Автор: Завтра у меня «выход на полку». По традиции обновление переносится на девять тридцать вечера, а дальше — как обычно, в шесть утра. Спасибо вам огромное! Дорогие читатели, поддержите меня, пожалуйста! Чем больше вашей поддержки, тем сильнее мой порыв писать — ведь впереди вас ждёт ещё более захватывающий сюжет!
Закат окутал озеро золотисто-розовым сиянием, и в этом великолепном свете черты императора казались особенно изящными и благородными.
Он взглянул на корзину, доверху наполненную живой рыбой, и настроение его заметно улучшилось.
— Ужин сегодня будет богатым, — с удовольствием пробормотал он.
Повернувшись, император бросил взгляд на девушку: её тонкие брови были нахмурены, глаза тревожно следили за прыгающей в корзине рыбой. Он невольно усмехнулся про себя.
Такая наивная… Если бы не он, её бы давно съели, не оставив и косточек.
Гу Си, опершись подбородком на ладонь и слегка склонив голову, то и дело переводила взгляд с рыбы на небо. Прикинув, что в корзине около двадцати рыбёшек, она задумалась: неужели всё это придётся жарить?
Внезапно ей пришла в голову отличная идея.
— Ваше Величество, — весело обратилась она к императору, — уже поздно, боюсь, императрица-вдова нас ждёт. Может, вернёмся в Цыаньгунь и поужинаем там?
Император с удовлетворением начал убирать удочку и машинально дёрнул за неё. Но удочка не поддалась — наоборот, леска резко натянулась и потянула вниз.
Глаза Гу Си мгновенно распахнулись. Опытная рыбачка, она тут же указала на удочку и взволнованно прошептала:
— Ваше Величество, там большая рыба!
Стражники Чёрного Дракона внизу лишь переглянулись в молчаливом недоумении.
Император, не предупредив заранее, резко начал вытягивать удочку, не дав своему человеку подготовиться. Тот инстинктивно дёрнул леску, чтобы подвесить рыбу, но император замер, кашлянул и, бросив на Гу Си загадочный взгляд, произнёс:
— Думаю, нет...
Но Гу Си была уверена в обратном.
В детстве самой большой радостью для неё было поймать крупную рыбу — это чувство напоминало находку сокровища на дороге. Боясь, что император упустит момент, она не выдержала и потрясла его за руку:
— Ваше Величество, поверьте мне! У меня большой опыт в рыбалке. Быстрее поднимайте!
Если поймать одну большую рыбу, хватит запечь только её, чтобы накормить императора, и не придётся возиться со всеми этими мелкими.
Гу Си была в восторге.
Император незаметно сглотнул и перевёл взгляд на её руку, всё ещё лежащую на его руке.
— Гу Си...
Она проследила за его взглядом, почувствовала, как ладонь вспыхнула жаром, и поспешно убрала её, спрятав глубоко в рукав.
Император бросил удочку, не обращая внимания на людей внизу, и с улыбкой посмотрел на неё. Ресницы Гу Си слегка трепетали, а щёки горели ярче заката.
От его пристального взгляда у неё мурашки побежали по коже головы.
— Ваше Величество, нам пора возвращаться..., — пробормотала она, запинаясь.
Она наклонилась, чтобы поднять корзину с рыбой, но в тот же миг император протянул руку — их пальцы случайно соприкоснулись. Сердце Гу Си дрогнуло, и она мгновенно отдернула руку, спрятав её в складках рукава и больше не осмеливаясь шевелиться.
Императору было и досадно, и весело. Досадно оттого, что она так остро реагировала на малейшее прикосновение — разве не всё между ними уже было в ту ночь? А весело — от её милой, наивной растерянности, от одного взгляда на которую на душе становилось светло.
Юаньбао, наблюдавший издалека, поспешно подбежал вместе со свитой евнухов. Один из них взял корзину с рыбой, император вымыл руки и, взяв Гу Си под руку, направился в Цыаньгунь.
Императрица-вдова уже ждала их в столовой. Услышав шаги, она подняла глаза и улыбнулась. Увидев, как они входят в зал — один за другим, — она внимательно оглядела выражение лица сына. Заметив его спокойствие и умиротворение, она сразу успокоилась. Затем её взгляд упал на Гу Си — щёки девушки пылали румянцем. Императрица-вдова внутренне возликовала.
Есть зацепка!
— Чем вы там занимались? — мягко спросила она.
Император склонил голову в поклоне и, бросив взгляд на Гу Си, ответил:
— Сын ловил рыбу.
— Правда? — удивилась императрица-вдова. В том мелководном заливе и рыбы-то, наверное, нет?
Гу Си поспешила подойти ближе, ласково улыбаясь и глядя на императрицу-вдову мягким, нежным голосом:
— Ваше Величество, Его Величество — настоящий мастер! Он поймал целую корзину рыбы. А я, если позволите, неплохо готовлю. Может, пойду на кухню и приготовлю для вас несколько блюд?
Нельзя же всю рыбу тратить только на императора!
Услышав это, император нахмурился.
Малышка, оказывается, вот какие планы строит!
Чтобы не дать императрице-вдове отказаться, Гу Си быстро добавила:
— Ваше Величество, я умею готовить рыбу на пару с османтусом, жареного окунька в соусе и сварить суп из карасей с ягодами годжи...
Она так живо и аппетитно описывала блюда, что у императрицы-вдовы чуть слюнки не потекли.
Та уже собиралась согласиться, но император холодно произнёс за спиной Гу Си:
— Мать, я голоден... В Императорском кабинете ещё куча дел ждёт.
Императрица-вдова осеклась и бросила на сына укоризненный взгляд, уловив его раздражение. «Видимо, красота Гу Си всё же не тронула его сердце», — подумала она с досадой.
«Ладно, будем двигаться медленно».
— Хорошо, Си Си, — сказала она, — ты только что приехала во дворец, наверное, устала. Не спеши. Отдохни как следует, а потом готовь те блюда, что перечислила. Каждый день по одному — я ведь очень люблю рыбу!
Каждый день по одному?! Сколько же ей предстоит прожить во дворце?
Гу Си чуть не лишилась чувств.
Император незаметно приподнял уголки губ и бросил на девушку насмешливый взгляд.
Вот и пожалуйста — сама себе яму вырыла!
Гу Си больше не смела и пикнуть, и даже глаза её слегка покраснели.
Пока императрица-вдова отвернулась, отдавая распоряжения насчёт ужина, император направился к столовой. Проходя мимо Гу Си, он незаметно взмахнул широким рукавом и слегка ущипнул её за талию.
— !..
Тело Гу Си мгновенно окаменело. Глаза её распахнулись от изумления, и она едва не рухнула на пол.
Когда императрица-вдова обернулась к ней, Гу Си с огромным трудом сохранила на лице лёгкую улыбку, но ощущение мурашек от его прикосновения, словно живой змейки, всё ещё бегало по её талии и никак не исчезало.
Краем глаза она заметила, что виновник этого безобразия уже спокойно сидит за столом. Гу Си так разозлилась, что глаза снова наполнились слезами.
Какой же он всё-таки император! Занимается подобными вещами!
— Си Си, иди ужинать..., — позвала её императрица-вдова, взяв за руку и усаживая рядом с императором за ширмой.
Гу Си напряглась, но, увидев настойчивость императрицы, покорно подчинилась.
Когда все уселись, слуги начали подавать блюда. Гу Си чувствовала себя крайне неловко, опустив голову и почти не притрагиваясь к еде — она выглядела совершенно растерянной. Император же ел быстро, будто спешил, нахмурив брови и сохраняя обычное спокойствие и сдержанность.
Императрица-вдова поглядывала то на одного, то на другого, и сердце её становилось всё холоднее.
Не так же общаются молодые люди при первой встрече!
Неужели им друг друг не понравились?
Невозможно! Гу Си прекрасна, как цветок, и кротка, как агнец. Нет такого мужчины, которому она могла бы не понравиться.
А её сын? Его положение и статус говорят сами за себя, да и внешне он — образец совершенства... Только характер... Ах, наверное, Гу Си просто не выносит его холодной, неприступной натуры.
Сердце императрицы-вдовы разрывалось от их молчания.
Император быстро закончил есть, отставил тарелку и, вымыв руки, сказал:
— Мать, у меня ещё дела. Пойду.
Надо срочно разобрать документы, чтобы вечером попросить Гу Си испечь ему рыбу.
Но императрица-вдова решила, что проблема именно в сыне, и разозлилась:
— Сынок, с тех пор как ты взошёл на трон, каждый день трудишься не покладая рук. Неужели сегодня, если ты не пойдёшь разбирать дела, империя рухнет?
Слуги, увидев гнев императрицы, мгновенно замерли, опустив головы и затаив дыхание.
Гу Си тоже поспешно отставила тарелку и сидела, дрожа от страха.
Император потер лоб и глубоко вздохнул:
— Мать... Я сначала займусь делами, а потом обязательно вернусь к вам.
Выражение лица императрицы-вдовы немного смягчилось. Заметив, как напугана Гу Си, она вспомнила, как та в прошлый раз пострадала во дворце, и подумала, что нельзя снова допускать, чтобы девушка чувствовала себя несчастной.
— Си Си, это не твоя вина. Продолжай есть. Ты почти ничего не съела... Посмотри, какая ты худенькая...
Император обернулся и взглянул на Гу Си, на её безупречно нежное, словно фарфор, лицо. Внимательно рассмотрев её, он мысленно согласился — и правда, похудела.
Хотя в разгар летней жары аппетит обычно падает, и это нормально, император всё равно переживал, не мучает ли она себя излишними переживаниями.
И тогда он незаметно пнул её под столом.
Гу Си от этого удара чуть не лишилась чувств!
Воздух застрял у неё в горле, и она едва не вскрикнула, но в последний момент сумела изменить тон:
— Ваше... Ваше Величество, я... то есть я наелась...
Императрица-вдова увидела, как у девушки на глазах выступили слёзы от испуга, и тяжело вздохнула.
«Видимо, ей действительно некомфортно рядом с императором».
— Ладно, сынок, иди занимайся своими делами..., — махнула она рукой.
С таким непробиваемым сыном даже родная мать ничего не могла поделать.
«Его отец умел так ласково обращаться с наложницами... Все женщины в гареме были без ума от него».
Император встал, поклонился и быстро вышел.
Императрица-вдова с грустью смотрела ему вслед.
Как только император скрылся, Гу Си явно облегчённо выдохнула.
Императрица-вдова ласково сказала:
— Ну-ка, Си Си, съешь ещё немного...
И Гу Си действительно съела ещё полтарелки риса.
Императрица-вдова окончательно убедилась: Гу Си не хочет находиться рядом с императором.
Сердце её разрывалось от горя.
После ужина императрица-вдова повела Гу Си прогуляться у заднего озера.
Озеро находилось прямо за Цыаньгунем. От бокового павильона начинался извилистый коридор, переходящий в девятиповоротную галерею, которая вела прямо к берегу.
Спустилась ночь, и дворцовые фонари зажглись. Их отражения мерцали на воде, сливаясь с ночным небом в единое сияющее полотно.
Гу Си шла рядом с императрицей-вдовой, поддерживая её под руку. Юаньбао остался следом, чтобы прислуживать. Гу Си рассказывала императрице о забавных случаях, случившихся с ней в Цзяннани, и та весело смеялась.
Вдруг к ним подошла старшая служанка императрицы и спросила:
— Ваше Величество, где сегодня разместить госпожу Гу Си?
Императрица-вдова остановилась и обернулась:
— Пусть остановится в боковом павильоне, поближе ко мне, чтобы можно было поговорить...
Она похлопала Гу Си по руке. Та внутренне обрадовалась: если остановиться в Цыаньгуне, император не сможет её донимать.
Но в этот момент Юаньбао весело поклонился и сказал:
— Ваше Величество, по правилам во дворце Цыаньгунь не размещают посторонних женщин. Его Величество заранее предусмотрел это и велел доложить вам: госпожу Гу Си можно разместить в Цинланьдяне.
Он ведь остался здесь специально по приказу императора — как иначе вечером устроить костёр и жарить рыбу?
У Гу Си внутри всё похолодело. Она не знала, где находится Цинланьдянь, но точно понимала: это нехорошее место.
Императрица-вдова нахмурилась, больше удивлённая, чем рассерженная.
Правила, конечно, существовали, но никто никогда не цеплялся за такие мелочи.
«Неужели император так не любит Гу Си, что даже не желает сохранить ей лицо?»
Но при Гу Си она не могла не поддержать авторитет сына, иначе весь двор потеряет уважение к императору.
— Ах да, — с притворным удивлением произнесла она, — я и забыла про древние правила. Что ж, Си Си, тогда тебе придётся остановиться в Цинланьдяне. Там прекрасный вид и очень тихо — тебе обязательно понравится...
Гу Си тут же схватила её за руку и, сдерживая слёзы, умоляюще произнесла:
— Ваше Величество, мне страшно одной... Пусть я буду вашей служанкой и переночую у ваших ног!
Императрица-вдова растрогалась до слёз и крепко сжала её ладонь:
— Глупышка, что ты говоришь! Мне не нужны твои услуги. Иди и отдыхай спокойно. Я пошлю тебе несколько служанок — тебе не будет одиноко. Я пригласила тебя во дворец, чтобы ты развлекалась, а не томилась в одиночестве.
Гу Си всё ещё смотрела на неё с мокрыми глазами.
Императрица-вдова решила: пусть сегодня ночует в Цинланьдяне, а завтра поговорит с сыном и вернёт её обратно.
Величие императора превыше всего, и нельзя было открыто идти против его воли.
Так вопрос был решён.
Юаньбао, выполнив поручение, еле сдерживал улыбку.
— Ваше Величество, в Цинланьдяне всё готово. Служанки и няньки уже ждут — там не будет скучно.
Императрица-вдова успокоилась и кивнула.
Уставшая императрица-вдова вернулась в покои под свитой. Гу Си хотела ещё немного побыть с ней, но та велела ей идти осваиваться в новых покоях и тут же выделила ей старшую служанку.
Гу Си отправилась в Цинланьдянь вместе со старшей служанкой и Чуньмэй.
Юаньбао немедленно поспешил в Императорский кабинет доложить о выполнении задания.
Цинланьдянь представлял собой трёхпролётный дворец с двумя внутренними двориками.
Уже у входа их встретила учтивая нянька, и все слуги поклонились Гу Си.
Их манеры и выражения лиц были таковы, будто перед ними находилась сама императрица...
Гу Си почувствовала лёгкое беспокойство.
Внутри дворца горели фонари, а в каждом углу стояли сосуды со льдом, отчего в помещении царила прохлада.
http://bllate.org/book/8784/802280
Готово:
