В общежитии Чэнь Яньсянь резко швырнул телефон, ловко снял с вешалки одежду и направился в душ.
В день их возвращения в Личэн стояла ясная погода. Зимнее солнце грело мягко и ласково. Чжоу Ли была одета в коричневое пальто с пуговицами в виде рогов; её волосы разделялись посередине и были заплетены в две аккуратные косички. Лицо у неё — маленькое, как ладонь, глаза — миндалевидные, губы — естественно алые, а под чёлкой двойные веки красиво расходились веером у висков. Она выглядела точь-в-точь как героиня японских фотокарточек.
После восемнадцатилетия с её лица окончательно сошёл детский пух, и она по-настоящему расцвела юной девушкой.
Чэнь Яньсянь ощущал каждое её изменение, будто наблюдал, как перед ним медленно распускается бутон цветка. В глубине души он чувствовал тревогу, которую даже самому себе не хотел признавать.
Не настанет ли день, когда она встанет перед ним с ясным взглядом и скажет:
— Чэнь Яньсянь, у меня теперь есть человек, которого я действительно люблю?
Но уже в следующее мгновение он отбросил эту мысль.
Пока он рядом, такого дня никогда не будет.
Они сели на такси до вокзала. До отправления поезда оставалось ещё много времени, но из-за приближающегося сезона массовых поездок домой зал ожидания был переполнен. Чжоу Ли заранее зашла в супермаркет и купила огромный пакет закусок. Сейчас она сидела на жёстком синем пластиковом стуле и шуршала, вытаскивая из рюкзака содержимое: желейки, йогурты, куриные лапки в перце чили, бобы и говядина… Всё это было уложено сплошь.
Чэнь Яньсянь смотрел, как она, надув щёки, усердно роется в сумке, занятая едой, словно медвежонок. Вся его тревога вдруг показалась ему плодом воображения.
Он просто напрасно беспокоился.
Поездка длилась всего пять часов, и они купили билеты на два места в плацкартном вагоне. Чжоу Ли заняла место у окна, а Чэнь Яньсянь поставил их чемоданы на багажную полку и сел рядом.
Перед самым отправлением вагон постепенно заполнился пассажирами. Напротив них устроилась пара — молодой человек и девушка, примерно их возраста.
Сначала они бегло осмотрели Чжоу Ли и Чэнь Яньсяня, потом сели. Девушка назвала парня «дай-гэ» — старшим братом. Значит, они были родственниками.
Поезд протяжно гуднул и неторопливо тронулся. Пейзаж за окном начал медленно отступать. Чжоу Ли, объевшись до отвала, теперь потягивала из бутылочки «Якульт», разглядывая проплывающие мимо холмы и деревья.
Чэнь Яньсянь склонился над телефоном.
Прошло немного времени, и вокруг постепенно воцарилась тишина. Был полдень, и тёплый солнечный свет клонил ко сну. Чжоу Ли зевнула и стала искать в кармане рюкзака наушники, но не нашла их.
— Чэнь Яньсянь, у тебя есть наушники? — спросила она, слегка повернувшись к нему.
Чэнь Яньсянь помолчал пару секунд, затем поднял глаза.
— Мне самому надо слушать.
— ...
— Но... — добавил он, — могу дать тебе один.
— ........
Чжоу Ли всегда предпочитала слушать музыку в оба наушника — только тогда она получала настоящее удовольствие. Услышав его предложение, она гордо ответила:
— Не надо! Спасибо!
Неизвестно почему, лицо Чэнь Яньсяня вдруг стало мрачнее.
Но Чжоу Ли его не боялась. Скучая, она снова начала рыться в рюкзаке и вытащила большой пакет мандаринов, чтобы утешиться вкусняшками.
Разорвав упаковку, она уже собиралась взять первый мандарин, но, заметив напротив сидящих людей, смутилась и на секунду замерла. Затем вежливо протянула пакет вперёд:
— Хотите мандарин?
— А, нет, спасибо, — быстро отказался её сосед — брат девушки.
Чжоу Ли улыбнулась ему и с чистой совестью принялась угощаться сама.
В воздухе разлился свежий цитрусовый аромат — лёгкий, бодрящий.
Девушка напротив внимательно оглядела обоих и вдруг спросила:
— Вы тоже брат и сестра?
?
Оба одновременно замерли. Чэнь Яньсянь первым поднял глаза и холодно взглянул на неё, не произнеся ни слова.
Чжоу Ли поспешила пояснить:
— Нет-нет, совсем нет!
— Тогда однокурсники? — девушка продолжала допытываться, сохраняя доброжелательную улыбку.
— Мы примерно одного возраста. К тому же мой брат и я учимся в университете С, — болтливо рассказывала она. — Представляете, нам повезло поступить в одно и то же учебное заведение!
Чжоу Ли всегда нравились милые, открытые девушки, и теперь она тоже заговорила охотнее:
— Это правда удивительное совпадение! Мы тоже учимся в одном месте.
— В Ниншэ? В Южном университете? — девушка пристально следила за их лицами. — Неужели в Университете А? Как круто!
— Да ладно, просто повезло на экзаменах, — скромно ответила Чжоу Ли и указала на Чэнь Яньсяня: — Он настоящий гений, а вот я так себе.
Девушка перевела взгляд на Чэнь Яньсяня и уставилась на него, не отводя глаз. Даже Чжоу Ли сразу поняла, что происходит.
— Так ты не только красавец, но ещё и отличник! — восхищённо воскликнула она. — Действительно, все красавчики универсальны!
Прежде чем кто-либо успел ответить, она уже достала телефон. Её улыбка стала куда ярче прежнего, а голос — особенно мелодичным и игривым:
— Можно добавиться к тебе в вичат? Буду спрашивать, когда что-то не пойму.
— .......
— .......
Чэнь Яньсянь молчал, лишь перевёл взгляд на Чжоу Ли. Та широко раскрыла глаза, явно не ожидая такого поворота.
На мгновение воцарилось неловкое молчание. Видя, что он не реагирует, девушка смущённо высунула язык и сказала:
— Прости, наверное, это слишком внезапно? Просто вокруг одни двоечники, и я впервые встречаю кого-то такого умного, поэтому захотелось познакомиться.
— Обещаю, не буду тебе мешать без дела, — добавила она и снова протянула телефон чуть ближе.
Её брат, сидевший рядом и молчавший до этого, незаметно дёрнул её за рукав, но девушка сделала вид, что ничего не заметила.
Чжоу Ли проследила за её движением и уставилась на маленький розовый телефон. Внезапно она заговорила:
— Э-э...
Все повернулись к ней.
Чжоу Ли осторожно взяла Чэнь Яньсяня за руку и, глядя на девушку, сказала:
— Боюсь, это не очень удобно.
— А?
— Потому что у него уже есть девушка. Это я.
— .......
Девушка на секунду смутилась, но тут же взяла себя в руки и улыбнулась, демонстрируя уверенность:
— Ой, я совсем не имела в виду ничего такого! Просто хотела оставить контакты. Неудобно, что ли?
На этот раз она смотрела прямо на Чэнь Яньсяня. Тот без тени эмоций кивнул:
— Неудобно.
— Ну ладно, — наконец убрала она телефон, явно с сожалением.
Поезд продолжал мерно покачиваться. Все четверо по-прежнему сидели друг против друга. Девушка то и дело переводила взгляд с Чэнь Яньсяня на Чжоу Ли, сохраняя прежнее выражение лица.
— Мандарины сладкие? В вагоне какой-то странный запах, — сказала она.
Чжоу Ли сидела, нахмурившись, и совершенно не хотела с ней разговаривать. Но воспитание не позволяло быть грубой, поэтому она холодно буркнула:
— Ага.
— Можно мне один? — спросила та и даже потянулась за пакетом.
Чжоу Ли резко вскочила и прижала пакет к себе, быстро завязав его.
— Только что вспомнила: эти мандарины для мамы, так что не могу дать, — сказала она, не краснея и не моргнув глазом, крепко обнимая пакет.
Теперь выражения лиц напротив окончательно испортились, а девушка замолчала.
Атмосфера накалилась, между ними явно витало напряжение. В этот момент Чэнь Яньсянь, до этого молчавший, вдруг рассмеялся — громко и отчётливо.
Он посмотрел на Чжоу Ли, ласково потрепал её по голове и сказал с нежностью и лёгким раздражением:
— С тобой просто невозможно! Прошло столько времени, а ты всё такая же ревнивая. Ладно, по приезду буду показываться только тебе, хорошо?
После этих слов обстановка в купе сразу изменилась. Лицо девушки застыло, но прежде чем она успела что-то сказать, её брат наконец не выдержал и тихо прикрикнул:
— Хватит уже говорить!
— А что я такого сделала? — возмутилась она, но больше не добавила ни слова и до конца пути молчала.
Четверо сидели в гробовой тишине, нарушаемой лишь стуком колёс поезда. Чэнь Яньсянь оставался самым спокойным из всех: он достал наушники, неторопливо надел их сам, а затем протянул второй Чжоу Ли.
— Послушаешь музыку?
Чжоу Ли не могла похвастаться таким же хладнокровием. Она молча, с каменным лицом, взяла наушник.
Они сидели рядом, слушая одну музыку через одни наушники, соединённые тонким белым проводом, словно находясь в своём собственном мире.
Эта картина, полная нежности и безразличия к окружающим, заставила сидящих напротив снова задохнуться от зависти.
Те двое сошли на следующей станции — возможно, так и планировали, а может, просто не выдержали дальше. Чжоу Ли скорее верила в первое: судя по поведению девушки, она вряд ли сдалась бы так легко.
Как только они ушли, Чжоу Ли явно перевела дух и расслабила плечи, которые до этого были напряжены.
— Что с тобой? — спросил Чэнь Яньсянь, внимательно глядя на неё, и начал убирать наушники, говоря небрежно.
— Раньше ты никогда так не вела себя. Ты же всегда добрая и щедрая, готова делиться всем, — в его голосе слышалась лёгкая насмешка, вероятно, он до сих пор помнил историю с курткой. Но Чжоу Ли всё ещё переживала недавнюю сцену и не обратила внимания на его подколки. Она нахмурилась и ответила:
— Просто мне не нравится такое чувство.
— А?
Он был готов выслушать.
Чжоу Ли задумалась, потом серьёзно объяснила:
— Она совсем не искренняя. Использует других как инструмент: когда нужно — улыбается, а когда не нужно — делает вид, что не замечает.
Она выглядела очень озадаченной и в конце лишь резюмировала:
— Очень неприятно.
Ответ был вполне ожидаемым для Чэнь Яньсяня. Он проигнорировал лёгкую горечь в сердце, медленно убрал наушники в сумку и небрежно спросил:
— А когда другие просят мой контакт, у тебя нет других мыслей?
— Вот об этом я и хотела сказать! — оживилась Чжоу Ли и уставилась на него. — Чэнь Яньсянь, ты сейчас был ужасно пафосен! У меня мурашки по коже! Откуда ты набрался таких фраз из дорам? Прямо дух девяностых, будто играешь в «Босса, влюбившегося в меня»!
— ............
Чэнь Яньсянь глубоко вдохнул, чувствуя, как в груди сжимается ком. Он скрестил руки на груди, закрыл глаза и откинулся на спинку сиденья, холодно бросив:
— Я спать хочу. Не мешай.
— А? Уже? — Чжоу Ли, казалось, ещё не наигралась.
Чэнь Яньсянь полностью отключился от её голоса. Однако спустя некоторое время, когда он уже почти заснул, рядом снова возникло тепло, и Чжоу Ли осторожно спросила:
— Чэнь Яньсянь, а можно мне твои наушники?
— —— Чэнь Яньсянь чуть не поперхнулся, но через мгновение яростно порылся в сумке, вытащил спутанные провода и швырнул их ей.
— Замолчи! Больше не хочу слышать твой голос!
Изначально он злился, но постепенно всё же уснул. Сон оказался долгим и глубоким — видимо, он давно не отдыхал по-настоящему. Когда он проснулся, за окном уже стемнело, а в вагоне горели тусклые лампы.
Он потёр шею и повернулся — и вдруг встретился с пристальным взглядом больших глаз. Сердце его невольно дрогнуло, и он нахмурился:
— Чжоу Ли, что ты делаешь?
— Можно теперь говорить? — спросила она, заметив, что он проснулся, и вернулась в обычное состояние. — Ты же запретил мне разговаривать, телефон разрядился, за окном темно — нечего смотреть. Так что я просто смотрела на тебя.
Ответ оказался неожиданным. Чэнь Яньсянь приподнял бровь и вдруг спросил:
— Я красив?
Чжоу Ли замерла, затем внимательно оглядела его и серьёзно ответила:
— Так себе.
— Так себе? — у Чэнь Яньсяня чуть не случился приступ.
Видя его реакцию, Чжоу Ли помолчала пару секунд, снова взглянула на него и добавила:
— Ну, чуть-чуть красивее обычных парней.
В уме она мысленно показала расстояние в полсантиметра между большим и указательным пальцами.
Но настроение Чэнь Яньсяня мгновенно улучшилось. Он фыркнул и довольно усмехнулся, явно радуясь комплименту.
http://bllate.org/book/9398/854677
Готово:
