «Хуэйсин».
Группа «Хуэйсин», универсальная венчурная компания, избавилась от всего лишнего и сосредоточилась исключительно на инвестициях в ИТ-сектор. Благодаря безошибочному чутью Чу Сяохэня на рынок и его мастерству управления капиталом, он стал настоящим «кукловодом кукловодов».
Тем временем его отец, Чу Цзяньчэн, был отъявленным повесой, обожавшим женщин, дорогие машины и развлечения. У него было столько роскошных автомобилей, что пришлось строить отдельный гараж, а дела в компании шли так плохо, что акции неуклонно падали. Старик Чу, находившийся на пенсии, увидев финансовый отчёт, чуть не умер от ярости и лично вызвал внука обратно в бизнес. После того как Чу Сяохэнь официально вошёл в руководство группы «Чу Хуа», в компании началась кровавая чистка: Чу Цзяньчэн постепенно отстранили от дел и превратили в безвольную фигуру, живущую на дивиденды. Что до братьев Чу Сяохэня, их он прижал так, что они стали тихими и послушными.
Сегодняшний Чу Сяохэнь уже не тот беззащитный человек, каким он был четыре года назад, когда его бросили. У него есть собственный мощный капитал, а также глубокие корни, обширные связи и промышленная империя семьи Чу, которые служат ему надёжным щитом. Можно сказать, теперь он стоит над всем этим, как над пылью под ногами.
Именно в этот момент Сюй Чжили вернулась, и семейство Сюй вновь стало приближаться к Чу Сяохэню.
Раньше все думали, что Чу Сяохэнь безумно влюблён в Сюй Чжили, ведь кроме неё он не смотрел ни на одну женщину. Он не только не крутил романов и не участвовал в светских интрижках, но даже не имел никаких намёков на близость — в его окружении почти не было женщин, и он стал настоящим «антиподом» для прекрасного пола. Чтобы молодой, страстный и необычайно красивый мужчина отвергал всех, кто сам шёл к нему в объятия, и оставался верен одной-единственной в этом мире, полном искушений, — это поистине редкое и драгоценное чувство.
— Всё кругом вертится, а Чжили-цзе всё равно станет твоей невесткой, — с улыбкой сказала одна из подруг, садясь рядом с Чу Мо.
— Да, они такие подходящие друг другу, — подхватила Чу Мо, тоже улыбаясь.
Подходящие?! Да ну её! Сама сбежала, а теперь пришла собирать плоды чужого труда?
Ладно, всё же лучше, чем если бы рядом с братом всё ещё крутилась Тан Тан.
Чу Мо Сюй Чжили не любила, но ненавидела Тан Тан ещё больше.
Враг моего врага — мой друг.
Чу Мо встала и направилась к бассейну за виллой, размышляя про себя: придёт ли Тан Тан.
Учитывая её нахальство, вполне возможно, она снова сделает вид, будто ничего не видит и не слышит, и даже согласится быть наложницей, лишь бы остаться рядом с ним. В прошлый раз Чу Мо специально соврала, будто брат сам привёз Сюй Чжили обратно, а та даже не отреагировала — настолько толстая у неё кожа.
Но Чу Мо не волновалась: даже если та захочет притвориться страусом, пока Сюй Чжили здесь, у неё нет шансов. Разве Сюй Чжили допустит, чтобы у её возлюбленного была другая женщина?
Когда Чу Мо подошла к воротам, она услышала разговор у входа.
— Меня пригласила Чу Мо, — раздался голос Тан Тан.
Чу Мо обрадовалась: пришла! Она действительно пришла!
Она сама идёт на унижение!
— Да, это моя одноклассница, я специально пригласила её поиграть вместе, — сказала Чу Мо охране у ворот и радостно потянула Тан Тан внутрь.
Едва они вошли, Тан Тан резко вырвала руку, её лицо стало холодным и отстранённым.
Чу Мо фыркнула:
— Ты, оказывается, довольно смелая, раз осмелилась прийти.
Она окинула Тан Тан взглядом с ног до головы. Ожидала, что та, как и в школе, будет одета скромно и неприметно, но на ней оказалось эксклюзивное платье haute couture от бренда C этого года — уникальное и такое красивое, что Чу Мо позеленела от зависти.
Она снова фыркнула про себя: в школе притворялась чистой белой лилией, а на самом деле наслаждалась всеми благами рядом с её братом.
Тан Тан посмотрела на освещённую виллу впереди.
— Мой брат сейчас на втором этаже, можешь сама пойти к нему, — сказала Чу Мо.
Тан Тан не ответила и направилась к дому.
По пути за ней повсюду следовали восхищённые взгляды.
Даже парни, которые только что обнимали красавиц у бассейна, вдруг почувствовали, что девушки в их объятиях стали невкусными, и спрашивали друзей:
— Кто только что прошла мимо?
— Не знаю… Не видел раньше…
— Какая красотка, словно фея!
— Такая красавица — наверняка чья-то любимая.
Сегодня на вечеринке собрались одни богачи и аристократы, но даже среди них были свои иерархии.
Тан Тан подошла к вилле и поднялась на второй этаж.
Там находилась большая игровая комната: Чу Сяохэнь с друзьями играл в бильярд, а Сюй Чжили с компанией — в маджонг.
Тан Тан остановилась у двери и сразу увидела Сюй Чжили, окружённую поклонниками.
Вокруг неё толпились люди, стараясь всячески ей угодить.
Она по-прежнему носила длинные волосы, её глаза были нежны, как вода, а каждое движение выдавало изысканную, благородную девушку из знатной семьи.
Тан Тан пристально смотрела на неё. Как бы ни готовилась морально, лишь увидев Сюй Чжили, она вдруг по-настоящему осознала: та вернулась. Та, кого любит Чу Сяохэнь, вернулась.
Когда Сюй Чжили выкладывала карту, на её запястье сверкал прозрачный нефритовый браслет, отбрасывая мягкий свет в лучах люстры.
— Какой красивый браслет! — воскликнула одна из гостей.
— Наверное, антиквариат, стоит целое состояние, — добавила другая.
— Он идеально подходит тебе, такой же неземной, — сказала третья.
Сюй Чжили слегка улыбнулась:
— Ахэн купил его на аукционе. Мне понравился — стала носить.
Тан Тан смотрела на мерцающий браслет на тонком запястье и моргнула — перед глазами всё расплылось.
Недавно Чу Сяохэнь дал ей каталог аукциона и предложил выбрать что-нибудь себе. Он любил делать ей подарки, и она никогда не отказывала ему. Тогда ей действительно понравился один нефритовый браслет.
Теперь этот браслет на руке Сюй Чжили…
Тан Тан не была жадной до вещей — даже самые желанные предметы для неё никогда не стоили реальных денег.
Она не испытывала к тому браслету особой привязанности и даже забыла о нём до этого момента.
Но увидев его на Сюй Чжили, она почувствовала пронзающую боль.
Боль, от которой у неё не осталось сил сделать и шага вперёд.
Какое у неё право? Какой у неё статус, чтобы стоять перед Сюй Чжили?
Сюй Чжили — та, кого любит Чу Сяохэнь. Стоит ей вернуться — и Тан Тан становится никем.
Всё, что раньше предназначалось ей, теперь принадлежит другой.
Когда партия закончилась, Сюй Чжили, видимо, устав от игры, встала:
— Кто-нибудь займите моё место, мне неудобно сидеть так долго, хочу немного размяться.
Её место заняли, и она направилась к бильярдному столу, подойдя к Чу Сяохэню.
— Ахэн, я тоже хочу поиграть, — капризно сказала она.
Чу Сяохэнь только что забил шар, выпрямился и бросил на неё ленивый взгляд:
— Разве тебе это нравится?
— Возможно, ты так соблазнительно играешь, что мне захотелось попробовать и научиться.
Как только она закончила фразу, все вокруг рассмеялись. Один из друзей поддразнил:
— Такие мужчины, как Хэн-гэ, одновременно обаятельные и верные — их быстро расхватывают, не мешкай, скорее выходи за него замуж!
— Чу-гэ ждал тебя целых четыре года! Такой шанс упускать нельзя.
— Ждём вашей свадьбы!
Тан Тан смотрела на эту сцену, не замечая, как ногти впились в ладонь.
Рядом тоже кто-то наблюдал за парой и завистливо вздыхал:
— Сюй Чжили словно получила сценарий победительницы жизни.
— Да, родилась в знатной семье, красива, и при этом у неё есть такой выдающийся мужчина, который без памяти в неё влюблён.
— Ну, красивых и знатных девушек полно, но таких, кому покорился сам Чу Сяохэнь, — только она одна.
— Благодаря Чу Сяохэню я теперь верю: даже в мире богачей бывает настоящая любовь.
— Завидовать бесполезно…
Тан Тан смотрела на Чу Сяохэня и Сюй Чжили, освещённых мягким светом, будто идеальную пару из сказки.
Все эти восхищённые взгляды и завистливые слова лишь подчёркивали совершенство их союза…
Лицо Тан Тан побледнело, рука, сжимавшая сумочку, дрожала.
Когда слёзы вот-вот хлынули, она резко развернулась.
Ей нужно уйти отсюда.
Она не сравнится. Никогда не сравнится.
Сюй Чжили — его возлюбленная, чистая луна на небосклоне, а она всего лишь временная замена, ничтожная, как грязь.
Но у неё хотя бы есть достоинство…
Хотя бы она может выбрать — уйти.
Тан Тан быстро спускалась по лестнице, споткнулась на каблуках и подвернула ногу. Но боль не остановила её — она продолжала идти, выбежала из виллы и устремилась к бассейну.
Чу Мо стояла снаружи и, увидев Тан Тан, тихо что-то прошептала подружке.
Когда Тан Тан шла мимо бассейна, кто-то подставил ей ногу. Её зрение было затуманено слезами, и она ничего не разглядела — лишь почувствовала, как споткнулась, потеряла равновесие и с громким всплеском упала в воду.
Со всех сторон нахлынула вода… Она оказалась в её объятиях…
Но инстинкт самосохранения пересилил боль в сердце, и в памяти вдруг отчётливо прозвучали слова:
«Тот, кто плохо к тебе относится, не заслуживает твоих слёз».
«Я лишь временно помогаю тебе. Ты сама — твоя единственная опора».
Тан Тан упала в воду, и все у бассейна тут же обернулись.
Большинство восприняли это как забаву — на таких вечеринках часто специально толкают людей в бассейн.
Но когда прошло несколько секунд, а она так и не показалась на поверхности, а лишь барахталась в воде, кто-то заподозрил неладное.
Гао Цзычэнь мгновенно снял пиджак и обувь и прыгнул в бассейн. Он уже собирался подхватить её, как вдруг вода перед ним рассеклась — Тан Тан сама плыла к краю.
Всего за несколько секунд она доплыла до бортика, встала на ступеньки и, держась за поручень, выбралась наружу.
В тот момент, когда она вышла из воды, Чу Мо услышала вокруг себя восторженные вздохи.
Мокрые пряди обрамляли её лицо, капли стекали по изящному носу, скользили по длинной шее и останавливались в ямке ключицы. Платье обтянуло фигуру, подчеркнув все изгибы. Но на лице не было и тени смущения — напротив, оно выражало холодную отстранённость.
Эта картина была настолько эффектной, что казалась не несчастным случаем, а съёмкой для обложки журнала с участием топ-модели.
Чу Мо на миг опешила, но тут же её лицо исказила злость.
Она ненавидела её ещё больше! Её лицо было таким красивым, что это раздражало!
Она хотела унизить её, а получилось наоборот — Тан Тан устроила шоу своего триумфа!
Гао Цзычэнь всё ещё стоял в воде, ошеломлённый. Лишь когда Тан Тан вышла на берег, он очнулся и последовал за ней.
Как близкий друг Чу Сяохэня, он знал Тан Тан.
На берегу он сразу же протянул ей большое полотенце.
Тан Тан тихо поблагодарила и вытерла лицо. Тогда он снял с себя пиджак и подал ей — мокрое платье слишком соблазнительно облегало её фигуру, и он боялся, что, увидев это, его друг прийдёт в ярость.
— Подожди немного, я сейчас позову Ахэня, — сказал Гао Цзычэнь.
— Не надо, — спокойно ответила Тан Тан. — Я уже видела его, теперь ухожу.
Гао Цзычэнь открыл рот, но через мгновение выдавил лишь:
— Ох…
Значит, она поднялась наверх, увидела Сюй Чжили…
— Не думай плохого… — начал он, но Тан Тан перебила:
— В следующий раз верну твою одежду. Я ухожу.
Она накинула пиджак и ушла.
Гао Цзычэнь смотрел ей вслед и через некоторое время тяжело вздохнул, уперев руки в бока.
Видимо, увидев Сюй Чжили, она задумалась у бассейна и упала в воду. Но даже в такой ситуации она не стала использовать это, чтобы пожаловаться Ахэню, а просто ушла…
Какая же эта девчонка понимающая.
http://bllate.org/book/9561/867181
Готово:
