Ци Юйшань подняла голову. Её глаза покраснели от слёз, и она пристально уставилась на Мао Цяоэр. Та встретила её взгляд — и по спине пробежал холодок.
— Чего уставилась?! — крикнула Мао Цяоэр, задрав подбородок.
— Ты хоть понимаешь, сколько мы тебя терпим?! Всю команду ты одна ничего не делаешь! Ты хоть знаешь, что Ши Си ради тебя специально переделала свою партию и даже сочинила для тебя отдельный танцевальный фрагмент? А ты? Не только не благодаришь — с самого распределения по группам постоянно язвишь в её адрес! И теперь ещё смеешь орать на меня?! Хочешь, я прямо сейчас разорву тебе рот в клочья?!
Ци Юйшань давно кипела от злости на Мао Цяоэр. Раньше в общежитии они просто сосуществовали — без особой вражды и без особой дружбы. Но с момента формирования команды Мао Цяоэр стала вести себя как избалованная принцесса и не упускала случая уколоть Лу Ши Си. Ши Си не раз просила её сдержаться, и только поэтому Ци Юйшань до сих пор молчала. Но теперь она окончательно вышла из себя.
Мао Цяоэр не ожидала, что обычно тихая и мягкая Ци Юйшань вдруг взорвётся. Она застыла на месте, не зная, что сказать.
В этот момент из помещения вышел наставник — услышав шум.
Шу Линь Янь открыла дверь, её взгляд скользнул по всем присутствующим и остановился на Мао Цяоэр.
От холода в глазах Шу Линь Янь Мао Цяоэр замерла, не смея пошевелиться. Она робко заговорила:
— Шу Лаоши, я…
— Возвращайтесь в зону ожидания результатов и продолжайте съёмку, — холодно перебила её Шу Линь Янь. — Ши Си скоро увезут в больницу.
Она распорядилась, чтобы несколько сотрудников остались на месте, а остальные вернулись на площадку.
Шу Линь Янь собиралась вернуться на сцену, чтобы вести следующий этап шоу, но Мао Цяоэр бросилась за ней и схватила её за руку.
— Шу Лаоши!
Шу Линь Янь обернулась и опустила взгляд на руку девушки, сжимавшую её запястье. Мао Цяоэр опомнилась и тут же отпустила её.
— Янь-цзе…
— Тебе ещё не надоело болтать? — Шу Линь Янь посмотрела на неё сверху вниз. Её лицо оставалось безмятежно-холодным, а голос звучал так же ледяно, словно зимний ветер. — Вместо того чтобы льстить наставникам и сотрудникам, лучше подумай, как подтянуть свои навыки. Малышка, ничто в этом мире не даётся даром. Поняла?
Не дожидаясь ответа, Шу Линь Янь развернулась и ушла.
Мао Цяоэр осталась стоять как вкопанная, сердце её бешено колотилось от страха. Она бросилась в туалет и, вытащив из сумочки телефон, набрала номер.
— Вэй-гэ, ты обязан мне помочь!
…
В одной из студий шла съёмка клипа.
В огромном стеклянном аквариуме, наполненном водой, плавал мужчина в белоснежной одежде. Его чёрные волосы свободно развевались в воде, а свет, преломляясь сквозь водную гладь, играл на его совершенном профиле.
— Снято!
Мужчина выбрался из воды, провёл рукой по мокрым волосам, и капли стекали по его резко очерчённым скулам. Его белая рубашка промокла насквозь, обнажая рельефный пресс. Он лениво оперся на край аквариума, ожидая указаний режиссёра.
— Отлично, этот дубль прошёл! — крикнул тот.
Хань Цинфань вышел из воды. Лян Цихуэй тут же подбежал с полотенцем и накинул ему на плечи. Хань Цинфань взял ещё одно полотенце и начал вытирать волосы.
— Кстати, Фань-гэ, тебе несколько раз звонили, — сказал Лян Цихуэй.
Хань Цинфань, вытирая волосы, направлялся в гримёрку.
— Кто звонил?
— На экране высветилось имя Чжун Цзяцяо.
Хань Цинфань остановился и повернулся к нему.
— Чжун Цзяцяо?
Семьи Хань и Чжун были старыми друзьями, и Хань Цинфань знал об этом с детства. Как старшие сыновья своих родов, он и Чжун Цзяцяо давно знакомы и даже поддерживали определённые дружеские отношения. Однако Чжун Цзяцяо редко сам инициировал связь, а уж тем более не звонил несколько раз подряд — такого раньше вообще не случалось.
— Принеси мой телефон.
Лян Цихуэй протянул ему устройство. Хань Цинфань взглянул на журнал вызовов: Чжун Цзяцяо действительно позвонил трижды подряд. Очевидно, дело срочное.
Не раздумывая, Хань Цинфань тут же перезвонил. Через секунду звонок был принят.
— Что случилось? — Хань Цинфань и Чжун Цзяцяо всегда переходили сразу к делу, без всяких предисловий.
— Афань, помоги мне, — голос Чжун Цзяцяо звучал встревоженно. — Ши Си потеряла сознание на съёмочной площадке. Я сейчас за границей, съезди, пожалуйста, в больницу и посмотри, как она.
Когда участники подавали заявки на участие в шоу, каждый заполнял анкету, включая графу «экстренный контакт». Лу Ши Си записалась тайно, без ведома семьи, и только её двоюродный брат Чжун Цзяцяо знал об этом. Кроме того, она не хотела тревожить дедушку и бабушку, поэтому в анкете указала номер именно Чжун Цзяцяо.
Как только Ши Си увезли в больницу, продюсеры немедленно связались с Чжун Цзяцяо, но, к несчастью, он находился в командировке за границей и мог вернуться лишь к вечеру следующего дня. При этом Ши Си настаивала, чтобы родных не беспокоили. В отчаянии Чжун Цзяцяо решил обратиться к «будущему жениху» своего рода.
Он долго думал, прежде чем набрать Хань Цинфаня.
Во-первых, между Хань Цинфанем и Лу Ши Си действительно существовало помолвочное соглашение. Хотя официальной церемонии ещё не было, в их кругу подобные договорённости считались окончательными. Во-вторых, Чжун Цзяцяо смотрел шоу и заметил, что Хань Цинфань проявлял к Ши Си определённую заботу.
Лян Цихуэй внимательно следил за выражением лица Хань Цинфаня. С того момента, как тот ответил на звонок, его лицо стало напряжённым, и в разговоре то и дело проскальзывали слова вроде «больница». Ситуация выглядела серьёзной.
— Что случилось? — спросил Лян Цихуэй, как только Хань Цинфань положил трубку, всё ещё хмурый.
Хань Цинфань быстро направился в гримёрку.
— В больницу.
— В больницу? Кто пострадал?
— Лу Ши Си.
— Лу Ши Си? Та самая девчонка?
Хань Цинфань снял мокрую одежду и начал вытирать тело полотенцем.
— Да.
— А что с ней?
Брови Хань Цинфаня слегка нахмурились.
— Потеряла сознание.
— Потеряла… — Лян Цихуэй посмотрел на переодевающегося Хань Цинфаня с тревогой. — Ты сам собрался ехать?
Хань Цинфань бросил на него взгляд.
— А кто ещё? Её брат сам позвонил.
— Подожди! — Лян Цихуэй встал у него на пути. — Уже поздно, ты едешь в больницу? Там наверняка полно людей от шоу, может, даже камеры! Если ты так запросто заявится прямо со съёмочной площадки, разве это не будет выглядеть так, будто между вами что-то есть?
— Разве они не знают, что Лу Ши Си — моя девушка?
— Фань-гэ! — Лян Цихуэй был в отчаянии. — Она потеряла сознание, её родные не могут приехать, а ты, якобы её «спонсор», мчишься туда прямо со съёмок! Там столько народу! Как ты думаешь, что они подумают? А если это попадёт в СМИ и начнут домыслы строить?
— Твои фанаты просто снесут студию!
Пока Лян Цихуэй умолял его одуматься, Хань Цинфань уже переоделся. Его короткие волосы почти высохли после протирания полотенцем. Выслушав всё, он остался всё таким же беззаботным.
— Я поеду в больницу. А как будут трактовать мои действия и что напишут СМИ — это уже ваша забота, команда по связям с общественностью.
Лян Цихуэй чуть не заплакал. Он был убеждён, что Хань Цинфань — посланник небес, созданный специально для того, чтобы свести его с ума.
— С каких пор ты начал переживать за кого-то, кроме себя? — спросил он тихо. — Нет, ты даже за себя не волнуешься. А теперь один звонок — и ты теряешь всякую осторожность. Фань-гэ, это не тот человек, которого я знаю.
Хань Цинфань остановился. Его обычно спокойные глаза на миг дрогнули, в них мелькнуло удивление.
Но эмоция исчезла так же быстро, как и появилась. Он опустил голову и тихо усмехнулся.
— Я действительно переживаю за неё. И это неизбежно.
— Что ты имеешь в виду?
Хань Цинфань помолчал, будто принимая решение, и наконец сказал:
— Ты ведь спрашивал, почему её родные не едут, а еду я.
— ?
— Чжун Цзяцяо — её двоюродный брат.
— Ну и?
— Он сейчас за границей, поэтому попросил меня присмотреть за ней.
— И?
Хань Цинфань опустил глаза и лёгкой улыбкой коснулся губ.
— Я не «спонсор».
— ? Пожалуйста, договори сразу.
— Я её жених.
— …
За спиной воцарилась тишина. Хань Цинфань обернулся.
Его помощник, полноватый мужчина, стоял бледный как смерть, одной рукой прижимая грудь, и с трудом выдавил:
— Вызови… скорую!
Хань Цинфань тихо рассмеялся, взял с соседнего стула куртку и сказал:
— Не надо. Я сам тебя отвезу.
— Лучше уж убей меня…
— Это противозаконно.
— …
Через двадцать минут служебный автомобиль Хань Цинфаня подъехал к Первой городской больнице Ду Чэн.
Хотя Хань Цинфань и делал вид, что ему всё равно, он всё же послушался Лян Цихуэя и надел маску с кепкой. В больнице Лян Цихуэй узнал номер палаты и позвал Хань Цинфаня из машины. Они поднялись по лестнице на четвёртый этаж.
Видимо, чтобы не мешать другим пациентам, продюсеры устроили Лу Ши Си в отдельную палату. У двери стояли двое сотрудников шоу.
Хань Цинфань направился к ним. Увидев незнакомца в чёрном, в маске и кепке, сотрудники насторожились — выглядел он не очень надёжно.
— Вы родственники Лу Ши Си? — спросил один из них.
Лян Цихуэй поспешил вперёд:
— Да, мы пришли проведать Лу Ши Си.
Эти двое были новичками в индустрии, свежеиспечёнными выпускниками вузов. Они не узнали ни полностью закутанного Хань Цинфаня, ни самого известного менеджера Лян Цихуэя.
Зато это сработало им на руку — лишних хлопот удалось избежать.
Войдя в палату, они увидели Лу Ши Си одну. Она тихо лежала на кровати, её и без того бледное лицо теперь было совсем белым. Девушка крепко спала.
Вошедший вместе с ними сотрудник пояснил:
— Врач сказал, что у неё гастрит и сильное переутомление. От этого и обморок. Но если хорошенько отдохнёт и пройдёт курс лечения, то…
— Вы в шоу так безответственно относитесь к участникам? — внезапно холодно перебил его Хань Цинфань. Сотрудники вздрогнули. — Разве здоровье участников не входит в ваши обязанности?
Они растерялись и не могли вымолвить ни слова.
В этот момент дверь распахнулась, и в палату вошёл режиссёр шоу.
— А, вы, наверное, родственники Лу Ши Си? — спросил он.
Хань Цинфань повернулся. Из-под козырька кепки и маски на режиссёра уставились холодные карие глаза.
Тот замер, узнал взгляд, перевёл взгляд на Лян Цихуэя за спиной и ахнул:
— Фань-гэ?
Сотрудники: Кто?
Хань Цинфань снял кепку и маску и слегка улыбнулся.
— Я пришёл проведать свою малышку. Проблем нет?
— Малышка?
Режиссёр посмотрел на спящую девушку, потом на Хань Цинфаня и наконец перевёл взгляд на Лян Цихуэя.
Лян Цихуэй улыбнулся:
— Да, малышка Фань-гэ.
Режиссёр нахмурился:
— Родная?
Из-за спины послышался сдавленный смешок. Хань Цинфань поднял глаза, его лицо оставалось безмятежно-равнодушным.
— Нет.
Лян Цихуэй почувствовал, что Хань Цинфань вот-вот устроит скандал, и незаметно дёрнул его за рукав.
Хань Цинфань бросил на него взгляд, помолчал и сказал:
— Дочь старых друзей семьи. Сегодня родителям неудобно приехать, поручили мне заглянуть.
Это была правда.
http://bllate.org/book/8578/787088
Готово:
