Лэ Цюньцюнь покраснела до ушей, нервно огляделась и перевела разговор:
— Да ладно тебе! Разве ты после экзаменов не уезжаешь домой?
Нин Си Гу ответил прямо:
— Тридцатого числа поеду в родной город, второго февраля закончу поминки и сразу вернусь в Цзянчэн. Остальное время проведу здесь — уже нашёл стажировку, хочу набраться опыта. Буду совсем недалеко от тебя, так что смогу заходить в гости.
Про себя он добавил: «И заодно набраться опыта в ухаживаниях. Лучше бы успеть завоевать Лэ Цюньцюнь ещё в каникулы».
Лэ Цюньцюнь уже собралась спросить: «В какую компанию?», но вдруг опомнилась и расстроилась: как это она снова болтает с Нин Си Гу? Надо срочно его прогнать!
Она даже почувствовала себя глуповатой.
Поэтому нахмурилась и резко сказала:
— Хватит мне твоих разговоров! Ты всё говоришь и говоришь, не умолкаешь. И когда это я сказала, что не уволю тебя? Я не разрешала тебе приходить ко мне.
— Иди домой. Я подумаю, увольнять тебя или нет, и потом дам знать.
Нин Си Гу нарочито вздохнул, выпрямился и буркнул:
— Ладно уж...
Он выглядел так, будто у щенка опустились уши. Подбросив плечом, поправил рюкзак, слегка наклонился и, пятясь спиной, произнёс:
— Пока, сестрёнка.
Лэ Цюньцюнь хлопнула дверью.
Но не ушла сразу — прильнула к глазку и увидела, как Нин Си Гу всё ещё стоит у двери, немного помедлил, а потом развернулся и ушёл.
Прислонившись спиной к двери, Лэ Цюньцюнь в панике бросилась советоваться с подругой.
[Лэ Сяоту]: «Ты здесь? Ты здесь? Ты здесь? Ты здесь? Ты здесь?»
[Чжи-Чжи]: «Да-да-да-да-да!!!! Что случилось, дорогая?»
[Лэ Сяоту]: «Хочу уволить щенка»
[Чжи-Чжи]: «!!!!»
«Почему??????»
[Лэ Сяоту]: «[/мёртвые глаза] Он узнал моё настоящее имя»
[Чжи-Чжи]: «Что?? Он сам разузнал твои личные данные? Какой мерзавец! Да, точно уволь его! Я за тебя, подруга!»
[Лэ Сяоту]: «Ну, не совсем… Он не специально узнал»
«Сегодня этот мерзкий Цю пришёл ко мне — не знаю, хотел ли помириться, — но они столкнулись с Нин Си Гу. Цю, не добившись ничего, выдал моё настоящее имя»
«Я чуть с ума не сошла от злости!»
[Чжи-Чжи]: «А…»
«Тогда, наверное, нельзя винить щенка…»
[Лэ Сяоту]: «Да, винить его нельзя, но раз он узнал — значит, узнал. Я не хочу, чтобы кто-то знал, особенно он»
[Чжи-Чжи]: «А ты ему об этом сказала?»
[Лэ Сяоту]: «Сказала. Он умолял не увольнять его, выглядел жалко»
«Сейчас мне просто невыносимо»
«Он пообещал, что никому не скажет, но верить ли ему? А ещё мне теперь кажется, что я в проигрыше перед ним — неловко как-то, понимаешь?»
«Даже если он и дальше будет послушно выполнять все мои поручения, мне уже не будет так весело, как раньше»
[Чжи-Чжи]: «А он сейчас у тебя?»
[Лэ Сяоту]: «Я его прогнала обратно в университет. У него ведь скоро экзамены»
«Он ещё сказал, что нашёл стажировку недалеко от меня, чтобы мог в любое время навещать»
«Этот парень такой ловкач! Ему нельзя верить»
«Что делать? Я в отчаянии!!!»
[Чжи-Чжи]: «Мне кажется, он тебя очень любит. Раз не хочет, чтобы ты его возненавидела, точно никому не проболтается»
Лэ Цюньцюнь подумала, что и сама так считает, но вдруг он воспользуется этим, чтобы приблизиться к ней?
Как сегодня вечером.
Ещё и поцеловать в щёчку захотел!
Лэ Цюньцюнь терпеть не могла, когда мужчины всеми силами пытались её «продвинуть». Раньше ей было комфортно с Нин Си Гу именно потому, что он не лез к ней, а тихо и усердно выполнял свою работу.
Теперь же оказалось, что он вовсе не такой послушный — просто выжидал подходящий момент, чтобы найти в ней слабину.
Все мужчины, молодые или пожилые, одинаковы.
В этот момент пришло сообщение от Нин Си Гу.
[Щенок]: «Сестрёнка, я сел в такси и еду домой»
«Жду твоего ответа»
Нин Си Гу даже не пытался жаловаться или изображать несчастного — писал так, будто просто вернулся в университет, как обычно.
Лэ Цюньцюнь не ответила и потянула волосы от раздражения.
И тут же пришло ещё одно сообщение — от Цзян Ешаня.
Лэ Цюньцюнь и Цзян Ешань поддерживали связь — всё-таки оба крутились в деловых кругах Цзянчэна, пусть и на совершенно разных уровнях: он — на вершине пирамиды, она — у самого основания.
Она старалась попадать на всевозможные торговые собрания и часто там встречала Цзян Ешаня.
Они не переписывались ежедневно, но раз в несколько дней обменивались парой нейтральных фраз. Иногда Цзян Ешань видел, что её одежда хорошо продаётся, и присылал скриншот с поздравлением; а если замечал ошибку в её рекламной акции — давал пару советов.
Иногда Лэ Цюньцюнь чувствовала, что Цзян Ешань похож на наставника, хотя она никогда официально не становилась его ученицей — он сам настаивал на обучении. Такие люди всегда любят поучать других.
За несколько лет в бизнесе Лэ Цюньцюнь повидала на деловых ужинах столько самоуверенных, жирных и пошлых мужчин среднего возраста, что в сравнении Цзян Ешань, хоть и волокита, всё же казался неплохим человеком, да и фигуру держит отлично — среди своих сверстников выглядит особенно привлекательно.
[Цзян Ешань]: «Через несколько дней состоится аукцион ювелирных изделий. Хочешь проникнуть туда? Могу достать тебе приглашение»
[Лэ Цюньцюнь]: «[подозрительный котик.jpg]»
«Ты хочешь, чтобы я была твоей спутницей?»
[Цзян Ешань]: «Да. Куплю тебе драгоценности — хочешь?»
Лэ Цюньцюнь не поверила ни слову.
[Лэ Цюньцюнь]: «Нет, купи своей девушке [улыбающийся котик.jpg]»
[Цзян Ешань]: «Сейчас у меня нет девушки»
«Я уже в возрасте, родители требуют, чтобы я привёз на Новый год девушку познакомить»
У Лэ Цюньцюнь сердце ёкнуло — она уже начала догадываться, к чему клонит Цзян Ешань.
И действительно —
[Цзян Ешань]: «Я куплю тебе драгоценности, а ты сделаешь вид, что моя девушка»
«Поможешь мне пережить праздники с родителями, хорошо?»
Лэ Цюньцюнь чуть не поперхнулась.
Какая же это пищевая цепочка! Она нанимает Нин Си Гу в качестве фиктивного парня, чтобы отделаться от подружек, а Цзян Ешань теперь хочет нанять её в качестве фиктивной девушки для своих родителей.
Смешно до слёз.
Лэ Цюньцюнь закрыла чат с Цзян Ешанем.
Открыла сайт аукциона, который он упомянул, и пробежалась глазами по списку лотов. От вида сверкающих драгоценностей у неё слюнки потекли.
Какая женщина не любит блестящие украшения?
Но даже самая дешёвая вещь стартовала с миллиона юаней.
Не по карману, не по карману. Лучше уйти.
Лэ Цюньцюнь, конечно, была небедной — купила машину и квартиру, причём эта квартира обошлась в тридцать миллионов! Она взяла ипотеку и теперь ежемесячно платила более четырёхсот тысяч. При её нынешнем доходе это было по силам.
Но она думала: «Нет ста дней счастья, нет ста дней цветения цветов». Особенно в мире интернет-знаменитостей — популярность улетучивается мгновенно. Сейчас она лишь наполовину знаменита и постоянно тревожилась, что в любой момент перестанет зарабатывать.
Поэтому тратила деньги только на самое необходимое.
Разве что на «щенка» последнее время тратилась без счёта, но потом компенсировала это, заставляя его работать — так что в убытке не осталась.
Закрыв сайт, Лэ Цюньцюнь вернулась в мессенджер и ответила:
«Нет, найди кого-нибудь другого».
Про себя она подумала с сожалением: на самом деле она очень практичная девушка. Если бы Цзян Ешань просто дал ей миллион, она бы согласилась.
Но покупать драгоценности — бессмысленно. Если подарит, она же не сможет потом их продать за наличные? Это было бы невежливо по отношению к нему.
Цзян Ешань: «Не отказывайся так быстро. До аукциона ещё время — подумай хорошенько»
«Мои родители точно не будут так грубы, как родители твоего бывшего»
Именно это и было ещё одной причиной отказа. Лэ Цюньцюнь не знала, слишком ли она чувствительна, но ей всё чаще казалось, что Цзян Ешань снова пытается её соблазнить.
Но тут возник другой вопрос: откуда Цзян Ешань узнал, что её так грубо приняли в доме Цю? Она ведь жаловалась об этом только лучшей подруге!
Может, он просто догадался?
Что-то здесь не так...
Вновь зазвучало уведомление о новом сообщении.
Лэ Цюньцюнь подумала: «Сегодня я прямо нарасхват».
Оказалось, это снова Нин Си Гу.
[Щенок]: «Сестрёнка, посмотри мой новый ник»
Поскольку Лэ Цюньцюнь сама изменила ему подпись на «Щенок», она не видела его текущее имя в сети.
Она зашла в свой аккаунт с аватаркой Чёрного Принца и увидела, что Нин Си Гу сменил ник на «Нин Ицзюнь».
[Щенок]: «Можно так назваться?»
«Мне кажется, звучит очень красиво»
Лэ Цюньцюнь почти представила, с каким выражением лица и интонацией Нин Си Гу сказал бы это, будь он рядом.
Щёки снова залились румянцем, и она тихо пробормотала: «Чёрт, этот щенок...»
Внезапно вся её тревога испарилась.
Лэ Цюньцюнь невольно улыбнулась и тут же забыла про Цзян Ешаня, чтобы вернуться к переписке с Нин Си Гу.
Любой одногруппник, добавивший Нин Си Гу в друзья, сразу понял, что тот влюблён.
Раньше его аватарка была очень строгой — почти как у партийного функционера, — но вдруг сменилась на мультяшную. Иногда он появлялся в общем чате группы, и было невозможно связать это с прежним Нин Си Гу.
Кто-то проверил — оказалось, это популярная пара аватарок в интернете. А потом он ещё и сменил ник на «Нин Ицзюнь» — довольно игривое имя, будто девушка подобрала.
Это резко контрастировало с его высокомерной, недоступной аурой в университете — просто небо и земля.
Хотя в групповом чате он по-прежнему писал сухо и официально, и никто не мог вообразить, как он ведёт себя в романтических отношениях.
Только один сосед по комнате мельком увидел нечёткий профиль Лэ Цюньцюнь и примерно знал, что Нин Си Гу встречается с работающей девушкой постарше, которая ездит на дорогом автомобиле стоимостью в несколько миллионов.
Теперь вся комната знала, что он встречается с работающей девушкой.
Соседи по комнате поддразнивали его:
— Молодец! Тайком нашёл себе богатую покровительницу!
— У неё есть подружки? Представь нам, мы тоже не хотим напрягаться.
Нин Си Гу всё чаще задерживался на ночь вне общежития, и насмешек становилось ещё больше.
Сегодня он вернулся в комнату в последнюю минуту перед комендантским часом.
Ребята не играли в игры — ведь скоро экзамены, все зубрили, но, увидев его, тут же закричали:
— Эй, сегодня не остался ночевать у богатой покровительницы? Выгнали?
— Старина Нин, дай мне на ночь твои конспекты! Умоляю, брат!
— Ууу, я больше не могу учиться! Хочу найти себе богатую покровительницу, как у Нин Си Гу...
Нин Си Гу усмехнулся и самодовольно сказал:
— Ха! А вы раньше прогуливали пары?
Он явно гордился тем, что и «покровительница», и «высокие оценки» — всё у него в руках, и товарищам очень хотелось его отлупить.
Но Нин Си Гу сел за свой стол, достал учебники и начал готовиться к экзаменам.
Он надел наушники с шумоподавлением.
Лу Юань спросил:
— Ты же только что важничал? Даже отличникам нужно зубрить?
Нин Си Гу смутился. Признаться, с тех пор как познакомился с Лэ Цюньцюнь, он немного... нет, сильно увлёкся ею.
Всё, что можно было отменить, он отменил — даже ушёл из студенческого совета и в следующем семестре туда точно не вернётся.
Его цель — завоевать Лэ Цюньцюнь в каникулы. Если не получится — продолжит ухаживания в следующем семестре. А если и тогда не выйдет — придётся перевестись в другой университет.
Хотя в последнее время он немного расслабился, сдать экзамены хорошо он не сомневался.
Но занять первое место... теперь это казалось сомнительным, и ему тоже пришлось срочно готовиться.
http://bllate.org/book/8928/814433
Готово:
