Автор: Пэй, очнись наконец! С таким закомплексованным характером у тебя никогда не будет девушки.
В просторном кабинете мужчина откинулся на спинку кресла, лениво сидя с усталым взглядом и морщинкой между бровей.
Он провёл пальцами по вискам.
Прошлой ночью он совсем не спал.
Су Ниннинь пробормотала несколько фраз — и тут же уснула. В больничной палате, конечно, не так-то просто выспаться.
Пэй Цзиню хотелось, чтобы она вернулась домой и спокойно поспала: ночью там всё равно нечего делать.
Но раз уж девочке так хочется остаться, не стоит её останавливать. Пусть хоть раз проявит доброту и станет милым ангелочком.
Ведь это же его Су Ниннинь…
При этой мысли уголки его губ приподнялись в улыбке. Обычно ледяное лицо смягчилось, а в глазах появилась лёгкость.
В этот момент экран телефона засветился. Пэй Цзинь провёл пальцем по дисплею, поднёс аппарат к уху и встал.
— Пэй Цзинь, что с тобой было вчера вечером? Я тебе несколько раз видео звонил — ты будто мёртвый! — раздался в трубке возмущённый голос друга.
— Были дела, — коротко ответил Пэй Цзинь.
— Какие могут быть дела… — начал было тот, собираясь напомнить, что из-за него сорвалась сделка на несколько десятков миллионов.
— Дела моей девочки, — холодно перебил его Пэй Цзинь.
— …
Голос собеседника сорвался, словно его ударили прямо в сердце.
Помолчав немного, он снова заговорил:
— Она же уже живёт у тебя дома. Есть хоть какой-то прогресс?
— Нет, — отрезал Пэй Цзинь.
— До сих пор нет? — удивлённо воскликнул друг. — Ты что, совсем беспомощен?
— Боюсь её напугать, если буду торопиться.
Пэй Цзинь вспомнил, как Су Ниннинь испуганно смотрела на него, будто белый крольчонок…
Но при этом у неё под пушистой шкуркой — острые когти. Разозлится — взъерошится вся, как ежиха, и зарычит.
Его лицо снова смягчилось.
— По крайней мере, нужно дождаться, пока она тоже полюбит меня.
Его голос стал тише, в нём послышалась лёгкая улыбка.
Скорее всего, он говорил это самому себе.
Друг фыркнул:
— По-моему, ты дождёшься того, что она полюбит кого-нибудь другого.
На деловых переговорах ты всегда действуешь решительно и без промедления, а перед женщиной вдруг струсил?
— После всего, что ты натворил, с какой стати ей тебя полюбить?
Как близкий друг, он знал, на что пошёл Пэй Цзинь, чтобы заставить девушку поселиться у себя.
Просто не останавливался ни перед чем.
— Вот только ей об этом узнает — тебе не поздоровится.
Пэй Цзинь на мгновение замолчал.
— Если я прямо сейчас скажу ей, что люблю… она подумает, что я сошёл с ума.
Его пальцы коснулись стопки документов на столе, скользнув по краю и оставив едва слышный шорох.
— Когда два года назад ты сказал, что влюбился в школьницу, я уже тогда решил, что ты сошёл с ума, — съязвил друг.
Тогда она была ещё ребёнком — понятно, почему ты сдерживался. Но теперь она студентка, вокруг полно соблазнов — легко может увлечься кем-то другим.
— В следующий раз, когда приеду в страну, обязательно посмотрю, какая же красавица заставила тебя мечтать столько лет.
— Действительно красавица, — всё так же сдержанно ответил Пэй Цзинь, но в уголках глаз уже пряталась улыбка.
— Моя личная фея.
Разговор зашёл в тупик.
— Пусть твои десятки миллионов пропадут, мне больше не хочется за тебя переживать.
С этими словами собеседник повесил трубку.
Пэй Цзинь опустил руку, всё ещё держа телефон. Перед глазами всплыл спокойный, умиротворённый сон Су Ниннинь.
Прошлой ночью, в незнакомом месте, он не мог позволить себе уснуть, пока она рядом. Поэтому бодрствовал.
Охранял её.
Наверное, он был слишком эгоистичен — целую ночь не мог отвести взгляд от её спящего лица.
Если бы можно было, он бы остановил время.
Навсегда.
Помолчав ещё немного, Пэй Цзинь набрал номер ассистента Юя.
Разобравшись с делами компании, днём он снова отправился в больницу.
Ассистент Юй уже доложил ему:
— Примерно в десять утра Су Ниннинь позавтракала, в одиннадцать её отвезли домой — она приняла душ и переоделась. Побыла дома немного, сказала, что взяла кое-что из женских принадлежностей, и около трёх часов снова приехала в больницу.
Сейчас было шесть вечера.
Подойдя к палате, он услышал смех — Су Ниннинь, похоже, весело болтала.
Пэй Цзинь невольно остановился у двери.
— Какой из этих цветов тебе больше нравится? — Су Ниннинь сидела на маленьком стульчике у кровати и держала в руках две помады.
Обе были выкручены, и она показывала их Чу Лию.
Лицо Чу Лию заметно посвежело — по крайней мере, по сравнению с прошлой ночью стало гораздо румянее и живее.
Она посмотрела на помады в руках Су Ниннинь и остановила взгляд на правой.
— Эта лучше, — хрипловато сказала она.
— Мне тоже эта нравится! — глаза Су Ниннинь загорелись, и она с энтузиазмом стала закручивать помаду обратно и надевать колпачок.
Хотя они познакомились всего лишь вчера — точнее, даже не прошло и нескольких часов, — Су Ниннинь уже очень привязалась к Чу Лию.
У них оказался абсолютно одинаковый вкус и взгляды на всё.
И вообще, с первых же минут общения Су Ниннинь почувствовала: они на одной волне.
За восемнадцать лет жизни она впервые встретила человека, с которым так легко находить общий язык.
Всё, что нравится ей, нравится и той. Всё, что не нравится — вызывает отвращение у обеих!
Они даже одинаково едят: обе обожают дуриан, яблоки и курицу, но терпеть не могут бананы, кинзу и редьку!
У них есть несколько одинаковых вещей, несколько совпадающих сумок и даже одинаковые редкие ожерелья.
Обе — Стрельцы.
Правда, Чу Лию на целый год старше Су Ниннинь.
Оказалось, в школе она брала академический отпуск на год.
— Вчера тот парень… это твой парень? — Су Ниннинь подперла подбородок ладонью и с любопытством спросила: — Тот, кто всё это устроил?
Она не осмелилась спрашивать прямо — вдруг Чу Лию расстроится.
Сегодня врач дал ей лекарства и сказал, что состояние в целом стабильное, но нужно внимательно следить за уровнем ХГЧ: как только показатель начнёт снижаться, это будет означать, что эмбрион постепенно погибает.
Чу Лию кивнула:
— Да.
Её характер делал её немного замкнутой, трудно было сближаться с людьми и устанавливать контакт.
Но Су Ниннинь умела проявлять инициативу.
Её открытость легко разрушала барьеры между людьми и вызывала неподдельную симпатию.
— А… он плохо с тобой обращался? — осторожно спросила Су Ниннинь, ведь вчера она видела, как они расстались.
Она уже объяснила Чу Лию, что случайно всё увидела.
— Нет, он был очень хорош ко мне, — побледнев, улыбнулась Чу Лию.
Он действительно был к ней добр.
Но когда вчера вечером врач сказал «внематочная беременность», она поняла: теперь всё это не имеет значения.
Рядом с ним она постоянно нервничала, чувствовала себя незащищённой — и ей это уже осточертело.
К тому же ещё и этот неродившийся ребёнок…
— А господин Пэй — твой парень? — Чу Лию не хотела больше говорить о Лу Юаньцзя и перевела разговор на Су Ниннинь.
— Ты что, шутишь? — нахмурилась та.
— Мы вообще одного поколения? — возмутилась Су Ниннинь, решив, что вопрос Чу Лию был чересчур дерзким.
— Если уж на то пошло… он для меня скорее как старший родственник.
Едва она это произнесла, как Пэй Цзинь постучал в дверь.
Увидев его, Су Ниннинь испуганно распахнула глаза и тут же сжала губы.
Выглядела так, будто её поймали на месте преступления.
Ведь она только что говорила о нём плохо — и теперь чувствовала вину.
В прошлый раз он разозлился, когда она упомянула его возраст, и Су Ниннинь решила впредь быть осторожнее — не стоит повторять подобное при нём.
Наверное, в возрасте люди особенно чувствительны к таким словам.
«Уважай старших» — это же основа китайской морали. Не стоит солью сыпать на чужие раны.
— Господин Пэй, — Су Ниннинь сделала вид, что ничего не произошло, и улыбнулась ему с невинным выражением лица.
— Что ели на обед? — Пэй Цзинь всё слышал, но не стал об этом говорить, а просто спросил у неё.
— Почти ничего. Выпила немного кашицы, — честно ответила Су Ниннинь.
— Я только что говорил с врачом. Её состояние стабильно, через пару дней можно будет выписываться на амбулаторное наблюдение, — спокойно и уверенно сообщил Пэй Цзинь.
Его присутствие само по себе внушало спокойствие.
Су Ниннинь всю жизнь была избалованной принцессой в семье и никогда не сталкивалась с подобными ситуациями.
Будь она одна, точно не справилась бы с уходом за Чу Лию.
Поэтому в этом смысле господин Пэй всё же оказался полезен.
Вечером Пэй Цзинь увёз Су Ниннинь домой.
Состояние Чу Лию стабилизировалось, и Су Ниннинь больше не нужно было постоянно находиться в палате.
К тому же ночью в больнице она всё равно не выспится.
Су Ниннинь сидела в машине и нервно теребила ногти.
Несколько раз она робко поглядывала на Пэй Цзиня, хотела что-то сказать, но не знала, как начать.
Когда они уже почти подъехали к апартаментам, Пэй Цзинь вдруг спросил:
— Красиво?
Он повернул голову и встретился с ней взглядом.
Девушка на мгновение замерла, забыв даже отвести глаза.
В его взгляде была такая ледяная пронзительность, будто проникала прямо в кости.
Су Ниннинь прикусила губу и осторожно заговорила:
— Господин Пэй, давайте поговорим.
— Говори.
— После выписки Чу Лию может пожить у вас в апартаментах несколько дней?
Она тут же пояснила:
— Ненадолго! Только на эти выходные. Потом она переедет в общежитие университета.
Сегодня, разговаривая с Чу Лию, она узнала, что та планирует вернуться в общагу, но сейчас каникулы, и оформить заселение можно будет только после их окончания.
Поэтому Су Ниннинь сразу предложила ей пожить у себя.
Тогда она и не подумала, что сама тоже живёт не в собственной квартире.
Пэй Цзинь сжал пальцы, и его рука стала ещё бледнее.
— Су Ниннинь, мои апартаменты что, приют для всех подряд? — холодно спросил он. — Кто угодно может тут поселиться?
По тону было ясно: он отказывает.
Девушка тут же нахмурилась.
— Господин Пэй, — её голос зазвенел, — как вы можете быть таким бесчувственным? Неужели вы хотите, чтобы эта девушка осталась ночевать на улице?
— Она может остановиться в отеле, — парировал Пэй Цзинь.
— Но она же больная! — Су Ниннинь заступалась за свою новую подругу и была крайне недовольна таким бессердечным поведением Пэй Цзиня.
— Значит, ты считаешь, что сможешь за ней ухаживать, если она будет здесь жить?
Су Ниннинь: «…»
— Мне всё равно! Я всё равно заставлю её здесь поселиться! — не найдя аргументов, Су Ниннинь надула губы.
Но Пэй Цзинь, похоже, не собирался обращать внимания на её капризы.
Тогда она сменила тактику.
— Вы ведь любите мои блюда? — ласково заговорила она. — Давайте договоримся: я буду готовить вам два раза в неделю. Хорошо?
За последние две недели она готовила ему по одному разу, и каждый раз он съедал всё до крошки.
Хотя Су Ниннинь сама считала свои блюда невкусными.
Но, возможно, у господина Пэя особые вкусы — может, ему именно такой вкус и нравится.
Пэй Цзинь молчал. Он остановил машину и вышел.
Су Ниннинь тут же распахнула дверцу и побежала за ним.
— Господин Пэй, ну пожалуйста? — её голос стал мягче, она принялась умолять его, почти кокетничая.
Пэй Цзинь сглотнул.
— Су Ниннинь, — он остановился и обернулся к ней.
Сердце девушки забилось быстрее — похоже, шанс есть! Она напряжённо ждала его слов.
— Ты должна понимать сама.
Су Ниннинь нахмурилась — она не поняла, что он имеет в виду.
— Твои блюда, — Пэй Цзинь сделал паузу и подчеркнул: — очень невкусные.
Су Ниннинь и сама знала, что готовит плохо, но ведь у неё тоже есть чувство собственного достоинства!
Она тут же сверкнула на него глазами.
— Господин Пэй, вы погибли.
Автор: Ниннинь не глупа — она умеет судить сама. Она добра к Чу Лию, потому что чувствует: та не желает ей зла.
Чу Лию действительно никогда не проявляла враждебности к Ниннинь. Её холодность — просто особенность характера. Совпадение в одежде и сумках — случайность, не имеющая отношения к Ниннинь. Всё это будет объяснено позже.
Вечером Су Ниннинь разговаривала по видеосвязи с Су Чжэном и жаловалась на кулинарные дела:
— На самом деле мой крем-суп из лосося с трёхцветной капустой получился неплохо — выглядел вполне съедобно.
Она возмущалась:
— Он же всё доел! Значит, ему понравилось!
http://bllate.org/book/8626/790928
Готово:
