— Загорожу тебе дорогу, — без раздумий ответил Сюй Хэн. Разве это не очевидно? Неужели ему ещё нужно это объяснять?
Чжай Цзыцин на мгновение онемела, не зная, что сказать в ответ на такой прямой и решительный ответ, и почувствовала неловкость от сложившейся ситуации.
Её замешательство не ускользнуло от внимания Сюй Хэна. Он оперся рукой о книжную полку, наклонился и заглянул ей прямо в глаза:
— Неужели произошло что-то, о чём я не знаю?
— Нет! — воскликнула она громко, выглядя при этом крайне виновато. Понимая, что сейчас вся её неловкость написана у неё на лице, она поспешила добавить: — Просто у меня сегодня плохое настроение. Ты же знаешь, у девушек бывают такие дни.
Последняя фраза заставила Сюй Хэна нахмуриться:
— Какие дни?
— Пф-ф… — Чжай Цзыцин не сдержалась и расхохоталась так, что задрожала всем телом.
Она подумала, что он просто шутит, но искреннее недоумение в его глазах ясно говорило: он действительно не понимает, о каких «тех днях» идёт речь.
Сюй Хэн растерянно смотрел на неё, не имея ни малейшего представления, над чем она смеётся.
Насмеявшись вдоволь, Чжай Цзыцин перевела дыхание и сказала:
— Ну, когда месячные начинаются!
Услышав это, уши Сюй Хэна медленно покраснели, пока не стали пунцовыми, будто обожжённые угли.
Он слегка кашлянул, убрал руку и спрятал её у себя по бокам, постепенно сжимая в кулак. Под насмешливым взглядом Чжай Цзыцин он поспешно покинул библиотеку.
И в этот момент он совершенно забыл о том, зачем вообще пришёл — чтобы допросить её.
Глядя на его бегущую спину, Чжай Цзыцин снова рассмеялась:
— Ох… какой же ты наивный!
Поддавшись игривому порыву, она последовала за Сюй Хэном к двери гостевой комнаты. Дверь была плотно закрыта. Она постучала — изнутри не последовало никакого ответа.
Стараясь сдержать улыбку, она прикусила губу и нарочито невинно спросила:
— Хэн-гэ, почему ты вдруг убежал?
Внутри по-прежнему молчали. Тогда она продолжила:
— В эти дни настроение у девушек очень переменчивое. Надеюсь, ты поймёшь!
А тем временем Сюй Хэн сидел в гостевой комнате на диване, держа на коленях ноутбук и что-то усиленно изучая. В ушах то и дело звучал голос Чжай Цзыцин, лукаво поддразнивающий его.
Это чувство было одновременно приятным и мучительно смущающим.
Так как ответа долго не было, Чжай Цзыцин начала терять интерес и уже собиралась уйти, как вдруг дверь гостевой распахнулась, и перед ней мелькнула фигура, стремительно пронёсшаяся мимо, словно молния.
Фигура направилась прямо по коридору, оставив Чжай Цзыцин одну, стоящую в оцепенении и прижимающую ладонь к груди.
— Ты что, решил меня напугать до смерти?! — крикнула она вслед ему.
Возможно, этот возглас привлёк внимание Сюй Хэна: спустя примерно секунду она увидела, как он вернулся обратно.
Издалека в его глазах читались смятение и лёгкая тревога, но слова его прозвучали так, что сердце не могло не смягчиться:
— Я виноват.
Такой искренний и быстрый ответ поставил в тупик саму Чжай Цзыцин, которая только что поддразнивала его. Её голос стал мягче:
— Куда ты собрался?
Её нежный голос словно щекотал сердце Сюй Хэна, вызывая приятное покалывание и мурашки.
Это ощущение напоминало первые признаки влюблённости — лёгкое, воздушное, будто паришь в облаках.
— Хэн-гэ? — окликнула его Чжай Цзыцин, заметив, что он снова задумался. Ей казалось, что в последнее время он всё чаще теряется в мыслях, и она не понимала почему.
Сюй Хэн очнулся и смущённо пробормотал:
— Я хочу сварить тебе имбирный напиток с бурой патокой.
— Зачем? — удивилась она.
— Потому что… в Байду написано, что девочкам… в эти дни… лучше пить воду с бурой патокой… — запинаясь от смущения, ответил он.
Оказалось, всё это время в гостевой комнате он сидел с ноутбуком и искал подробную информацию о женской менструации и способах облегчить состояние.
Теперь уже Чжай Цзыцин стало неловко, и она не знала, как объясниться:
— Я…
— Это совсем не сложно, — перебил он, не давая ей договорить.
Затем взял её за руку и проводил в гостиную, усадил на диван, укрыл ноги пледом и даже положил ей на колени подушку.
— Отдохни здесь немного. Я быстро сварю напиток.
Не дожидаясь её ответа, он сразу направился на кухню. Глядя ему вслед, Чжай Цзыцин задумалась.
В последние дни она избегала Сюй Хэна, боясь, что он вспомнит тот случай. Но теперь, судя по всему, он ничего не помнит — лишь знает, что был пьян.
Всё остальное, похоже, стёрлось из его памяти. И сейчас он суетится из-за её лжи…
Наблюдая за его хлопотами на кухне, Чжай Цзыцин почувствовала стыд. Она осознала, насколько глупо и капризно вела себя, отдаляясь от него из-за чего-то, о чём он даже не догадывается. Ведь они же договорились быть просто друзьями.
Как и говорил Сюй Хэн, имбирный напиток с бурой патокой варится недолго — всего минут десять.
Он принёс большую миску горячего напитка и сказал:
— Пей, пока горячее.
Чжай Цзыцин благодарно кивнула:
— Спасибо.
Резкий запах имбиря ударил в нос. Она машинально начала помешивать жидкость ложкой. Сюй Хэн, сидевший рядом, нахмурился:
— Живот болит?
Чжай Цзыцин поспешно замахала руками:
— Нет… — После короткой паузы она честно призналась: — Вообще-то у меня месячные ещё не начались.
Лицо Сюй Хэна слегка окаменело, и ей стало ещё хуже:
— Прости меня, пожалуйста. Я соврала, чтобы уйти от твоих вопросов. Прости.
В её больших глазах, сиявших виноватым блеском, читалась и неловкость, и искренняя просьба о прощении.
Сюй Хэн и не собирался её в чём-то упрекать, а теперь и вовсе не хотел ворошить прошлое.
Зачем цепляться за это? Главное — всё вернулось на круги своя!
— Главное, что с тобой всё в порядке, — сказал он.
Чжай Цзыцин кивнула и начала потихоньку пить имбирный напиток. Острый, сладковато-жгучий вкус обжёг горло, и на глаза навернулись слёзы.
Но она продолжала пить глоток за глотком. Когда Сюй Хэн попытался остановить её, она уклонилась.
В этот момент он понял: она чувствует вину за свою ложь.
Не вынося вида раскаивающейся Чжай Цзыцин, он поспешил сменить тему:
— Помнишь, я говорил тебе о компании «Чэнтянь»? Может, обсудим это сейчас?
Чжай Цзыцин поставила миску на стол:
— Говори.
— Прежде всего, извини, что сообщил об этом мастеру Фу без твоего разрешения, — начал Сюй Хэн.
— Ничего страшного, — ответила она, понимая, что он действовал из лучших побуждений, и кивнула, предлагая продолжать.
Сюй Хэн сцепил пальцы и оперся локтями на колени:
— Узнав об этом, мастер Фу предложил идею, которая полностью совпала с моими собственными мыслями.
Чжай Цзыцин удивилась. Она не ожидала, что Сюй Хэн продолжает следить за её делами даже втайне.
Эта мелочь принесла ей тепло в эту прохладную ночь — не физическое, а душевное.
Заметив, как она внимательно слушает, Сюй Хэн чуть приподнял уголки губ:
— И я, и мастер Фу видели твои прежние работы. Мы уверены в твоих силах и считаем, что на конкурсе ты покажешь отличный результат.
— Поэтому мы решили: после конкурса раскрыть эту историю публично. Это обеспечит тебе устойчивую популярность и позволит максимально использовать ситуацию в твою пользу. Раз они поступили нечестно, нам не грех ответить тем же.
Во время рассказа Сюй Хэн внимательно следил за выражением её лица. Увидев, что она не возражает, он почувствовал облегчение.
Предложение показалось Чжай Цзыцин неожиданным, но отказываться она не собиралась. Как верно сказал Сюй Хэн — раз они первыми нарушили правила, почему бы не ответить им той же монетой?
Она немного поёрзала на месте и протянула руку, чтобы взять его сомкнутые ладони. Лёгким движением она слегка их сжала:
— Спасибо.
Взгляд Сюй Хэна упал на их соединённые руки. Снаружи он лишь улыбался, но если присмотреться, становилось ясно: он совершенно оцепенел.
Чжай Цзыцин почувствовала это и тут же отпустила его руку, решив, что его боязнь женщин ещё не прошла:
— С тобой всё в порядке?
От внезапной потери её прикосновения в душе Сюй Хэна возникла пустота. Он не отрывал глаз от её руки, вспоминая её мягкость и тёплую кожу.
Такая нежность… заставляла его хотеть прикоснуться снова…
А может, даже поцеловать?.
Когда Чжай Цзыцин, не получив ответа, ещё немного посидела, она увидела лишь его приподнятые губы и нежность во взгляде.
Такую трогательную мягкость ей показалось почти иллюзией.
Сотрудники бюро заметили, что в последнее время Сюй Хэн сильно изменился.
Но в чём именно — никто не мог точно сказать, сколько ни ломали голову.
Наблюдая за их задумчивыми лицами, Чжай Цзыцин задумчиво произнесла:
— Мне кажется, он стал чаще улыбаться!
Действительно, в последние два дня, как только она встречала Сюй Хэна, тот улыбался во весь рот — глуповато и по-детски.
Её слова вызвали единодушное несогласие, особенно у Сяоху:
— Не может быть! — Он крепче стянул воротник рубашки. — Вчера Хэн-гэ посмотрел на меня так, будто хотел меня прикончить.
— Да? — раздался голос у него за спиной.
Сяоху словно окаменел.
Чжай Цзыцин обернулась и на миг уловила пронзительный взгляд Сюй Хэна, но тот тут же исчез.
Как только их глаза встретились, лицо Сюй Хэна мгновенно смягчилось.
Буквально за секунду он превратился из холодного и сурового человека в нежного и заботливого.
Казалось, в нём есть некий переключатель: стоит увидеть Чжай Цзыцин — и он тут же становится другим.
Прошла почти минута, а Сюй Хэн всё стоял на месте, не двигаясь. Чжай Цзыцин моргнула и окликнула его:
— Хэн-гэ?
— Кхм! — Сюй Хэн дернулся от её мягкого голоса, прикрыл рот ладонью и поспешно бросил: — Иди за мной.
С этими словами он развернулся и быстро зашагал прочь, явно пытаясь скрыть смущение.
По дороге он даже прикусил губу, сдерживая желание обернуться.
Почему от одного её имени у него замирает сердце? Он совершенно не в силах этому противостоять!
Чжай Цзыцин, оставшаяся на месте, с недоумением смотрела ему вслед. Убедившись, что он звал именно её, она встала и последовала за ним.
Она проследовала за ним на открытую террасу на втором этаже офиса.
Едва она вышла наружу, перед ней возник стакан апельсинового сока. От неожиданности она инстинктивно отшатнулась назад.
На самом деле она даже не пошатнулась и не споткнулась, но Сюй Хэн всё равно мгновенно схватил её за запястье — на всякий случай.
Ведь раньше Чжай Цзыцин не раз спотыкалась прямо перед ним, будто не умеет ходить.
Ему казалось, что она — маленький ребёнок, только начинающий делать первые шаги, и он не мог не волноваться за неё.
Чжай Цзыцин прижала ладонь к груди, успокаивая сердцебиение, и взяла стакан:
— Спасибо. Ты хотел что-то сказать?
Она прямо посмотрела на Сюй Хэна, но тот смотрел только на стакан в её руках:
— Не хочешь ещё глоток?
— А? — Она растерялась.
Прежде чем она успела что-то понять, он дотронулся пальцем до её губ.
Чжай Цзыцин замерла. «Боже мой, неужели Сюй Хэн сошёл с ума?!»
Сюй Хэн, будто обжёгшись, тут же убрал руку, крепко сжал ладони и не смог сдержать улыбку.
«Такие мягкие… Хотелось бы прикоснуться ещё раз… А на вкус, наверное, ещё лучше…»
— Хэн-гэ? — Чжай Цзыцин помахала рукой у него перед глазами.
Никакой реакции. Он смотрел вдаль, улыбаясь, погружённый в какие-то свои мечты.
Она помахала ещё раз.
Всё так же безрезультатно.
— Хэн-гэ! — крикнула она, почти сорвав голос.
Сюй Хэн вздрогнул, словно очнувшись:
— Э-э… я… — Он замялся. — Мама зовёт нас на обед.
— А? — удивилась Чжай Цзыцин. — Тётя вернулась?
С тех пор как они последний раз виделись, Ци Цзинъин и Сюй Минтин уехали на исследовательскую конференцию, и она больше не навещала их.
— Вернулись сегодня утром, — ответил Сюй Хэн.
— Хорошо, вечером зайду, — сказала Чжай Цзыцин, сделав глоток сока. Она подняла стакан и сладко улыбнулась: — Спасибо.
Эта улыбка заставила Сюй Хэна замереть. Казалось, все цветочные бутоны вокруг в одно мгновение распустились.
http://bllate.org/book/9383/853671
Готово:
