Например, Сюй Хуэй — это Сюй Хуэйсинь. Сюй Хуэйсинь — старшая сестра Сюй Аньчжи. А Сюй Аньчжи — вторая внучка старого господина Сюй.
Всё это они знали, но предпочитали молчать, не желая нарушать хрупкое равновесие нынешней жизни.
Уже поздно. Простите!
Глава сто пятьдесят четвёртая. Он обманывает её
Фу Синянь взял у Сюй Хуэй Сяо И — целого и невредимого. Мальчик радостно обнял его, не подозревая, как сильно перепугались Аньчжи и Фу Синянь, разыскивая его.
— Дядя, а где ЧжиЧжи? — оглядевшись по сторонам и не найдя Сюй Аньчжи, спросил Сяо И.
— Дома.
Слово «дядя», которым мальчик называл Фу Синяня, удивило Сюй Хуэй.
Неужели он до сих пор не признал ребёнка? Или Аньчжи так и не рассказала ему о происхождении Сяо И?
— Когда вернёшься домой, ни слова Аньчжи о том, что я забирала Сяо И, — напомнила Сюй Хуэй перед уходом.
Сяо И очень привязался к ней и, прежде чем уехать с Фу Синянем, с нежностью поцеловал Сюй Хуэй несколько раз подряд.
— Дядя, завтра я могу пойти играть с красивой тётей? — в машине Сяо И сразу вспомнил о ней.
— Сяо И, про красивую тётю нельзя рассказывать ЧжиЧжи, понял? — мягко сказал Фу Синянь, погладив мальчика, который с недоумением смотрел на него снизу вверх.
Сяо И никак не мог понять: почему нельзя сказать ЧжиЧжи, что красивая тётя водила его гулять?
Дома Сюй Аньчжи, услышав шум за дверью, бросилась открывать.
Увидев Сяо И и Фу Синяня, она выбежала наружу и вырвала сына из его рук.
— Сяо И, ты меня чуть с ума не свёл! — крепко прижав мальчика к себе, сказала она дрожащим от волнения голосом.
Её Сяо И — всё, что у неё есть на свете.
— ЧжиЧжи, не плачь, не плачь, — увидев, что глаза Сюй Аньчжи покраснели и по щекам покатились слёзы, Сяо И протянул ручонки и стал вытирать их.
Хотя он изо всех сил тер ей глаза, слёзы не исчезали, но Сюй Аньчжи всё равно было приятно.
Все трое вернулись домой. Из-за пропажи Сяо И Сюй Аньчжи и Фу Синянь сидели на диване, медленно приходя в себя после пережитого потрясения.
Сюй Аньчжи смотрела на Сяо И, который ползал рядом, не находя себе места.
Пусть иногда он и бывает непослушным, заставляя её голову ломать, но видеть его рядом важнее всего на свете.
Фу Синянь тоже не отрывал взгляда от мальчика и то и дело протягивал руку, чтобы погладить его маленькую ладошку.
Это его сын. Сын от Сюй Аньчжи.
Даже анализ ДНК не нужен — по чертам лица, столь похожим на его собственные, Фу Синянь без сомнений знал: это его ребёнок.
Сегодня Сяо И чуть не пропал — и Фу Синянь по-настоящему испугался.
— Где ты нашёл Сяо И? — взгляд Сюй Аньчжи переместился с сына на Фу Синяня.
— Кто увёл Сяо И?
Фу Синянь на мгновение замер. Поскольку он дал обещание Сюй Хуэй, ему пришлось соврать Сюй Аньчжи.
— Моя мама.
Услышав ответ, Сюй Аньчжи на миг нахмурилась.
Значит, когда она стояла у ворот дома Фу, Сяо И уже был внутри? Или, может, госпожа Фу ещё не успела вернуться?
— Ты нашёл его в доме Фу? — уточнила она.
Фу Синянь не знал, что Сюй Аньчжи уже была у них. Он просто продолжил плести ложь, пытаясь сделать её более правдоподобной.
Но с самого начала в этой истории была брешь. Чем больше он говорил, тем очевиднее становилось для Сюй Аньчжи, что он лжёт.
Она ведь сама постучалась в дверь дома Фу и даже столкнулась с семьёй старшего сына Сюй. Те наверняка видели фотографию Сяо И и Сюй Аньчжи, опубликованную в газетах. Если бы Сяо И действительно был в доме Фу, они не прошли бы мимо, не сказав ни слова.
В тот самый момент Фу Синянь звонил ей и сообщал, что Сяо И найден.
«Найден» — значит, он забрал мальчика у госпожи Фу прямо в доме.
Но Сюй Аньчжи, стоявшая тогда у ворот резиденции Фу, не почувствовала и следа присутствия сына внутри.
Следовательно, есть только один вывод: Фу Синянь лжёт ей.
Сяо И вовсе не был у госпожи Фу и тем более не находился в доме Фу.
Проанализировав всё, Сюй Аньчжи полностью перестала верить словам Фу Синяня. Она не понимала, зачем он её обманывает. Если бы ребёнка похитил его враг, Фу Синянь обязательно предупредил бы её, чтобы она была осторожнее.
Но он спокоен, не даёт никаких указаний, кого опасаться.
Тогда кто же увёл Сяо И?
Сюй Аньчжи не находила ответа, но гораздо больше её расстраивало то, что Фу Синянь её обманул.
Она всегда доверяла ему. И теперь этот обман — будь он добрым или злым — причинял ей боль.
Сюй Аньчжи страдала от предательства, а Фу Синянь в это время размышлял, как же наконец заговорить с ней откровенно.
Фотография Сяо И и Сюй Аньчжи уже обошла весь Цзинчэн. Пришло время признать ребёнка своим.
— Аньчжи! — окликнул он.
Но слова застряли в горле.
Он всё ещё боялся. Боялся, что, задав вопрос, вызовет у неё панику и она откажется рассказывать правду о происхождении Сяо И.
— Да? — подняла она на него глаза, встречая его пристальный, серьёзный взгляд.
Рано или поздно это должно произойти!
После публикации их фото газеты чётко указали: Сяо И — её ребёнок. А Фу Синянь?
Глава корпорации «Фу», человек недюжинного ума — разве он не догадался, что Сяо И не только её сын, но и его?
Больше скрывать бесполезно!
Если он захочет провести тест ДНК, результат будет однозначен.
Если он сейчас спросит — она скажет ему всю правду!
Но прошло много времени, а Фу Синянь так и не заговорил.
Он боялся причинить ей боль и смущение, поэтому проглотил слова. Чтобы удержать её рядом, нужно быть особенно бережным — нельзя рисковать и отталкивать её.
— Ничего, — улыбнулся он.
Сюй Аньчжи удивилась: она не ожидала, что он ничего не скажет.
Он протянул руку и обнял её вместе с Сяо И.
— Аньчжи! — мягко прошептал он ей на ухо.
От этого нежного голоса ей стало ещё тяжелее.
Он ведь знает, что Сяо И — его сын, но предпочитает молчать.
Сяо И, самый неугомонный из всех, вовсю прыгал и веселился, но, оказавшись в объятиях Фу Синяня, начал вырываться, недовольный тем, что его движения ограничили.
Информацию о связи между Сяо И и Сюй Аньчжи Фу Синянь и Сюй Хуэй совместно подавили, запретив СМИ дальше распространять слухи.
Однако фотографии уже успели разлететься повсюду, и новость о том, что у Сюй Аньчжи есть четырёхлетний ребёнок, прочно засела в умах жителей Цзинчэна.
Об этом знали все, включая Сюй Вань.
Сюй Вань и Су Чэнь, которого выгнали из корпорации «Сюй», обсуждали возможность уехать из Цзинчэна и начать новую жизнь в деревне.
Она уже собрала вещи, когда Су Чэнь вернулся и сообщил, что передумал: он хочет заняться другим бизнесом и не собирается уезжать с ней.
Он нарушил данное слово и сделал это решительно.
Тогда Сюй Вань решила уехать одна, но Су Чэнь вдруг заявил, что ему срочно нужна её помощь — он только начинает новое дело.
Он изобразил жалость на лице, рассказывая, как много отдал корпорации «Сюй», а в итоге его выгнала Сюй Аньчжи. Теперь он не претендует на что-либо, просто хочет снова заработать денег — ради Сюй Вань и Су Мо.
Такие слова, сказанные умелым языком, звучат очень убедительно.
— У нас достаточно денег, — ответила Сюй Вань, не желая возвращаться в мир бизнеса.
Когда-то она занималась делами лишь потому, что иного выхода не было: нужно было прокормить двух дочерей и не дать семье Сюй смотреть на них свысока.
Она хотела собственными силами обеспечить девочкам жизнь настоящих наследниц.
Но всё пошло не так: денег почти не заработала, Сюй Хуэйсинь попала в тюрьму, а потом Сюй Аньчжи рассорилась с ней и уехала из Цзинчэна.
Поэтому теперь Сюй Вань совсем не хотелось снова рисковать и гнаться за богатством.
— Ваньвань, у Мо-Мо в доме Се дела идут плохо, — красноглазый, Су Чэнь использовал дочь как козырь.
Жизнь Су Мо в семье Се действительно была тяжёлой.
Мистер Се уже наигрался ею, а теперь, когда она беременна, вообще не хочет возвращаться домой, проводя всё время с другими женщинами.
Как он сам говорил:
— Я хочу — а она может дать?
— Если я сейчас повредю ей, играя слишком грубо, вы можете остаться без внука, — так он объяснял родителям.
Его отец и мать прекрасно знали, что их сын — развратник. Но если он не сдержится и травмирует Су Мо, то хоть сама она и не важна, ребёнок может пострадать — а ради него-то они и устроили этот брак.
Поэтому родители Се делали вид, что ничего не замечают, позволяя сыну развлекаться на стороне.
Без мужа рядом и с запретом возвращаться в дом Сюй, Су Мо чувствовала себя крайне несчастной.
А когда ей было тяжело, она плакала — горько и жалобно. Но Се это не трогало.
Ведь они немало заплатили за неё! Всего через несколько дней после свадьбы она постоянно рыдает и изображает жертву. Её никто не обижает, кормят и поят как следует — чего же ей не хватает?
Если бы не ребёнок в её утробе, Се и вовсе не стали бы с ней церемониться.
Такова была жизнь Су Мо в доме Се — тяжёлая, но сама она выбрала такой путь.
Су Чэнь, рассказывая о дочери, с грустью произнёс:
— Я знаю, Мо-Мо многое сделала против Аньчжи, но ведь она всё равно моя дочь!
— Ваньвань, я хочу заработать побольше денег, чтобы, если Се её бросят, у неё осталась хоть какая-то опора!
На самом деле Су Чэнь думал только о себе.
— Завтра днём три тысячи!
После публикации фотографий с Сяо И Сюй Аньчжи больше не отвозила сына в детский сад. Она перестала ходить в корпорацию «Сюй» и осталась дома с ребёнком.
Бегство — не лучший выход, оно лишь временно откладывает проблемы!
Сюй Аньчжи не могла прятаться с сыном дома вечно, но упрямо отказывалась выводить его на улицу хотя бы до тех пор, пока не уляжется шум вокруг.
До возвращения в Цзинчэн она думала просто: вернуть корпорацию «Сюй», принадлежащую ей и сестре, из рук Су Чэня — и уехать, чтобы снова жить спокойной жизнью с Сяо И.
Но вернувшись, она поняла: всё давно вышло из-под контроля.
Ранее она колебалась, уезжать ли, но после утечки фотографий желание покинуть город стало ещё сильнее — особенно после того, как госпожа Фу со своей свитой ворвалась в виллу Фу Синяня.
Семья Фу давно мечтала о союзе с семьёй Сюй и считала обеих дочерей Сюй подходящими невестами. Но когда Фу Синянь привёл в дом Сюй именно Сюй Аньчжи, это стало прямым вызовом их планам.
Фу Цзинсинь отлично понимал: с сыном, упрямым и самостоятельным, силой ничего не добьёшься.
Госпожа Фу, однажды возненавидев человека, редко меняла своё мнение. Пять лет назад Сюй Аньчжи легко приняла её чек — и этого было достаточно, чтобы вызвать у неё глубокое презрение.
Она была уверена: Сюй Аньчжи связалась с её сыном исключительно ради денег. И в таких условиях никогда не даст своего благословения.
А теперь вдруг выяснилось, что у Сюй Аньчжи есть ребёнок. Из разговора с семьёй старшего сына Сюй госпожа Фу узнала, что отцом мальчика, возможно, является не Фу Синянь.
Из-за этого она не могла уснуть всю ночь, ворочаясь и мешая Фу Цзинсиню, который в итоге перебрался на диван в гостиной.
Раздельный сон ещё больше разозлил госпожу Фу.
На следующий день, воспользовавшись отсутствием Фу Синяня, она привела с собой врача и без приглашения ворвалась в его виллу.
Когда раздался звонок в дверь, Сюй Аньчжи и горничная удивились. Обычно к ним никто не приходил: Сюй Аньчжи не любила принимать гостей дома, поэтому Фу Синянь всегда устраивал встречи и вечеринки где-то в другом месте.
Неужели соседи?
Горничная подошла к двери и заглянула в глазок. Сначала она увидела госпожу Фу.
Госпожу Фу знали почти все в Цзинчэне.
Когда-то она сама была наследницей одного из самых знатных родов города, на десять лет младше Фу Цзинсиня. Их считали парой с детства. Свадьба Фу Цзинсиня и госпожи Фу была пышной и знаменитой. После замужества она стала образцовой женой: занималась шопингом, гуляла, воспитывала сына. На официальных мероприятиях Фу Цзинсинь всегда появлялся с ней.
Госпожа Фу была предметом зависти многих: удачный брак, талантливый и успешный сын, который рано стал главой корпорации «Фу».
Поэтому горничная, ровесница госпожи Фу, взволновалась: ведь именно госпожа Фу была главной героиней бесконечных разговоров их поколения.
— Это госпожа Фу, — сказала горничная Сюй Аньчжи и открыла дверь.
http://bllate.org/book/9200/837063
Готово:
