— Это ассистентка от Фаньбэй, Тан Ши. Она сама писала об этом в вэйбо.
Тан Ши тихонько спросила Линь Си:
— А я что-то не помню, чтобы публиковала такое?
Линь Си:
— Э-э-э… это была я.
Тан Ши ущипнула её за руку и, обращаясь к Чэнь Фэнъи, сказала:
— Ты читаешь новую книгу от Фаньбэй? Уже начал?
Чэнь Фэнъи:
— «Письмо тоски»?
Тан Ши хлопнула в ладоши и торжествующе воскликнула:
— Именно! Сегодня двойной выпуск — не забудь почитать!
Линь Си:
— ???
Неужели это и есть расплата за то, что я обидела редактора?!
По дороге обратно на площадку Тан Ши взяла Линь Си за руку и шепнула:
— Скажи честно, разве Чэнь Фэнъи до сих пор не знает, что ты и есть Фаньбэй?
— Да, не знает.
— Почему?
— Вдруг я однажды слишком увлекусь фанатством? Линь Си может позволить себе потерять лицо, но Фаньбэй — никогда!
Ладно, в этом есть своя логика.
Сзади неторопливо шли Чан Цзянь и Чэнь Фэнъи, в руке у последнего поблёскивала бутылка колы.
— Они что, давно знакомы?
Чан Цзянь кивнул и сочинил на ходу:
— Говорят, ещё с детства дружат. Отношения у них самые тёплые.
«Я не скажу тебе, что Линь Си — это Фаньбэй! Сам виноват, что не ездил на шоу за фанатами!»
«Вот тебе и урок за то, что обидел своего менеджера!»
Чэнь Фэнъи перевёл взгляд на руку Линь Си, потом на Чан Цзяня и произнёс:
— У тебя, Чжаньчжань, ведь до сих пор нет девушки. Может, стоит попробовать за ней поухаживать? — Он многозначительно кивнул в сторону Линь Си.
Чан Цзянь:
— ???
«Если я хоть как-то с ней сближусь, ты меня точно прикончишь».
Когда Тан Ши встретила Ван Биня, она сначала объяснила ему, что Фаньбэй не смогла приехать из-за острого гастроэнтерита, поэтому её представительницей выступает ассистентка.
Ван Бинь выразил искреннюю обеспокоенность и настоятельно посоветовал хорошенько отдохнуть: здоровье важнее любой работы.
Затем они оба одновременно посмотрели на Линь Си.
Линь Си подняла глаза и моргнула им в ответ:
— ?
Ван Бинь и Тан Ши переглянулись, понимающе улыбнулись и рассмеялись.
Сегодня на площадке снимали последнюю сцену в особняке семьи Чжао. Чжао Чжиюэй поссорился с отцом из-за Лян Мэнчжу. Мать Чжиюэя очень любила Мэнчжу, но отец был категорически против их отношений и лишь постепенно соглашался уступить.
Мать и сын действовали слаженно, словно заранее репетировали, и в итоге отец смягчился: Чжиюэй мог уехать учиться за границу, а если по возвращении чувства его и Мэнчжу останутся прежними, он больше не будет возражать.
Чжао Чжиюэй долго молчал, а затем согласился. Он не хотел идти наперекор родителям, но и расставаться с Мэнчжу не собирался — это было единственное решение, дававшее хоть какую-то надежду.
Хлопок хлапборда возвестил окончание сцены. Актёры, игравшие родителей Чжиюэя, завершили все свои эпизоды и теперь покидали съёмочную группу.
Режиссёр Ван торжественно вручил обоим ветеранам сцены букет цветов, выражая глубочайшую благодарность за их труд.
Остальные члены команды тоже подходили пожелать доброго пути. Когда дошла очередь до Хань Бинь, та, облачённая в розовое платьице, весело запрыгала к старшим и радостно воскликнула:
— Мам, пап, я буду по вам скучать! — и даже прижалась к актрисе, игравшей мать Чжиюэя.
Та ласково погладила девушку по голове:
— Приходи как-нибудь в гости! У меня сын твоего возраста.
Хань Бинь обрадовалась и тут же согласилась.
Для Линь Си это стало первым опытом прощания на съёмочной площадке. Она видела, как Чэнь Фэнъи обнял обоих актёров и сказал:
— Пап, мам, счастливого пути.
В его глазах читались подлинная тревога и грусть.
Когда старшие уехали, Линь Си подошла к Чэнь Фэнъи и, заметив, что тот выглядит подавленным, спросила:
— Что случилось?
— Ты ведь сценарист и, наверное, читала множество сценариев. Скажи, что бы ты сделала, если бы твои родители были против твоего брака? — добавил он после паузы: — И при этом ты очень сильно любишь этого человека.
Линь Си оперлась на подоконник рядом с ним и, глядя на суетящихся работников площадки внизу, медленно ответила:
— Я бы сделала всё возможное, чтобы убедить их. Но если бы они всё равно остались при своём мнении, я бы не стала выходить замуж. Это не имеет отношения к любви — родители редко ошибаются в людях.
— То есть ты всегда прислушиваешься к родителям?
— Они мне доверяют. С детства воспитывали в свободе, так что я не могу подвести их доверие и не хочу их разочаровывать. Человек, которого я люблю, — всего лишь спутник на одном из этапов моей жизни, а родители — опора всей моей юности. Разве стоит жертвовать таким ради одного человека?
— Есть в этом резон. Надеюсь, когда у тебя появится кто-то, ты сохранишь эту рациональность.
— Будем надеяться.
— А ты? — спросила Линь Си. — А если бы это случилось с тобой?
Чэнь Фэнъи на мгновение замер, потом покачал головой:
— Не знаю.
Вечером все разъехались по своим отелям: актёры жили отдельно от съёмочной группы. Перед отъездом Чэнь Фэнъи спросил Тан Ши:
— Надолго ты здесь останешься?
— Недельки на две.
— Сегодня вечером вернёшься с командой в отель?
Тан Ши крепче стиснула руку Линь Си и с вызовом заявила:
— Я с Бэ... —
Линь Си громко хрустнула леденцом, нарочито чавкая. Под пристальными взглядами Чан Цзяня и Чэнь Фэнъи Тан Ши проглотила «Бэбэй» и протянула: — Бэ...би буду жить вместе, — после чего умоляюще посмотрела на Линь Си: — Верно же, бэби?
Бэби?
Линь Си выбросила палочку от леденца в урну и сказала:
— Тан Ши, помоги найти мои вещи — я столько всего обронила!
— Что потеряла? Важное?
— Ты не видишь повсюду мои мурашки? Поищи хорошенько...
Тан Ши:
— ...
— Вот тебе и расплата за то, что обидела редактора! Теперь я заставлю тебя писать по десять тысяч иероглифов в день!
Чэнь Фэнъи:
— ...
Линь Си:
— Бегу, бегу, бегу! С такими не справиться!
Неделю спустя Тан Ши вернулась домой, и Линь Си поехала с ней. Чан Цзянь специально вышел со съёмочной площадки, чтобы проводить их до парковки.
— Приедешь ещё? — спросил он. — Если будет возможность снова поработать вместе.
Тан Ши задумалась:
— Посмотрим.
Линь Си, заметив его грустный взгляд, тихо поддразнила:
— Неужели ты влюбился в нашу Сяо Ши?
Чан Цзянь тут же замахал руками:
— Н-нет!
— Отлично! Значит, можно смело сводить её с тем парнем, который просил меня помочь с знакомством.
— Фаньбэй! — Чан Цзянь отвёл её в сторону. — Не могла бы ты немного подождать с этим... с этим делом?
Линь Си нарочито удивилась:
— С каким именно?
— Ну, с этим... — На лице Чан Цзяня проступил подозрительный румянец. — Просто... не спеши знакомить её с кем-то ещё!
— Ей уже двадцать пять, а дома родители начинают подгонять.
— Фаньбэй! — Чан Цзянь чуть не закричал.
— Ладно, не буду тебя мучить. Давай добавимся в вичат. — Линь Си показала ему QR-код из своего приложения.
Чан Цзянь ещё не успел открыть мессенджер, как раздался звук успешного сканирования.
Линь Си удивлённо посмотрела на Чан Цзяня, тот — на неё, и оба одновременно обернулись.
Позади стоял мужчина в серо-чёрной клетчатой рубашке, в маске и кепке. Он сосредоточенно что-то набирал в телефоне, но, почувствовав их взгляды, поднял глаза на Линь Си и сказал:
— В прошлый раз мы добавились в друзья, но так и не начали общаться. Думаю, теперь у нас будет много тем для разговора.
И правда, после того знакомства они так и не переписывались: во-первых, график у них не совпадал, во-вторых, не было особой близости, а со временем просто забыли об этом.
Когда Линь Си услышала второй звук сканирования, она молча убрала телефон и прямо посмотрела на Чэнь Фэнъи.
Тот пристально смотрел на неё тёмными глазами.
Она не смогла сдержать внутренний восторг.
Чан Цзянь первым нарушил молчание:
— Босс, ты как здесь оказался?
Чэнь Фэнъи бросил на него недовольный взгляд:
— У меня есть время. Почему бы и нет?
«Сегодня босс какой-то злой... Неужели узнал, что я скрывал от него?»
«Как больно становится на душе...»
Линь Си решила, что лучше сейчас исчезнуть:
— Ой, уже десять часов! Мама ждёт меня к ужину. Мы, пожалуй, поедем?
Чэнь Фэнъи кивнул:
— Только не сбегай теперь и не брось проект на полпути.
«Сбежать?!»
«Как он вообще может так думать?!»
Линь Си нахмурилась:
— Да я разве из таких? За этот сериал я отвечаю до конца, можешь не сомневаться!
— Хорошо. Жду тебя обратно.
Чэнь Фэнъи помахал Тан Ши, стоявшей позади. Та тоже помахала и громко крикнула:
— До новых встреч!
Чэнь Фэнъи мягко улыбнулся:
— Обязательно.
Линь Си села в машину и уехала. Чэнь Фэнъи долго смотрел вслед удаляющемуся автомобилю.
Чан Цзянь похлопал его по плечу:
— Босс, пора возвращаться на площадку.
Чэнь Фэнъи засунул одну руку в карман, другой сжимал телефон и многозначительно посмотрел на Чан Цзяня:
— Так ты уже номер у неё выпросил?
«Нет! Совсем не то! Как менеджер, я не могу тебе объяснить!»
«Но судя по твоей реакции, ты уже знаешь, что Линь Си — это Фаньбэй. Значит, скрывать больше нечего».
Чан Цзянь прикрыл ладонью сердце и скорбно произнёс:
— Фэнъи, братец, всё это я делаю ради тебя! Пойми мои благие намерения!
Чэнь Фэнъи похлопал его по плечу:
— Не волнуйся, я всё понимаю.
Чан Цзянь растрогался: «Наконец-то мой поросёнок повзрослел!»
Чэнь Фэнъи ещё раз похлопал его по плечу, вздохнул и направился к площадке.
Жизнь полна случайностей: иногда недоразумения оборачиваются совсем иным результатом, чем предполагалось изначально.
Например, Чан Цзянь думал, что Чэнь Фэнъи узнал, будто Линь Си — это Фаньбэй. На самом же деле Чэнь Фэнъи решил, что Чан Цзянь ухаживает за Линь Си.
Автомобиль мчался по шоссе, поднимая за собой пыль. Линь Си заметила на обочине белого котёнка, сбавила скорость и только после того, как тот убежал, снова нажала на газ.
— Кстати, я всё забывала спросить: раз ты приехала, кто теперь за Фэй Цзы присматривает?
— Эх, только сейчас вспомнила о нём? Отдала его на попечение младшему боссу. Ты же знаешь, на него можно положиться.
— Конечно, тебе я всегда доверяю.
Следующие полчаса Линь Си терпела поток вдохновенной речи Тан Ши, которая началась с призывов к регулярному писательству и ежедневным обновлениям, затем перешла к китайским социалистическим ценностям, оттуда — к государственной политике партии, далее — к международной обстановке, потом — к реформам и открытости, затем — к политике планирования семьи, после — к современным взглядам молодёжи на брак и отношения, и наконец завершилась подробным разбором всех тонкостей выбора партнёра.
Тан Ши, размахивая руками, воскликнула:
— Си Си, Чэнь Фэнъи же идеален — красив, высокий, ноги как у модели! Ты правда совсем не впечатлена?
Линь Си:
— ...
«Вот ради чего ты всё это несла? Чтобы расхвалить Чэнь Фэнъи?»
Она равнодушно ответила:
— Конечно, впечатлена.
Кто устоит перед таким красавцем, который постоянно маячит перед глазами?
Тан Ши продолжила:
— Верно! А ведь он ещё и твой поклонник! Может, стоит применить приём «бросок через плечо» и взять его в охапку?
— Сяо Ши, впечатление бывает разной степени. Я испытываю лишь лёгкое увлечение, и это никак нельзя назвать настоящей любовью. К тому же он — всенародный идол, образцовый мужчина. Люди из разных миров лучше не сходятся.
— Есть в этом смысл. Но ты ведь ничуть не хуже. Разве ты не способна удержать такого знаменитого мужчину?
— Сяо Ши, — Линь Си вздохнула и с грустью сказала: — Мой отец запретил мне встречаться с кем-либо из мира шоу-бизнеса.
После того как она отвезла Тан Ши домой, Линь Си, к несчастью, попала в час пик. Пекинские пробки были невыносимы — сорок минут ушло лишь на то, чтобы добраться до дома. Она уверенно припарковала машину в гараже, вытащила из багажника подарки, купленные в торговом центре для семьи, и, нагруженная пакетами, нажала на звонок.
http://bllate.org/book/8567/786222
Готово:
