— Посмотрю, — сказала Ши Нань, не давая окончательного ответа. — Если домашка невелика, может, и получится.
Она чувствовала себя жалкой: её запросто подкупили одной миской лапши от Гу Мина.
Когда Ши Нань вернулась в общежитие, Тан Тан снова болтала по телефону на балконе. Неизвестно, с кем она разговаривала, но всегда умудрялась проговорить часами.
На балконе не было остекления, но Тан Тан всё равно плотно закрывала дверь, будто боялась, что Ши Нань подслушает. Завернувшись в огромный пуховик, она продолжала беседу.
Ши Нань вовсе не интересовалась чужими секретами и уже собиралась залезть под одеяло, как вдруг кто-то постучал в дверь. Она открыла — за порогом стояла Ми До из соседней комнаты.
Ми До протянула ей красиво упакованный подарок, улыбаясь во весь рот. В отличие от прежнего холодного отношения, теперь она вела себя так, будто бы полностью переменилась.
— Ши Нань, ведь скоро Рождество! У меня тут есть подарок для Гу Мина. Не могла бы ты передать ему? — попросила она.
Ши Нань взглянула на коробку. С тех пор как приближалось Рождество, она уже приняла для Гу Мина штук семь-восемь таких вот аккуратно завёрнутых презентов.
Сначала она честно собиралась просто передать их ему, но потом подарков стало так много, что она не успевала раздавать. Тогда в голове Ши Нань мелькнула одна хитрая мысль.
— Знаешь, Ми До, за последнее время я уже приняла для Гу Мина не меньше десяти подарков. Не то чтобы я не хочу помочь, просто физически не успеваю всем раздать. Может, лучше сама ему отдай?
— Да ладно тебе! Если бы я могла сама, разве стала бы просить тебя? — Ми До неловко теребила край своей кофты.
— А почему не можешь сама? — Ши Нань скрестила руки на груди, явно ожидая объяснений.
— Потому что… потому что… — Ми До не решалась признаться, что давно влюблена в Гу Мина и боится получить отказ, потеряв даже надежду.
Она схватила Ши Нань за руку:
— Прошу тебя, помоги! Что хочешь, то и сделаю! Буду каждый день приносить тебе завтрак!
Ши Нань слегка замялась:
— Ты же знаешь, Гу Мин вообще не любит такие вещи. Даже если я передам, он, скорее всего, даже не станет смотреть — подарков и так валом. Большинство он просто выбрасывает. Хотя… подарок от Ян Мэймэй из вашей комнаты он всё же распаковал. Потому что она прислала мне рождественский хунбао.
— Что?! Ян Мэймэй тоже нравится Гу Мину? — Ми До удивилась, но тут же поняла намёк. — Ладно, сейчас же пришлю тебе хунбао в вичате! Только, пожалуйста, скажи Гу Мину пару добрых слов и постарайся, чтобы он прочитал моё письмо!
— Без проблем, — Ши Нань взяла подарок, широко улыбнувшись. — Обязательно передам ему твои чувства.
— Спасибо тебе огромное, Ши Нань! — Ми До снова заулыбалась и ушла.
Ши Нань посмотрела на коробку в руках. Можно ли это считать тайным посредничеством?
Она швырнула подарок на стол, легла на кровать, заложив руки под голову. Раньше эти девчонки старались держаться от неё подальше, снисходительно относились к «бедной студентке». А теперь, стоит им понадобиться помощь, все вдруг стали лебезить и заискивать. Она же всего лишь просит немного вознаграждения — разве это слишком?
В этот момент зазвонил телефон. Ши Нань открыла вичат — Ми До добавилась к ней из общего чата и сразу прислала хунбао.
Получив деньги, Ши Нань заглянула в баланс. За последнее время она неплохо подзаработала на этих подарках. Теперь ей не придётся занимать у директора Юань деньги на жизнь до Нового года.
Правда, это лишь временное решение. Денег всё ещё катастрофически не хватало. Если бы не учёба, она бы с радостью устроилась подрабатывать в пекарню, чтобы оплатить обучение.
Ей хотелось одного: когда-нибудь перестать зависеть от чужой милости. Хотелось самой строить своё будущее и жить так, как она сама того пожелает.
От этих мыслей спать не хотелось. Она встала и села за парту, решая задачи, пока не выключили свет. Тан Тан вернулась с балкона, умылась и легла спать, а Ши Нань всё ещё училась при свете фонарика.
В выходные Юань Шу уже полностью поправилась и пригласила Гу Мина с Ши Нань на обед. Та давно хотела навестить директора Юань, но та всё ездила на реабилитацию — центр находился далеко от университета, поэтому Юань Шу не разрешала Ши Нань тратить время на дорогу.
Когда Ши Нань приехала в особняк, Юань Шу встретила её в любимом верблюжьем свитере. Её улыбка была тёплой, как весенний ветерок, и прежняя жизнерадостность вернулась к ней. Ши Нань наконец перевела дух, но чувство вины перед Юань Шу только усилилось.
Юань Шу приготовила целый стол любимых блюд Гу Мина и Ши Нань. Увидев жареные куриные ножки, Гу Мин не удержался и сразу схватил одну.
— Мам, твои куриные ножки вкуснее, чем в «KFC», раз в сто! — восхитился он.
— Опять хватаешь без спроса! Дай и Ши Нань одну, — крикнула Юань Шу из кухни.
— Конечно, без неё никуда! Боишься, что всё сам съем? — Гу Мин положил курицу в тарелку Ши Нань и ещё добавил ей еды, так что риса почти не было видно.
Ши Нань вернула ножку обратно в его тарелку:
— Ты же любишь. Моя — тоже твоя.
— Тогда уж не буду церемониться! — Гу Мин радостно съел вторую ножку.
Юань Шу вынесла на стол тарелку крылышек в коле и поставила прямо перед Ши Нань:
— Ты же обожаешь крылышки в коле! В столовой, наверное, кормят невкусно? Ты совсем похудела. Ешь побольше!
— Спасибо, директор Юань. Не утруждайте себя, садитесь скорее за стол, — Ши Нань взяла её за руку.
— Ладно, всё готово. Приступайте! — Юань Шу сняла фартук и улыбнулась, усаживаясь.
Трое сидели за столом, болтали и смеялись, будто снова оказались в беззаботном детстве.
После обеда Ши Нань вернулась в свою комнату учиться. Юань Шу постучала и вошла.
— Директор Юань, что-то случилось? — Ши Нань отложила ручку.
Юань Шу села на край кровати и протянула ей банковскую карту:
— Всё это время было столько дел, что я совсем забыла о тебе. Вот, возьми пока на карманные расходы. Вы с Гу Мин теперь живёте в общежитии, учёба даёт нагрузку — не стоит экономить на еде и одежде.
Ши Нань посмотрела на карту, но не спешила брать:
— Директор Юань, вы и так уже столько для меня сделали… А после всего, что устроил Ши Чжэнь, как я могу ещё брать у вас деньги? Я не возьму. Когда закончу учёбу и начну работать, обязательно верну всё, что вы мне дали.
— Глупышка, — Юань Шу встала, подошла ближе и вложила карту ей в ладонь. — Разве я не знаю, за какого человека твой отец? Как можно винить тебя за его поступки? Ты прекрасная девочка, и тебе не следовало родиться у такого человека. Это не твоя вина — просто судьба так распорядилась. Не мучай себя. Я давно считаю тебя почти дочерью, так что не отстраняйся. Если очень хочешь отблагодарить — просто поступай в университет Цзинхуа. Это будет лучшей наградой для меня.
Слова Юань Шу заставили Ши Нань покраснеть от слёз. Она посмотрела на карту в руке, и крупная слеза упала прямо на неё.
Юань Шу погладила её по голове:
— Хорошая девочка. Если в университете что-то случится — сразу сообщи мне. Гу Мин тоже поможет. Учись спокойно, хорошо?
— Да, обязательно, — кивнула Ши Нань, вытирая слёзы. — Директор Юань, вы снова уезжаете на Водный Берег?
— Да, там школа нуждается во мне, — улыбнулась Юань Шу. Её чёрные волосы были просто собраны в хвост, и длинные пряди мягко лежали на плече, блестя здоровьем.
Ши Нань искренне считала, что директор Юань — самая красивая женщина на свете. Она была добра, внимательна, щедра и полна любви. Даже в простой одежде, без единого украшения, она излучала истинную красоту — ту, что исходит изнутри.
Ши Нань невольно вспомнила женщину, которую видела в больнице рядом с Гу Цзюньи. Та носила лёгкие каштановые кудри, тщательно накрашенные глаза, высокие сапоги на шпильках и сумочку «Chanel». Всё на ней кричало о дороговизне.
Была ли она красива? Безусловно. Но её красота была лишь внешней оболочкой. Некоторые люди именно таковы — красивы снаружи, но пусты внутри. Такая красота со временем исчезает, увядает.
Настоящая же красота — это внутреннее сияние, которое с годами становится только глубже и насыщеннее. Оно не зависит от модных брендов и не исчезает с возрастом.
Юань Шу принадлежала именно к таким женщинам. Её благородство рождалось из сердца, а не из дизайнерской сумки.
Ши Нань не понимала, почему Гу Цзюньи предпочитает таких, как та женщина.
Возможно, потому что Юань Шу вскоре уезжала на Водный Берег и вернётся лишь через два-три месяца, Гу Мин и Ши Нань провели весь уикенд дома: смотрели телевизор и пили с ней чай.
Вечером Ши Нань вернулась в комнату учиться. Она сосредоточенно слушала английские слова в наушниках, как вдруг Гу Мин тихонько вошёл и хлопнул её по плечу. Ши Нань чуть не вскрикнула от испуга, но, увидев его хитрую ухмылку, рассердилась и дала ему подзатыльник.
— Ты вообще никогда не повзрослеешь? — бросила она, швыряя наушники на стол.
— Ха-ха! Испугалась, да? — Гу Мин довольствовался своей шуткой.
— Через месяц экзамены! А ты всё ещё шутишь!
— Эх, скоро же Рождество… А у меня до сих пор нет подарка от тебя! — В последние дни в его парту то и дело попадали маленькие коробочки. Он с надеждой распаковывал их, но, увы, почти всегда разочаровывался — либо выбрасывал, либо дарил друзьям.
— Ах да, совсем забыла! — Ши Нань вытащила большой мешок. — Пошли в твою комнату.
Гу Мин обрадовался: наверное, сюрприз! Он счастливо последовал за ней.
Но как только Ши Нань вывалила содержимое мешка на стол, комната наполнилась множеством маленьких коробочек с бантиками.
Гу Мину это показалось знакомым:
— Это… что такое?
— Подарки от девушек в моей комнате. Чтобы сохранить репутацию честного человека, ты обязан распаковать каждый!
Гу Мин за последние дни так устал от распаковки, что при виде этих коробочек ему стало дурно. Он рухнул на кровать:
— Сжалься надо мной!
Но тут он вспомнил кое-что:
— Постой… Что значит «чтобы сохранить репутацию»? Почему я «обязан» смотреть? Ши Нань, ты что-то скрываешь?
— Ну, это… — Ши Нань не ожидала, что проговорится. Но, подумав, решила: Гу Мин имеет право знать. И рассказала всё как есть.
Выслушав, Гу Мин восхитился:
— Ши Нань, до такого только ты могла додуматься! Круто, круто! — Он одобрительно поднял большой палец, но тут же нахмурился. — Хотя… Похоже, я стал твоим товаром?
Ши Нань почувствовала себя виноватой:
— Ладно, половину хунбао разделю с тобой.
— Вот это друг! — Гу Мин заулыбался.
Ши Нань пожалела, что предложила, но делать нечего — она уже направлялась к двери, как Гу Мин схватил её за руку:
— Куда?
— Забыла телефон. Сейчас пришлю тебе хунбао.
Гу Мин постучал пальцем по её лбу:
— Да ты совсем глупенькая! Где та хитрость? Я же шучу — оставь всё себе.
— Так бы сразу и сказал! — Ши Нань развернулась обратно.
Гу Мин посмотрел на гору подарков:
— А ты не могла бы просто выкинуть всё это в мусорный бак?
— Нет! Ты должен всё распаковать. Я же человек слова!
— Ну тогда распакуй сама. Их слишком много.
— Да тут и десятка нет! Распаковывай потихоньку, а я пойду учиться.
Ши Нань уже собралась уходить, но Гу Мин снова её остановил:
— Выбери: или делишься со мной половиной хунбао, или распаковываешь подарки. Решай.
— Ты же только что сказал, что не хочешь!
— Передумал. А не то пожалуюсь маме — пусть она с тобой поговорит.
— Ладно, ладно, распакую! — Ши Нань взяла первую коробку, сорвала бант, развернула бумагу. Внутри оказалась конфета-леденец в форме ёлочки и красный конверт.
Она протянула конверт Гу Мину:
— Это, наверное, читать не надо?
Гу Мин был занят распаковкой другой коробки и даже не взглянул:
— Положи пока в сторону.
— Леденец будешь?
— Я взрослый мужик, зачем мне эта сладость? Ешь сама.
http://bllate.org/book/8532/783651
Готово:
