Слишком уж много было поводов выпить — избежать их не получалось, — и он снова начал пить. Но теперь рядом обязательно должен был быть кто-то, кому он доверял: либо один из братьев, либо Лю Юань.
При этой мысли Цянь Бай взял стоявшую рядом термокружку, открыл её и почувствовал сладковатый аромат. Мёд? Он сделал глоток — и желудок приятно согрелся. Всё это навело его на мысль, что здесь побывала Лю Ии. За все эти годы лишь немногие заботились о нём так тщательно. Раньше, кроме братьев, рядом была только Цзинь Цзеэр, но та сама нуждалась в опеке больше, чем он — настоящая порхающая бабочка.
Он встал с постели голый, быстро привёл себя в порядок в ванной, достал из шкафа хлопковый спортивный костюм и, надев его, допил остатки мёдовой воды из кружки. Собираясь поискать в холодильнике что-нибудь перекусить, он проходил мимо дивана и вдруг заметил белое пятно.
— Неужели кто-то здесь? — широко распахнул глаза Цянь Бай.
Он осторожно подкрался ближе и увидел на диване человека, свернувшегося клубочком в белом халате — виднелась только макушка. Цянь Бай приподнял край халата, и перед ним предстало уставшее лицо Лю Ии. Яркий свет из окна, видимо, резал ей глаза — она повернулась на другой бок, натянула халат повыше и пробормотала:
— Бай, не шали, дай ещё поспать… Так хочется спать…
И снова провалилась в сон.
Лю Ии во сне приняла его за своего кота и, не осознавая, где находится, решила, что всё ещё дома.
Цянь Бай нахмурился:
— Зовёт меня «Бай»? Нехорошо так обращаться.
Чтобы убедиться в чём-то, он приподнял халат. Лю Ии была одета полностью — только на белой футболке виднелось тёмное пятно, возможно, от воды. Но, увидев, что одежда на ней цела и нет никаких признаков недостойного поведения, Цянь Бай глубоко выдохнул с облегчением.
Он присел на корточки рядом со спящей Лю Ии и аккуратно перенёс её в соседнюю спальню, уложил на кровать, укрыл одеялом и задёрнул шторы. Закрыв за собой дверь, он подумал: «Видимо, вчера мой маленький помощник совсем вымотался, пока возился со мной». То, что она ничего не сделала лишнего, ещё больше укрепило его уверенность в том, что Лю Ии — надёжный человек.
После того как он стал знаменитым, ему редко удавалось легко доверять кому-либо, особенно после трагедии с его сестрой. Хотя вокруг него постоянно крутились женщины из светских сплетен, на самом деле он почти не общался с женщинами — не хотел ввязываться в ненужные истории. В этом он кардинально отличался от Да Дуна.
Он заказал еду на дом, поел и отправился в репетиционную студию, оставив лишнюю порцию на столе с запиской: «Когда проснёшься, подогрей и съешь. Сегодня выходной».
Как и следовало ожидать после вчерашнего, все сегодня были рассеянными. Цянь Бай пришёл последним — когда он вошёл, Да Дун и А Лэ играли во дворе в цзяньцзы, чтобы взбодриться, а Сяомай сидела в студии одна, словно призрак, и играла на бас-гитаре, пару раз даже ошиблась.
Цянь Бай протянул ему бутылку воды и, открыв свою, спросил:
— Ты такой невесёлый. Почему не пошёл с ними?
Сяомай, казалось, думал о чём-то своём и лишь ответил:
— Нет настроения.
Цянь Бай хлопнул его по затылку:
— Да ты что, малец! Уже и характер завёл? Ещё не проснулся, что ли?
В этот момент вошла Шань Вэнь. Сяомай, который до этого был совершенно апатичен, мгновенно выпрямился, бросил на неё быстрый взгляд и тут же отвёл глаза, растерянно заморгал.
Цянь Бай заметил странное напряжение у Сяомая, но не понял причины. Он просто кивнул Шань Вэнь:
— Извини за вчерашнее. Зря заставил тебя приезжать.
Шань Вэнь взглянула на Сяомая и ответила:
— Не стоит извиняться, Цянь Бай. Такое случается, это нормально.
Цянь Бай встал и похлопал её по плечу:
— Хорошо. Когда начнём?
Шань Вэнь поставила сумку и сказала:
— Скоро. Как только будете готовы — начнём.
— Понял.
Пока Шань Вэнь расставляла оборудование, она огляделась и не увидела Лю Ии.
— Сегодня Ии нет?
— Да. Вчера маленькая помощница засиделась допоздна, так что сегодня я дал ей выходной.
— Ии так повезло, — вздохнула Шань Вэнь с лёгкой обидой, поправляя видеостойку. С тех пор как она вошла, она ни разу не заговорила с Сяомаем и даже не посмотрела на него прямо.
Во время перерыва все заметили эту странность. Да Дун решил, что между ними что-то происходит, и спросил:
— Эй, режиссёр Шань, мне вчера во сне показалось, будто ты тоже приходила. Это правда?
Шань Вэнь, спокойно просматривавшая только что снятые кадры, вздрогнула от неожиданности и на несколько секунд замерла, прежде чем ответить:
— Да, я была неподалёку и слушала музыку. Ии срочно вызвала меня, чтобы помочь вам добраться домой.
— Вот оно что! А кого именно ты везла?
— Сяомая и А Лэ. Они живут на одном этаже — удобно было заодно.
Шань Вэнь старалась скрыть свои чувства, но в этот момент Сяомай вышел из комнаты. Да Дун посмотрел ему вслед, потом перевёл взгляд на Шань Вэнь и А Лэ:
— Сегодня Сяомай какой-то странный.
А Лэ кивнул:
— Мне тоже так показалось.
Цянь Бай ничего не помнил, но даже он заметил, что обычно прямолинейная Шань Вэнь сегодня явно чего-то избегает. Он подумал: «Наверное, между Сяомаем и Шань Вэнь вчера что-то произошло». Интересно… По характерам они даже подходят друг другу: один — вспыльчивый перец, другой — тихий молчун.
Шань Вэнь попыталась уйти от темы:
— Возможно, Сяомай просто не отошёл от вчерашнего.
Но даже сама не поверила своим словам.
А Лэ покачал головой:
— Сяомай, конечно, выглядит таким, но его выносливость куда выше, чем ты думаешь.
— Тогда я и сама не знаю, — сдалась Шань Вэнь.
Впрочем, никто не стал копать глубже — Сяомай и раньше иногда уходил в себя.
После окончания съёмок все по очереди разошлись. Сяомай ушёл первым, а Шань Вэнь задержалась дольше всех. Когда она, наконец, вышла, держа сумку за плечом, то увидела Сяомая, прислонившегося к стене с бас-гитарой и закрывшего глаза. Лёгкий ветерок играл его волосами, растрёпывая их по лицу, придавая ещё больше соблазнительной, почти болезненной красоты.
«Как же так получилось, что мужчина может быть таким соблазнительно-нежным? — подумала Шань Вэнь. — Если бы не его лицо, вчера я бы точно не…»
Она тряхнула головой и направилась в противоположную сторону, но Сяомай окликнул её:
— Ты не хочешь мне ничего сказать?
Шань Вэнь натянуто улыбнулась, развернулась и притворилась, будто только сейчас его заметила:
— А, Сяомай! Ты ещё здесь?
— Ждал тебя.
— А-ха-ха… Ждал меня? Зачем? У меня дела, я пойду.
Она развернулась, чтобы уйти, но Сяомай схватил её за рюкзак и, не давая вырваться, усадил в свою машину. Чтобы избежать лишнего шума, он отвёз её прямо к себе домой.
Шань Вэнь чувствовала себя виноватой и всю дорогу сидела, сгорбившись, как провинившаяся жена:
— Сяомай, вчера это был просто несчастный случай! Не принимай всерьёз. Я не собираюсь тебя шантажировать. Просто забудь обо всём, будто ничего не было.
Сяомай резко обернулся и бросил на неё такой взгляд, что Шань Вэнь тут же замолчала. Всё её обычное красноречие исчезло без следа. Она тихонько повернулась и шлёпнула себя по щеке: «Вот тебе и похотливость! Теперь ослепла?»
Она вела себя тихо, пока Сяомай не привёл её к себе. Увидев квартиру, Шань Вэнь невольно вспомнила вчерашнюю ночь…
После того как она передала А Лэ его жене, она проводила Сяомая домой и уже собиралась уходить, но тот вдруг почувствовал себя плохо. Она уложила его на кровать, и он, прижимая живот, стонал от боли. Шань Вэнь обыскала всю квартиру в поисках воды, напоила его — и ему стало немного легче.
Сама она тоже устала и легла рядом, чтобы передохнуть. Но в этот момент Сяомай повернулся и обнял её. Его глаза открылись — мутные, полные боли, губы алые, брови нахмурены… От такого зрелища сердце сжалось от жалости. Шань Вэнь провела пальцем по его бровям и прошептала:
— Почему ты всегда вызываешь такое чувство… будто тебе больно?
Сяомай горел, как в огне, и почувствовав её прохладную ладонь, невольно застонал:
— Ммм…
Затем прижался к ней ещё ближе. Шань Вэнь уставилась на него, не в силах сдержаться:
— Это ты меня соблазнил.
И поцеловала его.
Холод встретил жар. Под её страстным поцелуем Сяомай открыл глаза — и его взгляд, казалось, пронзил её до самой души. Шань Вэнь прикрыла ему глаза ладонью, мягко уложила на спину и, нависнув над ним, сказала:
— Если не откажешься — я продолжу.
Сяомай молчал, только провёл рукой по её талии. Больше Шань Вэнь не сдерживалась — она снова поцеловала те губы, о которых так долго мечтала. Два одиноких человека, давно жаждущих близости, слились воедино, как небо и земля, поражённые молнией. Сначала Шань Вэнь сохраняла контроль, но вскоре Сяомай взял инициативу в свои руки и прижал её к себе…
За окном царила густая лунная ночь, а в комнате разворачивалась страстная картина. Всю ночь они провели в объятиях друг друга…
На следующее утро Шань Вэнь проснулась от звонка будильника. Она потянулась, чтобы выключить телефон, и собиралась ещё немного поспать — обычно после будильника она ещё полчаса дремала. Но, повернувшись, она нащупала рядом человека. Не открывая глаз, она начала ощупывать его — кожа такая гладкая…
Кожа? Кто?!
Она резко отдернула руку и распахнула глаза. Перед ней вплотную находилось увеличенное лицо. Оба только что проснулись и теперь смотрели друг на друга, широко раскрыв глаза. Затем раздался двойной визг, и каждый отскочил к своему краю кровати.
Только устроившись, Шань Вэнь поняла, что на ней ничего нет. Она судорожно схватила одеяло и прикрылась. Сяомаю же достался лишь уголок одеяла, и он почувствовал холод. Опустив взгляд, он медленно прикрыл себя этим самым уголком.
Теперь они сидели, уставившись друг на друга, как два петуха, готовые к бою, и оба уже полностью проснулись от шока.
Гортань Сяомая дрогнула, когда он взглянул на полуобнажённую Шань Вэнь, едва прикрытую одеялом:
— Ты… как ты здесь оказалась?
Шань Вэнь уже вспомнила вчерашний проступок. Она хотела уйти сразу после всего, но так устала, что просто заснула. Теперь объяснений не было.
— Я… я просто… Мне пора, — пробормотала она, схватила одежду и пулей вылетела из комнаты. Сяомай же, только что проснувшийся после пьяного сна, ещё не до конца понимал, что произошло.
Он смотрел ей вслед, пока она не скрылась, затем поднялся, осмотрел комнату, зашёл в ванную и встал перед зеркалом. На теле остались следы, и он ощущал необъяснимое удовлетворение. В памяти всплывали обрывки воспоминаний.
Он включил душ, встал под струи воды и попытался собрать воедино картину прошлой ночи. Как всё началось — не помнил. Помнил только женщину с короткими волосами, очень похожую на Шань Вэнь, которая то и дело просила его быть осторожнее, жаловалась на боль и даже укусила его за плечо. Сяомай дотронулся до плеча — там действительно остался след от зубов, который теперь жгло от воды. «Почему она убежала?..»
Он думал, что сегодня днём она не придёт, но она оказалась ответственным режиссёром — пришла вовремя и выглядела бодрой, в отличие от него самого, который весь день был как в тумане. Это было несправедливо: ведь произошло то, что произошло, почему она может вести себя так, будто ничего не случилось?
Весь день настроение Сяомая было паршивым, но, дождавшись окончания работы, он всё же вышел на улицу, чтобы разобраться.
Теперь они сидели в неловком молчании. Сяомай встал, достал из холодильника несколько банок пива, поставил их на стол и наконец спросил:
— Вчера мы…?
Не успел он договорить, как Шань Вэнь перебила:
— Вчера ничего не случилось! Утром всё было просто недоразумением!
Лицо Сяомая стало холодным. Он открыл банку и одним глотком опустошил её:
— Обычно ты такая прямая, а сейчас боишься признаться?
С этими словами он схватил её за рубашку и резко расстегнул пуговицы, указывая на множественные отметины на её теле:
— И это называется «ничего»? Не говори, что сама себя так помяла!
Шань Вэнь была ошеломлена — она не ожидала, что трезвый Сяомай окажется таким напористым. Она судорожно прижала одежду к себе и замотала головой.
— До сих пор молчишь? Может, снять ещё и брюки, чтобы проверить?
Он притянул её к себе, делая вид, что собирается раздеть. Шань Вэнь запаниковала:
— Подожди! Успокойся! Ладно, скажу, скажу!
Сяомай остановился, откинулся на спинку дивана и наблюдал, как она поправляет одежду. Сам он невольно покраснел и отвёл взгляд в сторону.
Шань Вэнь пересела на другой конец дивана, привела себя в порядок и наконец сказала:
— Только обещай не злиться.
— Хорошо.
http://bllate.org/book/8212/758601
Готово:
