Хотя ей и не хотелось признавать, но за всё время, проведённое в этом мире, самым красивым мужчиной, которого она видела, был нынешний император. Вторым шёл только что встретившийся Ши Чу-юнь: талантливый, но из-за низкого положения казавшийся слишком сдержанным. Байли Цинь, напротив, чересчур расчётлив, а его императорская мощь настолько подавляюща, что затмевает его истинную сущность. А вот перед ней сейчас стоял человек, чья внешность и аура были совершенны от природы — будто созданное самим Небом безупречное творение, в котором невозможно найти ни малейшего изъяна.
Сяо Цзиньхуа поспешно вернула себя в настоящее и непринуждённо села:
— Благодарю за помощь, господин.
— Всего лишь мелочь, не стоит благодарности, — легко улыбнулся он, открыл потайной ящик рядом, достал чашку и чайник и лично налил ей воды. — Выпейте немного.
Когда незнакомец проявляет внимание, это обычно вызывает подозрение. Но перед ней стоял тот, кому невозможно было отказать. Да и Сяо Цзиньхуа действительно мучила жажда, поэтому она взяла чашку и выпила:
— Спасибо.
Он рассмеялся:
— С самого начала вы только и делаете, что благодарите. Неужели не найдётся других слов?
Сяо Цзиньхуа слегка улыбнулась:
— Просто мне и правда нечего сказать, кроме благодарности. Не сочтите за глупость, но я уже больше часа брожу по городу и так и не смогла найти дорогу домой. Если бы не вы, мне бы пришлось ночевать на улице.
— Правда? Значит, между нами и впрямь есть судьба.
★
Сяо Цзиньхуа сошла с повозки у знакомого места и, проводив взглядом удаляющуюся карету, направилась к резиденции князя. По дороге она размышляла: лицо того господина показалось ей удивительно знакомым, хотя она была уверена, что никогда его не видела. Откуда же это ощущение?
Уже у ворот она вдруг вспомнила, что забыла спросить его имя. Но тут же успокоилась: такой выдающийся человек наверняка часто у всех на устах. Рано или поздно они снова встретятся — тогда и узнает.
Едва она переступила порог резиденции, как навстречу ей выбежали два стражника. Увидев её, они мгновенно упали на колени:
— Молим Тайфэй, спасите!
Сяо Цзиньхуа растерялась:
— Что случилось?
Стражники хотели заговорить, но слова застряли в горле. В итоге лишь выдавили:
— Тайфэй, скорее идите во внутренний двор! Иначе будет беда!
Сяо Цзиньхуа ещё не дошла до двора, как уже услышала хлесткие удары кнута — звук, от которого кровь стынет в жилах. Однако она не спешила, медленно вошла во двор и увидела двух людей, подвешенных, словно куски мяса. На них почти ничего не было: лишь тонкие исподние штаны, а у женщины ещё и короткий лифчик. Перед ними стояла Лу Сян и яростно хлестала их плетью.
Мужчина и женщина в непристойном виде — Сяо Цзиньхуа сразу поняла, в чём дело. Хотя служанка оказалась её собственной Мин Чжу, она не спешила вмешиваться, а просто наблюдала за происходящим.
В этот момент подошёл Ли Чжао. Увидев Сяо Цзиньхуа, он невольно похолодел в спине, но всё же подошёл и поклонился:
— Тайфэй.
— Хм, — едва заметно кивнула она в ответ.
Ли Чжао взглянул на происходящее, потом на Сяо Цзиньхуа:
— Тайфэй, не пора ли вмешаться? Если так пойдёт и дальше, Мин Чжу умрёт.
Сяо Цзиньхуа не ответила, а спросила:
— Мне давно хотелось спросить: кто такая эта Лу Сян? В этой резиденции, похоже, она важнее меня. Такое серьёзное дело — и без моего ведома! Простая служанка осмеливается устраивать самосуд и ещё бить мою личную служанку! Кто она такая?
— Лу Сян — дочь няни Его Высочества. После смерти матери Его Высочества няня Су последовала за ним в резиденцию, и Лу Сян практически выросла вместе с князем. Она — его личная служанка, и все в резиденции ей подчиняются.
Ли Чжао замялся, явно не зная, как продолжить:
— Тайфэй, вы видели лицо Его Высочества. После того как князь получил увечья и изуродовался, все стали его избегать. Только Лу Сян всё это время терпеливо ухаживала за ним. Все знатные девицы в столице сторонились Его Высочества и ни за что не вышли бы за него замуж. Мы все думали, что Лу Сян станет его супругой… но неожиданно…
Сяо Цзиньхуа холодно перебила:
— Неожиданно я, дочь главы министерства, попала в эту ловушку и случайно заняла её место? Верно?
Ли Чжао лишь неловко улыбнулся — на это он не мог ответить.
Сяо Цзиньхуа фыркнула. Теперь ей всё ясно: в первую брачную ночь Лу Сян уже смотрела на неё с ненавистью, а потом и вовсе желала, чтобы Байли Су убил её. Всё имеет причину: та была кандидаткой в княгини, а она — законной женой. Сяо Цзиньхуа случайно заняла её место, и ревность была вполне естественна. Но Сяо Цзиньхуа не из тех, кто терпит подобное.
Резко выхватив меч у Ли Чжао, она стремительно шагнула вперёд, одним взмахом перерубила плеть Лу Сян, а затем разрезала верёвки, на которых висели несчастные.
Лу Сян некоторое время стояла ошеломлённая, потом злобно бросила:
— Тайфэй, неужели вы хотите заступаться за эту низкую служанку?
Сяо Цзиньхуа усмехнулась:
— Защищать? А ты, Лу Сян, вообще кто такая? С какого холма сошла?
Лицо Лу Сян исказилось от гнева:
— Что вы имеете в виду, Тайфэй? Его Высочество поручил мне управлять резиденцией! Я наказываю этих развратников — разве это преступление?
Сяо Цзиньхуа подняла с земли обрубок плети и со всей силы хлестнула ею по лицу Лу Сян. Та отлетела в сторону, на щеке мгновенно проступила кровавая полоса. Сяо Цзиньхуа бросила плеть на землю:
— Следи за тоном! Пусть ты и личная служанка Его Высочества, но не забывай: я всё ещё Тайфэй!
— В этой резиденции, пока я молчу, ты вообще никто!
— Да и вообще, Мин Чжу — моя личная служанка. Её документы на службу находятся у меня, а не в этой резиденции. На каком основании ты её бьёшь? Или, может, тебе хочется ударить меня?
Сяо Цзиньхуа излучала ледяную мощь, её взгляд был остёр, как клинок. Лу Сян кипела от злости, но не находила слов в ответ. В итоге, разрыдавшись, она вскочила и выбежала из двора, вытирая слёзы — будто пережила величайшую несправедливость.
Сяо Цзиньхуа не стала её останавливать. Будучи воином по происхождению, она презирала женские интриги. Сегодняшнее — всего лишь предупреждение. Если повторится — пощады не будет.
★
Мин Чжу, дрожа всем телом, увидев, как Тайфэй за неё заступилась, немного успокоилась. Оттолкнув стражника, который пытался помочь, она на четвереньках подползла к Сяо Цзиньхуа и схватила её за подол:
— Я знаю, что провинилась! Простите меня в этот раз! Больше никогда не посмею!
— Меня заставили! Он принудил меня! Молю, защитите меня!
Сяо Цзиньхуа холодно смотрела на рыдающую, раскаивающуюся Мин Чжу, потом перевела взгляд на стоявшего рядом стражника, который, сжав кулаки, молчал.
Тот вдруг резко опустился на колени и со всей силы ударил лбом о землю — глухой звук прозвучал решительно:
— Всё вина моя, Тайфэй! Я принудил Мин Чжу! Готов принять любое наказание! Это не имеет отношения к ней!
Мин Чжу, услышав это, не смогла скрыть радостной улыбки:
— Слышали? Это не моя вина! Он меня принудил!
Сяо Цзиньхуа выдернула подол из её рук и окликнула уже уходившего Ли Чжао:
— Ли Чжао!
Тот мгновенно обернулся:
— Слушаю!
— Отправь эту служанку в «Любовный павильон». И не возвращайся, пока не получишь хорошую цену.
Ли Чжао на миг опешил — неужели он ослышался? Он взглянул на Мин Чжу, чьё лицо исказилось от ужаса, и замялся:
— Но, Тайфэй, она же ваша личная служанка! Как можно…
— Тайфэй! — не дал он договорить стражник, бросившийся вперёд и снова начавший биться лбом о землю. — Прошу вас! Позвольте мне жениться на Мин Чжу! Я буду верно служить вам до конца дней!
Ли Чжао поспешил поддержать:
— Тайфэй, позвольте считать это счастливым союзом. Пожалуйста, благословите их!
Мин Чжу с отчаянием смотрела на Сяо Цзиньхуа:
— Я с детства служу вам! Всегда была предана! Работала на вас как вол! Как вы можете так со мной поступить? Я лишь на миг оступилась… Готова исправиться! Неужели нельзя дать мне шанс?
Сяо Цзиньхуа схватила её за подбородок:
— Да, ты выросла со мной и не совершала серьёзных проступков. Но не надо говорить о преданности и тяжёлой службе — я прекрасно вижу твои истинные намерения. Если бы Его Высочество был красив, ты бы давно залезла к нему в постель. Но его лицо тебя напугало, и ты, не выдержав одиночества, решила утешиться со стражником.
— Продажа тебя в «Любовный павильон» — уже милость. В других знатных домах за подобное служанку бы просто избили до смерти! Если умна — собирай вещи и уходи сама. Если нет — не вини меня за жестокость.
Она оттолкнула Мин Чжу и повернулась к стражнику:
— Ты — стражник Его Высочества. Твою судьбу решит сам князь. Когда докажешь свою невиновность — тогда и проси.
Ли Чжао сначала подумал, что Сяо Цзиньхуа поступила слишком жёстко, но, поразмыслив, понял: она права. Мин Чжу нарушила закон, и оставить её рядом с Тайфэй — значит подорвать её репутацию. Если бы за измену стали устраивать свадьбы, все слуги и стражники в резиденции начали бы подражать. Теперь он полностью одобрял решение Сяо Цзиньхуа.
Бай Чжэнь подошла к Сяо Цзиньхуа, явно желая что-то сказать, но слова застряли в горле. Она и Мин Чжу выросли вместе и служили одной хозяйке — их связывала крепкая дружба. Расставаться было больно, но проступок Мин Чжу в доме министра стоил бы ей жизни. Бай Чжэнь не знала, как просить за неё.
Наконец, собравшись с духом, она тихо начала:
— Мин Чжу…
— Если хочешь просить за неё — не трудись, — холодно прервала Сяо Цзиньхуа. — Рядом со мной не нужны служанки с сомнительной репутацией. А то ещё подумают, что это я их подстрекаю. Если тебе её так жаль — уходи вместе с ней. Я тебя не задержу.
Бай Чжэнь тут же упала на колени:
— Не смею!
★
К ночи, когда Сяо Цзиньхуа уже собиралась ложиться спать, из дворца пришло приглашение: завтра император устраивает банкет в честь возвращения князя Цзинь. Сяо Цзиньхуа и князь Чунь должны явиться.
— Князь Цзинь? — Сяо Цзиньхуа долго думала, пока вдруг не вспыхнула догадка. Теперь ей стало ясно, почему лицо того господина показалось знакомым. Она не встречала его, но он похож и на Великую принцессу, и на императора Байли Циня. Значит, это и есть князь Цзинь — Байли Лан.
Байли Су из-за увечий остался в столице, а Байли Лан после восшествия нового императора на престол отправился в своё владение и редко показывался при дворе.
Бай Чжэнь говорила, что самым выдающимся из императорских сыновей считается Байли Су. Но если Байли Лан — такой совершенный мужчина, каким же тогда должен быть Байли Су? Неужели ещё красивее?
Сяо Цзиньхуа немного поразмышляла над приглашением и направилась во двор, где находились покои князя. У двери стоял один Янь Цзюй. Увидев Тайфэй, он поклонился:
— Приветствую Тайфэй.
Сяо Цзиньхуа кивнула и вошла. В комнате стоял сильный запах лекарств. Старец Юнь всё ещё трудился над приготовлением снадобий, а Байли Су лежал неподвижно — казалось, он потерял сознание.
— Учитель Юнь, как состояние Его Высочества?
Старец Юнь поднял глаза и обрадованно улыбнулся:
— Благодаря вам, Тайфэй, ноги Его Высочества полностью восстановили чувствительность! Правда, чтобы он смог ходить, потребуется ещё время. В последние дни я использую сокровище Долины Облаков для восстановления сухожилий и костей. Его Высочества несколько раз терял сознание от боли, но это хороший знак. Как только боль прекратится — начнётся настоящее выздоровление.
Сяо Цзиньхуа взглянула на лицо Байли Су, покрытое целебными травами, и не удержалась:
— А лицо Его Высочества можно полностью восстановить?
Старец Юнь проследил за её взглядом:
— Не могу обещать. Если бы мы начали три года назад, возможно, удалось бы вернуть прежний облик. Сейчас, спустя столько времени, максимум на семьдесят процентов.
Боясь, что она расстроится, старец добавил:
— Не волнуйтесь, Тайфэй. Я приложу все силы. Но ведь красота — лишь внешняя оболочка. Главное — искренняя любовь между вами. Что до внешности?
Сяо Цзиньхуа улыбнулась:
— Вы правы, учитель. Эти дни вы очень устали.
— Не стоит благодарности, Тайфэй.
Когда Сяо Цзиньхуа ушла, старец Юнь подошёл к Байли Су, чтобы сменить повязку, и с удивлением обнаружил, что тот смотрит в потолок. Старец взглянул на дверь и вздохнул:
— Раз проснулись, почему не поговорили с Тайфэй?
Байли Су медленно закрыл глаза:
— О чём?
http://bllate.org/book/9003/820865
Готово:
