Цзян Ножоу мельком взглянула на профиль Тан Шиюя. Сценический свет озарял его лицо, делая черты по-настоящему ослепительными. Щёки девушки залились румянцем.
— Да, это мой первый опыт постановки спектакля. Получилось, наверное, немного неуклюже, но всё завершилось успешно благодаря моим однокурсникам.
— Фу… — раздался тихий, но отчётливый голос, явно не пытавшийся скрыться.
Продюсер Чжан и режиссёр Сюй были очень довольны сценарием этого спектакля — он казался им свежим и оригинальным. Услышав похвалу от таких известных в индустрии людей, Ань Цзин почувствовала прилив гордости, но внезапный звук заставил её нахмуриться.
Тан Чуин сидела прямо за спиной Тан Шиюя. Теперь она наклонилась к его уху, но говорила достаточно громко, чтобы услышали все вокруг:
— Какой ещё оригинальный сценарий? Его написала Цзян Ножоу вместе с ней. Просто наглая лгунья.
Лица режиссёра Сюя и продюсера Чжана мгновенно изменились.
Ань Цзин побледнела, а потом покраснела. Она испугалась потерять такой шанс и поспешно возразила:
— Госпожа Цзян просто помогала…
Тан Чуин с детства была избалована в семье Танов и никогда не училась читать чужие эмоции. Она тут же протянула:
— Помогала? То есть помогала вам писать сценарий?
— Тан Чуин… ты… — Ань Цзин прекрасно знала, кто такая Тан Чуин. Она натянуто улыбнулась. — Профессор Чжан, режиссёр Сюй, этот спектакль — результат совместных усилий всего литературного факультета.
— Значит, всё ещё отрицаешь? Ладно, сейчас же вызову Цзян Ножоу! — Тан Чуин терпеть не могла подобную фальшь. Всё это время Цзян Ножоу каждый день участвовала в репетициях, сама написала сценарий, практически сделала всё — даже за неделю до университетского юбилея Ань Цзин заставляла её переделывать текст, и та часто возвращалась домой только глубокой ночью. А теперь вся слава досталась этой Ань Цзин?
—
Подошла Цзян Ножоу.
Режиссёр Сюй взглянул на её спокойное, изящное лицо и сразу заинтересовался. Он был придирчив к сценариям, но этот короткий спектакль действительно впечатлил: тема новаторская, идеально соответствует вкусам современной молодёжи и при этом не кажется оторванной от реальности. Только что он даже подумывал подписать контракт с Ань Цзин.
Ведь такие таланты встречаются крайне редко.
— Это вы написали сценарий?
Ань Цзин стиснула зубы и, не дожидаясь ответа Цзян Ножоу, поспешила вставить:
— Мы работали над ним вместе с госпожой Цзян…
Цзян Ножоу спокойно перебила:
— Мы обсуждали идею во время разговоров.
От такого ответа Ань Цзин сразу перевела дух и с достойной улыбкой добавила:
— Да, всё началось со случайного вдохновения. Мы с госпожой Цзян оказались единомышленницами и вместе создали основу этого спектакля.
Режиссёр Сюй кивнул.
Он и продюсер Чжан переглянулись — оба поняли одно и то же: Ань Цзин красива и ярка, а её сценическая харизма только что полностью проявилась. Этого более чем достаточно, чтобы говорить о её таланте. Что до Цзян Ножоу — она тоже красива, но её мягкость и отсутствие ярко выраженных черт делают её почти незаметной на фоне Ань Цзин, чья энергия буквально притягивает взгляд.
Оба решили: такой мощный, насыщенный сценарий явно написан Ань Цзин. Характер всегда отражается в творчестве. Цзян Ножоу, скорее всего, просто помогала с правками, но истинное вдохновение исходило от Ань Цзин.
Директор Чэнь тут же вмешался с улыбкой:
— Идея, рождённая в беседе, — это замечательно! Но у госпожи Цзян нет стремления к подобной деятельности, всю дальнейшую подготовку вела Ань Цзин.
Цзян Ножоу медленно сжала ладони. В воздухе витал лёгкий аромат сандала — едва уловимый, но очень близкий. Она ни разу не осмелилась взглянуть на Тан Шиюя. Его глаза… такие тёмные и глубокие.
Словно бездна.
Способная поглотить её целиком.
—
После этого Цзян Ножоу уже не было дела до юбилейных торжеств.
Она вернулась на своё место. Ань Цзытун спросила, что случилось, но Цзян Ножоу лишь устало покачала головой.
Казалось, она действительно измотана. Под громкие аплодисменты и сладкий голос ведущей Ань Цзин девушка закрыла глаза.
Пока не появился Фу Сичэн.
Он выступил в дуэте с Сун Ваньвань. Один — восходящая звезда мужского пола, другая — популярная актриса. Их совместное выступление вызвало настоящий ажиотаж. Ректоры ЦУ радостно улыбались.
Цзян Ножоу взглянула на телефон. Пять минут назад, перед выходом на сцену, Фу Сичэн прислал ей сообщение:
[Внимательно смотри.]
Песня закончилась, снова раздались аплодисменты. Вокруг звучали взволнованные обсуждения, девушки восторгались внешностью Фу Сичэна и прочим.
Позже на сцену один за другим поднимались известные актёры и режиссёры — почти все выпускники театрального или режиссёрского факультетов ЦУ.
Единственное, что снова привлекло внимание Цзян Ножоу, — появление Шэнь Цинкун.
Самая молодая сценаристка в стране, номинированная на все три главные кинопремии.
Ей около тридцати, на носу — тонкие очки без оправы. Её речь была элегантной, уверенной и вдохновляющей.
Ань Цзытун с завистью произнесла:
— Говорят, её оригинальный сценарий «Высшее общество» одновременно хотели снять три знаменитых режиссёра, но в итоге проект достался Сюю. Этот фильм, скорее всего, станет главным претендентом на премии в следующем году.
— Да, — в глазах Цзян Ножоу вспыхнул огонёк. — Очень впечатляет.
— Если бы мы когда-нибудь стали такими же успешными… — мечтательно сказала Ань Цзытун.
Цзян Ножоу посмотрела вперёд:
— Будем.
Её голос был тихим, и слова тут же растворились в шуме аплодисментов.
—
Юбилейные мероприятия завершились в полночь.
Цзян Ножоу вернулась в общежитие. Тан Чуин и Яо Синь ещё не пришли. Ань Цзытун пояснила:
— Чуин тебе не сказала? Они пошли ужинать. Её брат их пригласил.
Тан Чуин действительно ничего не сказала Цзян Ножоу.
Та поняла: подруга рассержена.
Цзян Ножоу отлично знала её характер. Тан Чуин, хоть и родом из влиятельной семьи, никогда не была капризной или высокомерной. Наоборот — всегда защищала Цзян Ножоу. На этот раз девушка действительно не подумала о последствиях.
Но у неё не было выбора.
Заместитель директора Чэнь явно хотел использовать юбилей, чтобы продвинуть Ань Цзин. Если бы Цзян Ножоу тогда заявила о своём авторстве, она бы навсегда испортила отношения с замдиректором. А для обычной студентки без связей и поддержки такой конфликт мог бы полностью перечеркнуть будущее.
Ань Цзин имела за спиной замдиректора Чэня.
А у Цзян Ножоу не было ничего.
Это она прекрасно понимала.
На следующий день Ань Цзин прислала ей благодарственное сообщение, но в словах не было искренней признательности. Раньше, когда Цзян Ножоу просила лишь добавить её имя в список авторов при представлении спектакля — не больше, не меньше — Ань Цзин нашла способ отказаться.
На самом деле…
Она просто боялась, что Цзян Ножоу затмит её.
Тан Чуин игнорировала Цзян Ножоу три дня. На третий день она ворвалась в комнату с красным термосом и громко поставила его у ног подруги:
— Ты забыла забрать свой термос у колонки!
Цзян Ножоу поливала свои суккуленты.
Их стало гораздо больше, чем в первом курсе, но все росли здоровыми и красивыми.
Она посмотрела на красный термос у своих ног и улыбнулась:
— Мисс Тан, вы ошиблись. Мой термос вот там. — Она кивнула на дверь.
Тан Чуин недовольно фыркнула, переобулась и пошла вслед за ней.
— Мисс Тан, уже не злитесь?
— Хм!
— Может, вечером составите мне компанию за ужином?
— Ладно, раз уж ты так просишь… — Тан Чуин кашлянула, но лицо уже не получалось держать суровым. Она тут же обняла подругу за руку.
—
«Полуночная тишина» — новый бар в городе Ц, небольшой, но очень популярный среди молодёжи из-за стильного интерьера. Вип-залы доступны только по членству, основной упор сделан на премиальные напитки.
В одном из таких залов собрались несколько влиятельных фигур из мира развлечений. За выпивкой и картами кто-то заговорил о недавних хитовых экранизациях.
Следующий фильм режиссёра Сюя — «Высшее общество» Шэнь Цинкун. Крупный бюджет, звёздная команда, и главную роль уже тайно утвердили.
На юбилее в ЦУ режиссёр Сюй был весьма доволен Ань Цзин и теперь хотел подписать её в проект как одного из сценаристов. Он повернулся к молодому мужчине в одиночном кресле, где тот неторопливо курил, и сказал:
— Мистер Тан, помните ту Ань Цзин с юбилея? Думаю, стоит её подписать. Мне очень понравился её сценарий.
Режиссёр Сюй давно сотрудничал с медиахолдингом «Чэньсин», принадлежащим семье Танов, и считался их штатным режиссёром. Поэтому решил заручиться одобрением Тан Шиюя — наследника клана Тан.
Мужчина в кресле потушил почти догоревшую сигарету в пепельнице и скрестил ноги с изящной небрежностью:
— Понравился?
В этих трёх словах режиссёр Сюй уловил лёгкую насмешку. Он не стал настаивать, размышляя, что же не угодило Тан Шиюю в Ань Цзин.
Тан Шиюй холодно усмехнулся:
— Сценарий ведь не её собственный. Режиссёр Сюй, неужели вы состарились настолько, что уже не различаете подделку? Такая посредственность вас заинтересовала?
Автор добавляет: суббота — день публикации, будет обновление на десять тысяч иероглифов, жду ваших комментариев и поддержки!
—
Прошло почти месяц с юбилея, и жизнь постепенно вошла в привычное русло. Цзян Ножоу постоянно слышала слухи: Ань Цзин благодаря спектаклю вышла на новый уровень. Та устроила ужин для всей театральной команды — и пригласила даже Цзян Ножоу.
В зале Ань Цзин держалась как принцесса, благодарила друзей, но в глазах читалось превосходство. Ведь если её действительно возьмут в проект режиссёра Сюя, она будет работать над «Высшим обществом» вместе с Шэнь Цинкун. Даже номинация на премию в качестве младшего сценариста сэкономит десятилетия борьбы для любого новичка.
— Цзян Ножоу, выпьем за тебя! — Ань Цзин подошла с бокалом.
Все в зале знали, что между ними произошёл конфликт: Ань Цзин явно использовала Цзян Ножоу, но кто осмелится говорить об этом вслух? Ведь Ань Цзин — любимая ученица замдиректора Чэня, а Цзян Ножоу — никто.
Цзян Ножоу встала. Она редко пила, но после пары бокалов голова закружилась. В этот момент зазвонил телефон — Ань Цзытун.
Остальные играли в карты. Цзян Ножоу вышла на свежий воздух, чтобы прийти в себя.
— Алло, Цзытун?
— Ты тоже в «Полуночной тишине»? — голос подруги был заглушён шумом. Цзян Ножоу приложила ладонь ко лбу и прислушалась.
— Да… Ань Цзин угощает нас. Я в зале 03.
— Мы с Чуин здесь — сегодня день рождения моего парня. Если у вас там скучно, заходи к нам!
— Хорошо.
Цзян Ножоу немного постояла у окна, проветрилась и почти пришла в себя. Ответив на пару сообщений, она зашла в туалет, высушила руки, собрала волосы в хвост и вышла в коридор.
— Братец Шиюй, какими судьбами? Уж не собрался ли ты в монастырь? Похоже, только великолепная госпожа Гу может вытащить тебя из затворничества! — раздался мужской смех.
Цзян Ножоу вышла из туалета как раз в тот момент, когда навстречу шла компания из трёх-четырёх человек. Среди них — женщина в изысканном платье цвета озёрной глади, в больших очках, с аурой неземной красоты. Гу Цинцзяо улыбнулась:
— Перестаньте надо мной подшучивать.
Цзян Ножоу не ожидала встретить Тан Шиюя и уже собиралась развернуться, но группа уже поравнялась с ней. Прятаться в туалете было нелепо, поэтому она вежливо сказала:
— Молодой господин Тан.
Тан Шиюй остановился.
Остальные взгляды устремились на Цзян Ножоу. Один из мужчин с улыбкой спросил:
— Братец Шиюй, не представишь?
Цзян Ножоу была в чёрной толстовке и джинсах, подчёркивающих стройные ноги. Её лицо казалось особенно милым и скромным. Только теперь она разглядела спутников Тан Шиюя: двое молодых мужчин и красивая женщина — похоже, они только что пришли и направлялись к лифту.
Тан Шиюй произнёс:
— Поднимайтесь без меня.
http://bllate.org/book/9491/861857
Готово:
