И в этом, без сомнения, госпожа давно разобралась, но предпочла промолчать. Будучи служанкой, та, естественно, не осмеливалась перечить хозяйке или вмешиваться не в своё дело.
Финни была управляющей домом в Тагмате — второй после Конда. Если бы она захотела, то легко довела бы приём гостей и соблюдение этикета до безупречности. Поэтому сейчас Финни смотрела прямо перед собой и, подойдя к Идис, спокойно повторила слова Полины:
— Мисс, вы вспотели после верховой езды. Лучше сменить одежду, прежде чем идти к госпоже.
Она говорила с нежностью, глядя на Идис так, будто та была её родной дочерью.
Идис сладко улыбнулась и кивнула.
Затем Финни взглянула на Пенни и слегка поклонилась — вежливо и почтительно.
Но Пенни оказалась чрезвычайно чувствительной: она сразу уловила в этом взгляде скрытую оценку — точно такую же, какую бросали на неё две личные служанки мисс Верли.
Пенни не желала углубляться в смысл этого взгляда — он явно не сулил ничего приятного.
Передав щётку стоявшей рядом служанке, Идис обернулась к Пенни:
— Мама зовёт меня. Мне нужно ненадолго отлучиться.
Увидев, что Пенни кивнула, она спросила:
— А ты чем займёшься?
Пенни взглянула на сочную зелень травы под ногами и улыбнулась:
— Думаю, прокачусь верхом!
— Можешь оседлать мою Лилию! — с гордостью сказала Идис, погладив по гриве своего рыжего пони.
Пенни кивнула, но как только Идис ушла, она не стала садиться на Лилию.
Конь просто не подпускал её к себе.
Полина улыбнулась, увидев, как Идис вошла, и поманила её рукой. Идис послушно прижалась к ней.
— Только что пришло письмо от тётушки Джолин.
— Тётушка Джолин?
— Это лучшая подруга мамы. А ещё она — герцогиня из дома Кларков.
Теперь Идис всё поняла. В Эстаре не было человека, который не слышал бы фамилию Кларк. Один из четырёх великих герцогских родов империи, древнее дворянство, чья история даже старше рода Верли.
— И что пишет тётушка Джолин? — послушно спросила Идис.
Полина рассмеялась:
— Она надеется, что, когда ты поедешь учиться в Софию, будешь жить во дворце Люксембург.
— Во дворце Люксембург? Том самом, самом большом и величественном замке Эстары? — Идис помнила такие описания из книг.
Полина кивнула:
— Хочешь туда поехать, детка?
Идис прищурилась:
— Конечно, я хочу увидеть легендарный Люксембург! Но если придётся жить там надолго… Не будет ли это неприлично?
Полина ласково ущипнула её за нос:
— Тётушка Джолин и я — как родные сёстры. Не волнуйся, она будет относиться к тебе как к своей дочери.
— Кроме того, у тётушки Джолин есть сын…
Идис подняла голову, ожидая продолжения.
Но Полина на мгновение замялась и лишь сказала:
— Говорят, у него хороший характер. — На самом деле Элин написала «нежный и заботливый», но Полина сомневалась в правдивости этих слов. — Когда окажешься во дворце Люксембург, старайся ладить с ним. Не капризничай и не обижай его.
Идис обиделась. Она всегда считала себя примерной девочкой с безупречным характером (по крайней мере, так ей казалось), и теперь мама специально предупреждает её, будто она непременно поссорится с сыном Джолин!
— Не переживай, мама, — торжественно заверила она. — Если возникнет какое-то недоразумение, я обязательно уступлю ему.
Полина улыбнулась и погладила её по голове:
— Вовсе не обязательно. Он на год старше тебя, так что считай его старшим братом!
Идис подумала: «Отлично! Получаю бесплатного старшего брата».
На лице Полины играла улыбка, но в глазах мелькнула задумчивость. Зная свою дочь, она понимала: если прямо сказать о намерении дома Кларков породниться с Верли, Идис, скорее всего, из чувства такта откажется даже ехать во дворец Люксембург. Лучше подождать несколько лет! Хотя союз с Кларками был бы наилучшим выбором для рода Верли, Полина ни за что не стала бы принуждать дочь, если та сама не захочет.
— Идис? — неожиданно окликнула она.
Идис подняла на неё удивлённый взгляд.
— Кажется, у тебя до сих пор нет подходящей волшебной палочки.
— Да, мама, — ответила Идис и вдруг оживилась. — Неужели ты хочешь мне что-то подарить? Например, хорошую волшебную палочку?
Полина лёгким движением указательного пальца постучала её по лбу, но не отрицала.
Идис наблюдала, как мама встала и сняла с полки в книжном шкафу изящную коробку.
Она точно помнила: раньше на этом месте стоял совсем другой предмет. Значит, эту коробку поставили совсем недавно?
Полина положила продолговатую шкатулку на стол, достала свою волшебную палочку и дотронулась ею до замка. Тот тут же щёлкнул и открылся.
— Идис, подойди.
Идис с любопытством заглянула внутрь. Хотя она уже догадывалась, что там, всё равно не смогла сдержать лёгкого восхищённого возгласа.
В коробке покоилась изящная, миниатюрная волшебная палочка.
Идис посмотрела на Полину, и та едва заметно кивнула. Тогда Идис осторожно взяла палочку.
От неё исходило странное, прохладное тепло. Идис внимательно её разглядывала: из какого материала она сделана? Похоже на белый нефрит — с мягким, тёплым блеском. Размер идеально подходил её руке. На рукояти был выгравирован герб рода Верли, а чуть выше — вделан чистый, ярко-красный кристалл.
Идис провела пальцем по красному камню и сразу ощутила мощный поток магической энергии.
— Это первоисточник огненной магии, — уверенно сказала она.
Правда, она обладала двойным даром — огня и света, а здесь был вделан лишь один камень? Но, вспомнив, насколько редки первоисточники света, Идис решила, что это вполне объяснимо.
Как будто угадав её сомнения, Полина взяла палочку, слегка повернула рукоять — и та отсоединилась! Внутри скрывался ещё один камень, нежно-жёлтого цвета.
— Световой первоисточник! — удивилась Идис.
Полина пояснила:
— Эта палочка досталась одному из предков рода Верли на поле боя. Изначально она была световой, и этот превосходный первоисточник света всегда находился внутри.
— Но в роду Верли долгое время не рождались маги со способностями к свету, поэтому палочка хранилась в семейной сокровищнице.
— Однако теперь она дождалась тебя.
Идис внезапно ощутила странную связь — будто судьба давно их свела. Она нежно погладила нефритовый ствол палочки, и между ними словно установилась невидимая нить.
— Значит, с этого дня мы станем лучшими партнёрами, — тихо сказала она.
Полина с теплотой смотрела на неё:
— Учитывая твой двойной дар, я попросила мастера дополнительно вделать снаружи первоисточник огня. Так будет менее приметно.
Идис поняла, что мама имеет в виду: если бы на палочке сразу красовались два первоисточника, особенно такой редкий, как световой, кто знает, какие жадные взгляды это могло бы привлечь?
Огненные первоисточники, хоть и ценные, встречались гораздо чаще и не вызывали такого ажиотажа. К тому же они лучше соответствовали её статусу.
Идис взяла палочку в руку и тихо произнесла заклинание. На кончике вспыхнул красный свет — простейшее заклинание освещения.
Но, глядя на этот яркий огонёк, Идис мягко улыбнулась.
— Я буду достойно пользоваться ею, — твёрдо сказала она.
Полина погладила её по волосам, в глазах светились гордость и надежда:
— Запомни свои сегодняшние слова.
Идис по-настоящему осознала, что покидает Тагмат и отправляется учиться в Софию, только когда села в карету. Восемь лет — с юности до совершеннолетия — она проведёт вдали от дома. Конечно, на каникулы можно будет приезжать, но это уже не то.
Она понимала: как будто перевернулась страница книги, и её жизнь вступает в новую главу.
К своему удивлению, она чувствовала необычайное спокойствие — вероятно, потому что так спокойна была её мать.
Полина, конечно, не хотела отпускать дочь, выросшую у неё на глазах, в далёкий город. Но она прекрасно знала: орлёнок, что никогда не покидает гнезда, не научится парить. Отпустить — значит дать ей крылья.
Поэтому она лишь улыбнулась и сказала:
— Идис, помни: ничто не важнее твоего счастья. Тагмат всегда будет твоей опорой.
И поцеловала её.
Идис заметила: в повседневной жизни мама часто называла её «детка» или «солнышко», но в важных, официальных моментах всегда произносила её имя — с особым благородным и торжественным интонацией.
Мама не стала наставлять её подробностями, но Идис словно услышала тысячи невысказанных слов.
— Ничего не нужно говорить. Вы всё понимаете друг друга.
Тогда Идис крепко обняла мать, отстранилась и широко улыбнулась:
— Мама, не скучай слишком сильно! Ведь я вернусь уже на праздник Утреннего Жертвоприношения.
В Эстаре праздник Утреннего Жертвоприношения играл ту же роль, что и китайский Новый год.
Полина с улыбкой отпустила её и проводила взглядом, как Идис садится в отъезжающую карету. За спиной у неё выстроились все слуги и вассалы Тагмата.
Эскортировать Идис направили целый отряд рыцарей под командованием Бассе — храброго и могучего воина, преданного роду Верли. Полина посмотрела на него. В отличие от тёплого выражения лица, с которым она обращалась к дочери, сейчас она была настоящей хозяйкой Тагмата — строгой и властной герцогиней.
— Оберегайте госпожу, — сказала она.
Рыцарь спешился и преклонил колено:
— Клянусь жизнью!
Колёса медленно покатились. Идис и Пенни ехали в разных каретах. Пенни откинула занавеску и смотрела, как пейзаж за окном стремительно отступает. Её мысли были заняты тем моментом, когда госпожа Верли поцеловала Идис. Она вспомнила их первую встречу в кабинете — тогда герцогиня показалась ей холодной и внушающей трепет. А теперь… оказывается, у этой женщины есть и тёплая, материнская сторона.
Опустив занавеску, Пенни отвела взгляд и случайно встретилась глазами с Келли, чьё лицо сияло радостью.
— Ты рада, Келли? — спросила она.
— Конечно! Госпожа наконец-то едет в Софию — да ещё в составе свиты Верли! Разве это не повод для радости? — искренне удивилась Келли.
Пенни слегка улыбнулась, не стала спорить и перевела разговор:
— Как ты думаешь, какая она — госпожа Верли?
— Очень красивая и добрая! Совсем не такая, какой я её себе представляла!
— О? — Пенни приподняла бровь. — А какой ты её себе представляла? — Она добавила: — Здесь только мы двое, можешь говорить свободно.
Келли почесала затылок:
— Я думала, что представители таких великих родов, как Верли, наверняка высокомерны и надменны.
— Но, оказавшись в Тагмате, я увидела, что госпожа Верли улыбается даже нам, слугам, а её личные служанки тоже очень доброжелательны.
Пенни подумала: «Глупышка! Разве они должны на вас хмуриться? Ведь отношение слуг всегда отражает характер хозяев. Если бы древний, прославленный род Верли позволил себе такое бескультурье, вот это было бы по-настоящему удивительно».
— Ты действительно считаешь, что госпожа Верли не высокомерна? — переспросила она.
Келли уже собралась ответить, но запнулась, нахмурилась, задумалась и наконец неуверенно произнесла:
— Ну… она, конечно, высокомерна, но в то же время как будто и не высокомерна…
Пенни увидела, как та запуталась в своих мыслях, и мягко улыбнулась, больше ничего не говоря.
Старшая школа София находилась в Ганасе — столице Эстары. Пешком туда добираться пришлось бы больше месяца, но, к счастью, Нобия, будучи крупным южным городом, была соединена с Ганасом системой больших телепортационных кругов. Это значительно сокращало путь.
Идис думала, что по ту сторону телепортационного круга её встретят оживлённые улицы. В Нобии на улицах всегда толпился народ, а уж в столице, наверняка, должно быть ещё оживлённее!
http://bllate.org/book/8084/748432
Готово:
