Улыбка Гу Цзоцзо тут же застыла на лице.
Курица? Несушка? Да это же явно шутка!
Однако Гу Цзоцзо не успела ничего объяснить, как остальные детишки уже загалдели:
— Так это же несушка!
— Значит, это куриные крылышки?
В итоге малыши пришли к единому выводу и весело закричали Гу Цзоцзо:
— Цзоцзо, ты так похоже нарисовала несушку!
Прямо как гром среди ясного неба!
Если бы в этот момент на небе сверкали молнии, одна из них непременно ударила бы прямо в Гу Цзоцзо.
Но и этого оказалось мало — вскоре её ожидал ещё один удар.
Пэй Чжэнь взглянула на рисунок Гу Цзоцзо, потом на её побледневшее лицо и вдруг сделала вид, будто только сейчас всё поняла. Она прикрыла рот ладошкой и с притворным изумлением воскликнула:
— Цзоцзо, неужели ты на самом деле рисовала не несушку? Прости, я совсем не разглядела!
Едва она произнесла эти слова, дети снова заволновались.
— Что? Не несушку? А мне показалось, очень даже похоже!
— Тогда что же Цзоцзо нарисовала?
Лицо Гу Цзоцзо становилось всё мрачнее. Разозлившись, она бросила взгляд на Пэй Чжэнь, но та смотрела на неё с таким невинным выражением, что у самой Гу Цзоцзо зародились сомнения: а вдруг её рисунок и правда так сильно похож на несушку?
— Цзоцзо, — тихонько окликнула Пэй Чжэнь, глядя на неё с раскаянием. — На самом деле ты отлично нарисовала! Это я виновата — просто не смогла понять, что там изображено. Скажи нам, пожалуйста, что это?
Маленькой Гу Цзоцзо ещё не было знакомо понятие «зелёный чай», поэтому она лишь чувствовала странное раздражение: почему от слов Пэй Чжэнь, которая будто бы защищает её, становится так неприятно на душе?
Глядя в чистые, безмятежные глаза Пэй Чжэнь, Гу Цзоцзо злилась всё больше, но выместить злость было некуда. В конце концов, она сердито выпалила:
— Это павлин! Совсем не несушка!
На этот раз Пэй Чжэнь действительно опешила.
А? Так это павлин? А она-то думала, что это просто птичка.
— Ладно, ладно, дети, сдавайте свои рисунки, — поспешила вмешаться учительница рисования, чтобы разрядить обстановку.
Она начала собирать работы одну за другой. Когда дошла до рисунка Пэй Чжэнь, её шаг замедлился. Учительница с удивлением внимательно его разглядывала, а потом, наконец, положила на стопку и посмотрела на Пэй Чжэнь, спокойно сидевшую на своём маленьком стульчике.
— Чжэньчжэнь, ты нарисовала меня?
— Ага! — гордо подняла голову Пэй Чжэнь и, глядя на учительницу своими большими, влажными глазами, робко улыбнулась — как маленькое животное, которое хочет угодить, но боится подойти ближе. В этом было столько трогательной нежности, что сердце учителя растаяло.
Линь Лао уже много лет работала воспитателем в детском саду, но в первый же учебный день ей ещё никогда не попадался такой душевный ребёнок. Она была глубоко тронута и чуть не расплакалась. Даже не обращая внимания на качество рисунка, одно лишь внимание девочки растрогало её до глубины души. А ведь рисунок оказался ещё и прекрасным!
— Учительница, тебе нравится? — Пэй Чжэнь подняла голову, надеясь услышать похвалу, и её глаза блестели, словно звёзды.
Линь Лао ласково потрепала её по голове:
— Чжэньчжэнь, спасибо тебе большое. Учительнице очень нравится твой рисунок.
Счастливая Линь Лао унесла рисунок Пэй Чжэнь в учительскую и всем коллегам рассказала о подарке, полученном от ученицы. Она так расхваливала Пэй Чжэнь, что остальные педагоги сразу же полюбили эту милую, послушную девочку и даже пожалели, что сами не успели познакомиться с этой «маленькой феей».
А вдруг и им удастся получить рисунок?
В детском саду рано заканчивались занятия. Пэй Чжэнь вежливо попрощалась со всеми одноклассниками и воспитателями, а у выхода столкнулась с Гу Цзоцзо, на лице которой застыло раздражение.
На самом деле Пэй Чжэнь изначально не собиралась подставлять Гу Цзоцзо. Просто та перегнула палку: зная, что Гу Юйюй совсем не умеет рисовать, Гу Цзоцзо нарочно выставила её работу на всеобщее обозрение. Вот тогда Пэй Чжэнь и решила вмешаться.
Хотя, если честно, Пэй Чжэнь не считала, что ошиблась: даже она, взрослый человек, не смогла сразу понять, что на рисунке изображён павлин. Что уж говорить о малышах?
Правда, Пэй Чжэнь не хотела больше иметь с Гу Цзоцзо дел. Но та сама напросилась на неприятности.
Пэй Чжэнь уже собиралась снова использовать свой фирменный «сладкий яд», чтобы подразнить Гу Цзоцзо, как вдруг кто-то опередил её.
— Гу Цзоцзо, опять кого-то обижаешь?!
Повернувшись, они увидели, как к ним на скейтборде подкатил мальчик. Он резко затормозил между Гу Цзоцзо и Пэй Чжэнь и встал так, чтобы прикрыть Пэй Чжэнь собой.
Пэй Чжэнь узнала его — это был Тан Цзя, самый популярный мальчик старшей группы детского сада «Минчэн».
Тан Цзя славился своей справедливостью, и именно за это его обожали все дети: в их возрасте героям верят безоговорочно.
Семьи Тан и Гу были хорошо знакомы, поэтому и дети давно знали друг друга.
Тан Цзя никогда не любил высокомерного поведения Гу Цзоцзо, особенно то, как она относилась к Гу Юйюй. Услышав сегодня о происшествии на уроке рисования, он сразу заподозрил неладное, увидев у ворот, как Гу Цзоцзо загораживает Пэй Чжэнь.
Гу Цзоцзо как раз собиралась устроить Пэй Чжэнь разнос, но, завидев Тан Цзя, почувствовала себя обиженной до слёз: она ведь ещё ничего не сделала! Почему же её сразу обвиняют в издевательствах?
Однако Тан Цзя не стал слушать её оправданий. Гу Цзоцзо, расстроенная, развернулась и убежала, бросив на прощание Пэй Чжэнь злобный взгляд.
Пэй Чжэнь проводила её взглядом и мысленно покачала головой, поставив крестик на эмоциональном интеллекте девочки. Повернувшись к Тан Цзя, она тут же озарила его сладкой, застенчивой улыбкой:
— Спасибо тебе, старший брат.
От такой улыбки сердце Тан Цзя забилось быстрее, а щёки залились лёгким румянцем. Он смутился:
— Да ничего… Ты ведь Пэй Чжэнь? Меня зовут Тан Цзя.
— Могу я называть тебя старшим братом Тан Цзя? — спросила Пэй Чжэнь, склонив голову набок. Солнечные зайчики пробивались сквозь листву и играли в её крошечных ямочках на щёчках.
Тан Цзя привык видеть либо таких, как Гу Цзоцзо — дерзких и самоуверенных, либо таких, как Гу Юйюй — тихих и замкнутых. Но перед ним стояла совсем другая девочка: мягкая, милая и невероятно обаятельная. От её застенчивого «старший брат» он тут же растаял и, заикаясь, ответил:
— К-конечно! Конечно, можешь!
Они ещё немного поболтали, пока за Тан Цзя не пришёл домашний управляющий. С неохотой прощаясь, Тан Цзя на прощание напомнил:
— Сестрёнка Чжэньчжэнь, если Гу Цзоцзо снова будет тебя донимать, сразу ищи меня!
Пэй Чжэнь кивнула, делая вид, что не совсем поняла, и помахала ему на прощание.
Проводив Тан Цзя, Пэй Чжэнь села на свой маленький велосипед и проехала немного в сторону от детского сада. Водитель уже ждал её у условленного места. Увидев Пэй Чжэнь, он радостно открыл багажник, чтобы убрать туда велосипед.
— Молодая госпожа, как вам первый день в детском саду? — спросил водитель, заводя машину.
— Отлично, — ответила Пэй Чжэнь, пристёгивая ремень безопасности.
Она с удовольствием открыла свою книжку с картинками: утром на ней была всего одна звёздочка, а теперь их стало десять, да ещё и побеждённый монстрик валялся на земле.
Задание выполнено!
Пэй Чжэнь закрыла книжку и, довольная, откинулась на мягкие кожаные сиденья, закрыв глаза.
Менее чем через полчаса она уже была дома.
Выходя из машины, Пэй Чжэнь заметила в гараже незнакомый автомобиль — старенький, далеко не представительский. Очевидно, не их.
— У нас гости? — спросила она у экономки Линь, которая уже ждала её у входа в гараж.
Экономка Линь взяла Пэй Чжэнь за руку и повела прямо к лифту:
— Да, сегодня к госпоже приехала её школьная подруга. Они так долго не виделись, что госпожа страшно обрадовалась встрече.
«Школьная подруга… много лет не виделись… неожиданный визит…»
Хм. Тут явно что-то нечисто.
Благодаря многолетнему опыту борьбы с «зелёным чаем», белыми лилиями и прочими хитрюгами, Пэй Чжэнь мгновенно почуяла неладное.
В этот момент двери лифта открылись.
Ярко накрашенная женщина болтала с матерью Пэй Чжэнь, Шэнь Цин. Увидев девочку, она тут же направилась к ней с широкой улыбкой:
— Это, наверное, Чжэньчжэнь? Как же ты выросла!
В голове Пэй Чжэнь словно прозвучал механический сигнал тревоги:
«Внимание! Внимание! Обнаружен монстрик! Обнаружен монстрик!»
Пэй Чжэнь бросила взгляд на женщину и ответила сладкой улыбкой:
— Тётя, здравствуйте.
Чэнь Даньни была одноклассницей Шэнь Цин. В школе они дружили, но после выпуска постепенно потеряли связь. Недавно Шэнь Цин посетила вечеринку, где случайно встретила Чэнь Даньни, и они возобновили общение.
Пэй Чжэнь считала, что с матерью всё в порядке: красива, добра, только вот есть один недостаток — слишком доверчива. Сказать по-хорошему, наивна; сказать по-плохому — настоящая «простушка», совершенно не умеющая никого подозревать.
Например, сейчас: даже обычный человек задумался бы, зачем старой знакомой вдруг понадобилось нагрянуть в гости спустя столько лет — не просить ли в долг? Но Шэнь Цин и в голову не пришло ничего подобного. Она лишь обрадовалась встрече и с утра украсила весь дом.
— А где же папа Чжэньчжэнь? — как ни странно, Чэнь Даньни едва успела вспомнить пару школьных историй, как тут же перевела разговор на отца Пэй Чжэнь.
Говоря это, она протянула руки, чтобы обнять девочку, и Пэй Чжэнь заметила её длинные, ярко украшенные ногти, которые опасно маячили перед её лицом. Она незаметно отвела голову в сторону, чтобы не уколоться.
Шэнь Цин хотела продолжить беседу, но, услышав вопрос, лишь с лёгким сожалением ответила:
— Чжуан Жань сейчас в командировке, его нет дома.
Лицо Чэнь Даньни, ещё секунду назад сиявшее радостью, тут же потускнело. В глазах мелькнуло разочарование:
— Как жаль… Я так хотела увидеть папу Чжэньчжэнь, посмотреть, за какого замечательного мужчину вышла наша Цинцин.
Шэнь Цин не уловила фальши в её словах и лишь скромно улыбнулась:
— Не говори так, мне неловко становится.
Пэй Чжэнь молча наблюдала за Чэнь Даньни, прячась за спиной матери. С тех пор как она попала в это тело, ей не раз доводилось сталкиваться с подобными «гостями». Вспомнив, как в доме её двоюродного дяди постоянно возникают скандалы из-за таких вот «знакомых», она с грустью покачала головой, глядя на ничего не подозревающую Шэнь Цин. Этот дом придётся защищать ей самой.
Ведь счастье ребёнка напрямую зависит от того, насколько крепки отношения его родителей.
Пэй Чжэнь совсем не хотелось наблюдать, как её родители разводятся, как на сцену выходит третья, а потом ещё куча сводных братьев и сестёр, чтобы испортить её беззаботную жизнь в богатой семье.
Чтобы уберечь родительский брак и избежать появления внезапных «младших братьев и сестёр», Пэй Чжэнь внимательно оценивала своего противника. Пока что, судя по всему, действовать не требовалось.
Раз Пэй Чжуан Жаня не было дома, у Чэнь Даньни исчезла причина задерживаться. Ведь на самом деле она рассчитывала через старую дружбу с Шэнь Цин «засветиться» перед Пэй Чжуан Жанем. Узнав, что его нет, она стала нервно поглядывать в телефон, явно подыскивая повод уйти.
— Мама, поиграй со мной немножко, — попросила Пэй Чжэнь, подняв на мать большие глаза и жалобно потянув за рукав. Она выглядела так трогательно, что казалось: стоит отказаться — и она тут же расплачется.
Шэнь Цин как раз увлечённо беседовала и, услышав просьбу дочери, растерялась. Она то смотрела на Чэнь Даньни, сидевшую на диване, то на Пэй Чжэнь — не зная, как поступить.
Пэй Чжэнь незаметно бросила взгляд на Чэнь Даньни: «Ну же, уходи скорее! Разве тебе не ясно, что тебе здесь не рады?»
Чэнь Даньни и так с трудом терпела эту болтовню и, услышав просьбу ребёнка, тут же вскочила. Лицо её расплылось в учтивой улыбке, и она обратилась к Шэнь Цин:
— Цинцин, я думаю…
http://bllate.org/book/9077/827130
Готово:
