За окном такси сияла её ослепительная улыбка:
— Ой, прости! Это была самооборона — ты же не обидишься?
Не дожидаясь проклятий Ван Жоувэй, водитель рванул с места, заставив ту вдохнуть клубы выхлопных газов.
Бай! Хуа! Цинь!
Ван Жоувэй задрожала от ярости, и её ненависть не скрывалась ни на миг.
Она сжала в ладони нефритовый кулон и жадно втянула удачу.
Только когда зелёное сияние кулона стало настолько насыщенным, будто вот-вот потечёт, она остановилась.
В прошлый раз она проявила слабость. Теперь же она намеревалась полностью перекрыть производственную цепочку Бай Хуацинь.
Пусть попробует выяснить, сколько у неё вообще ресурсов на всё это!
На следующее утро Дин Муцин пришёл в компанию Бай Хуацинь с папкой документов.
Слух о новом, очень крутом юридическом консультанте вызвал живой интерес у сотрудников.
Хотя их фирма в городе А и была небольшой, условия труда здесь были по-настоящему отличными.
Да, работа стала чуть напряжённее, чем раньше, но зарплаты выросли пропорционально, а ещё каждый день после обеда подавали специальные чайные закуски.
Может, этот юрист вообще сюда на пенсию устраивается?
Когда появился Дин Муцин, у многих буквально челюсти отвисли.
Ничего себе! Такой молодой?
Дин Муцин редко видел подобные взгляды в компаниях клана Ван.
Вероятно, потому что раньше на нём висел ярлык «человека Ван Жоувэй», и все считали его присутствие в фирме Ванов чем-то само собой разумеющимся.
К тому же там строго соблюдалась иерархия «старших и младших», и все вели себя крайне сдержанно.
Теперь же Дин Муцин опустил былую надменность и скромно представился:
— Всем добрый день! Меня зовут Дин Муцин. Надеюсь на вашу поддержку, коллеги.
— Ладно, у нас нет этой ерунды про «старших и младших», — без обиняков перебила его Бай Хуацинь, указывая на комнату неподалёку от своего кабинета. — Там твой офис.
После краткого ознакомления с работой компании Дин Муцин уже понял, чем ему предстоит заниматься, и отправился в свой кабинет.
Ведь это был его первый рабочий день — нужно было начать с хорошей ноги.
Бай Хуацинь устроилась за столом с чашкой чая.
Большинством текущих дел сейчас заведовала Ань-цзе, так что ей самой почти ничего не оставалось делать.
Однако те несколько предпринимателей, с которыми она связалась вчера на совещании, до сих пор не прислали договоры.
Бай Хуацинь нахмурилась — это было странно.
Она достала из кармана пиджака несколько визиток и стала звонить.
— Простите, госпожа Бай, — извинялся владелец, — вчера обещанный материал уже полностью выкупили. Груз ушёл.
Бай Хуацинь вежливо ответила и положила трубку.
Остальные звонки дали тот же результат.
Кто-то опередил её и скупил весь материал, который она устно зарезервировала.
Разумеется, тот покупатель внес предоплату, так что даже если Бай Хуацинь злилась, возразить было нечего.
Она и глаза не закрывала, чтобы угадать, кто же устроил ей такую засаду.
Кроме Ван Жоувэй, в городе А никто не стал бы тратить силы и деньги просто так.
Похоже, вчерашняя пощёчина окончательно убедила ту в необходимости мешать ей.
Интересно, сколько же Ван Жоувэй готова вложить в эту игру?
За всё утро Бай Хуацинь получила несколько звонков от фабрик-партнёров — все сообщали одно и то же: материал скуплен.
Ещё пара предприимчивых типов попытались воспользоваться ситуацией и резко поднять цены — она сразу же бросила трубку.
Выражение её лица стало серьёзным.
Дело не в том, что материал исчез — его можно купить где угодно в стране.
Гораздо тревожнее было другое: как Ван Жоувэй узнала, какие именно компоненты нужны её компании?
Поразмыслив, Бай Хуацинь пришла к двум возможным выводам: либо рецепт утек на фабрике, либо в её компании завёлся предатель.
Любой из этих вариантов сулил немалые убытки.
Однако ранее, на всякий случай, один из ключевых ингредиентов она всегда закупала лично, и даже высшее руководство не знало о её связях с этим заводом.
Значит, вероятнее всего, утечка произошла именно на фабрике, и Ван Жоувэй просто скупила весь доступный на рынке материал.
Сейчас главное — не выяснить источник утечки, а найти нового поставщика.
Запасов «Туту Лэ» на складе хватит максимум на пять дней производства, а свободных средств в компании может не хватить на такой объём закупок…
[Хозяйка, вы меня совсем забыли…] — жалобно простонал 001.
Преподаватель в Академии систем сказал, что такие, как его хозяйка, встречаются крайне редко, и ему пришлось брать индивидуальные занятия. За эти дни он многому научился.
Первое правило учителя: всегда помогай своей хозяйке в трудностях.
Второе правило: обязательно заставь хозяйку потратить твои деньги.
Третье правило: если хозяйка холодна — умей капризничать.
001 глубоко вдохнул. Вспомнив о своих ужасающих оценках, ему даже не пришлось притворяться — он тут же зарыдал:
[Я выдал вам задание, хозяйка! Прошу вас, потратьте мои деньги, умоляю! Уууу!]
Бай Хуацинь: …
У этого «чуда» явно с головой не всё в порядке.
Она почесала затылок и открыла приложение.
Во вкладке заданий действительно появилось новое поручение с лимитом в десять миллионов юаней.
Система щедра, но название задания…
Бай Хуацинь уставилась на розовую надпись «Любовь 001 к своей дорогой хозяйке» и захотела выцарапать себе глаза.
Фу, грязные деньги…
Но как же вкусно!
Какая разница, откуда они? Главное — решить насущную проблему.
Бай Хуацинь немедленно связалась с несколькими заводами в других провинциях, перевела деньги и с облегчением выдохнула.
Затем она набрала номер Инь Цзяоцзяо, которая в это время экспериментировала в лаборатории над новой разработкой:
— Эй, Цзяоцзяо, кажется, кто-то прицелился в твой патент.
Инь Цзяоцзяо, до этого клевавшая носом от усталости, мгновенно проснулась:
— Это про мой патент на средство от облысения?
— Да.
— Чёрт! Да у этого человека, наверное, медвежье сердце и барсучья печень! Есть доказательства? Если да — я её так засужу, что штаны не удержатся!
Бай Хуацинь приложила ладонь к уху — чуть не оглохла от её крика:
— Спокойно. Я найду доказательства.
Ведь всё, что совершено, неизбежно оставляет следы.
В тот же день днём она взяла с собой нового юриста и отправилась «навестить» фабрику.
Руководил предприятием некий Сунь Мяо.
Узнав, что Бай Хуацинь приехала с юридическим консультантом, он тут же почувствовал, как сердце замерло в груди.
Прошлой ночью таинственная женщина дала ему миллион юаней за рецепт «Туту Лэ».
Он понимал, что это разглашение коммерческой тайны, но… она предложила слишком много!
Целый миллион! За двадцать лет работы на фабрике он бы такого не скопил.
«Богатство рождается в риске», — решил Сунь Мяо и пошёл ва-банк.
В душе он питал надежду: сотрудников в компании много, а на фабрике и подавно. Даже если Бай Хуацинь заподозрит утечку, вряд ли дойдёт именно до него.
К тому же встреча прошла лично, без каких-либо цифровых следов. Даже если она его заподозрит, он просто всё отрицает.
— Госпожа Бай, добро пожаловать! — Сунь Мяо вышел встречать гостей с широкой улыбкой.
Бай Хуацинь бросила на него насмешливый взгляд:
— Сунь-начальник, почему у вас на лбу столько пота? В цеху что, так жарко?
— Ах, госпожа Бай, простите! Просто я слишком торопился вас встретить, — засуетился Сунь Мяо.
Бай Хуацинь кивнула и вошла внутрь.
Дин Муцин шёл следом, чувствуя лёгкое раздражение.
Он и представить не мог, что его первое задание — проводить разъяснительную работу по законодательству.
Он достал блокнот, в котором были записаны основные положения закона об интеллектуальной собственности.
Бай Хуацинь велела ему подготовить именно это — видимо, чтобы предупредить возможные утечки.
С каменным лицом он начал зачитывать нормы закона собравшимся рабочим.
Те слушали, широко раскрыв глаза.
Хоть и не понимали ни слова, но чувствовали: это что-то важное.
Бай Хуацинь сидела среди руководства фабрики и внимательно следила за их реакциями.
Сунь Мяо действительно вёл себя странно.
Хоть он и старался держать себя в руках, но когда Дин Муцин упомянул, что при утечке информации можно проверить банковские переводы, Сунь Мяо невольно дрогнул и бросил на Бай Хуацинь испуганный взгляд.
Бай Хуацинь едва заметно усмехнулась и неожиданно хлопнула Сунь Мяо по плечу.
Тот и так был в панике от слов юриста, а теперь от неожиданного прикосновения вскрикнул.
— Сунь-начальник, я вас напугала? — спросила Бай Хуацинь.
— Госпожа Бай, я просто задумался… — пробормотал он, опустив голову и не смея взглянуть ей в глаза.
— Ничего страшного, — сказала она, наклоняясь к самому уху. — Просто знай: деньги Ван Жоувэй так просто не заработать.
— Я… я… — Сунь Мяо хотел что-то возразить, но мысли путались, и все заготовленные накануне оправдания вылетели из головы.
Он попытался встать, чтобы взять себя в руки, но, встретившись взглядом с Бай Хуацинь, почувствовал, как подкосились ноги, и рухнул прямо на пол.
В этот момент Дин Муцин закончил свою лекцию и распустил рабочих по цехам.
Руководители фабрики, сидевшие рядом с Бай Хуацинь, не осмеливались шевельнуться.
Они недоумённо переглянулись: что же такого сказала госпожа Бай Сунь Мяо, что тот так отреагировал?
— Сунь Мяо, — холодно произнесла Бай Хуацинь, поднимаясь. — Ты думаешь, раз нет доказательств, я не узнаю, что именно ты слил рецепт?
Она презрительно фыркнула:
— Если мозгов нет — не лезь в преступники.
Сунь Мяо открыл рот, но не смог вымолвить ни слова.
Он прекрасно понимал: его реакция уже выдала его с головой.
Остальные руководители были ошеломлены.
Утечка рецепта?!
Это же их хлеб насущный!
Раньше фабрика еле сводила концы с концами. Только с приходом Бай Хуацинь дела пошли в гору. А теперь Сунь Мяо поставил всё под угрозу?
— Сунь Мяо, да ты просто сволочь! — закричал кто-то из старых работников. — Ты хоть подумал о нас, о братьях и сёстрах на фабрике?
Здесь почти не было временных работников. В трудные времена многие ушли, но те, кто остался, были преданными людьми, ещё с эпохи старого директора Цзиня. Большинство знали Сунь Мяо не один десяток лет.
От таких упрёков Сунь Мяо стало не по себе.
Он прекрасно знал, в каком состоянии находится фабрика.
Конечно, он колебался, но, сделав первый шаг, уже не мог остановиться.
Очевидно, он проиграл.
С поникшим видом Сунь Мяо поднял глаза на Бай Хуацинь:
— Госпожа Бай, простите меня.
— Извинения мне не нужны, — Бай Хуацинь приподняла бровь. — Если бы «извините» всё решало, зачем тогда нужны полиция и суды?
Одно её предложение заставило всех присутствующих замереть.
Она собирается вызывать полицию?
Это логично — речь шла о будущем всей компании, а не о какой-то мелочи.
Лицо Сунь Мяо побледнело ещё сильнее.
Если дело дойдёт до суда, ему грозит тюрьма.
Только сейчас он по-настоящему осознал, что не готов к таким последствиям.
— Госпожа Бай, я просто ослеп от жадности! Умоляю, простите меня! — Сунь Мяо ударил себя по щекам.
Бай Хуацинь лишь усмехнулась.
Будь она не использовала психологический приём, он бы сейчас вёл себя совсем иначе.
А теперь, когда всё вскрылось, он раскаивается?
Разве это что-то меняет?
http://bllate.org/book/8688/795226
Готово:
