Но, успокоившись и вдумчиво обдумав сказанное, Цэнь Юйюй почувствовала: эти слова на первый взгляд безобидны и простодушны, но на самом деле таят в себе скрытую угрозу.
Неужели он косвенно признал, что знает, где находится камень Фу Си, а затем лично пришёл объяснить ей, как им пользоваться, будучи абсолютно уверен, что она, Цэнь Юйюй, не сумеет найти способ применить его?
Похоже, он просто презирает её — мол, сидит на месте, занимает место под солнцем, но не умеет пользоваться камнем Фу Си.
Это было настоящим позором!
Цэнь Юйюй, руководствуясь непоколебимым решением никогда не поддаваться тирании главного героя, героически отправилась за «Сердечной формулой Фу Си».
Бессмыслица! Она ведь не главная героиня — не станет же она жалеть этого неженку-героя. Шерсть с него надо стричь обязательно.
Только… Жемчужина Стабилизации Духа, которую Цзян Юй положил на неё, кажется, ещё не забрал?
Ладно, вернёт позже. До пятнадцатого числа ещё далеко.
Уже на следующий день Цэнь Юйюй увидела на Большом Сравнении Сект двух людей, которых там быть не должно.
Один — Цзи Суй, другой — отец её прежнего тела, Чэнь Хунчжэнь.
Если появление Чэнь Хунчжэня ещё можно понять, то Цзи Суй — личность, балансирующая между светом и тьмой, чьё присутствие обычно не терпят среди праведных сект.
— Ты…
Цэнь Юйюй невольно уставилась на него чуть дольше обычного и даже вслух выдала звук.
Внизу стоял элегантный господин с яркими, словно звёзды, глазами. Он приложил указательный палец к губам — знак молчания.
Видимо, не хотел, чтобы кто-то узнал о его присутствии.
Цэнь Юйюй была не настолько глупа, чтобы кричать с трибуны, мол, в секту пробрался чужак. Кто знает, чьи слова окажутся быстрее — её или меткий бросок веера Цзи Суя?
Главное, чтобы он не искал с ней расправы.
— Прошу прощения, — сказала она, больше не глядя вниз, и слегка поклонилась противнику перед собой.
На этот раз её соперником был один из учеников их секты, поступивший примерно в одно время с ней.
Он выглядел крепким и мускулистым, а рядом с ним Цэнь Юйюй казалась такой хрупкой, будто пришла просто погулять.
У неё не было особой уверенности: во-первых, она не приняла пилюлю, которую дал ей отец в прошлый раз; во-вторых, не использовала то, что дал ей вчера Цзян Юй.
Дело не в том, что она не хотела — просто любое лекарство трёхкратно ядовито. Если слишком часто полагаться на пилюли в пути культивации, человек считается практически погибшим.
Пока она не знала, надолго ли задержится в этом мире, Цэнь Юйюй не собиралась бездумно портить своё тело.
Бой давался тяжело: прежняя хозяйка тела сильно отстала, в отличие от других учеников, которые шли своим путём шаг за шагом.
— Младшая сестра, уже не выдержишь? — насмешливо спросил Чжоу Сы, хотя сам был не в лучшей форме. С самого момента, как он вытянул имя Цэнь Юйюй, он недооценил её.
Не ожидал, что под наставничеством Цзян Юя эта девчонка так быстро прогрессирует. Да и…
Он потратил целое состояние на чёрном рынке, чтобы купить пилюлю для временного повышения силы. Взгляд Чжоу Сы на Цэнь Юйюй стал серьёзнее.
Меч взметнулся, и золотой клинок рассёк воздух, стремясь перерубить её пополам. Почти застал Цэнь Юйюй врасплох.
К счастью, она успела среагировать, резко взлетев вверх, уклонилась от удара и в ответ запечатала формулу, смутно следуя наставлениям Цзян Юя, чтобы скрыть своё присутствие.
Чжоу Сы снова атаковал, но клинок промахнулся — Цэнь Юйюй исчезла. Пока он соображал, что произошло, она уже стояла у него за спиной.
— Прости, старший брат Чжоу Сы, — сказала она.
Серебряный клинок взметнулся, и кисточка, символизирующая поражение Чжоу Сы, уже была в её руке.
Она гордо обернулась, словно щенок, жаждущий похвалы, и посмотрела на высокую трибуну.
Цзян Юй держал белую фигуру в руке и невольно тоже посмотрел на Цэнь Юйюй. Увидев, как она, словно кошка, смотрит на него снизу вверх, его сердце дрогнуло.
— Юй, ты отвлёкся, — с улыбкой сказал Гунчжу Палаты Поянь, Чжу Тяньи.
Цзян Юй рос почти у него на глазах. Если бы тот только захотел, Чжу Тяньи давно попросил бы у Секты Цинъюнь отдать ему этого юношу.
Сейчас впервые за всё время он видел, как Цзян Юй теряет самообладание, и это вызвало у него любопытство.
Он уже собирался спросить, но Цзян Юй собрал фигуры, встал и поклонился:
— Ваш ход, как удар меча из ножен, Господин Гунчжу. Цзян Юй признаёт своё поражение.
— Ха-ха-ха! — Чжу Тяньи не стал настаивать и прекрасно понимал, что Цзян Юй ничего не скажет. — Если есть важные дела, можешь идти.
Чжу Тяньи дал ему возможность уйти, и Цзян Юй воспользовался ею.
Пройдя через бесконечные решётки, он влился в толпу и неожиданно столкнулся с тем, кого здесь быть не должно.
— Зачем ты пришёл? — нахмурился Цзян Юй, в глазах мелькнуло недовольство.
Цзи Суя на Большое Сравнение Сект никто не приглашал.
Одетый в изящную зелёную одежду мужчина лениво улыбнулся, его глаза блеснули:
— Не верю, что ты пришёл не ради святыни.
Святыня…
Глаза Цзян Юя потемнели, в них промелькнули неясные, тревожные тени. Он перевёл взгляд за спину Цзи Сую — на Цэнь Юйюй, стоявшую на арене.
Цзи Суй сложил веер, прядь волос упала ему на грудь, и он лениво протянул:
— Как думаешь, кто умрёт первым — эта девчонка Цэнь Юйюй или явится святыня?
Каждое слово заставляло тело Цзян Юя напрягаться всё сильнее.
Но что теперь поделаешь? На Большое Сравнение Сект пошла сама Цэнь Юйюй.
Используя уязвимость, которую Цзян Юй дал ей накануне, Цэнь Юйюй развеяла клубок тумана, брошенный противником, и одним стремительным движением рассекла золотую верёвку, к которой была привязана кисточка соперника.
Скорость была настолько велика, что несколько человек на трибунах даже не успели среагировать. Ученик побледнел и признал поражение.
— Младшая сестра, твой клинок поистине достоин восхищения. Я проиграл, — сказал он, кланяясь.
Это уже второй раунд, и Цэнь Юйюй показывает неожиданно выдающиеся результаты.
Все были удивлены, кроме Чэнь Хунчжэня, чьё лицо потемнело, будто готово капать чернилами.
Она не использовала божественную пилюлю, которую он ей дал.
Сойдя с арены, Цэнь Юйюй была в прекрасном настроении. Не ожидала, что техники, которым научил её Цзян Юй, окажутся такими быстрыми, точными и смертоносными.
[Но тебе всё равно предстоит сразиться с главной героиней.]
Лицо Цэнь Юйюй, только что сиявшее от радости, мгновенно вытянулось. Но она не на систему обижалась, а на суровое, полное злобы лицо своего родного отца.
Брови Чэнь Хунчжэня были плотно сведены, образуя на переносице глубокую складку.
— Иди сюда, — приказал он тяжёлым, гневным голосом, будто собирался живьём содрать с неё кожу.
Это было совсем не похоже на того человека, с которым она общалась раньше — будто заменили его на другого.
Разве отказ от пилюли влечёт за собой такие последствия? Цэнь Юйюй не понимала, но всё же последовала за ним в его комнату.
Как только дверь закрылась, в лицо ей внезапно ударила ладонь. Щёка сразу же вспыхнула от боли.
— Негодница!
Цэнь Юйюй не успела опомниться от пощёчины и подняла глаза на разъярённое лицо Чэнь Хунчжэня.
— Отец, я…
— Почему ты не приняла пилюлю, которую я тебе дал?! — взревел Чэнь Хунчжэнь, одним взмахом руки сметая всё с чайного столика. Чашки и блюдца разлетелись вдребезги.
Глядя на осколки у ног, Цэнь Юйюй онемела. Она не понимала, почему эта пилюля так важна именно для Большого Сравнения Сект.
Чэнь Хунчжэнь глубоко вдохнул, словно пытаясь взять себя в руки, и заговорил уже спокойнее, но тон оставался жёстким:
— Сегодня ты обязательно должна получить право участвовать в испытании.
Это был не вопрос, а приказ. В её ладонь снова вложили пилюлю.
— Что это? — нахмурилась Цэнь Юйюй, глядя на отца. С тех пор как она увидела его сегодня на арене, он казался всё более странным.
Чэнь Хунчжэнь не стал скрывать:
— Любовное зелье. После окончания соревнований я хочу, чтобы ты завоевала Цзян Юя.
Цэнь Юйюй остолбенела, в голове зазвенело.
«Завоевать Цзян Юя»? Почему это звучит так… непристойно? Неужели она правильно поняла?
[Да, именно так.]
Система, не выдержав, наконец ответила.
С этим миром что-то не так. Неужели и Чэнь Хунчжэнь сломался из-за ошибки в коде? Рефлекторная дуга у него слишком медленная — вдруг переключился на адский режим! Цэнь Юйюй с трудом справлялась с таким поворотом.
Когда она вышла из комнаты, на щеке уже почти не было следа от пощёчины. По дороге обратно она встретила Цзян Юя.
Его губы были сжаты в тонкую линию, взгляд упал на её лицо:
— Кто тебя ударил?
На самом деле боль уже прошла, но стоило вспомнить, что Чэнь Хунчжэнь требует от неё сделать с Цзян Юем, как щека снова заалела.
— Я сама, — буркнула она, не желая, чтобы кто-то узнал, что её родной отец дал ей пощёчину.
Раньше Чэнь Хунчжэнь всегда играл роль любящего отца перед другими. Такое поведение было позором, подумала Цэнь Юйюй.
Но ведь это отец прежней хозяйки тела — нельзя же дать сдачи.
Цзян Юй помолчал. Цэнь Юйюй решила, что он больше ничего не скажет.
Как раз в этот момент на арене назвали её имя. Когда она собралась идти, Цзян Юй вдруг схватил её за руку. Его ладонь была холодной, но от прикосновения краснота на щеке быстро сошла.
— Иди, — сказал он, не отводя от неё взгляда. В его глазах читались чувства, которых Цэнь Юйюй не могла понять.
Было бы ложью сказать, что ей не тронуло. За всё время в этом мире самым близким человеком для неё был именно Цзян Юй.
Каждый день она старалась помешать ему обнаглеть, а теперь он сам волнуется за неё, Цэнь Юйюй.
В последнем раунде, как и ожидалось, против неё вышла Цинь Юйнин.
Её одежда из парчи «Люйгуан» сверкала на солнце. Сегодня Цинь Юйнин была одета совсем не так, как обычно — не скромно, а вызывающе.
— Младшая сестра, сейчас ещё не поздно передумать, — сказала она. В последние дни она чувствовала, что Большое Сравнение Сект станет для неё судьбоносной возможностью.
В её океане сознания постоянно звучал голос, велевший обучить Цэнь Юйюй контролю над адским огнём, быть добродетельной и покладистой, заставлявший делать странные вещи.
Но в этот момент она не удержалась и захотела одержать верх хотя бы словами.
Как только начался бой, Цэнь Юйюй сразу оказалась в проигрыше. Разница в уровнях культивации была слишком велика — её просто теснили.
Цинь Юйнин сжала пальцы, и внезапно вспыхнул огонь. Цэнь Юйюй получила ранение в левое плечо и лишь с трудом удержалась на ногах.
— Представление начинается, — глаза Цзи Суя блеснули. Звёздная крупица влетела в лоб Цэнь Юйюй.
В груди будто ворвалась безграничная сила. Цэнь Юйюй почувствовала, что её тело больше не подчиняется ей — оно само собирает ци.
Движения, которых она никогда не видела, стали выходить сами собой. Удары были жестокими и безжалостными. Она взмыла в воздух, и указательный палец коснулся переносицы Цинь Юйнин. От этого места медленно расползся тонкий туман.
Время будто остановилось между ними. Тело Цэнь Юйюй застыло в воздухе, кончик пальца дрожал, а в сердце закололо болью.
[Предупреждение! Персонаж в опасности! Немедленно прекратите прохождение!]
В ушах звенел голос системы, то чёткий, то расплывчатый. Из всего она разобрала лишь слово «прохождение».
Цэнь Юйюй не смогла вдохнуть и чуть не потеряла сознание:
— Я уже почти мертва, а ты всё ещё говоришь о прохождении?! Сам попробуй!
[Получена экстренная команда помощи. Система автоматически активирует защитную функцию!]
На лице Цинь Юйнин на миг проступил бледный лунный знак, а затем исчез.
Никто не заметил, как она на мгновение растерялась, а потом в её глазах появилась ясность.
Она вернулась.
Цзи Суй всё это время тайно контролировал Цэнь Юйюй, даже применив запретное искусство, чтобы заставить её вызвать истинную сущность адского огня.
Он много лет бродил по миру, но в этом человеке с уровнем основания почувствовал силу, которой никогда прежде не встречал.
Будто невидимая рука сжала его сердце. Через мгновение в горле поднялась кровь. Цзи Суй не выдержал — изо рта хлынула алость.
Почему у неё есть такая сила?
В тот самый момент, когда он был вынужден прекратить контроль над Цэнь Юйюй, Цзи Суй почувствовал присутствие Небесного Дао.
Но сейчас было не до этого.
Прижав ладонь к пылающей груди, он одним прыжком исчез, не оставив и следа.
Цзян Юй стоял на месте, глядя на изумлённое лицо Цэнь Юйюй. Он знал, что это сделал Цзи Суй, но лишь беззвучно сжал кулаки.
В ладонях собралось семь десятых ци. Этот день Цзян Юй ждал давно. Сообщение о появлении святыни пришло всего две недели назад.
Цинь Юйнин скрывала древний артефакт. Чтобы извлечь его, требовался самый чистый и самый страстный огонь в истории. Адский огонь был одним из таких, и его носительницей была Цэнь Юйюй. При извлечении святыни она неизбежно подвергнется адским мукам — её душа сгорит дотла, и она навеки лишится возможности перерождения.
Когда Цзи Суй взмыл в небо, Цзян Юй колебался. Но в тот момент, когда тот пролетел над ареной, Цзян Юй тоже взлетел вслед за ним на мече.
Святыня обладала свойством очищения костей. Обладая ею, Цзян Юй сможет смыть демоническую кровь, избавиться от клейма «одинокой звезды рока» и стереть все прошлые унижения.
Однако неожиданно Цэнь Юйюй не вызвала отторжения у святыни — связь внезапно оборвалась.
Упав на землю, Цэнь Юйюй только что была спасена системой принудительными мерами. Её эмоции были как на американских горках.
На грани смерти кто бы мог подумать, что секретной командой для активации аварийной защиты системы будет фраза: «Сам попробуй!»
http://bllate.org/book/8292/764562
Готово:
