Су Цзинси тайно ликовала и, разумеется, не заметила взгляда Шэнь Яня, устремлённого на её лицо.
Взгляд Шэнь Яня незаметно скользнул по её чертам: сдерживаемая улыбка, уверенный, полный решимости взгляд, покрасневшие щёки — и при этом речь безупречна до последнего слова… Профессионализм на высоте.
Шэнь Янь едва заметно приподнял уголки губ и вернул ей планшет.
— Таблицу, что только что обсуждали, отправьте мне в вичат.
Су Цзинси двумя руками взяла планшет, стараясь сдержать радостные нотки в голосе, и почтительно ответила:
— Хорошо, господин Шэнь.
Шэнь Янь поднял стекло, и как только ледяной ветер перестал задувать в салон, в нём сразу стало тепло.
Су Цзинси приложила тыльную сторону ладони к обожжённым холодом щекам, как вдруг услышала вопрос Шэнь Яня:
— Вы на машине?
Су Цзинси мгновенно выпрямилась, будто школьница, вызванная к доске:
— Да.
Шэнь Янь кивнул, опустив глаза на телефон, и равнодушно спросил:
— Где припарковались?
Су Цзинси, как заведённая, назвала номер парковочного места, но тут же поняла, что к чему, и уже собиралась сказать: «Я сама дойду», — однако Шэнь Янь уже отдал водителю приказ трогаться.
Су Цзинси замолчала. Отказываться от его любезности было неловко, и она тихо поблагодарила:
— Спасибо.
Парковка оказалась огромной, да и дождь усиливался с каждой минутой, ухудшая видимость. Водитель медленно объезжал ряд за рядом, но так и не находил её машину.
Су Цзинси становилось всё неловчее. Она уже хотела что-нибудь сказать Шэнь Яню, чтобы разрядить атмосферу, но, повернувшись к нему, увидела, как он нахмурился и прижал кулак к животу.
Су Цзинси на секунду замерла, затем осторожно спросила:
— Господин Шэнь, вам нехорошо? Живот болит?
Шэнь Янь сидел, закрыв глаза, слегка ссутулившись, и лишь едва слышно мыкнул в ответ.
В этот момент водитель, глянув в зеркало заднего вида, осторожно предложил:
— Господин Шэнь, может, сейчас отвезём вас в больницу?
— Не надо, — коротко ответил Шэнь Янь.
Су Цзинси спросила у водителя:
— У вас в машине нет обезболивающего?
Водитель вздохнул:
— У господина Шэня нечасто болит желудок. Обычно это случается, если он пропускает приём пищи. Раз в несколько месяцев — не больше.
Выходит, она столкнулась с событием, вероятность которого ничтожно мала?
Су Цзинси не знала, что сказать. Через некоторое время вдруг вспомнила, как Шэнь Янь упомянул: «У меня всего пятнадцать минут». И сразу почувствовала вину.
Неужели из-за неё он не успел поужинать?
Су Цзинси от природы склонна была к ассоциативному мышлению, а при сильных эмоциях у неё всегда краснели щёки.
Она посмотрела в окно: сквозь чёрную завесу дождя мелькали редкие оранжевые фонари, и её машина, казалось, затерялась где-то в бескрайнем пространстве парковки.
Кто знает, сколько ещё им придётся кружить?
Су Цзинси потерла пылающие щёки и, решившись, осторожно обратилась к Шэнь Яню:
— Господин Шэнь, у меня есть один способ, который, возможно, временно облегчит боль.
Шэнь Янь поднял на неё глаза, слегка приподняв бровь.
В салоне царила полумгла, горел лишь потолочный светильник над задним сиденьем, и Су Цзинси плохо различала его выражение. Инстинктивно она чуть придвинулась ближе.
— Господин Шэнь, попробуете?
Су Цзинси сжала кулаки, положила их на колени и слегка наклонилась вперёд, искренне глядя на него.
Знакомый лёгкий аромат вновь коснулся его ноздрей.
Шэнь Янь закрыл глаза, откинулся на спинку сиденья и тихо произнёс:
— Хм.
Су Цзинси сразу оживилась, выпрямилась и сказала:
— Тогда извините за дерзость, господин Шэнь.
Шэнь Янь ещё не понял, в чём именно заключается эта «дерзость», как тыльная сторона его правой ладони ощутила мягкое прикосновение. Тепло от этого контакта мгновенно распространилось по всему телу и пронзило сердце.
Шэнь Янь резко распахнул глаза и, как от удара током, вырвал руку.
Су Цзинси ощутила пустоту в ладонях и на миг растерялась.
Да он теперь выглядит как древняя девица, которую только что оскорбили!
Если уж кто и страдает здесь, так это она!
Про себя Су Цзинси ворчала, но внешне, конечно, не показывала своего раздражения.
Она потрогала нос и пояснила:
— Господин Шэнь, это народное средство. Когда у папы болел желудок, мама всегда так ему помогала — и боль быстро проходила.
Шэнь Янь быстро отвёл взгляд и сухо произнёс:
— Извините.
Затем протянул ей руку.
Су Цзинси опустила голову, взяла его ладонь в свои и беззвучно пошевелила губами.
— Что вы там бормочете? — спросил Шэнь Янь, бросив на неё взгляд и слегка сжав пальцы в том месте, где она массировала точку.
Су Цзинси подняла глаза и с наивным видом ответила:
— Ничего такого.
Шэнь Янь пару секунд пристально смотрел на неё, фыркнул и отвернулся к окну.
Су Цзинси снова склонила голову и сосредоточилась на массаже точки на его руке.
Надо признать, у него не только лицо и фигура прекрасны — даже руки выглядят безупречно: белоснежная кожа, длинные пальцы, чётко очерченные суставы. Если бы он вдруг решил стать моделью для фотосессий рук, то, наверное, зарабатывал бы целое состояние.
В салоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь стуком дождевых капель по стеклу.
Су Цзинси задумалась и вдруг вспомнила тот вечер, когда отмечали день рождения Шэнь Чжунлин, — как он снял маску под фейерверком.
Тепло в её ладонях внезапно усилилось, и дождь словно хлынул прямо на сердце, сбивая ритм и заставляя биться быстрее.
Казалось, воздух перестал двигаться.
Су Цзинси стало трудно дышать, уши заалели, и она пожалела, что вообще предложила помочь. Ведь это же всё равно что просто гладить его руку!
Он же мужчина!
Но с другой стороны, как можно было сидеть рядом и ничего не делать, когда он страдает от боли?
Су Цзинси металась между раскаянием и раздражением. Её отражение в окне то хмурилось, то разглаживало брови — словно немой фильм без звука транслировался на стекле.
Шэнь Янь бросил взгляд на это отражение и едва заметно приподнял уголки губ.
Но в следующее мгновение в его голове прозвучало, как заклинание: «бойфренд».
Он чуть не забыл — у неё есть парень.
Шэнь Янь посмотрел на макушку Су Цзинси и сказал:
— Достаточно.
Су Цзинси облегчённо выдохнула, отпустила его руку и, подняв глаза, натянуто улыбнулась:
— Хорошо.
— Хм, — Шэнь Янь слегка повертел запястье.
Тепло и мягкость от её прикосновений будто остались на коже. Он крепче сжал правую руку, которую она только что массировала, и снова посмотрел в окно.
— Мы, кажется, приехали?
Только теперь Су Цзинси заметила, что машина уже остановилась. За окном её белый автомобиль одиноко стоял под дождём.
Наконец-то!
Су Цзинси почти сорвалась с места, уже держась за ручку двери и выставив ногу наружу. Она наклонилась и сказала Шэнь Яню:
— Тогда я выхожу, господин Шэнь.
Помедлив, добавила:
— Если возникнут вопросы по таблице, пишите в вичат в любое время.
Шэнь Янь откинулся на спинку сиденья, лицо его скрывала тень, и он тихо отозвался:
— Хм.
Как только Су Цзинси вышла и захлопнула дверь, в салон ворвался холодный ветер с дождём. Шэнь Янь вдруг что-то вспомнил, выпрямился и потянулся к подстаканнику за зонтом.
Но «бах!» — дверь уже захлопнулась. Су Цзинси подняла сумочку над головой и, пригибаясь под дождём, бросилась к своей машине.
Завёлся двигатель, и два луча фар пронзили мрак.
Шэнь Янь не мог разглядеть её сквозь стекло против света и отвёл взгляд, сказав водителю:
— Поехали.
Лишь когда красные огни «Бентли» скрылись вдали, Су Цзинси вывела машину из парковочного места.
Проехав всего несколько метров, она вдруг вспомнила о двух бутылках «Латур» в багажнике.
Их-то она и собиралась подарить Шэнь Яню, но за суматохой совсем забыла.
Су Цзинси всегда тщательно относилась к клиентам, поэтому сразу достала телефон и отправила Шэнь Яню два голосовых сообщения.
Чёрный «Бентли» мчался по эстакаде.
Шэнь Янь, отдыхавший с закрытыми глазами на заднем сиденье, услышал вибрацию телефона, взял его и открыл сообщения.
Из динамика донёсся голос Су Цзинси:
«Господин Шэнь, я специально попросила друга привезти две бутылки отличного вина, но в спешке забыла передать вам».
«Скажите, когда вам будет удобно, и я доставлю их лично».
Голос звучал искренне, мягко, но при этом с достоинством — будто она шептала ему на ухо.
Шэнь Янь потер лоб, его кадык слегка дрогнул.
Он нажал кнопку записи, и его голос прозвучал хриплее обычного:
«Оставьте себе».
Едва он отправил это сообщение, как на экране появилось новое уведомление. Шэнь Янь на секунду отвлёкся.
Когда он вернулся к телефону, голосовое сообщение уже ушло.
Шэнь Янь не придал этому значения и отправил ещё одно, на этот раз совершенно ровным тоном:
«Пейте со своим бойфрендом на вечеринках».
Оставьте себе.
Пейте со своим бойфрендом на вечеринках.
Су Цзинси: «...»
На мгновение ей показалось, что она ослышалась. Она переслушала оба голосовых сообщения Шэнь Яня.
Да, именно так.
Оставьте себе.
Пейте со своим бойфрендом на вечеринках.
Су Цзинси уловила между двумя сообщениями звук «динь-донь» и вдруг всё поняла: скорее всего, его первое сообщение было случайно прервано.
Значит, он на самом деле хотел сказать: «Оставьте себе, пейте со своим бойфрендом на вечеринках».
Возможно, даже с частицей в конце:
«Оставьте себе, пейте со своим бойфрендом на вечеринках, ладно».
Су Цзинси: «...?»
Ей показалось, что в его словах сквозит сарказм.
Она вдруг вспомнила давний разговор у отеля «Цзыцзинь», когда Шэнь Янь спросил, не встречались ли они раньше. Она тогда ответила, что, возможно, виделись на вечеринках в кругу друзей её парня, — тем самым дав понять: у меня есть бойфренд, не питайте иллюзий.
Су Цзинси была в бешенстве.
Какой же он злопамятный! Прошло столько времени, а он всё ещё выискивает повод уколоть её.
А ещё из-за этих слов она вспомнила Цзи Юйкэ и тут же представила, как он с «белой лилией» неразлучны, а потом ещё и лезет к ней с жалобными глазами и притворной нежностью.
Отвращение накрыло её с головой, и она тихо выругалась.
Но объяснять Шэнь Яню, что она уже рассталась с Цзи Юйкэ, у неё не было ни оснований, ни желания.
Су Цзинси лишь приподняла уголки губ, нажала на запись и постаралась, чтобы голос звучал сладко:
«Хорошо, спасибо, господин Шэнь».
Отправив сообщение, она по привычке переслушала его.
Отлично: вежливо, но с достоинством, без подобострастия.
Правда, в паре с его двумя фразами её ответ почему-то прозвучал вызывающе.
Су Цзинси провела рукой по волосам.
В этот момент пришло сообщение от Чэнь Мэйпин с вопросом, когда она будет дома.
Она ответила и больше не стала размышлять, как бы Шэнь Янь воспринял её «вызов» — просто завела машину и поехала домой.
Тем временем Шэнь Янь, прослушав её ответ, закрыл глаза и потер переносицу.
Через некоторое время, будто пытаясь убедиться в чём-то, он снова открыл голосовое сообщение Су Цзинси.
«Хорошо, спасибо, господин Шэнь».
Голос по-прежнему сладок, но почему-то звучит колюче.
Шэнь Янь отложил телефон, вытянул длинные ноги и начал постукивать указательными пальцами друг о друга.
Спустя мгновение он едва заметно усмехнулся.
— Ха.
Домой она вернулась уже после восьми. Шэнь Янь только переступил порог, как к нему с радостным лаем подскочил большой золотистый ретривер Хаха, которого держала Шэнь Чжунлин.
Шэнь Янь снял пиджак, присел и немного поиграл с Хахой, затем перевёл взгляд на Шэнь Чжунлин, которая, подперев щёки ладонями, сидела рядом и сияла, словно солнечный цветок.
— Что тебе нужно?
Шэнь Янь последний раз погладил Хаху по голове и направился на кухню.
За ним потянулись и человек, и собака.
Шэнь Чжунлин улыбнулась:
— Разве обязательно должно быть какое-то дело, чтобы заглянуть к тебе?
Шэнь Янь равнодушно «охнул», даже не глянув на неё, и, открыв дверцу холодильника, сказал:
— Тогда можешь уходить.
Шэнь Чжунлин: «...»
Она внимательно изучила выражение лица брата.
Но её брат был человеком, у которого эмоции никогда не отражались на лице. Она долго всматривалась, но так и не смогла понять, ощутил ли он сегодня прикосновение богини любви.
Шэнь Чжунлин подумала, заложила руки за спину и, подойдя ближе, осторожно спросила:
— Брат, тебе понравилось сегодня играть в теннис?
Шэнь Янь закатал рукава рубашки и, занимаясь огурцами, не поднимая глаз, бросил:
— Что хочешь купить?
http://bllate.org/book/8811/804355
Готово:
