— Раз уж эта вещь попала к нам в руки, надо хорошенько подумать, как использовать её как козырь для спасения собственной жизни, — сказала Цзянь Юэ.
— Да, она может спасти жизнь, но погубить — ещё быстрее! — Взглянув на свиток, лежащий на столе, а затем на задумчивую Цзянь Юэ, Июньский Снег почувствовала тревогу. Она отлично знала: у Ханьмэнь глубокие корни, а единственная цель их возвращения — месть. Если они удержат у себя список мести и не отдадут его, за ними начнут охотиться не только Ханьмэнь, но и всякие мелкие банды, которые обычно держатся в тени.
Будто в подтверждение её опасений, в тот самый миг, когда Цзянь Юэ потянулась за свитком в руках подруги, в окно влетела метательная стрела…
Метательная стрела, мелькнувшая в воздухе с ошеломляющей скоростью, не дала Цзянь Юэ и Июньскому Снегу ни малейшего шанса среагировать — она вонзилась прямо в столб кровати. Их разговор был резко прерван этим внезапным вторжением.
— Похоже… это способ передачи письма? — Цзянь Юэ на миг замерла, затем подошла к кровати. — Очень острая стрела.
Сама по себе стрела была прекрасна, но прикреплённое к ней потрёпанное письмо выглядело слишком броско на фоне новенького металла.
— В Красном особняке мы никогда не пользовались таким способом передачи сообщений, — сказала Июньский Снег, глядя на стрелу в руках Цзянь Юэ. — И я никогда раньше не видела подобных.
Услышав это, Цзянь Юэ внимательно ощупала хвостовик стрелы.
— Совершенно новая стрела с клеймом Ханьмэнь… Похоже, на этот раз они готовятся к большим делам. — На хвостовике, помимо знака Ханьмэнь, имелась ещё и маленькая точка. Опираясь на древний способ маркировки, Цзянь Юэ поняла: эта стрела только что вышла из кузницы, а по отметке можно было судить, что таких стрел выпущено не менее пятисот. При таком раскладе взрыв в мире воинств наверняка унесёт множество жизней.
— Если Ханьмэнь действительно намерены перевернуть всё с ног на голову, первым, кто этому воспрепятствует, будет старый глава союза, — сказала Июньский Снег, вспомнив о дочери главы союза, редко покидающей резиденцию. Ей казалось несправедливым, что такая кроткая девушка родилась дочерью этого человека. Она прекрасно знала, каков старый глава союза, и потому всегда жалела Хугуана. Однако она не подозревала, что по сравнению с хитрым и жестоким стариком Хугуан был ещё более опасным противником. — Если глава союза решит действовать, он непременно соберёт все кланы и заставит их выступить. После того как культ Цветка Демона сменил лидера, они наверняка попытаются подчинить себе новую главу или же использовать сам культ как оружие против Ханьмэнь…
Все эти игроки были опасны сами по себе, но если они столкнутся друг с другом, это обещало стать поистине захватывающим зрелищем. И Цзянь Юэ, и Июньский Снег с нетерпением ждали этого столкновения. Хотя они и не были теми самыми журавлями, что подкарауливают жука за его спиной, они вполне могли наблюдать за битвой тигров с безопасного расстояния. Если крупные силы вступят в конфликт, по крайней мере, такой кусок, как культ Цветка Демона, они могли бы вернуть себе.
— Раз уж Ханьмэнь собирается предпринять крупные действия, давай и мы вмешаемся, чтобы окончательно замутить воду, — быстро пробежав глазами записку, Цзянь Юэ уже поняла, как действовать дальше. — Чем мутнее вода, тем легче Мо Юю скрыться. К тому же у нас есть целитель. Если кто-то захочет напасть исподтишка, мы сможем воспользоваться его помощью, чтобы вывести их из строя. — Дойдя до этого места, Цзянь Юэ улыбнулась. — Ах да, чуть не забыла: у меня ещё есть один верный слуга.
Она уже несколько дней не видела Юймо и даже начала сомневаться, был ли рядом с ней вообще такой человек.
— Он? — Вспомнив молчаливого Юймо, Июньский Снег почувствовала лёгкое беспокойство. Не то чтобы она не доверяла ему, но его взгляд… Несколько раз, встречая его в коридоре, она чувствовала, как от его глаз бросает в холод. Если бы не то, что он слуга Цзянь Юэ, Июньский Снег давно бы приказала избавиться от него тайком. — Этот человек странный, и его передвижения загадочны. Даже мои сёстры не могут отследить его. Держать такого рядом с нами…
— Хотя и небезопасно, пока он не достиг своей цели, он не станет действовать. Так что пока он — мой талисман, — сказала Цзянь Юэ. Упомянув талисман, она вспомнила Гу Цинъи, который всё ещё отдыхал в соседней комнате. С тех пор как он потерял память, он стал особенно привязан к ней и то и дело совершал странные поступки. Хотя она уже мысленно признала его своим защитником, некоторые его вольности всё же были ей неприятны.
Заметив, что Цзянь Юэ задумалась, Июньский Снег вздохнула и подошла к двери.
— Ты последние дни совсем не отдыхала из-за Гу Цинъи. Воспользуйся полуденным перерывом и хорошенько поспи.
Цзянь Юэ улыбнулась заботливой подруге и погладила свой живот:
— Хорошо, сейчас отдохну. Всё в Красном особняке лежит на тебе, и за последние дни ты устала гораздо больше меня из-за меня и Гу Цинъи. Я должна была предложить тебе отдохнуть, а не наоборот.
— Отдыхать? — нахмурилась Июньский Снег. Отношения между Синь Хуном и новой девушкой давно стали занозой в её сердце. Раньше, когда Синь Хун был рядом и заботился о ней, она не замечала ничего необычного, но с тех пор как всё его внимание переключилось на эту девушку, Июньский Снег почувствовала, будто у неё украли лучшего друга — и навсегда. При мысли об этом ей и в голову не шло отдыхать. — Ну ладно, я тоже немного вздремну. Эти шаловливые сёстры совсем измотали меня в эти дни, — сказала она с натянутой улыбкой, подойдя к Цзянь Юэ и помогая ей лечь на кровать. — Ты ведь раньше могла быть небрежной, но теперь в тебе растёт малыш. Если будешь и дальше вести себя как обычно, ему придётся нелегко.
Наверное, только Июньскому Снегу позволялось называть некогда грозную главу культа небрежной. Как подруга Цзянь Юэ, она никогда не церемонилась с ней.
— Без трудностей не бывает и счастья, — вздохнула Цзянь Юэ, устраиваясь на постели, и взяла руки Июньского Снега в свои. — Если у тебя что-то на душе, расскажи мне. Не держи всё в себе.
— Ха-ха, да у меня и нет ничего такого. Каждый день ем и пью — вот и вся моя жизнь, — улыбнулась Июньский Снег, похлопав Цзянь Юэ по руке. Она поняла, что пора уходить: если останется ещё немного, Цзянь Юэ обязательно вытянет из неё всю правду. — Ладно, отдыхай. Мне тоже пора прилечь.
Не дожидаясь ответа, она быстро вышла из комнаты.
— Ты уж… — покачав головой с улыбкой, Цзянь Юэ задумчиво уставилась на колыхающийся полог кровати…
— Боле, как тебе эти рыбки в пруду?
Боле опустил взгляд на плавающих рыб и немного подумал.
— Чешуя у них в порядке, и при кормлении они проявляют бодрость.
Ответ был уклончивым и явно притворно наивным. Старый глава союза мысленно отметил себе ещё один долг перед Боле.
— Рыбки хороши, но если они выбрали не того хозяина, даже самая блестящая чешуя будет содрана, а самый сообразительный ум — отсечён. Так что рыбе важно уметь выбирать момент и знать, с каким хозяином можно выжить… Согласен?
— Глава союза совершенно прав, — склонил голову Боле, не имея возражений против столь прозрачных слов. В этот момент он думал не о полусгнившем старике перед ним, а о его дочери — Хугуане. Прошлый турнир боевых искусств, устроенный для выбора жениха, закончился провалом, но Боле радовало, что та, о ком он мечтал, всё ещё не замужем. Это означало, что у него ещё есть шанс. Хотя как слуга он не имел права претендовать на руку дочери главы союза, он верил: стоит ему помочь старику избавиться от пары мелких врагов — и он сможет достойно жениться на Хугуане.
Глава союза бросил взгляд на склонённую голову Боле, высыпал остатки корма в пруд и прищурился.
— Есть ли у тебя новости о тех двух беглецах?
— Э-э… — Боле на мгновение замялся. — Тот, кто называл себя господином Инь, исчез бесследно. Мои разведчики доложили, что никто не видел ни толстого, как бочка, человека, ни высокого худощавого. Даже информация, купленная в «Первой башне Поднебесной», подтверждает, что эти двое словно испарились… Похоже, их кто-то нарочно подослал, чтобы проверить нашу резиденцию.
— Ха-ха, проверить? Мои сотни змей убиты, а сокровищница разграблена! — с хрустом сжав в руке блюдце, глава союза перевёл взгляд на озеро. — Боле, больше таких провалов не допускай.
Сердце Боле дрогнуло, но он быстро скрыл эмоции и покорно ответил:
— Да, господин.
Этот ответ немного успокоил подозрительного старика.
— Ладно, больше не ищи этих двоих. Зато займись делом Ханьмэнь. Весь клан Цзяньмэнь — более ста человек — был обезглавлен за одну ночь, но до сих пор никто не знает, где скрывается возрождённый Ханьмэнь и кого именно он преследует.
Глаза старика блеснули.
— Боле, месть за твоих родителей мне уже не под силу. Я стар, и если вступлю в борьбу с молодыми, мои кости рассыплются ещё до первого шага.
Сжав кулаки, Боле подавил гнев и глубоко выдохнул:
— Благодаря вашему воспитанию я вырос из беспомощного мальчишки во взрослого мужчину. Этой милости я не в силах отплатить, а месть за родителей — слишком тяжёлое бремя для ваших плеч.
— Вижу, Боле действительно повзрослел, — засмеялся глава союза, заметив бегущего по коридору слугу. — Ладно, ты и так устал. Иди отдохни. Ах да, если будет время, поговори с упрямой девчонкой.
Боле кивнул и, бросив последний взгляд на пробегающего мимо слугу, направился во внутренний двор…
— Говори, — сказал глава союза, не отрывая взгляда от своих ногтей.
— Да, господин, — слуга достал из-за пазухи письмо и протянул его старику. — Согласно донесениям наших агентов, возвращение Ханьмэнь — инсценировка. На поверхности они мстят за исчезнувший когда-то Ханьмэнь, но на деле устраняют своих соперников. Было подтверждено, что клан Цзяньмэнь, уничтоженный пару дней назад, не имел никакой связи с прежним Ханьмэнь. Зато культ Цветка Демона, активный в прошлом году, имел с ними давние счёты.
— Культ Цветка Демона? Если бы там всё ещё был Инъюй, я бы относился к ним с опаской. Но ведь несколько месяцев назад его собственные подчинённые убили его… Ах, такая жестокая и расчётливая женщина, которая всё просчитывала наперёд, в итоге была убита как ведьма… Жаль, жаль такую пешку! Будь она жива, мы могли бы вместе свернуть горы…
http://bllate.org/book/8461/777868
Готово:
