— Всё из-за меня… Я слишком слаба, не сумела защитить тебя, — с виноватым видом прошептала Шуйби. Едва договорив, она всхлипнула, и крупные слёзы хлынули из глаз.
Ванчэнь недовольно нахмурился, глядя на её заплаканное лицо, и резко отвернулся, надеясь, что, не видя её, перестанет злиться.
Шуйби, хоть и вытирала слёзы, всё же краем глаза следила за Ванчэнем. Увидев, как он хмурится и поворачивается спиной, она ловко воспользовалась моментом: из ладони выскользнуло чёрное семечко величиной с горошину, похожее на зёрнышко чего-то неизвестного. Спрятав его в рукаве, она незаметно направила энергию и тайком передала предмет прямо в ладонь Жо Нини.
Сделав это, Шуйби ещё немного поплакала, будто ничего не произошло, а затем поднялась и подошла к Ванчэню:
— Благодарю вас, господин, что проводили меня. Пойдёмте, не будем больше беспокоить сестру Жо Нини.
Ванчэнь кивнул и молча пригласил её выйти первой. Он дождался, пока Шуйби покинет комнату, затем обернулся и внимательно осмотрел Жо Нини на кровати. Убедившись, что с ней всё в порядке, тоже ушёл.
Они направились в павильон. Там уже сидели Ан Нуаньнуань и Глава секты Биюэ, беседуя за чашкой чая. Заметив их возвращение, Ан Нуаньнуань поставила чашку на столик и, увидев красные глаза Шуйби, участливо спросила:
— Девушка Шуйби, вы плакали?
— Мне так стыдно перед сестрой Жо Нини… и так больно на душе, что не смогла сдержаться. Благодарю за заботу, бессмертный владыка, — потупившись, тихо ответила Шуйби.
— Не стоит расстраиваться. Жо Нини просто погрузилась в глубокий сон, чтобы исцелить раны силой внутренней энергии. Как только её тело восстановится, она сама проснётся, — мягко утешила её Ан Нуаньнуань, тронутая её хрупким видом.
— Да, благодарю вас, бессмертный владыка, — послушно кивнула Шуйби и незаметно подмигнула Главе секты Биюэ.
Тот, уловив её знак, на мгновение замялся, но затем поднял руку — и в ладони возник цветок, полностью прозрачный, окутанный золотистым сиянием, напоминающий снежную лилию.
— Это Священный Лотос — величайшее сокровище секты Биюэ. Цветёт раз в сто лет. Глава секты Биюэ, вы что же… — удивлённо начала Ан Нуаньнуань, глядя на драгоценный цветок.
— Священный Лотос обладает чудесной силой — исцеляет раны и помогает в совершенствовании дао. Это скромный дар в знак благодарности за то, что вы спасли мою дочь, — с трудом выдавил из себя Биюэ, стараясь сохранить на лице учтивую улыбку, хотя сердце его болезненно сжималось.
— Верните его, Глава секты. Рана девушки Шуйби была несерьёзной, а этот дар чересчур велик, — мягко, но твёрдо отказалась Ан Нуаньнуань, оттолкнув цветок обратно в его руки.
Биюэ удивлённо посмотрел на неё, но, уступив её воле, убрал Священный Лотос и встал, чтобы проститься.
Ан Нуаньнуань не стала его задерживать и велела Ванчэню проводить гостей. Сама же отправилась в каменную келью.
Прошло неизвестно сколько времени, когда дверь кельи открылась. Ан Нуаньнуань завершила слияние с фантомным телом и прекратила медитацию. Открыв глаза, она увидела Ванчэня, стоящего у кровати из холодного нефрита с лёгкой улыбкой на губах.
Как только она открыла глаза, Ванчэнь наклонился и бережно поднял её на руки.
— Я приготовил для тебя сюрприз. Сейчас покажу, — загадочно прошептал он, ускоряя шаг.
— Какой сюрприз? — не удержалась от любопытства Ан Нуаньнуань, подняв на него глаза.
— Скоро узнаешь, — уклончиво ответил Ванчэнь, но шаг его стал ещё быстрее.
Они дошли до самой глубины рощи персиков. Ванчэнь остановился у самого крупного дерева, осторожно опустил её на землю, а затем взмахнул рукой. Перед ними, где только что была ровная земля, внезапно возник источник живительной воды, окутанный лёгким туманом.
— Ты перенёс источник с вершины горы сюда, в рощу? — поразилась Ан Нуаньнуань, глядя на целебный источник.
— Раны от небесной грозы можно исцелить лишь через культивацию, но ежедневные ванны в этом источнике облегчат боль и ускорят выздоровление. Давай попробуем прямо сейчас, — сказал Ванчэнь и, крепко обняв её, одним движением снял с обоих одежду с помощью даосского заклинания.
Ан Нуаньнуань не успела опомниться, как её вытолкнуло из тела, и теперь она парила в воздухе, наблюдая, как Ванчэнь обнимает её первоначальное «я» и вместе с ним входит в источник.
Без одежды, в разгаре страстей… всё произошло совершенно естественно.
Ан Нуаньнуань, ещё до того как события пошли дальше, вежливо отвернулась. Она была девушкой с принципами: поцелуи — пожалуйста, а вот дальше — нет, не хочет себе портить зрение.
На следующий день, лишь после того как Ванчэнь ушёл, Ан Нуаньнуань вернулась в своё тело. С тех пор, кроме времени, отведённого на медитацию и исцеление, она оставляла всё остальное время своей «первоначальной» себе и Ванчэню для уединения.
К сожалению, эта сладкая идиллия продлилась недолго. Пробуждение Жо Нини положило конец их совместной жизни, и им пришлось временно делать вид, будто ничего не происходило.
Жо Нини едва не рассеялась душой и телом. Хотя Ан Нуаньнуань собрала её рассеянную сущность, а полтора десятка дней сна позволили ей частично восстановиться, после пробуждения она оставалась крайне слабой.
Сама Ан Нуаньнуань ещё не до конца оправилась от ран, поэтому лечение Жо Нини легло на плечи Ванчэня. Прошло ещё полмесяца. Внешние раны Ан Нуаньнуань полностью зажили, но внутренние требовали ещё времени.
Однажды днём, выйдя из каменной кельи после медитации, она направилась в кабинет и только села за стол, как туда вошёл Ванчэнь.
— Ты здесь? Разве сейчас не время лечить сестру Жо Нини? — удивилась Ан Нуаньнуань, откладывая книгу.
— Тао Тао, со сестрой что-то не так. Я чувствую в ней странную силу. Каждый раз, когда пытаюсь исследовать её глубже, эта сила исчезает, — серьёзно сказал Ванчэнь, сев напротив неё.
— Ты уже знаешь, что это за сила? — лицо Ан Нуаньнуань стало сосредоточенным. Она уже догадалась кое о чём.
— Из-за моего происхождения я особенно чувствителен к демонической энергии, — неохотно признался Ванчэнь.
— Демоническая энергия? — её лицо потемнело. — Жо Нини никогда не покидала рощу персиков и не отходила от меня. Единственный раз — когда поехала навестить Шуйби. Неужели тогда демоны и воспользовались моментом?
— Возможно, я ошибаюсь. Ци небес и демоническая энергия несовместимы. В сестре же сила спокойная, и с ней не происходит того, что было со мной в прошлом, — покачал головой Ванчэнь, опровергая её предположение.
— Раз заметил аномалию, будь внимательнее при следующем лечении. Но пока не говори об этом Жо Нини — не хочу, чтобы она тревожилась понапрасну, — согласилась Ан Нуаньнуань, ведь слова Ванчэня были разумны.
Закончив разговор, Ванчэнь снова улыбнулся и протянул руку, чтобы взять её ладонь. Но в этот момент за дверью кабинета послышались лёгкие шаги. Он быстро убрал руку и вышел наружу.
— Сестра, почему ты вышла? Разве не сказали тебе оставаться в покоях и отдыхать? — спросил он, увидев Жо Нини, прислонившуюся к перилам. Лицо у неё было неплохое, но явно не хватало сил.
— Я очень волновалась за Учителя… Хотела проверить, как она, — слабо ответила Жо Нини, бросив взгляд на кабинет. Она знала характер своей наставницы: если бы не была тяжело ранена, никогда бы не позволила брату лечить её вместо себя. Раньше не могла встать с постели, а теперь, едва найдя в себе силы, сразу отправилась в каменную келью — но там никого не оказалось.
— Со мной всё в порядке. А вот тебе нужно хорошенько отдохнуть, — выйдя из кабинета, Ан Нуаньнуань подошла и поддержала её под руку. — В последнее время я занималась закрытой медитацией, поэтому поручила твоё лечение брату.
Увидев, что Учитель выглядит здоровой, Жо Нини перевела дух и послушно позволила отвести себя обратно в комнату.
— Как ты здесь очутился? — вечером, когда Ан Нуаньнуань уже собиралась ложиться спать, вдруг появился Ванчэнь. Она испуганно шепнула: — Ведь мы же договорились!
— Тао Тао, я так скучал по тебе… Позволь мне остаться с тобой этой ночью, — Ванчэнь мгновенно оказался рядом, крепко обняв её.
— Нет! Мы же решили: пока сестра Жо Нини полностью не выздоровеет и мы не поговорим с ней откровенно, ты не должен ко мне приходить, — твёрдо отказалась Ан Нуаньнуань, игнорируя желание своей «первоначальной» себя. Бамбуковый павильон плохо звукоизолирован, а комната Жо Нини всего в двух шагах — вдруг услышит что-нибудь?
Но Ванчэнь был не из тех, кто легко сдаётся. Полмесяца воздержания, когда любимая женщина каждый день перед глазами, но трогать нельзя — это пытка! Раз уж пришёл, не уйдёт без награды.
Как бы она ни сопротивлялась, он упрямо держал её в объятиях, ловя момент, чтобы поцеловать.
Ан Нуаньнуань, опасаясь быть услышанной, на этот раз не позволила «первоначальной» вытолкнуть себя. Она напряглась, готовясь отразить его попытки, но, поняв, что силой не отвяжется, применила даосское заклинание — и исчезла из его объятий, появившись у двери комнаты.
— Пойду проведаю Жо Нини, — бросила она и потянулась к дверной ручке.
Но Ванчэнь мгновенно переместился и преградил ей путь, загнав обратно в комнату:
— Я наложил на сестру заклинание сна. Она не проснётся до самого утра.
— Ты… — не успела договорить Ан Нуаньнуань, как её снова вытолкнуло из тела. Ванчэнь уже обнимал её «первоначальную», и дальнейшее было неизбежно.
Поняв, что сопротивление бесполезно, Ан Нуаньнуань благоразумно покинула комнату, оставив им пространство для уединения.
Попробовав однажды, Ванчэнь вновь стал клеиться к ней. Пока Ан Нуаньнуань медитировала в каменной келье, он лечил Жо Нини; как только она выходила — он усыплял сестру и лип к своей возлюбленной.
Такое поведение затягивало выздоровление Жо Нини. Ан Нуаньнуань решила, что пора положить этому конец. В один из вечеров, когда Ванчэнь вновь появился в её комнате, она решительно выгнала его.
— Тао Тао, что случилось? Почему ты злишься? — нахмурившись, Ванчэнь не отпускал её, крепко прижав к себе. — Ведь всё было хорошо… Почему сегодня вдруг прогоняешь меня?
— Пока сестра Жо Нини полностью не поправится, не смей ко мне являться! — Ан Нуаньнуань резко оттолкнула его и направилась к двери, но он схватил её за руку и прижал к стене.
Этот знаменитый «прижим к стене» заставил её замереть. Глядя на потемневшее лицо Ванчэня, она почувствовала тревогу — казалось, сейчас случится нечто серьёзное.
— Ты думаешь, я нарочно затягиваю лечение сестры? — тихо, почти шёпотом спросил он, глядя сверху вниз на женщину между собой и стеной.
— Ты не такой человек. Просто… — Ан Нуаньнуань без колебаний покачала головой. Это был её приёмный сын, которого она сама растила. Пусть в делах любви и развратничал под её влиянием, но никогда бы не стал ради собственного удовольствия намеренно мешать исцелению сестры. В её голосе звучала абсолютная уверенность.
Едва она произнесла первую фразу, наглец наклонился и прижался к её губам. Ан Нуаньнуань инстинктивно покинула тело, и дальнейшие слова так и остались невысказанными.
http://bllate.org/book/8203/757338
Готово:
