Су Ся только что завершила поворот и, услышав шорох, обернулась.
Под ногами вдруг стало неустойчиво — она резко пошатнулась и начала падать вбок.
Мир закружился, но в этот миг её локоть сжала тёплая ладонь.
Лёгкое, но уверенное усилие вернуло ей равновесие.
Как только Су Ся устояла на ногах, давление на локоть исчезло.
Но ощущение от прикосновения не проходило: каждый палец будто оставил на коже невидимый след, словно тонкие шёлковые нити оплели руку. Даже тепло его ладони, казалось, ещё держалось на коже.
Су Ся машинально провела рукой по тому месту, где он её держал.
— Что случилось? — небрежно спросил Шэн Ян, заметив её движение.
Су Ся резко отдернула руку и запнулась:
— Ничего… Просто зачесалось.
Только произнеся это, она поняла, как странно это прозвучало.
Спеша исправиться, Су Ся добавила:
— Наверное, комар укусил! Вот и чешется немного.
— …
Шэн Ян на миг замер, но, услышав её объяснение, слегка усмехнулся.
— Ага, — коротко ответил он, поворачивая голову. Его пальцы, свисавшие вдоль тела, непроизвольно дёрнулись.
— Кстати, капитан, почему ты так поздно пришёл в студию?
Чтобы скорее уйти от темы «комаров», Су Ся поспешила сменить разговор.
Шэн Ян на секунду задумался, потом отвёл взгляд:
— Ци Мин забыл кое-что в офисе. Я зашёл с ним заодно.
— Понятно, — кивнула Су Ся. — А потом, проходя мимо нашей студии и увидев свет, решил заглянуть проверить, кто ещё здесь торчит?
Раз она сама так удачно всё объяснила, Шэн Ян не стал возражать. Однако он обратил внимание на её обращение и приподнял бровь:
— Тебе что, нравится меня так называть?
— А? — Су Ся сначала не поняла, но через мгновение сообразила и, прищурившись, улыбнулась: — Ты про «капитана»? Да, мне действительно нравится тебя так звать!
— Правда? — Шэн Ян, глядя на её весёлые глаза, тоже лёгкой улыбкой тронул губы. — Почему?
Су Ся даже не задумывалась над этим вопросом и теперь растерялась:
— Ну… Когда я называю тебя капитаном, создаётся ощущение, что мы сражаемся плечом к плечу.
Будто они стоят рядом.
А не так, как раньше, когда она могла видеть лишь его спину.
Шэн Ян чуть приподнял козырёк своей кепки, и под светом лампы его глубокие, прозрачные глаза ясно отразились в её взгляде.
Их глаза случайно встретились.
Оба на миг замерли.
Первым нарушил молчание Шэн Ян, уголки губ его тронула едва уловимая улыбка:
— Кто тебе запрещает так меня звать? Чего ты так нервничаешь?
Она нервничает?
Су Ся моргнула, чувствуя себя обиженной:
— Я не нервничаю. Просто… ты красивый.
— …
Ай! Что с ней сегодня?!
Если рот продолжит болтать без контроля, лучше сразу его пожертвовать!
Су Ся уже открыла рот, чтобы хоть как-то спасти ситуацию, но Шэн Ян тихо рассмеялся:
— Ну, вкус у тебя хороший.
— …
Почему ей вдруг показалось, что её айдол чертовски самовлюблён?
Раньше она этого не замечала!
Су Ся выпалила:
— Конечно, хороший! Иначе разве я стала бы твоей фанаткой? Мой айдол — самый крутой на свете!!!
Шэн Ян, похоже, не привык к её бесконечным комплиментам, и на лице его появилось выражение лёгкого недоумения:
— У кого ты этому научилась?
— Это разве учатся? — Су Ся повысила голос. — Ты просто не видел, сколько у тебя фанаток! Под любым постом с твоим именем — море неповторимых рекомендаций и восхищений! Я даже состояла в одном из твоих фан-клубов — там организованно вели антирейтинги, собирали бутылки и продвигали тебя в рейтингах! Но потом этим клубом завладела компания Цаньсин, и я вышла.
— Правда? — Шэн Ян слушал, как она говорит о вещах, связанных с ним, и выражение его лица стало серьёзнее, улыбка почти исчезла.
Видимо, не желая продолжать эту тему, он перевёл взгляд на студию:
— Ты одна осталась?
— А? А, да, — Су Ся, наблюдавшая за его лицом, снова легко отвлеклась. — Остальные ушли отдыхать, а я хотела ещё немного потренироваться… Кстати!
Внезапно вспомнив главное, Су Ся побежала к углу студии, где стоял термос.
— Капитан, ты ужинал? Я сварила немного каши, она ещё горячая. Хочешь попробовать?
Су Ся вернулась, обнимая термос, и, говоря, открутила крышку, чтобы он заглянул внутрь.
Шэн Ян машинально принял его.
Над горлышком поднялось облачко пара.
Шэн Ян на миг прищурился.
— Ты специально для меня варила?
Су Ся не стала отрицать:
— Конечно! Ты же прислал фото обеда, который явно не для больного желудка! Я догадалась, что ты почти ничего не ел, поэтому днём сварила кашу в общежитии. Думала, вечером ты можешь заглянуть в студию, вот и принесла.
Действительно, он почти не притронулся к еде.
Точнее, обед был бы вообще пропущен, если бы не нужно было отправить ей фото.
Шэн Ян давно привык к протестам своего желудка и уже перестал их замечать.
Но сейчас, держа в руках тёплый термос, ощущая сладковатый аромат проса и чувствуя влажный пар на лице, он вдруг почувствовал голод.
Пустота в животе наконец дала о себе знать, вызывая неприятные спазмы.
Шэн Ян усмехнулся и тихо спросил:
— Значит, ты так долго ждала… ради меня?
Су Ся:
— …
— Ну не совсем… Просто я хуже всех танцую, поэтому решила остаться подольше. А заодно… подождать тебя, — Су Ся старалась сгладить очевидность своих намерений. — Не ожидала, что мне так повезёт! Ты как раз вернулся и зашёл в студию!
— …Хм, — Шэн Ян неопределённо кивнул, глядя на её сияющее лицо, и вдруг улыбнулся. — Похоже, Ци Мин вовремя что-то забыл.
Автор примечает: Ци Мин — вечный инструмент :)
Каша получилась мягкой и клейкой, но из-за добавленных лилий слегка горчила.
Шэн Ян сел прямо на пол и только сделал первый глоток, как рядом протянулась рука.
На раскрытой ладони лежала конфета.
Прозрачная обёртка переливалась в свете, отражая мелкие блики.
Шэн Ян, державший ложку во рту, на миг замер и поднял глаза.
— Обещанная конфета, — Су Ся, обхватив колени, улыбнулась. — Не знаю, поел ли ты как следует, но раз тебе не плохо, значит, ты послушался.
Шэн Ян взял конфету, покатал между пальцами и усмехнулся:
— Ты что, считаешь меня ребёнком?
— А разве нет? — Су Ся до сих пор волновалась из-за дневного происшествия и нарочито сурово посмотрела на него. — Только дети не умеют заботиться о себе и не едят как следует!
Увидев, как она всерьёз принялась его отчитывать, Шэн Ян раздражённо щёлкнул пальцами и слегка ущипнул её за щёку:
— Малышка, крылья выросли? Решила командовать мной?
Он сделал это так естественно, что оба на миг замерли.
Это движение напомнило им детство — сколько раз она бегала за ним, шалила, а он так же легко щипал её за щёчку.
Сейчас же эта привычная ласка вдруг обернулась неловкой, почти осязаемой нежностью.
Шэн Ян убрал руку и тихо кашлянул:
— Извини.
Су Ся, которая уже начала паниковать, при этих словах погасила в глазах огонёк.
— За что извиняться? — Она старалась игнорировать учащённое сердцебиение и потерла щёку. — Ты же раньше столько раз так делал и не смущался!
Услышав «раньше», Шэн Ян расслабился.
— Ты тогда была маленькой.
— Я и сейчас младше тебя! — Су Ся вдруг театрально округлила глаза и осторожно спросила: — Капитан, если у тебя появится девушка, ты перестанешь со мной общаться?
Шэн Ян поднял ресницы, будто подумал, и тихо ответил:
— Думаю, ей это не помешает.
На мгновение Су Ся показалось, что в его глазах мелькнула нежность.
Она совсем не ожидала такого ответа.
Но, приглядевшись внимательнее, увидела, что его лицо снова спокойно — словно «она» существовала лишь в её воображении.
…
Су Ся прикусила губу и больше не осмелилась спрашивать.
— Кстати, капитан, ты раньше тоже так тренировался? — Су Ся вновь запустила свой главный навык — смену темы. — По восемнадцать часов в день?
— Восемнадцать? — Шэн Ян сделал ещё глоток каши и небрежно ответил: — Где уж там. Обычно ближе к двадцати, а в самые тяжёлые времена спал всего три-четыре часа в сутки.
— Три-четыре часа?! — Су Ся искренне удивилась. — Нужно ли так изводить себя?
Шэн Ян поставил термос и провёл тыльной стороной ладони по губам:
— Изводить? Чтобы выйти на большую сцену, тогда это было единственное, что я мог делать.
— А было трудно? — Су Ся вспомнила, что он уехал на соревнования в десять лет, и ей стало больно за него.
— Да нормально, — тихо сказал Шэн Ян. — Тогда, наоборот, было проще всего — нужно было сосредоточиться лишь на одном. И я искренне верил, что упорный труд обязательно приведёт меня туда, куда я мечтал попасть.
Су Ся вдруг всё поняла.
Многие считают школьные годы самыми тяжёлыми, но, пройдя через эту монотонную, повторяющуюся, но чистую эпоху, люди понимают: настоящий взрослый мир гораздо сложнее, полон разочарований и бессилия.
Упорство в башне слоновой кости становится белой луной, к которой уже не вернуться.
— Но ты добился своего, — улыбнулась Су Ся. — Ты достиг того места, о котором мечтал, и стал…
Она на секунду замолчала, затем закончила:
— Стал светом для многих.
Шэн Ян как раз поднял на неё глаза.
В этот миг ему показалось, что она хотела сказать: «Стал моим светом».
Пальцы вдруг зачесались, будто по ним пробежали муравьи.
Шэн Ян нахмурился, быстро пришёл в себя, отвёл взгляд, резко встал.
— Уже поздно. Пора идти.
— Ладно, — согласилась Су Ся. Сегодня она получила всё, о чём мечтала: поговорила с капитаном так долго! Поэтому радостно последовала за ним из студии.
— Кстати, нам не надо ждать Ци Мина? — вдруг вспомнила она. — Он так долго забирает свою вещь?
Шэн Ян:
— …
— Нет, — он слегка коснулся носа, сохраняя спокойное выражение лица. — Я велел ему идти домой сразу после того, как заберёт.
— Понятно.
Су Ся ничуть не усомнилась и выключила свет в студии.
Было уже за полночь, и почти все огни в здании погасли.
Проходя мимо дальней студии в коридоре, Су Ся заметила, что там ещё кто-то занимается.
Услышав, как внутри уже разучивают песню с движениями, она узнала голос:
— Лу Сико?! Боже, она что, совсем не спит!
— Капитан, может, мне рано уходить? — Су Ся внезапно почувствовала стыд, будто родитель сравнил её с отличницей. — Она ведь уже восемь лет на сцене, универсальный исполнитель, а уже сегодня начала разучивать вокал с движениями! И так усердствует?!
Лу Сико.
Услышав это имя, Шэн Ян вдруг вспомнил разговор полчаса назад — именно здесь его остановила она.
— Яншэнь, почему ты не выбрал меня?
Тогда он только вышел из лифта и столкнулся с Лу Сико у двери студии.
Она явно удивилась.
Когда он собрался пройти мимо, она вдруг задала этот вопрос.
Без вступления, без контекста.
Но Лу Сико была уверена, что он помнит её.
И действительно, Шэн Ян помнил.
Во время прямого эфира отбора, кроме Су Ся и Лян Ци, именно сцена Лу Сико произвела самое сильное впечатление.
Это был номер зрелого артиста.
Как она сама сказала:
— Я ждала этот шанс восемь лет! Ты прошёл тот же путь, должен лучше всех понимать, как дорого стоит возможность для таких, как мы!
Что он ответил тогда?
— В своей команде ты тоже можешь ухватить шанс.
— Это не то! — Лу Сико тогда разволновалась. — Я хочу попасть именно в твою команду! Я смотрела все твои тренировочные видео и интервью! Я думала, ты лучше всех поймёшь нас — тех, кто прошёл через падения и годами в одиночку цеплялся за сцену!
http://bllate.org/book/9094/828334
Готово:
