Ван Чжэнчжун — знаменитый режиссёр из Ганши, приехавший вглубь страны инвестировать в кинопроект. Поэтому старт Су Сяо оказался очень высоким. А когда к съёмкам присоединилась Су Тинтинь, между сёстрами началась настоящая борьба.
Тем временем Тан Ши честно думала: пусть уж лучше она спокойно дождётся ЕГЭ. Сдаст экзамен, поступит в университет, уедет подальше от Су Сяо — а значит, и от всех остальных персонажей этой истории, и от самого оригинала. Тогда она сможет жить собственной жизнью, вне этого сюжетного пути.
— Сяньтянь, ты сейчас что-то сказала? — поспешно спросила бабушка Дуань, не веря своим ушам.
Тан Ши слегка пошевелила пальцами. Видя растерянность на лице бабушки, ей тоже стало неловко, но она всё же чётко и ясно произнесла:
— Бабушка Дуань, я хочу вернуться в Цзянши на Новый год.
Тан Ши заняла тело прежней Тан Ши, у которой не осталось родных, кому можно было бы отдать почести. Но решение вернуться в Цзянши на праздники она приняла ещё давно.
Ей нужно было побывать в доме семьи Тан, в том самом уютном доме, чтобы сказать им: «С Новым годом!»
Бабушка Дуань уже не считала Тан Ши маленькой девочкой, как в самом начале, и потому не стала сразу возражать, а задумалась.
За эти несколько месяцев общения она поняла: Тан Ши — девушка с твёрдыми взглядами. Ей достаточно лишь иногда давать советы — ведь Тан Ши умеет слушать других и не упряма.
Просто бабушке Дуань было жаль: ведь Тан Ши поедет туда совсем одна. Как можно праздновать Новый год в одиночестве, в такой холодной и пустой обстановке?
Хотя так думала, бабушка Дуань всё же догадывалась: девушке просто захотелось домой.
— Бабушка, соседи вокруг дома очень заботятся обо мне, особенно бабушка Фан. Я вполне справлюсь одна. Да и вернусь я скоро — просто съезжу, чтобы… поздравить их с Новым годом, — уклончиво подобрала слова Тан Ши.
Бабушка Дуань не нашлась, что ответить: причины Тан Ши были слишком вескими, чтобы отказать!
— Ты хочешь поехать домой на праздники? — раздался голос Дуаня Ци, входившего в этот момент в комнату и как раз услышавшего последние слова.
Бабушка Дуань и Тан Ши обернулись к нему. Увидев лёгкую влагу на волосах Дуаня Ци, Тан Ши сразу поняла: он опять ходил играть в баскетбол.
— Да, я как раз обсуждаю с бабушкой Дуань поездку домой.
Тан Ши уже нашла способ общения с Дуанем Ци: главное — сохранять спокойствие, снова и снова. Хотя иногда её самообладание подводило, и она до сих пор могла выйти из себя от его выходок.
Пусть Дуань Ци иногда и капризничает, но в обычное время с ним вполне можно нормально разговаривать.
Экзамены уже закончились, и они несколько дней как на каникулах. Пусть даже сейчас они ученики выпускного класса, для Тан Ши поездка «домой» не станет помехой. К тому же в будущем она сможет бывать там только во время длинных каникул. Если же постоянно жить в доме Тан, ей будет неловко.
— Когда именно? — спросил Дуань Ци.
Тан Ши взглянула на него и ответила:
— Пока не решила. Это зависит от согласия бабушки Дуань!
— Может, поедешь после праздников? — предложила бабушка Дуань. — После Нового года пусть Ци-ци съездит с тобой и вместе поздравит их.
Тан Ши бросила взгляд на Дуаня Ци и заметила, что его лицо осталось без изменений — ничего нельзя было прочесть. Тогда она сказала:
— Бабушка, ведь вскоре после праздников мне уже нужно возвращаться в школу.
Бабушка Дуань вспомнила, что Тан Ши учится в выпускном классе, и поняла, что делать нечего.
— Бабушка, я очень бдительна: никогда не стану есть то, что мне протянут незнакомцы, и не буду заводить разговоры со случайными людьми. Да и после того случая на этом маршруте поездов вряд ли ещё раз появятся такие люди. Даже если и появятся, теперь они точно не осмелятся действовать так открыто.
Заметив, что бабушка Дуань колеблется, Тан Ши продолжила убеждать:
— За последние месяцы я регулярно тренировалась. Если понадобится бежать — я очень быстрая.
Бабушка Дуань ещё больше смягчилась. Она лично видела, как Тан Ши каждый день пробегает несколько кругов: сначала еле дышала от усталости, а теперь быстро восстанавливается после пробежки.
— Пусть бабушка ещё немного подумает, хорошо?
Тан Ши послушно кивнула. Она была благодарна родителям Тан за такое здоровое тело: отличная координация позволяла ей легко осваивать физические упражнения.
Бабушка Дуань согласилась на поездку Тан Ши в Цзянши, но всё равно волновалась: путь долгий, да ещё и несколько дней в поезде. Что, если по дороге случится что-нибудь — они ведь не успеют помочь.
Они также не могли злоупотреблять своими полномочиями и отправлять с ней охранника: те должны были находиться рядом с теми, кого обязаны защищать.
На следующий день проблема бабушки получила неожиданное решение.
— Ацзинь, правда собираешься в Цзянши? — спросила бабушка Дуань.
Ся Цзинь кивнул и мягко ответил:
— Бабушка Дуань, у меня сейчас исследовательский проект, и мне нужно провести сбор данных в Цзянши. Но я должен вернуться до Нового года, так что смогу сопровождать Сяньтянь только туда, а обратно уже не поеду.
Бабушка Дуань обрадовалась:
— Ничего страшного! Перед праздниками много людей, тебе как раз хорошо будет с ней поехать. А как она вернётся — всегда найдётся способ. В крайнем случае, пусть Ци-ци съездит за ней.
Отправить внука в дорогу она не задумываясь.
Сидевший рядом Дуань Ци молча подумал: «А у кого вообще спросили мнение?»
— Тогда завтра я заеду за Сяньтянь, чтобы вместе поехать на вокзал? — спросил Ся Цзинь, глядя на Тан Ши.
Тан Ши кивнула:
— Хорошо.
— Значит, договорились, — улыбнулся Ся Цзинь и ласково потрепал Тан Ши по голове.
Тан Ши замерла от неожиданности.
Ся Цзинь спокойно убрал руку и сказал:
— Только не забудь потом угостить меня чашкой чая.
— Конечно! В доме всегда есть чай. Главное, не обижайся, что я плохо завариваю, — естественно ответила Тан Ши.
Дуань Ци посмотрел на руку Ся Цзиня, потом на лицо Тан Ши, где всё ещё играла привычная улыбка, и вдруг почувствовал облегчение.
На следующий день Тан Ши собирала вещи. На самом деле, брать особо нечего: несколько комплектов одежды — в доме Тан всего полно. Просто за последние месяцы она немного подросла, и старая одежда, оставленная там, может не подойти. Но это не беда — в Цзянши можно купить новую, денег хватит.
Дуань Ци стоял за дверью и постучал, хотя дверь была открыта. При этом он упорно смотрел в сторону, не решаясь заглянуть внутрь.
Тан Ши сразу поняла, что Дуань Ци опять устраивает что-то странное.
— Дверь открыта, можешь входить, — сказала она. Ведь она не упаковывает ничего такого, чего нельзя показывать!
Дуань Ци напрягся, ноги сами собой заходили туда-сюда перед порогом, но в итоге он просто остановился в дверях, всё так же глядя в сторону:
— На сколько дней ты уезжаешь?
— На пять, — ответила Тан Ши. Не больше и не меньше — этого времени хватит, чтобы поздравить семью Тан и соседей.
— Хорошо. Как только решишь, когда возвращаешься, обязательно позвони! — потребовал Дуань Ци.
Тан Ши перестала складывать вещи и посмотрела на него:
— Зачем тебе звонить?
— Чтобы заранее приехать и встретить тебя! — резко обернулся Дуань Ци и уставился на неё, будто она сказала нечто невозможное. — Ты… ты… что у тебя в руках?!
Тан Ши опустила взгляд:
— …
Когда она снова подняла глаза, лицо Дуаня Ци уже пылало. Из-за недостатка зимнего солнца он немного посветлел, поэтому Тан Ши отлично видела, как его щёки превратились из лёгкого румянца в ярко-алый цвет.
Дуань Ци застыл, словно окаменел, даже дышать боялся, уставившись на предмет в её руках.
Оба замерли на месте. В этот момент преимущество Тан Ши как человека из будущего проявилось во всей красе: совершенно спокойно она произнесла два слова:
— Трусы.
Она ведь не была стеснительной, как люди этого времени, которые не осмеливались называть нижнее бельё прилюдно. В её эпохе мужчины спокойно выбирали нижнее бельё для своих жён или подруг в магазине.
Дуань Ци не знал, что сказать. Оправившись, он мгновенно развернулся спиной и, вспомнив что-то, нахмурился:
— Тан Ши, только не показывай… это… другим людям!
— …Конечно, нет. Ты что, думаешь, раз я из будущего, то мне нравится демонстрировать нижнее бельё всем подряд?
— Тогда зачем ты… — начал было Дуань Ци, но осёкся. Ведь это он сам внезапно обернулся! И вроде бы… не так уж и неправильно, что увидел…
Тан Ши уже поняла, о чём он, и возразила:
— Это всё твоя вина! Сам резко повернулся!
— …
— Да, именно твоя вина, — с полной уверенностью добавила Тан Ши.
— …
Проглотив обиду, Дуань Ци вспомнил, что Тан Ши так и не ответила на его вопрос, и быстро сменил тему:
— Так когда ты вернёшься?
Тан Ши подумала: чтобы семья Дуань спокойно отпустила её, нужен кто-то, кто поедет с ней. Все заняты, и после праздников все вернутся на свои места. Остаётся только Дуань Ци — такой же ученик, как и она, у которого есть свободное время.
— Хорошо, обязательно заранее позвоню, — улыбнулась она.
Радость в сердце Дуаня Ци усилилась. Он небрежно бросил:
— Не забудь позвонить в канун Нового года. Дедушка и бабушка будут ждать твоих поздравлений.
— Обязательно помню.
После этих слов им, казалось, больше не о чем говорить. Дуань Ци снова невольно вспомнил ту самую маленькую вещицу и, переминаясь с ноги на ногу, не решался уходить. Но и оставаться тоже боялся — вдруг снова увидит, как Тан Ши что-то складывает…
— Ладно, собирайся спокойно! — бросил он и быстро оглянулся назад. Взгляд упал на Тан Ши, которая аккуратно складывала пальто. Он не знал, радоваться ли, что не увидел ничего лишнего, или сожалеть, что упустил возможность…
Тан Ши не обратила на него внимания. В её глазах Дуань Ци иногда выглядел очень зрелым, а иногда — настоящим трёхлетним ребёнком.
В день отъезда Дуань Ци встал рано и даже проводил Тан Ши с Ся Цзинем до вокзала. Это сильно удивило Тан Ши: в последнее время Дуань Ци вёл себя очень странно.
— Иди домой, мы уже идём на посадку, — сказала Тан Ши Дуаню Ци, пока Ся Цзинь разговаривал неподалёку с какой-то девушкой.
Дуань Ци прищурился, глядя в сторону Ся Цзиня:
— Не торопись. Старший брат Ся ещё не закончил разговор. Сегодня молодому господину хорошее настроение, так что я здесь с тобой побуду — вдруг тебя обманут.
— …Молодой господин, я не такая глупая, ладно? Этот избалованный мальчишка умеет выводить из себя!
— Правда? — насмешливо протянул Дуань Ци.
Тан Ши рассмеялась от злости:
— У тебя на лбу почти написано: «Тан Ши — дура». Надеюсь, когда ты поедешь за мной, тебя самого не обманут.
— Так тебе за меня переживать? Не волнуйся, если тебя обманут, молодой господин обязательно поможет.
Тан Ши неэлегантно закатила глаза. Ей стало тяжело, и она решила больше не говорить.
— Ты закатываешь глаза — ужасно некрасиво, — заявил Дуань Ци. (Врёт! Очень мило! Молодому господину так хочется погладить её по голове!)
Тан Ши поперхнулась:
— …Ты закатываешь глаза — красиво? Нет, ты вообще не умеешь так делать…
И тут же получила от молодого господина образцовое закатывание глаз.
…Отлично, Дуань Ци, ты победил. Этот парень даже закатывает глаза красиво! Нет справедливости!
Дуань Ци, заметив выражение её лица, сразу понял, о чём она думает, и самодовольно протянул:
— Молодой господин сейчас что сделал? А?
Последний звук был протянут вверх, и Тан Ши показалось, будто этот звук — маленькая кисточка, которая легко и нежно коснулась её сердечной брони, а потом тайком ускользнула. Но след от этого прикосновения всё ещё оставался на месте.
— Ты…
— Сяньтянь, Ацзи, — подошёл Ся Цзинь, за ним шла та самая девушка, что внезапно появилась ранее. Она была недалеко, и в руке у неё был чемодан.
Тан Ши замолчала.
Дуань Ци взглянул на неё, но не стал продолжать разговор, а перевёл взгляд на Ся Цзиня и его спутницу.
Ся Цзинь, подойдя, представил их:
— Сяньтянь, это дочь моего научного руководителя Цзинь Цин. Она неожиданно присоединилась к нам — тоже поедет в Цзянши для сбора материалов по моему исследованию.
В голосе Ся Цзиня не было ни тени волнения, а уголки губ по-прежнему были украшены тёплой улыбкой.
— Цзинь Цин, это Тан Ши и Дуань Ци.
Цзинь Цин была женщиной мягкой внешности, примерно того же возраста, что и Ся Цзинь. В ней чувствовалась книжная учёность, но в глазах светилась решимость. Сейчас она смотрела на Тан Ши и Дуаня Ци с добротой и теплотой:
— Здравствуйте. Можете звать меня старшей сестрой Цин. Я внезапно присоединилась к вам — надеюсь, Сяньтянь не возражает.
http://bllate.org/book/9508/863031
Готово:
