Громыхнуло.
Оглушительный раскат разорвал чёрное небо, и ливень хлынул на землю, подхлёстываемый ветром, который сбивал цветы и кустарники в саду Чжуаньцзяюань.
В саду мелькали фигуры людей.
Внезапно раздался треск — одна за другой сломались недавно пересаженные «денежные деревья».
— Ай-яй-яй! Да что ж это такое! Эти денежные деревья сломались?! Вот беда! — воскликнул мужчина лет тридцати в дождевике, скорбно хмурясь.
Рядом с ним стояли ещё двое слуг в такой же одежде. Поля их шляп были опущены низко, скрывая большую часть лиц. В темноте отчётливее всего выделялись белые иероглифы «Чжуань» на груди каждого.
— Господин управляющий, забудьте про деревья! Нам важнее выполнить поручение молодого господина, — напомнил один из слуг.
Управляющий прекрасно знал, как много эти деревья значат для молодого господина, но поручение было не менее важно.
Он прикинул: деревья уже сломаны, а если они ещё и дело не сделают, то всем троим несдобровать — выгонят из Чжуаньцзяюань без вопросов.
— Ладно, ладно, пошли! — махнул он рукой.
Двое слуг окружили его: один впереди, другой сзади, чтобы управляющий шёл посередине. Они ускорили шаг, направляясь к служебным помещениям во дворе.
*
— А-а-а! — закричала Цяо Вань и резко села на кровати.
На лбу у неё выступил холодный пот, лицо побелело — явно приснился кошмар.
Цяо Вань повернула голову к окну: за ним бушевала гроза, ветер завывал, время от времени вспыхивали молнии. Она всегда боялась таких грозовых ночей, поэтому кошмар был вполне объясним.
Немного отдышавшись, она откинула одеяло и спустила ноги с кровати. Зная расположение комнаты наизусть, на ощупь дошла до стола и налила себе воды.
После нескольких глотков тревога от кошмара немного улеглась.
Когда Цяо Вань собралась вернуться в постель, у двери послышался шорох.
Сначала она решила, что это просто ветер, но в тот момент, когда она развернулась, между створками двери просунулось лезвие ножа, сверкающее холодным блеском. Оно медленно поднялось вверх, пока не уткнулось в засов.
Первой мыслью Цяо Вань было: «В Чжуаньцзяюань проникли воры!»
Но тут же она отбросила эту идею: если бы в доме появились воры, они отправились бы в передние покои — к молодому господину, его супруге или наложницам, а не в задний двор, где живут слуги.
Неужели… это кто-то из дома?
Сердце Цяо Вань замерло.
В этот момент засов упал на пол, и звук удара эхом отозвался у неё в груди.
Дверь распахнулась, и внутрь вошли трое. Тот, кто шёл первым, увидев Цяо Вань за столом, изумлённо выдохнул:
— Ты…
Услышав этот голос, Цяо Вань сразу узнала человека:
— Управляющий Сунь?
Трое вошедших замолчали.
Управляющий пристально посмотрел на неё и тихо приказал своим спутникам:
— Схватите её.
— Есть!
Слуги с двух сторон начали обходить Цяо Вань.
— Что вы делаете?! — закричала она, пытаясь уклониться и вырваться. — Управляющий Сунь! Зачем вы это делаете?
Комната была небольшой, да и дверь перекрывал сам управляющий, так что Цяо Вань некуда было бежать. Всего через несколько минут её схватили и прижали к полу перед управляющим.
Она подняла глаза:
— Управляющий Сунь?
— Цяо Вань, — произнёс он, глядя сверху вниз, — не вини меня. Это приказ молодого господина. Я лишь исполняю его волю.
Молодой господин?
Цяо Вань не успела ничего спросить, как управляющий махнул рукой:
— Уводите её.
— Есть.
— Подождите, — остановил он их.
Слуги замерли. Управляющий вошёл в комнату, снял с кровати верхнюю одежду Цяо Вань и набросил ей на плечи.
— Быстрее, — торопил он.
— Да, да.
От служебных помещений до главного двора днём можно дойти меньше чем за две четверти часа, но этой ночью ливень лил как из ведра, да и Цяо Вань всё время сопротивлялась. Поэтому, когда управляющий и двое слуг довели её до переднего двора, прошло почти три четверти часа.
Управляющий велел им подождать снаружи и строго наказал не выпускать девушку, иначе всё пойдёт насмарку.
Получив заверения, он снял дождевик и шляпу, оставил их у входа и, опустив голову, вошёл внутрь.
Вскоре он вышел и приказал:
— Цяо Вань, заходи.
Она хотела понять, что происходит, почему молодой господин посреди ночи приказал привести её сюда.
Поэтому Цяо Вань поправила промокшую одежду и вошла.
Комната Чжуаня была ярко освещена, словно днём.
— Молодой господин, Цяо Вань здесь, — доложил управляющий.
— Хм, — отозвался Чжуань Цянь и махнул рукой: — Можешь идти. Подожди снаружи.
Управляющий поклонился и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
Цяо Вань опустила глаза. Руки в рукавах сжались в кулаки так сильно, что костяшки побелели — это выдавало её волнение.
— Цяо Вань, знаешь, зачем я тебя вызвал? — в голосе Чжуаня звучала насмешка, которая казалась Цяо Вань зловещей.
Она подняла взгляд прямо на него:
— Не знаю, господин.
Чжуань Цянь вдруг рассмеялся, и вместе с ним захихикали служанки, которые массировали ему плечи и спину.
Он хлопнул в ладоши, и из-за занавески вышел человек.
Цяо Вань узнала его лицо и в изумлении воскликнула:
— Отец? Что вы здесь делаете?
Отец даже не взглянул на неё, а, сгорбившись, подошёл к Чжуаню и заискивающе заговорил:
— Молодой господин, насчёт того, о чём мы договаривались…
Чжуань Цянь усмехнулся:
— Старик Цяо, у меня, конечно, много денег, но я не стану тратить их зря. Я нашёл тебе Цяо Вань, теперь уговори её сам.
— Это… — отец замялся.
Чжуань Цянь бросил на него презрительный взгляд:
— Что, хочешь получить деньги даром?
— Нет-нет, конечно нет… — заторопился отец. — Молодой господин, если я уговорю Цяо Вань, вы…
— Обещанного не утаю, — нетерпеливо махнул рукой Чжуань Цянь. — Давай быстрее, скоро рассвет, а мне нужно спать.
— Да, да.
Отец кивнул и повернулся к дочери.
— Сяо Вань…
Цяо Вань нахмурилась и отступила на шаг:
— Не называйте меня так.
Увидев её холодное выражение лица, отец тоже стал серьёзным:
— Цяо Вань, я изменил твой контракт служанки. Отныне… ты будешь наложницей молодого господина.
— Что вы сказали? — глаза Цяо Вань расширились от недоверия. Неужели дождь залепил ей уши, и она услышала что-то невероятное? — Наложницей?
— Да, — подтвердил отец, глядя прямо в глаза. — Ты теперь наложница молодого господина.
Голова Цяо Вань закружилась.
В семье Цяо было четверо детей — три девочки и один мальчик. Цяо Вань была второй. Пять лет назад отец продал её в дом Чжуаней, чтобы младший сын мог продолжить учёбу.
Цяо Вань закрыла глаза. Конечно… она и ожидала, что появление отца ничем хорошим не кончится.
Она открыла глаза и сказала твёрдо:
— Я не согласна.
— Что?! — отец опешил, потом повысил голос: — Даже если не согласишься, всё равно ничего не сделаешь!
Цяо Вань усмехнулась:
— Если я не поставлю печать, что вы сможете сделать?
— Ты… — отец занёс руку, будто собираясь ударить.
— Хватит, — резко оборвал его Чжуань Цянь и подошёл ближе, бросив на отца презрительный взгляд. — Бесполезный старик.
Отец засуетился:
— Да, да, простите, молодой господин.
Цяо Вань с горечью усмехнулась.
Чжуань Цянь встал перед ней и вздохнул:
— Цяо Вань, не упрямься. Ты пять лет живёшь в Чжуаньцзяюань, так что прекрасно знаешь разницу между жизнью слуги и господина. К тому же твой контракт — пожизненный. Так почему бы не воспользоваться шансом и не стать госпожой? Обещаю, я тебя не обижу.
Цяо Вань молчала.
Чжуань Цянь смягчил голос и продолжил убеждать:
— Подумай: станешь наложницей — и больше не придётся вставать на заре и трудиться до поздней ночи. Достаточно хорошо заботиться обо мне, и весь дом будет смотреть на тебя с почтением. А?
— Жизнь, которую вы описываете, действительно прекрасна, — ответила Цяо Вань.
Лицо Чжуаня озарилось радостью — он решил, что она согласилась.
Но Цяо Вань отступила назад:
— Однако я не хочу этого. Я предпочитаю остаться слугой.
Лицо Чжуаня мгновенно стало ледяным:
— Ты точно отказываешься?
— Отказываюсь.
— Не пожалеешь?
— Не пожалею.
— Хорошо, — сказал Чжуань Цянь и позвал: — Старик Цяо!
Отец подскочил:
— Молодой господин!
— Ты сам всё видел. Это не я отказался помогать тебе, а твоя дочь упряма. Раз так, можешь идти домой.
Отец не спешил уходить. Он колебался.
Ему хотелось ещё раз уговорить дочь. Ведь всё равно ей предстоит провести всю жизнь в доме Чжуаней — так почему бы не стать наложницей? Хотя бы статус повысится! Пять лет назад, когда он продал Цяо Вань, она покорно согласилась. Почему сейчас стала такой упрямой?
Неужели думает, что, став слугой в доме Чжуаней, может позволить себе держать спину прямо?
Смешно!
— Цяо Вань, — тихо пригрозил он, — после сегодняшней ночи тебя здесь никто не потерпит.
— Не ваша забота, — ответила она. — Жить или умереть — моё дело.
— Ты… — отец стиснул зубы. — Господа тебя не примут, слуги будут избегать. Откуда у тебя такой упрямый характер?
Цяо Вань фыркнула:
— А вы сами скажите: почему пришли именно ночью? Разве нельзя было поговорить днём?
— Я… — отец смутился, лицо его потемнело.
Цяо Вань усмехнулась:
— По вашему выражению лица ясно: вы сами понимаете, насколько это позорно.
Пять лет назад, продав дочь, чтобы младший сын учился, отец стал посмешищем среди соседей. Если теперь станет известно, что он снова пытался продать дочь в наложницы, его просто зальют плевками.
В этом мире, конечно, дети иногда продаются, но обычно только в крайней нужде — чтобы ребёнок не умер с голоду. А вот такие, как её отец, встречаются крайне редко.
Отец задрожал от ярости, да и обещание перед Чжуанем Цянем не выполнил. Почувствовав себя униженным, он бросил пару гневных слов и вышел, хлопнув дверью.
Цяо Вань горько улыбнулась.
Хлоп-хлоп-хлоп.
Чжуань Цянь зааплодировал:
— Отличное представление! Очень весело смотреть.
Цяо Вань не ответила.
http://bllate.org/book/8314/766139
Готово:
