— Ты уж, дитя, лишь бы с госпожой Чжоу всё было в порядке — остальное пустяки, — сказала императрица Чэнь, бросив взгляд на госпожу Мин, которая тут же принялась изображать тревогу и суету, и слегка улыбнулась. — Раз пришла в себя, значит, ничего серьёзного. Не толпитесь вокруг неё — ещё задохнётся.
Вскоре явился придворный лекарь и осмотрел пульс Чжоу Цинхуа. Он с замешательством посмотрел на императрицу Чэнь и Ли Цзина:
— Эта… госпожа…
— Говори прямо! — нетерпеливо перебил его Ли Цзин, уже догадываясь, в чём дело, и хмуро добавил: — Люди в полном здравии, а тут вдруг падают в обморок! Неужто величие императрицы и наследного принца так пугает?
Лекарь вытер пот со лба:
— С этой госпожой ничего серьёзного. Похоже, просто временное нарушение циркуляции крови… — Чтобы быть хорошим лекарем, надо не только знать медицину, но и быть в курсе дворцовых дел. Он знал, что сегодня во дворец прибыла семья дяди наследного принца, и не осмеливался прямо сказать, что обморок Чжоу Цинхуа был притворным. — Однако её телосложение крайне слабое… э-э… требуется серьёзное лечение с самого корня.
— Слабое? — императрица Чэнь взглянула на хрупкую, как тростинка, Чжоу Цинхуа. — Пиши рецепт. Сейчас же пошлю за Цинъян — пусть сопроводит тебя за лекарствами. И добавь побольше снадобий для укрепления женского здоровья.
Чэнь Су внимательно следила за каждым движением госпожи Мин. Увидев, как та незаметно ущипнула Чжоу Цинхуа, она быстро подошла к девушке:
— Госпожа Чжоу, не волнуйтесь! Лекарства во дворце — лучшие в Поднебесной. Со временем вы окрепнете, и всё наладится!
Ли Цзин удивлённо взглянул на Чэнь Су: она вдруг подошла к Чжоу Цинхуа и буквально оттеснила госпожу Мин в сторону.
— Да, — подхватил он, — когда будете покидать дворец, я лично прикажу выдать вам лекарства. В конце концов, здоровье превыше всего.
Госпожа Мин хотела снова ущипнуть дочь, чтобы та «потеряла сознание» ещё сильнее, закричала бы от головной боли или чего-нибудь в этом роде — и тогда её, быть может, оставили бы во дворце на лечение. А там и до встреч с наследным принцем недалеко.
— Ах… — вздохнула она, промокнув уголки глаз платком, — это дитя… точно как моя несчастная свекровь — с детства хрупкое здоровьем. Сегодня я подняла её ни свет ни заря, чтобы успеть к приёму… Видимо, простыла.
Она подняла глаза на Ли Цзина:
— Сейчас нам пора уезжать, а Цинхуа в таком состоянии…
Даже глупец понял бы, чего она добивается. Императрица Чэнь холодно усмехнулась:
— Да, жаль только, что во дворце не оставляют посторонних. Иначе можно было бы велеть Цинхуа остаться до полного выздоровления…
— Подать носилки! — Ли Цзин аж зубами скрипнул от злости. — Госпожа Чжоу — незамужняя девушка. Ей гораздо лучше выздоравливать в собственном доме! А вы, госпожа Мин, передайте от меня Чжоу Божэню: пусть знает, что времена изменились. Получить чин четвёртого ранга — ещё не значит стать настоящей аристократией. Пусть заново учит правила приличия!
Он сердито сверкнул глазами:
— Если он не знает, как себя вести, пусть пойдёт посоветуется с моим дядей!
…
— Зачем ты вдруг подошла к Чжоу Цинхуа? Не боишься заразиться?
Госпожа Мин с дочерьми уже покинула дворец. Чэнь Су ещё немного посидела, а затем тоже встала, чтобы уйти. Ли Цзин тут же последовал за ней:
— Моя родная тётушка — такая особа… Ты не станешь смеяться надо мной?
Чэнь Су фыркнула:
— Почему я должна смеяться? Да, она твоя родная тётушка, но ты ведь никогда её не видел и не знал Чжоу Божэня. Хороши они или плохи — какое это имеет отношение к тебе? Ты — сын императорского рода. Твой дядя — граф Фэнъэнь, а я и Хуэйхуэй — твои единственные кузины!
— Что? — Чэнь Су надула губы. — Увидев госпожу Мин, наследный принц решил отказаться от нас?
Она была права. Он — сын рода Ли, сын императрицы Чэнь. Его настоящая родня — Дом графа Фэнъэнь. Род Чжоу — лишь потому, что воспитал наложницу Дэ. Какое отношение они имеют к нему?
— Конечно нет! — воскликнул Ли Цзин. — Для меня дядя — только граф Фэнъэнь, а вы с Хуэйхуэй — мои настоящие кузины!
Чэнь Су мило улыбнулась:
— Знаешь, кузен, я сейчас очень испугалась. Та госпожа Цинлянь такая нежная и добрая, а Цинхуа — не только красива, но и так трогательно хрупка… Я уж боялась, вдруг ты, увидев их, захочешь иметь таких кузин!
— Что за глупости? — Ли Цзин фыркнул. — Я знаю тебя с детства! А их видел впервые сегодня. Неужели я брошу ту, кого знаю всю жизнь, ради незнакомок? Да и вообще… даже если бы я признал их кузинами, ты всё равно особенная. Ты — не просто кузина, ты — будущая наследная принцесса.
Он вспомнил, как выглядела Чжоу Цинхуа, и почувствовал отвращение.
— Неужели ты подошла к ней только потому, что боялась — вдруг я замечу её и забуду про тебя?
Хотя Цинхуа и была мелочной и не слишком воспитанной, но… признаться честно, красива она была необычайно.
Чэнь Су покачала головой:
— Нет… Просто… не знаю, стоит ли говорить…
—
Увидев, что Чэнь Су замялась, Ли Цзин притворно нахмурился:
— С каких это пор ты стала скрывать от меня что-то? Разве ты не обещала, что будешь думать только обо мне и никогда не обманешь?
«Думать только о тебе? Хочу лишь одного — как бы тебя придушить! И никогда не обещала не врать», — подумала Чэнь Су, но на лице заиграла стыдливая улыбка:
— Кузен… мне кажется, госпожа Чжоу — несчастная…
— А? — Ли Цзин приподнял бровь. Госпожа Мин явно больше заботилась о Цинхуа, чем о Цинлянь, да и одета та была не хуже Чэнь Су, настоящей дочери графа. — Почему ты так говоришь? Разве ты не та, кто не выносит, когда рядом кто-то красивее?
Неужели она снова притворяется благородной?
— Ты же спрашивал, зачем я подошла? — вздохнула Чэнь Су, и на её юном лице появилось искреннее сочувствие. — Да, она очень красива, и мне немного завидно… Но когда я увидела, как госпожа Мин тайком ущипнула её, не удержалась.
Она подняла глаза на уже почерневшего от гнева Ли Цзина:
— В конце концов, госпожа Чжоу — твоя кузина. И к тому же… она так похожа на наложницу Дэ. Представь, если бы так поступили с самой наложницей Дэ…
Госпожа Мин осмелилась ущипнуть дочь прямо в Зале Куньнин?
От обморока Цинхуа до намёков Мин оставить дочь во дворце — всё встало на свои места.
— Эта змея! Да ведь это её родная дочь!
Чэнь Су потянула Ли Цзина за рукав:
— Я, кажется, понимаю, чего хочет госпожа Мин…
— Расскажи.
— Род Чжоу слишком низкого происхождения. Чжоу Божэнь, конечно, мечтает о более высоком положении — иначе зачем отправлять Цинхуа в Дом Маркиза Яньэнь? Но теперь, думаю, госпожа Мин задумала устроить дочь во Восточный дворец. Цинхуа ведь так прекрасна, да ещё и похожа на наложницу Дэ… Ты же не откажешь ей в будущем, даже если я стану наследной принцессой?
Чэнь Су говорила совершенно серьёзно.
Ли Цзин усмехнулся. Эта девчонка ничего от него не скрывает. Конечно, род Чжоу мечтает о таком — это естественно. Но разве в такой момент Чэнь Су не должна притвориться, будто ничего не замечает, и даже потихоньку попросить императрицу сорвать их планы?
Ведь, как сама Чэнь Су сказала, Цинхуа — редкая красавица, да ещё и дочь родственников его матери. Место одной из четырёх главных наложниц ей обеспечено. Зачем же самой приглашать себе соперницу?
— А ты как думаешь, — осторожно спросил он, — стоит ли мне брать её во дворец?
Чэнь Су надула губки:
— Если наследный принц пожелает, тётушка-императрица непременно согласится. А я… — она опустила глаза и начала теребить платок, — Цинхуа так прекрасна и так похожа на наложницу Дэ… Если кузену захочется вспомнить мать, он всегда сможет навестить её. Это ведь неплохо?
Да уж, «неплохо»… Но представить себе наложницу, похожую на собственную мать?
Ли Цзину стало неприятно даже думать об этом.
— Ладно, оставим это пока. Если отец с матерью решат иначе, во Восточном дворце всегда найдётся место для одной наложницы. Но я сам не хочу её видеть там.
— Может, мне поговорить с тётушкой-императрицей? — предложила Чэнь Су, проявляя заботу о желаниях Ли Цзина. — По-моему, госпожа Чжоу — кузина наследного принца и редкая красавица. Наверняка многие знатные семьи мечтают породниться с императорским домом!
Ли Цзин сердито взглянул на неё:
— Не лезь в дела рода Чжоу! Посмотрим, как долго они ещё будут лезть вперёд. Ха! Если не поймут, где им место, я сумел поднять их — сумею и снова низвергнуть. А что до Цинхуа… Пока оставим. Ей ещё рано замуж. Посмотрим, как пойдут дела.
…
Едва госпожа Мин вышла за ворота дворца, как увидела ожидающего её Чжоу Божэня.
— Господин, вы как здесь?
Чжоу Божэнь смотрел на дочь, которую двое придворных слуг помогали сажать в паланкин.
— Что случилось с Цинхуа?
Госпожа Мин раздражённо дёрнула его за рукав:
— Цинхуа немного ослабела. Императрица милостиво разрешила ей ехать домой в паланкине.
Она подала знак служанке раздать щедрые подарки тем, кто сопровождал Цинхуа из дворца, и добавила:
— Пошли домой. Поговорим там.
Затем она подозвала доверенного слугу мужа и что-то шепнула ему, после чего взяла под руку Чжоу Цинлянь и села в карету.
Чжоу Божэнь смотрел на полкареты императорских подарков — шёлка и парчи было хоть отбавляй, но зачем столько лекарств? Если об этом прослышат, все решат, что его дочь больна.
— Кто велел принимать эти лекарства? Да ещё и везти прямо домой? — проворчал он, залезая в карету.
Госпожа Мин сердито сверкнула на него глазами:
— А что делать? Это подарки императрицы и наследного принца! Отказаться? Эта императрица Чэнь — настоящая змея! В первый же день приёма она хочет, чтобы весь город знал: наша дочь хворая!
Чжоу Божэнь фыркнул:
— У Цинхуа мозгов нет, так у тебя-то есть? Как можно падать в обморок во дворце?
— А как иначе? Наследный принц даже не взглянул на Цинхуа! Я намекнула, чтобы оставить её на лечение во дворце — стоит ему кивнуть, императрица не откажет. А в итоге? — Госпожа Мин презрительно фыркнула. Её муж ведь сам обожал, когда наложницы «заболевали», лишь бы он зашёл к ним!
— Разве ты не говорил, что наследный принц тебе доверяет и часто вспоминает род Чжоу?
Чжоу Божэнь не был во дворце и не знал, что происходило внутри. Впрочем, Цинхуа ещё молода — не может же она сразу поступить во дворец. С такой красотой достаточно будет чаще показываться перед наследным принцем — всё наверстает.
— Ладно, Цинхуа — ладно. А Цинлянь? Наследный принц хоть взглянул на неё?
— Ха! Если Цинхуа ему неинтересна, то уж Цинлянь и подавно! — госпожа Мин отвернулась, кипя от злости. Она ненавидела наложницу Хэ. Если Цинлянь попадёт во Восточный дворец, та непременно затмит её, законную жену!
— Куда ты послала Цзиньцая? — спросил Чжоу Божэнь, прекрасно понимая, как глубока ненависть жены к наложнице Хэ. Но семьи Мин и Чжоу веками были связаны браками и даже тайно строили корабли для морской торговли. Поэтому, как бы ни была плоха госпожа Мин, её положение законной жены незыблемо. А наложница Хэ, хоть и мила, останется наложницей.
Госпожа Мин закатила глаза:
— Сегодня во дворце была не только императрица, но и её племянница — Чэнь Су!
Это было логично. Чжоу Божэнь кивнул:
— Ну и?
Госпожа Мин никак не могла понять Ли Цзина. Муж ведь говорил, что наследный принц, хоть и юн, но любит красивых женщин — поэтому они так верили в успех Цинхуа. А сегодня — такая красавица перед ним, а он и бровью не повёл!
— Не скажу, чтобы она была хитрой, но император с императрицей явно довольны этой невестой.
— Поэтому я и велела Цзиньцаю караулить у ворот, когда она выйдет, — добавила госпожа Мин. Наверняка после отъезда Чжоу императрица специально оставит наследного принца наедине с племянницей!
— Глупости! — фыркнул Чжоу Божэнь. — Какая разница, когда она выйдет? Важно другое: какова её внешность? Красива ли она по сравнению с нашей Цинхуа?
Только мужчина понимает мужчину. Как бы ни любили император с императрицей эту девушку, стоит его дочери продемонстрировать красоту — и Чэнь Су станет никем!
— Она тоже хороша собой, — вспомнила госпожа Мин. — Не так прекрасна, как Цинхуа, но уж точно лучше Цинлянь.
http://bllate.org/book/8851/807365
Готово:
