Женщина сказала:
— Я тоже так думаю. По-моему, у них сейчас последний рывок, а дальше — не вытянуть. Зашла я как-то в их лавку — будто попала в кондитерскую семидесятилетней давности. Нормальный фруктовый торт у них продаётся только в интернете. А в нашем деле сколько вообще можно продать онлайн?
Сяо Шаньцзин тихо хмыкнул с лёгкой насмешкой, полностью соглашаясь с ней, и подытожил:
— Персонал отличный, а хозяин — никуда.
Женщина добавила:
— Вот чего я не пойму: почему они до сих пор не закрылись?
Сяо Шаньцзин вспомнил девушку, которая покупала хлеб в его магазине, и сказал:
— Наверное, кто-то ещё хочет попытаться.
Женщина фыркнула:
— Тратить время в такой лавке — просто глупо.
— Так нельзя говорить, — возразил Сяо Шаньцзин. — В любой лавке можно отточить мастерство. Когда я начинал, работал в хлебопекарне, которая была ещё хуже ихней.
Женщина почувствовала, что ляпнула лишнего, и, чтобы скрыть неловкость, взглянула на часы и удивлённо воскликнула:
— Ой, уже столько времени!
Они быстро доели и ушли.
Перед уходом Вэй Ся бросил на них мимолётный взгляд.
Ци Сюань допил бульон из вонтона до дна, поставил миску на стол и спросил:
— Кто это такие?
Вэй Ся ответил:
— Из «Свити».
Ци Сюань кивнул. Расплатившись, они вместе вернулись в магазин.
**
Чу Синь всю ночь корпела над «бизнес-планом» и измучилась до такой степени, что провела во сне целую ночь.
Ей снилось, как по небу летают холодильники и печи всевозможных моделей. Она прыгала, пытаясь схватить самый лучший, но никак не могла дотянуться. Тогда она решила взять что-нибудь среднее — и снова не получилось. В конце концов она махнула рукой и решила: «Любой подойдёт!» — и с силой оттолкнулась ногами от земли. От этого толчка она и проснулась.
Проснувшись, она потерла виски. Старожилы говорят, что если во сне дергаешь ногами — значит, растёшь. Неужели в этом возрасте ей ещё расти?
Она встала с кровати и увидела свои ночные записи — сплошной хаос, от которого заболели глаза. Вздохнув, она закрыла блокнот.
Почему у неё не может быть несметного богатства? Тогда бы она могла покупать лучшее оборудование и ингредиенты без раздумий.
Это желание так и не исполнилось — ни в прошлой жизни, ни в этой.
С лёгкой грустью она направилась к кондитерской. Издалека увидев потускневшую вывеску, Чу Синь остановилась, провела ладонями по лицу, заставила глаза заблестеть и приподняла уголки губ, мысленно подбадривая себя:
«Жизнь полна неудач, но даже в самой убогой лавке можно печь торты. Если что — продолжу продавать онлайн».
Сегодня они открылись необычно рано. Зайдя в магазин, Чу Синь увидела, что Вэй Ся уже вымыл витрину, а Ци Сюань стоял за кассой с несколькими карточками в руке и хмурился, перебирая их.
Чу Синь бодро приветствовала команду:
— Доброе утро!
Вэй Ся ответил без особого энтузиазма:
— Утро.
Ци Сюань помахал ей рукой, приглашая подойти.
Чу Синь подошла.
Ци Сюань бормотал про себя:
— Какая из них какая… Не разберу.
Он раскрыл шесть прозрачных карточек, как веер:
— Выбери любую.
Чу Синь посмотрела на шесть одинаковых карт и, не особо задумываясь, вытащила одну из середины.
Ци Сюань пояснил:
— На каждой карте — арендная плата за одно здание. Я уже года два к ним не прикасался. Сколько ты говорила, нужно на ремонт?
Чу Синь уже собралась ответить, но он махнул рукой:
— Да неважно. Там точно хватит, а если вдруг нет — у меня ещё есть.
Он сунул ей карту в руку. Чу Синь приняла её с напряжённым замешательством.
На лице Ци Сюаня появилось выражение, какого она у него никогда не видела — серьёзное, почти тревожное, и ей стало не по себе: не случилось ли чего?
Ци Сюань произнёс с неожиданной решимостью:
— Делай всё, что задумала. Покупай только лучшее. Фасад должен быть суперстильным — чтобы «Свити» позавидовало.
Он стукнул кулаком по кассовому столу:
— Пусть я останусь без трусов, но честь отвоюю!
**
Позавтракав, Сяо Шаньцзин вернулся в магазин.
Двери уже были распахнуты, сотрудники заняли свои места, грузовик из головного офиса с продукцией уехал, товары пересчитаны — всё, как обычно, чётко и слаженно.
С другой стороны, магазину, пожалуй, и без него неплохо — точнее, без разницы, кто здесь директор.
Успех сети кондитерских зависел в первую очередь от расположения.
Но сегодня всё же было кое-что не так, как вчера: приехал инспектор округа. И привёз с собой совершенно новый продукт — фруктовые торты.
— Сяо Шань, ну ты даёшь! — начал он с упрёком. — Ты ведь ближе всех к… к… как там этот большой торт называется?
— «Ци Да Кэйк», — подсказал Сяо Шаньцзин.
— Да, «Ци Да Кэйк», — продолжил инспектор. — У них появился такой хитовый новый продукт, а ты даже не доложил!
Сяо Шаньцзин презрительно скривил губы:
— Торт за сто звёздных юаней, размером с кулак… Это же просто праздничная безделушка. Кто будет покупать такое в обычные дни?
Инспектор недовольно нахмурился:
— Если они продают за сто, почему мы не можем за пятьдесят? Вот у нас целый набор — шесть видов, всего за 298. Есть порции на двоих и на четверых.
У Сяо Шаньцзина возникло дурное предчувствие. Инспектор тоже когда-то был учеником пекаря, и оба прекрасно понимали, из чего складывается цена десерта: ингредиенты и трудоёмкость.
Обычные пирожные почти не отличаются по составу и легко производятся массово, поэтому их цена колеблется в узких рамках.
Фруктовые торты сложнее: в них сочетаются разные текстуры, но главное — их изготовление чрезвычайно трудоёмко.
Чтобы снизить цену вдвое, придётся сильно упростить технологию, а значит, убрать слои. Единственное, что нельзя убрать, — это шоколадная оболочка и прозрачная глазурь.
Если они смогли снизить цену с сотни до пятидесяти, сколько слоёв они убрали? Внутри, наверное, просто мусс и всё.
Сяо Шаньцзин с явным пренебрежением сказал:
— Они делают премиум-класс — вкус, аромат, внешний вид. А мы будем делать подделку для низкого сегмента. Главное — чтобы внешне похоже было.
Инспектор тихо отчитал его:
— Ты ведь уже несколько лет директором. Не хочешь расти по карьерной лестнице? В этом году освобождается одна должность инспектора округа. У всех примерно одинаковые показатели — почему должны повысить именно тебя? Потому что ты лучше всех чувствуешь тренды! Новые продукты в головном офисе создаются именно на основе информации с мест.
Сяо Шаньцзин возмутился:
— Я в этом году отправлял им несколько своих разработок, но они ни одну не взяли!
— Ты присылал то, что сам придумал! — раздражённо парировал инспектор. — Где у тебя проверка на рынке? Подумай сам — что надёжнее? Если бы не наша общая общага, я бы и не вмешивался. Вон сколько сотрудников застревают на позиции директора магазина до пенсии.
Сяо Шаньцзин закатил глаза:
— А мне и не надо выше. Я хочу сидеть на кухне.
— Ну и зазнайся, — фыркнул инспектор. — Кстати, у тебя в магазине есть работник, которому пора проходить стажировку в головном офисе. В этом году не хватает кадров. Если тебе не хватит рук, найми временного.
Сяо Шаньцзин кивнул:
— Принято.
В «Свити» существовала строгая система карьерного роста: от ученика до младшего пекаря, затем — кондитер по украшению тортов. Из лучших сотрудников выбирали директоров новых магазинов, а из них — инспекторов округа, которые курировали несколько точек, ездили с инспекциями и получали гораздо больше.
Но Сяо Шаньцзину это было не нужно. Он пришёл в «Свити» ради хлеба и постепенно дорос до директора только затем, чтобы иметь возможность печь. Дальнейший карьерный рост означал уход с кухни. Хотя его хлеб не продавали покупателям, он мог печь его по своему усмотрению и угощать персонал — этого ему было достаточно.
Он разрезал лимонный торт — внутри оказался слой мусса с желе.
Разочарованный, он отложил нож. Хорошее утро было испорчено.
**
Чарли Белл занимался бытом молодого господина Лу Чанчуаня. Он добросовестно исполнял эту должность уже более десяти лет.
В двадцать два года он прошёл многоступенчатый отбор и полгода интенсивных тренировок, в итоге одержав победу над четырнадцатью соперниками и став одним из восьми главных управляющих клана Лу.
Чарли Белл был убеждён, что победил именно благодаря своим одиннадцати процентам британской крови.
Английские дворецкие — лучшие в мире. Правда, парик он не носил и говорил не на лондонском акценте, а на стандартном языке Федерации.
Тогда Лу Чанчуаню было всего пять лет — настоящий маленький господин. У него не было ни минуты покоя: то лезет куда-то, то пропадает без вести. Менять ему одежду по семь раз в день было обычным делом.
Чарли Белл всегда считал, что его подопечный похож на хаски: только когда щенок вымотается вдрызг, он перестаёт рушить дом.
К счастью, стирку белья ему не приходилось делать лично. Его основные обязанности включали составление рациона, ежедневное чтение газет, разработку учебного плана, контроль за успеваемостью, управление карманными деньгами, обучение этикету, сопровождение в школу, организацию детских праздников и регулярные беседы для поддержания психического здоровья юного господина.
Он выполнял все функции главного управляющего, только сфокусированные исключительно на «малом доме» Лу Чанчуаня.
Это была почётная и трудная работа, за которую платили соответствующе.
Чарли Белл сравнивал себя с придворным евнухом древнего Китая, который сопровождал императора с детства и после его восшествия на престол становился главным евнухом.
А поскольку Лу Чанчуань был единственным наследником клана Лу, эта должность сулила блестящие перспективы.
Поэтому он постоянно следил за каждым шагом и состоянием здоровья молодого господина.
И сейчас он очень волновался.
Молодой господин уже более трёх часов сражался в виртуальной реальности в боевой броне. Это значительно превышало допустимую нагрузку на мышцы.
Но в тренировочный зал он не мог войти, пока не наденет собственную броню и не будет уверен, что выживет под шквальным огнём господина.
Лу Чанчуань так себя вёл только тогда, когда чем-то расстроен.
Неужели в школе что-то случилось? Чарли был в панике: он не заметил проблем у господина — это серьёзный профессиональный промах.
Промучившись ещё полчаса, он наконец увидел, как Лу Чанчуань снял броню. Чарли тут же подскочил с полотенцем.
— Молодой господин, не случилось ли чего неприятного?
Лу Чанчуань весь мокрый от пота, но с горящими глазами и довольной улыбкой ответил:
— Ничего подобного! Сегодня я в отличном настроении.
Чарли облегчённо выдохнул и с улыбкой спросил:
— А что же хорошего произошло?
Лу Чанчуань вытер лицо полотенцем:
— Отличная новость! Отличнейшая! Я вычислил врага, который прятался в тени.
Чарли насторожился:
— Осмелился обидеть молодого господина? У него, наверное, серьёзные связи. Нужно ли мне…
Лу Чанчуань перебил:
— Да обычная девчонка без связей и власти. Думала, я её не найду, вот и наглела.
Чарли сразу успокоился:
— А чем она провинилась перед молодым господином?
— Она тайком… — начал Лу Чанчуань, но вовремя спохватился — нельзя выдавать, что он узнал о генетическом анализе, — …тайком использовала меня для рекламы и наварила кучу денег на тортах.
С тех пор как он выяснил, что Е Чу Синь — это и есть 991, всё встало на свои места. Оказывается, ей было мало рекламы Гу Ияна.
Чарли изумился:
— Вот это наглость! А ведь в семь лет молодой господин снялся в рекламе за пятьдесят тысяч!
— Не напоминай об этом, — поморщился Лу Чанчуань. — Те снимали ради деда, а не ради меня.
— Конечно, конечно, — поспешил согласиться Чарли и спросил: — Как же молодой господин намерен отомстить?
Лу Чанчуань сел за стол, не спеша попил воды и нахмурился:
— Пока не решил. Всё-таки девчонка… Сложно.
Чарли серьёзно кивнул и тоже нахмурился, размышляя:
— Может, заставить её заплатить компенсацию? Если молодой господин лично предъявит претензии, она, наверное, умрёт от страха.
— Нет-нет, я не буду появляться, — отрезал Лу Чанчуань. — Раньше я был на виду, а она — в тени. Теперь наоборот: она на виду, а я — в тени. Она знает, что это я, но не знает, что я знаю, что это она. Вот и называется: колесо фортуны крутится. Понимаешь? Теперь инициатива у меня.
Лу Чанчуань хитро усмехнулся и начал чертить пальцем по краю стакана:
— Я так долго её искал — теперь, когда нашёл, зачем сразу раскрываться? Она столько времени меня мучила — теперь я её помучаю.
Чарли торжественно кивнул:
— Молодой господин мудр. Я полностью поддерживаю ваше решение отомстить.
http://bllate.org/book/8560/785642
Готово:
