— Здесь браки особенно удачливы, — сказала Сан Цзюй. — Тебе ведь уже двадцать семь. Не пора ли задуматься о судьбе?
Вэнь Цзичи позволил ей увлечь себя к статуе Будды и, поддавшись её настойчивым уговорам, вытянул один из предсказательных жребиев.
Они получили свиток с толкованием. Радость и тревога — одновременно.
Смысл был очевиден: эти чувства приносят счастье, но в них таится повод для беспокойства.
Сан Цзюй заглянула через плечо и взглянула на свиток в руках Вэнь Цзичи:
— Похоже, путь любви старшего брата не так-то гладок.
Вэнь Цзичи холодно скользнул по ней взглядом.
Сан Цзюй инстинктивно сжалась:
— Но ты же золотой холостяк! Если пока нет пары — ничего страшного, с годами будешь только ценнее…
Договорив до половины, она поняла, что фраза прозвучала не слишком лестно, и решила замолчать.
Вэнь Цзичи уже не выдержал. Не предупредив, он внезапно сунул свиток Сан Цзюй:
— Держи.
Та не успела среагировать и машинально приняла его.
Опустив глаза, она внимательно перечитывала текст, пытаясь уловить скрытый смысл. Но вдруг осознала:
«Постой-ка! Это ведь его свиток! Какое отношение он имеет ко мне? Зачем я здесь размышляю над чужим предсказанием?!»
Подняв голову, она увидела, что Вэнь Цзичи уже отошёл на несколько шагов. Сан Цзюй побежала за ним и, догнав, спросила:
— Это же твой жребий! Зачем ты отдал его мне?
Вэнь Цзичи на мгновение замер, слегка замедлив шаг.
Он повернул голову и взглянул на это совершенно беззаботное личико. Лёгкая усмешка скользнула по его губам, но он ничего не стал объяснять:
— Пора домой.
*
Не то чтобы молитва подействовала, но в последующие дни Сан Цзюй словно сопутствовала удача.
Как только появлялось свободное время, она отправлялась гулять с Чжуан Лань и Лоу Юэ.
Ресторан «Мишлен» три звезды.
Забронировать столик в этом заведении было чрезвычайно сложно, но отец Чжуан Лань дружил с управляющим ресторана, поэтому девушки могли приходить в любое удобное время.
Отец Чжуан Лань был известным коллекционером и экспертом по антиквариату; в его доме даже находился частный музей. Однако сама Чжуан Лань выбрала карьеру модели.
Её отец относился к этому как к временному увлечению и позволял ей «поиграть», поэтому внешний мир не знал о её происхождении.
Сан Цзюй, Чжуан Лань и Лоу Юэ сидели за столом, перед ними выстроились изысканные блюда. Сан Цзюй взяла кусочек копчёной рыбы и положила в рот.
Чжуан Лань посмотрела на жареные креветки в тесте и с тоской отвела взгляд:
— Слишком жирные. Не буду.
Затем она бросила взгляд на пирожное «Лебедь с начинкой из яичного желтка» и отдернула уже протянутую руку:
— Слишком сладкое. Не буду.
Сан Цзюй промолчала.
Не выдержав, она подвинула Чжуан Лань салат:
— Может, тебе лучше травку поесть? Оставь еду в покое.
Чжуан Лань мельком глянула:
— На нём соус. Не буду.
Лоу Юэ закрыла лицо ладонью:
— А ты задумывалась, каково чувствовать себя тем блюдам, которых ты так презираешь?
Чжуан Лань тоже нахмурилась:
— Да кто меня виноват, что после моего последнего селфи в соцсетях меня обвинили в том, будто я поправилась? Я и сама не хотела быть такой привередливой!
Просто у неё круглое «кукольное» лицо и склонность к отёкам — стоит плохо выспаться, как сразу теряет фотогеничность.
Сан Цзюй оценивающе посмотрела на неё:
— Выглядишь отлично.
Чжуан Лань достала телефон и показала им комментарии под своим фото в Weibo:
— Не веришь — сама посмотри.
Сан Цзюй и Лоу Юэ наклонились к экрану.
— У Чжуан Лань лицо опять округлилось! Опять объелась?
— Где твоё самоуважение модели? Разве ты не «ходящая вешалка»?
— У неё просто кукольное лицо, но она всё равно очень красива. Не слушай остальных.
Сан Цзюй лишь пожала плечами:
— И что с того? Посмотри на моё.
И тут же, прямо перед подругами, она высоко подняла телефон, чуть опустила подбородок и расслабленно взглянула в камеру, сделав селфи.
Жеманство выглядело совершенно естественным: будто маленькая соблазнительница, но с оттенком холодной отстранённости.
Затем Сан Цзюй выложила снимок в Weibo.
Она не стала сразу открывать комментарии, а спокойно продолжила есть. Только через несколько минут, не спеша вытерев рот салфеткой, она снова открыла соцсеть.
Под постом уже набралось множество комментариев — почти все ругали её.
«Сан Цзюй ещё осмеливается выкладывать селфи? Кого теперь хочешь околдовать? Не думай, что дело с Янь-актёром закрыто!»
«Убирайся из шоу-бизнеса! Пусть ты хоть сто раз красива — сердце у тебя змеиное!»
«Красота Сан Цзюй ни к чему — внутри она чернее всех!»
По сравнению с этим потоком ненависти комментарии под фото Чжуан Лань казались просто комплиментами.
Но даже под таким градом оскорблений сама Сан Цзюй, «змеиная красавица», читала их с явным удовольствием, лениво откинувшись на спинку стула и подперев щёку белоснежной ладонью.
— Ой, да это же комплименты! — сказала она. — Признают, что я красива.
Чжуан Лань и Лоу Юэ должны были признать: даже привыкнув к лицу Сан Цзюй, они всё равно иногда теряли дар речи от её красоты.
Чжуан Лань вздохнула:
— Ах, соблазнительница.
Лоу Юэ добавила:
— Кто бы тебя укротил, маленькая демоница?
Пока Сан Цзюй веселилась с подругами, Вэнь Цзичи вёл деловые переговоры с господином Чжао из компании «Ваньли».
Совместный проект «Ши Хэ» и «Ваньли» только начинался, но если договорённости будут достигнуты, дело быстро встанет на рельсы.
Господин Чжао знал Вэнь Цзичи с детства и был близким другом Вэнь Синчжи.
Вэнь Цзичи всегда строго разделял личное и деловое, именно поэтому каждое его вложение оказывалось точным и выгодным.
Господин Чжао горько усмехнулся:
— Мне очень завидно Синчжи — иметь такого выдающегося сына, как ты. Мой сын упрямо хочет заниматься музыкой и отказывается возвращаться из Европы.
— Из-за этого дома постоянно ссорятся, но он остаётся непреклонным…
В мыслях Вэнь Цзичи вдруг мелькнул образ прошлого. Он на мгновение отвлёкся.
Тогда Сан Цзюй было всего шестнадцать. Хрупкая девушка в длинном платье стояла перед Вэнь Синчжи и Сан Мэй.
Семья категорически возражала против её карьеры в шоу-бизнесе. Из-за этого состоялись многочисленные напряжённые беседы.
Лицо Сан Цзюй побледнело, но спина оставалась прямой. Она лёгким смешком повторила уже не в первый раз:
— Мне нравится играть.
Такая упрямая. Такая непокорная.
В тот момент Вэнь Цзичи стоял позади Сан Мэй, прислонившись к стене, опустив глаза, с невозмутимым выражением лица.
Но эти слова чётко отпечатались в его памяти.
Возможно, другие сочли бы её заявление детской выходкой и давно забыли бы. Но Вэнь Цзичи помнил.
Тогда ему было двадцать два года. Он навсегда запомнил, как шестнадцатилетняя Сан Цзюй сказала: «Мне нравится играть».
Голос господина Чжао вернул его к реальности:
— Цзичи…
Вэнь Цзичи очнулся:
— Простите, я немного задумался.
Господин Чжао покачал головой:
— Не переутомляйся. Делами можно заняться и позже.
После ухода господина Чжао Вэнь Цзичи набрал номер и спокойно произнёс:
— Увеличьте инвестиции в «Многоликий меч».
— И ещё… сделайте кое-что для меня.
*
Вернувшись домой, Сан Цзюй сначала приняла ванну, а затем лениво растянулась на кровати. В этот момент зазвонил телефон. Она взглянула на экран — звонила её агент Синьцзе.
— Сан Цзюй! Отличная новость! — воскликнула та. — Сегодня кастинг «Многоликого меча» пригласил тебя на роль второй героини!
Сан Цзюй удивилась. «Многоликий меч» — крупный литературный проект. Главную мужскую роль исполняет топовый айдол Цзун Юй, главную женскую — первая актриса страны Гу Ша. Состав звёздный.
Она только начинала карьеру — не было никаких причин приглашать её на вторую женскую роль.
Синьцзе продолжала:
— Говорят, кинокомпания «Ши Хэ» увеличила финансирование проекта и явно верит в этот IP.
Сан Цзюй слушала рассеянно, но вдруг уловила ключевые слова:
— Погоди… «Ши Хэ»?
Синьцзе не знала о связях Сан Цзюй с семьёй Вэнь:
— Да! Наверное, продюсеры учли твой высокий уровень обсуждаемости в сети и решили дать тебе шанс. Обязательно используй эту возможность!
После разговора Сан Цзюй осталась лежать, размышляя. Только что «Ши Хэ» увеличила инвестиции — и сразу же ей предлагают роль. Она не верила, что это совпадение.
Но зачем Вэнь Цзичи помогает ей?
Сан Цзюй долго думала, но так и не нашла ответа. Она открыла список контактов. Номер Вэнь Цзичи, полученный во время игры в «Правду или действие», всё это время пылью лежал в телефоне.
Она задумалась, потом открыла окно сообщений и набрала:
[Старший брат, спасибо.]
Но тут же стёрла. Нет, слишком сухо. Ведь сегодня он действительно поступил по-человечески.
Переписала:
[Цзы-гэгэ, ты сегодня заболел? Почему вдруг решил мне помочь? Я вся в растерянности.]
И снова удалила. Нет, слишком мягко. Не в её стиле.
Сан Цзюй задумалась: как бы написать так, чтобы соответствовало её характеру? На губах заиграла лукавая улыбка.
Неужели ей писать вот так?
Она воодушевилась и набросала черновик:
[Цзы-гэгэ, ты сегодня такой молодец! Я чуть не расплакалась от трогательности! Целую!]
Чем дальше, тем фальшивее.
От собственной театральности её передёрнуло. Она машинально опустила взгляд на экран — и вдруг замерла в ужасе.
О нет! От увлечённости она случайно отправила это сообщение!!!
Сан Цзюй в панике перечитала его несколько раз. Сердце её всё больше падало. В конце концов, она безжизненно рухнула на кровать, готовая рыдать.
Всё кончено! Её репутация! Если Вэнь Цзичи увидит это послание, этот мерзавец будет издеваться над ней всю жизнь!
Пока Сан Цзюй корила себя за ошибку, в голове мелькнула мысль: а вдруг Вэнь Цзичи сейчас не смотрит в телефон? Тогда он ещё не прочитал это ужасное сообщение!
Глаза её вспыхнули. Она резко села на кровати. Если она успеет удалить сообщение из его телефона до того, как он его увидит, всё будет в порядке!
Сан Цзюй даже обуваться не стала — босиком бросилась к комнате Вэнь Цзичи.
Тот сидел на кровати, бросил взгляд на сообщение от Сан Цзюй и долго смотрел на экран, уголки губ приподнялись.
В этот момент раздался стук в дверь и тревожный голос Сан Цзюй:
— Брат, ты ещё не спишь?
Вэнь Цзичи взглянул на часы. Было уже поздно, но Сан Цзюй пришла именно сейчас. Возможно, он уже догадывался, зачем.
Он медленно отложил телефон в сторону и глухо произнёс:
— Заходи.
Сан Цзюй открыла дверь. Вэнь Цзичи посмотрел на неё. На ней было тонкое ночное платье на бретельках. От бега воротник сместился, обнажив изящную ключицу.
Чёрные волосы ниспадали на грудь, белоснежная кожа просвечивала сквозь пряди.
Она стояла босиком, ступни, белые как снег, будто окутанные прозрачным светом.
Вэнь Цзичи бросил на неё несколько взглядов, затем незаметно отвёл глаза и равнодушно спросил:
— Что случилось?
Сан Цзюй закрыла за собой дверь. Сначала она посмотрела на руки Вэнь Цзичи — отлично, телефона в них нет. Она облегчённо выдохнула.
Сан Цзюй сделала несколько шагов вперёд и осторожно начала:
— Брат, ты ведь очень занят?
Бровь Вэнь Цзичи приподнялась. Сейчас-то «брат» зовёт часто. Он усмехнулся:
— Очень занят, да.
Сан Цзюй перевела взгляд:
— Наверное, так занят, что даже в телефон не успеваешь заглянуть?
Вэнь Цзичи небрежно приподнял бровь и тихо рассмеялся:
— Да, времени нет.
Сан Цзюй сжала губы, будто не зная, как продолжить.
Вэнь Цзичи с удовольствием наблюдал, как её тревога нарастает. Он сохранял невозмутимое выражение лица и откинулся на спинку кровати.
Через некоторое время он будто невзначай произнёс:
— Я устал. Если больше ничего — иди.
Сан Цзюй запаниковала и быстро выдумала отговорку:
— Тогда одолжи мне на минутку свой телефон? Я нашла отличную игру — помогу тебе установить.
Он не может сейчас спать! Она ведь ещё не удалила то сообщение!
Вэнь Цзичи не ответил. Сан Цзюй решила, что он согласен.
Она осторожно подкралась к кровати и протянула руку к телефону. Но вдруг тонкие, бледные пальцы Вэнь Цзичи обхватили её запястье.
Низкий, чуть хрипловатый голос прозвучал:
— Что задумала?
Сан Цзюй моргнула:
— Разве ты не сказал, что устал?
http://bllate.org/book/9026/822900
Готово:
