— Скажи-ка, сладковатый, но довольно вкусный.
Шэнь Суйчжи с живым любопытством разглядывала стакан. Легендарный напиток для пожилых, оказывается, вовсе неплох на вкус.
Она смутно припомнила, что в YS даже продаётся какая-то чудная настойка на ягодах годжи. Наверное, в следующий раз стоит попробовать — всё равно что забота о здоровье по системе «четыре округляются до пяти».
Янь Чухэ наблюдал за ней, будто за ребёнком, увлечённо рассматривающим новую игрушку, и с лёгкой досадой произнёс:
— На что так пристально смотришь?
— Да это же годжи, — ответила она совершенно естественно.
Он помолчал.
— Ты никогда не пила?
— Действительно, ни разу, — честно призналась Шэнь Суйчжи. — По идее, это же напиток для среднего и пожилого возраста. Говорят, полезен для почек. Зачем молодому человеку пить такое без дела?
Янь Чухэ спокойно посмотрел на неё.
Только после этих слов Шэнь Суйчжи осознала, что рядом сидит именно такой «молодой человек», пьющий воду с годжи. Она закашлялась от неловкости и поспешила исправиться:
— Я не то чтобы говорю, что тебе нужно подлечить почки… У тебя, скорее, это будет усиление, а я просто…
Чем дальше она говорила, тем больше запутывалась. Янь Чухэ не выдержал и мягко, но твёрдо перебил её:
— Хватит.
Шэнь Суйчжи послушно замолчала. Ей казалось, что сегодняшний день специально устроен небесами, чтобы она как можно чаще краснела от смущения.
По телевизору продолжался новогодний концерт. Она расслабленно устроилась на диване, прижав к себе стакан, в резком контрасте с Янь Чухэ, сидевшим прямо, с идеальной осанкой.
Шэнь Суйчжи задумчиво думала: они с ним — два совершенно разных человека. Он — блестящий молодой талант из знатного рода, человек высшего света. А она — всего лишь мусор в мире элиты, существующая без цели и смысла.
Если он — луна, то она — грязь под ногами.
Эта мысль показалась ей забавной, но в груди стало тяжело. Почему она сегодня такая переменчивая? Это совсем не похоже на неё.
— О чём думаешь? — внезапно спросил Янь Чухэ.
Шэнь Суйчжи вздрогнула и повернулась к нему. Он смотрел на экран телевизора, а не на неё.
— Так, просто задумалась, — беззаботно улыбнулась она и тоже повернулась к телевизору. — Раньше я всегда встречала Новый год одна. Сегодня рядом кто-то есть — неплохо получилось.
— Хм, — отозвался он. — Тогда в будущем я буду встречать его с тобой.
— Опять «в будущем».
Шэнь Суйчжи боялась этого слова больше всего. Потому что лучше всех знала: у неё нет будущего.
Она всегда спокойно относилась к жизни и смерти. Проживёт столько, сколько суждено. Сама себя не убьёт, но и не ждёт ничего хорошего впереди. Вдруг однажды болезнь обострится, эмоции захлестнут — и всё.
Она закрыла глаза и незаметно взяла себя в руки. Хотелось разорвать на части всю свою тьму и уродство и прогнать Янь Чухэ подальше.
Но ей было жаль.
Ей было невыносимо жаль.
Горло сжалось. Шэнь Суйчжи глубоко выдохнула и небрежно ответила:
— Посмотрим. Кто знает, что будет завтра.
Янь Чухэ взглянул на неё, слегка нахмурился, будто хотел что-то сказать, но в итоге промолчал.
— Кстати, — Шэнь Суйчжи намеренно сменила тему, слегка наклонив голову, — у тебя дома так уютно. Чувствуется, что ты серьёзно относишься к жизни. Не то что у меня.
Янь Чухэ повернулся к ней, его голос был низким и размеренным:
— Просто ты никогда не задумывалась, какую жизнь хочешь прожить.
Шэнь Суйчжи замерла, даже забыв отвести взгляд. Она удивлённо переспросила:
— Разве от того, что подумаешь, всё сразу исполнится?
— Это вопрос отношения к жизни. Совсем другое дело, — сказал он.
— Я никогда об этом не думала, — честно призналась она.
— Теперь не поздно.
Шэнь Суйчжи задумалась, потом неуверенно заговорила:
— Ну… хочется купить небольшую квартиру, около ста квадратных метров хватит. Больше мне неуютно. Сделать ремонт самой, а в светлой комнате выращивать цветы. Звучит, конечно, как клише про «тихую гавань».
Закончив, она сама почувствовала, насколько это наивно — строить планы на недостижимое будущее, шансы реализовать которые почти нулевые.
Сколько людей в этом мире действительно живут так, как мечтали?
Она горько усмехнулась.
Янь Чухэ внимательно слушал и спросил:
— Ещё что-нибудь?
Шэнь Суйчжи опешила. Не ожидала, что кому-то может быть интересно, как она хочет жить. Ей даже неловко стало, и она отвела взгляд:
— Да у меня и амбиций-то никаких. Разве что… очень хочется завести собаку. Очень привязчивую.
Он немного помолчал.
— Ты можешь завести её и сейчас.
— Нет, не могу, — Шэнь Суйчжи улыбнулась, уже без тени иронии. — Я саму себя нормально не обеспечиваю. Не имею права втягивать в свою жизнь ещё одну живую душу.
Янь Чухэ помолчал, кивнул и отвёл взгляд.
— Понял.
Шэнь Суйчжи не поняла, что значили эти три слова. Она уже хотела спросить, как вдруг зазвонил телефон Янь Чухэ. Она тут же замолчала, опасаясь повторения «катастрофы в кабинете».
Янь Чухэ взял трубку.
— Мама.
Шэнь Суйчжи с недоумением посмотрела на него, будто спрашивая, зачем он вообще объясняет, кто звонит.
Янь Чухэ сохранял спокойствие, губы чуть сжались. Он не стал размышлять, притворяется ли она дурочкой или правда ничего не понимает, и провёл пальцем по экрану, принимая вызов.
Шэнь Суйчжи широко раскрыла глаза: он собирался разговаривать при ней! Она уже хотела вежливо отойти, но вдруг почувствовала, как её запястье бережно сжали. Сила была небольшая — легко вырваться.
Она обернулась. Янь Чухэ, продолжая разговор с матерью, одной рукой мягко, но настойчиво указал ей сесть обратно.
Шэнь Суйчжи пожала плечами и послушно уселась. Он тут же отпустил её руку.
Она посмотрела на своё запястье, потом на него. Этот мужчина поразительно целомудрен — даже когда представился повод для прикосновения, не воспользовался им.
Су Сюэ, судя по всему, проверяла, где он. Янь Чухэ сообщил, что находится в своей квартире и уже поужинал.
Шэнь Суйчжи, опершись подбородком на ладонь, с интересом наблюдала за ним. Неизвестно, что именно спросила Су Сюэ, но он бросил на Шэнь Суйчжи короткий взгляд и сказал:
— С Шэнь Суйчжи.
После пары фраз разговор закончился.
— Янь Чухэ, — внезапно окликнула она его. — Ты же сегодня должен был быть дома, ужинать с семьёй.
Он не стал отрицать:
— Да.
Шэнь Суйчжи пристально посмотрела на него несколько секунд, но, к его удивлению, не стала допытываться. Вместо этого весело перевела тему:
— Неудивительно, что твоя мама позвонила проверить. Думает, ты с другом встречаешь Новый год.
Янь Чухэ не отводил от неё взгляда, лицо оставалось невозмутимым.
Шэнь Суйчжи лишь улыбалась. Она знала, что он всё понял.
Если называть другом — значит, только друзья.
Они молча смотрели друг на друга. В конце концов Шэнь Суйчжи решила, что с неё хватит, и первой вышла из этой немой схватки:
— Ладно-ладно, болтаем тут, а концерт уже почти закончился. Давай смотреть!
Напряжение исчезло. К счастью, Янь Чухэ, похоже, тоже не собирался заводить неприятную тему прямо сейчас.
Они спокойно досмотрели новогоднее шоу. Когда программа подходила к концу, Шэнь Суйчжи взглянула на телефон: было уже за одиннадцать, до Нового года оставалось совсем немного.
— До полуночи ещё полчаса. Погоды не испортим, — лениво протянула она, болтая рукой перед ним. — На улице снег лежит. Пойду домой.
Рукав свитера сполз, обнажив часть белоснежного запястья. Янь Чухэ мягко остановил её:
— Прогуляемся до набережной?
Шэнь Суйчжи удивлённо моргнула:
— Вы, господин Янь, разве не должны рано ложиться и вести здоровый образ жизни?
Он холодно взглянул на неё:
— Сегодня Новый год.
То есть нужно дождаться полуночи.
Шэнь Суйчжи улыбнулась — настроение у неё было отличное.
— Конечно! Прямо напротив Центральный корпус — там же фейерверк запустят.
Она подошла к прихожей, надела пальто и обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как Янь Чухэ выходит из спальни. На нём было тёмное шерстяное пальто, и он выглядел по-городскому элегантно.
Шэнь Суйчжи никогда не видела его в повседневной одежде и невольно задержала взгляд. Смотреть на красивого человека — к долголетию. Возможно, благодаря этому она проживёт целую сотню лет.
Перед выходом она машинально пошарила в карманах — сегодня сигарет не взяла. Во рту стало пусто и неприятно, и она обратилась к Янь Чухэ:
— Эй, босс Янь, у тебя нет мятных конфет? Дай пару штучек.
Он достал что-то из кармана пальто, висевшего на вешалке, и протянул ей. Упаковка была знакомой — ровно две штуки.
Шэнь Суйчжи улыбнулась, взяв конфеты. Очевидно, этот человек не знал, что в разговорной речи «пара» часто означает «примерно». Но поправлять не стоило — его серьёзность была чертовски мила.
На улице она сразу же распечатала конфету и положила в рот. До набережной было недалеко — минут тридцать неспешным шагом.
Снег действительно лежал. Крупный снегопад уже прекратился, теперь лишь изредка падали отдельные снежинки, касались щёк и тут же таяли.
В этом мире у Шэнь Суйчжи было мало любимых вещей. Только луна и снег притягивали её без всяких причин. Может, потому что они чистые. Причины она не искала.
Пройдя немного, она обернулась, чтобы посмотреть на свои следы — то глубокие, то мелкие. Рядом, вплотную, шли следы Янь Чухэ.
На нетронутом снегу остались только их двое. Создавалась странная иллюзия чего-то вечного. Но снег продолжал падать, люди шли дальше — следы скоро исчезнут, будто их и не было.
Шэнь Суйчжи усмехнулась про себя. Откуда у неё столько сентиментальности? Наверное, просто сегодня особенно настроение.
Из-за снега дорога была скользкой, поэтому до набережной они добрались только через полчаса.
Там было много людей: семьи с детьми, влюблённые парочки. За рекой сиял огнями мегаполис, а посреди — Центральный корпус с огромным цифровым табло, на котором отсчитывали последние минуты до Нового года.
Вокруг царили шум и веселье. Все с надеждой смотрели в будущее.
Шэнь Суйчжи невольно задумалась: каким она будет в следующем году? Будет ли так же без цели, или в жизни появится поворот?
— Эй, босс Янь, — спросила она, — какие у тебя цели на следующий год?
Янь Чухэ шёл снаружи, прикрывая её от толпы. Услышав вопрос, он опустил глаза:
— Успешно завершить международное сотрудничество и расширить рынки.
Шэнь Суйчжи:
— …Ладно, забудь, что я спрашивала.
— Погоди, — она вдруг сообразила. — Международное? Ты уезжаешь в командировку?
Он кивнул:
— Примерно в начале месяца.
Шэнь Суйчжи инстинктивно хотела спросить, надолго ли, но поняла, что не имеет права, и замолчала. Она нашла тихое место с хорошим обзором и оперлась на перила.
Подняв голову, она посмотрела на цифровое табло Центрального корпуса:
— Осталось десять минут.
Янь Чухэ проследил за её взглядом, но ничего не сказал.
Помолчав немного, он вдруг окликнул её:
— Шэнь Суйчжи.
— Да?
— Протяни руку.
Она как раз разворачивала конфету. Услышав просьбу, удивилась, но быстро сунула конфету в рот и протянула правую ладонь.
Янь Чухэ достал что-то из кармана. Она не успела разглядеть, как он слегка задрал рукав её свитера и на запястье легло что-то холодное и гладкое, как бусины.
Тусклый уличный свет падал на его лицо, подчёркивая прямой нос, тонкие губы и чёткую линию подбородка. Он слегка наклонился, и в его глубоких глазах отражались тёплые огни города — сосредоточенные и яркие.
Янь Чухэ всегда излучал спокойную, зрелую элегантность, но сейчас Шэнь Суйчжи с трудом сдерживала бешеное сердцебиение.
Она поняла, что это такое.
Опустив глаза, она посмотрела на своё запястье, на изящные, но не вычурные бусы, и наконец произнесла:
— Бодхи «Звезда и Луна».
Янь Чухэ аккуратно застегнул браслет и отстранил руку.
— Хм, — коротко отозвался он.
Шэнь Суйчжи всё поняла. Некоторые вещи не требуют слов.
http://bllate.org/book/8266/762768
Готово:
