На мгновение в голове промелькнуло множество образов: совместный проект с Гу Чанъанем, первая встреча два года назад, та ночь, когда она безудержно смеялась на мотоцикле…
Он думал, что не спросит, но всё же обернулся и спокойно произнёс:
— Почему?
Цинжо, стоявшая неподалёку, развернулась к нему. Вся её поза выражала высокомерное презрение.
— Ты слишком скучен и зануден, — сказала она. — Мне от тебя просто тошно стало.
После этих слов она развернулась и ушла, шагая в своём привычном, размеренном ритме.
Днём Шэнь Чжао уехал вместе с Лю Чаном, сославшись на срочные дела в компании.
Видимо, беременность пробудила в Вэнь Янь любопытство: после того как Шэнь Чжао ушёл, она отправила ему сообщение: «Как дела?»
Ответа не последовало.
Тогда она решила поискать информацию о Гу Цинжо и вскоре получила общее представление об этой девушке.
Во второй половине дня за ней приехал водитель. Бэйбэй, весь день носившаяся без устали, едва села в машину — сразу уснула. Чжэн Цзямин одной рукой прижимал к себе дочь, а другой обнимал Вэнь Янь.
Он наклонился и поцеловал её щеку, пахнущую потом:
— Устала?
Вэнь Янь покачала головой, затем показала ему экран своего телефона. Там были собранные папарацци слухи о романтических похождениях Цинжо.
Первым в списке значился её нынешний возлюбленный — Цзян Мянь.
Сама Вэнь Янь очень любила Цинжо, но, прочитав эти сплетни, невольно почувствовала сочувствие к Шэнь Чжао.
Чжэн Цзямин не ожидал, что Вэнь Янь станет рыться в светской хронике. Он приподнял бровь. Вэнь Янь же, вздохнув, рассказала ему про Шэнь Чжао, а затем, глядя на фотографию Цзян Мяня, произнесла:
— Он действительно моложе Сяо Шэня… Жаль.
Чжэн Цзямин усмехнулся.
Вэнь Янь удивлённо посмотрела на него. Он всё ещё улыбался. Она слегка ущипнула его за бок.
— Ты чего смеёшься?
— Так сильно нравится эта девушка? — спросил он, всё ещё смеясь.
Вэнь Янь кивнула.
Чжэн Цзямин поцеловал её в волосы:
— Не волнуйся. Этот парень её не удержит.
— Кто? Цзян Мянь?
Чжэн Цзямин кивнул и больше ничего не сказал.
Вэнь Янь задумалась и, наконец, улыбнулась. Значит, у Шэнь Чжао ещё есть шанс.
— А какова, по-твоему, вероятность, что у Сяо Шэня и Сяо Жо получится?
Чжэн Цзямин увидел, как она искренне ждёт ответа, и назвал самый оптимистичный вариант:
— Пятьдесят процентов.
Это немного, но Вэнь Янь всё равно обрадовалась.
А сейчас Чжэн Цзямин вдруг вспомнил о Цинь Шуньчане. Неудивительно, что вчера Шэнь Чжао пригласил только его, а не Цинь Шуньчана. Шансов и так почти не осталось. Если бы Цинь Шуньчан встретился с этой девушкой, Шэнь Чжао мог бы сразу уйти в тень.
Шэнь Чжао с тревогой осознал, что, кажется, уже почти три месяца не видел её. Он смотрел на удаляющуюся фигуру и сомневался.
В тот раз на ипподроме он действительно почувствовал лёгкое волнение, но раз она сама всё расставила по местам, а совместный проект с Гу Чанъанем всё ещё на повестке дня, не стоило портить отношения.
Её значение для Гу Чанъаня, вероятно, превосходит ценность всего конгломерата «Гу».
Человек рядом с ней — незнакомец.
Шэнь Чжао не стал вдумываться и подавил в себе любопытство, переключив внимание на другие дела.
На верхней террасе отеля в последнее время было особенно приятно ужинать.
Погода стояла идеальная, лёгкий ветерок играл с красивыми вечерними облаками.
Их партнёры из Ванься сильно заинтересованы в сотрудничестве и изрядно постарались, чтобы забронировать столик на крыше этого отеля.
На огромной террасе стояли всего три стола.
Шэнь Чжао и Лю Чан поднялись наверх под приветливые улыбки принимающей стороны. Гости устроили всё с размахом — пригласили двух звёзд первой величины в качестве компаньонок.
Две красавицы устроились по обе стороны от Шэнь Чжао, а Лю Чан сел рядом, через одну из них.
Женщины, добившиеся статуса топ-актрис, глупыми не бывают. Их наряды были элегантны и уместны: не слишком откровенные, но выгодно подчёркивающие фигуру; лёгкий макияж в сочетании с ласковым вечерним ветерком создавал ощущение естественной красоты.
За соседним столиком, спиной к ним, сидела Цинжо. На ней была одежда, которую Шэнь Чжао не мог даже описать — джинсы с дырами, свободная чёрная футболка с пышными рукавами и наплечниками, на которой яркими красками был изображён дерзкий узор. На ногах — чёрные кроссовки с разводами цветной туши, на голове — серебристо-белая, будто отражающая свет, кепка с красным логотипом Супермена.
Шэнь Чжао бросил взгляд на мужчину напротив неё — элегантного, в повседневном стиле — и невольно захотелось усмехнуться.
Они смотрелись совершенно несочетаемо.
Столик Цинжо был украшен цветами, основной тон декора — розовый. Но её чёрный, дерзкий образ настолько подавлял всё вокруг, что даже розовые цветы, казалось, съёжились, пытаясь уйти от её острого взгляда.
Несмотря на контраст, это выглядело потрясающе.
Хозяин вечера — председатель совета директоров компании «Цзячэнь» из Ванься — прибыл с деловым предложением о сотрудничестве в развитии региона.
Шэнь Чжао уже ознакомился с документами, но, во-первых, не был в восторге от самой компании, а во-вторых, некоторые пункты его не устраивали. Сегодняшний ужин должен был стать решающим: если сотрудничество не состоится, переговоры прекращаются; если состоится — работа продолжится.
Партнёры придали этому ужину большое значение, и Шэнь Чжао тоже. Открыли бутылку вина — в китайской традиции застолье начинается с первого тоста. Хозяин поднялся, чтобы произнести приветственный тост, и переговоры начались.
Шэнь Чжао собрался и полностью сосредоточился на деловой части вечера.
Лю Чан тем временем несколько раз бросал взгляды в сторону Цинжо. Когда они входили в отель, Шэнь Чжао сразу узнал её, а Лю Чан лишь отметил, что силуэт показался знакомым — всё-таки встречались всего пару раз, и давно. Лишь у лифта он понял, что это Гу Цинжо.
Их группы находились совсем близко — метрах в пяти-шести. У лифта было достаточно места, чтобы подойти и подняться вместе.
Но Шэнь Чжао ничего не сказал, замедлил шаг и даже осмотрелся, будто изучая интерьер вестибюля. Партнёры, конечно, следовали за его ритмом.
Когда двери лифта уже начали закрываться, Лю Чан машинально посмотрел в ту сторону — и увидел изысканное, дерзкое лицо Цинжо.
У них было много дел и людей, ужин был лишь формальностью. А у неё, судя по всему, действительно был обычный ужин.
И всё же, когда мужчина напротив Цинжо встал и подошёл к ней, их блюда ещё не подали.
Цинжо собиралась встать и уйти. Она обязательно обернётся, пройдёт мимо их стола и увидит его.
Шэнь Чжао невольно захотелось опустить голову, но он нахмурился, выпрямил спину и шею, сохраняя внешнее спокойствие. Только он сам знал, как напряглась его спина.
Это ощущение было неприятным.
Действительно, лучше бы не встречаться.
Мужчина что-то сказал Цинжо. Та встала, развернулась и расхохоталась — громко и беззаботно. Затем она наклонилась к его уху и что-то прошептала. Её брови изогнулись с соблазнительной, почти демонической игривостью, и её собеседник мгновенно покраснел.
Шэнь Чжао уже думал, как бы поздороваться, но кто-то опередил его.
— Госпожа Гу! Сяо Цзян! Вы тоже здесь ужинаете? — раздался радостный голос.
Раздался скрип отодвигаемого стула.
Он забыл, что она тоже вращается в шоу-бизнесе и, вероятно, знакома с окружающими.
Одна из актрис — из материкового Китая, другая — из Ванься. Встала и заговорила первая — та, что с материка.
— Сестра Цю! — вежливо ответил Цзян Мянь.
Цинжо лишь лениво помахала рукой:
— Привет, сестра Цю!
Фан Юньцю явно хотела поговорить и направилась прямо к ним:
— Ещё не поздравила вас с успехом нового фильма! Мои поздравления с опозданием, но от души!
Цинжо лишь слегка приподняла уголки губ — это даже нельзя было назвать улыбкой. Затем она ловко уклонилась от попытки Фан Юньцю подойти ближе и, опершись на край стола, кивнула в сторону Шэнь Чжао и Лю Чана:
— Привет!
В её глазах читалась полная беззаботность.
Лю Чан улыбнулся:
— Здравствуйте, госпожа Гу.
Шэнь Чжао не ответил. Он лишь слегка запрокинул голову и спокойно, пристально смотрел на неё.
Цинжо ушла. Её статус в этом кругу был известен всем, и даже такое откровенное хамство Фан Юньцю не могла себе позволить осуждать. Но Цзян Мянь остался, и ему стало неловко: всё-таки Фан Юньцю — старшая коллега. Поэтому он уже завёл с ней разговор.
Лю Чан, поздоровавшись, понял, что Цинжо не собирается продолжать беседу. Она обернулась к Цзян Мяню, увидела, как тот оживлённо болтает с Фан Юньцю, и на её лице проступило раздражение.
За их столом стояли две лишние табуретки — для сумочек дам. Лю Чан встал, взял одну из сумок и, поставив её рядом, вежливо предложил:
— Госпожа Гу, не хотите присесть?
Цинжо взглянула на него и без церемоний уселась.
Гости из Ванься были ошеломлены. Даже пожилой председатель совета директоров растерялся.
«Кто эта девушка? Наглости ей не занимать…»
Лю Чан взял чистый бокал и, наливая ей сок, представил:
— Мистер Ван, позвольте представить вам госпожу Гу — дочь президента корпорации «Гу».
— Госпожа Гу, это мистер Ван, председатель совета директоров компании «Цзячэнь».
Старик, до этого озадаченный, сразу оживился:
— Очень приятно, госпожа Гу! Я всегда считал мистера Гу невероятно обаятельным, но теперь вижу — вы ещё прекраснее его!
(Ему просто не хватало слов, чтобы похвалить эту нахальную девушку.)
— Спасибо, — кивнула Цинжо, совершенно естественно принимая комплимент. Она взяла бокал с ярко-красным арбузным соком, сделала глоток и слегка разгладила брови.
Мистер Ван, ожидавший скромного ответа и вежливых речей, был оглушён этим поведением и на мгновение потерял дар речи.
Шэнь Чжао чуть заметно усмехнулся. «Разве не видно, что она сейчас раздражена? Когда ей весело — она хоть немного общается. А сейчас дураку охота подставляться».
Он откинулся на спинку стула, лениво покрутил бокал с красным вином и неторопливо сделал глоток.
Цзян Мянь и Фан Юньцю уже обсуждали кинофестиваль.
Фан Юньцю обернулась и весело сказала:
— Ну же, Сяо Цзян, садись! Госпожа Гу знакома с мистером Шэнем, так что давайте посидим вместе, как друзья.
Она подошла с Цзян Мянем, а кто-то уже убрал сумочки с соседнего стула — он стоял рядом с Цинжо.
Затем Фан Юньцю представила друг другу мистера Вана, Шэнь Чжао и Цзян Мяня.
Все улыбались, создавая видимость дружелюбной атмосферы. Только Цинжо откинулась на спинку стула, закинула ногу на ногу и болтала ступнёй в воздухе. Она потягивала сок, слегка прищурившись, и выглядела так, будто всё вокруг её совершенно не интересует. Её безразличие и надменность достигли предела.
Цинжо только что поужинала. Выпив четверть сока, она поставила бокал на стол и лениво достала телефон.
Сфотографировала стол.
Затем опубликовала в Weibo:
[Гу Цинжо]: Надо же, какое внимание.
На фото — её нога в кроссовке, закинутая на другую. Справа — мужская рука с часами — те самые, что она недавно выкладывала в соцсетях как парные. Справа — Цзян Мянь.
Через десять минут телефоны за столом начали активно вибрировать. Ведь, помимо популярных актрис, здесь был Цзян Мянь — все фанаты Цинжо его знали.
Посыпались уведомления от мемоделов и упоминания.
Стол ожил от звуков сообщений.
Эти люди не могли позволить себе такой вольности. Все трое извинились и перевели телефоны в беззвучный режим.
Цинжо прищурилась и швырнула телефон на стол.
Шэнь Чжао поставил бокал и достал свой телефон. Её пост, опубликованный десять минут назад, уже собрал более двух тысяч комментариев.
— Мистер Ван, простите, в компании возникли срочные вопросы. Мне нужно уйти. В следующий раз я угощаю — заглажу свою невежливость.
Шэнь Чжао встал и, перегнувшись через стол, обратился к компании, которая всё ещё весело болтала.
Мистер Ван на мгновение опешил, но тут же поднял бокал:
— Мистер Шэнь, что вы! Конечно, решайте свои дела. Мы вас понимаем.
http://bllate.org/book/8883/810101
Готово:
