Группа призраков одновременно повернула головы в сторону.
— Лю Чэн?!
— Видимо, я всё-таки довольно известен, — сдержав желание почесать нос, серьёзно произнёс Лю Чэн. — После смерти мне посчастливилось обрести особую удачу и стать призрачным практикующим. Не хотите ли последовать за мной как ученики и вступить на путь призрачного культивирования? Достигнув определённого уровня, вы сможете не перерождаться заново, а оставаться рядом со своими близкими…
— Что?! Такое вообще возможно? — изумились призраки.
— В наше время ци возрождается, повсюду появляются культиваторы и духи-перерожденцы, так почему бы не появиться и призрачным практикующим? — Лю Чэн легко прошёл сквозь тело одного из гостей, поднял с пола мусор и незаметно выбросил его в урну.
Призраки переглянулись.
Они уже несколько дней были мертвы и совершенно не могли взаимодействовать с материальными предметами. А этот Лю Чэн явно отличался от них.
Возможность прикасаться к вещам и продолжать быть рядом с родными — это было невероятно заманчиво.
Однако несколько призраков покачали головами:
— Я никогда не верил, что пироги с неба падают.
— И я тоже не верю.
— Если вы не станете моими учениками, через несколько дней вас отправят в круговорот перерождений, и вы больше никогда не увидите своих близких, — подчеркнул Лю Чэн. — К тому же мир сейчас сильно изменился. Разве вам не волнует безопасность ваших родных?
Как же не волноваться? Некоторые призраки сразу засомневались.
— А чего ты хочешь взамен? Наверняка придётся заплатить цену? — спросил один из них.
Лю Чэн махнул рукой:
— Не переживайте, кто-то уже заплатил.
— Заплатил чем? — все напряглись.
Лю Чэн уклончиво хмыкнул:
— Будда сказал: нельзя говорить.
На самом деле — целая куча жира. Но это звучало не очень красиво.
Через три дня вдова одного из героев Управления по делам сверхъестественного приснился её погибший муж.
Во сне он сказал, что ещё не умер окончательно и скоро вернётся домой — пусть она не горюет и заботится о себе и ребёнке.
Женщина, конечно, не поверила. Просто сон. Проснувшись, она снова погрузилась в скорбь.
Через пару дней ей снова приснился муж. На этот раз после пробуждения она плакала ещё горше.
В третью ночь он с досадой сказал:
— Если ты мне не веришь, зайди в гостиную, сними картину над диваном и посмотри, что спрятано за ней. Тогда ты поймёшь, что я действительно жив.
На следующее утро женщина бросилась в гостиную и сорвала картину со стены.
За ней оказалось несколько тысяч юаней тайных сбережений.
...
В четвёртую ночь жена изрядно избила мужа, а потом они вновь яростно «сцепились» во сне... ну... точнее, устроили драку.
В течение десяти дней все семьи погибших сотрудников Управления по делам сверхъестественного увидели во снах своих умерших родных, и в каждом доме происходили чудеса.
Месяц скорби, окутывавший Управление, полностью рассеялся.
Связав это с тем, что Лу Шэнчжэ поднялся на гору, чтобы поклониться призраку, они начали подозревать, что Руань Шуаншан не питает к ним враждебных намерений.
Когда руководитель Управления, до этого находившийся в командировке, вернулся в город С, он немедленно созвал совещание и принял решение установить дружественные отношения с Руань Шуаншан, чтобы получить больше информации о культиваторах и духах и выработать дальнейшую стратегию.
Впоследствии историки назовут предстоящую встречу между Руань Шуаншан и руководителем Управления «Союзом бессмертных и смертных». Это событие станет первым шагом к установлению официальных отношений между государством и культиваторами и положит начало масштабным общественным преобразованиям.
А в тот день, после школы, у ворот учебного заведения Руань Шуаншан встретила руководителя Управления по делам сверхъестественного Ши Хэ и её сына Цзи Цзинлуна.
Автор говорит:
«Союз бессмертных и смертных!»
Цзи Цзинлун: знакомство с родителями...
Лу Шэнчжэ: судя по объёму текста, это явно роман про главного героя-мужчину. Я и есть настоящий протагонист! Название должно быть «Моя сестра — богиня».
Руань Шуаншан обнажает меч: Где автор? Как распределены роли? Неужели этот толстяк пришёл с деньгами?
Автор: Простите-простите, сейчас всё поправлю _(:зゝ∠)_
«Союз бессмертных и смертных» имел огромное историческое значение в процессе модернизации общества через культивирование.
Он положил конец периоду, когда официальные власти оказались беспомощны перед внезапным всплеском сверхъестественных явлений и не знали, как реагировать. Этот союз заложил основу для всестороннего внедрения и массового развития культивирования в обществе, позволив стране первой в мире сделать решительный шаг к полной интеграции практик Дао.
А пока стороны этого исторического соглашения сидели в углу уличного кафе: одна заказала чай в заварочном чайнике, другая — манго-латте с шоколадной крошкой.
Руань Шуаншан отпила глоток латте, который когда-то с восторгом рекомендовала Вэй Вэньцзин, и наблюдала, как Цзи Цзинлун умело налил две чашки розового цветочного чая и аккуратно поставил красивые стеклянные бокалы перед ней и своей матерью, после чего, взяв бесплатный лимонад, вернулся в состояние фоновой декорации.
...
Это был всё тот же человек — высокий, в белой рубашке. Однако в её представлении он всегда был впечатляющим старостой курса, способным и в учёбе, и в бою, с сильной харизмой. А сегодня он так усердно играл роль послушного сына, что даже выглядел слегка натренированным в этом.
Руань Шуаншан невольно задержала на нём взгляд.
Девушки в классе, кажется, обожали парней в белых рубашках. Хотя она сама никогда не понимала, в чём прелесть школьных красавчиков в такой одежде, сегодня впервые немного почувствовала их привлекательность.
Хорошо сидящая, плотная ткань подчёркивала мощные очертания тела. Верхняя пуговица была расстёгнута, придавая образу небрежность, а закатанные рукава обнажали сильные, мускулистые предплечья. Отличная фигура в белом смотрелась чистой, свежей и одновременно... источала лёгкий оттенок тестостерона.
Кхм-кхм. Она опустила глаза и отвела взгляд.
Прошло уже некоторое время с тех пор, как она вернулась в современный мир, и теперь она поняла: в мире бессмертных действительно полно красавцев и красавиц, поэтому обычные люди редко попадают в её поле зрения. Сейчас она просто «промывала глаза». Так она оправдывала своё поведение.
Ши Хэ заметила её движение и, опустив голову, чуть заметно улыбнулась:
— Что касается тех двух культиваторов...
Руань Шуаншан взмахнула рукой, создавая звуковой барьер, и перевела взгляд на Ши Хэ.
Эта руководительница Управления была совершенно не похожа на её тётю. Лицо у неё было подтянутое, без лишней плоти, брови — острые, как клинки, что придавало ей благородную решимость, а вся её осанка выдавала человека, привыкшего командовать.
Руань Шуаншан предположила, что это связано с многолетней практикой боевых искусств и глубоким внутренним ци. Кстати, боевые искусства, вероятно, и являются наследием практикующих тела эпохи угасания Дао, хотя по силе и долголетию они значительно уступают истинному пути.
Ши Хэ не выказала ни малейшего удивления барьером и, сохраняя прежнее выражение лица, сразу перешла к делу:
— Они сказали, что в связи с возрождением ци их секта направила внешних учеников собирать информацию и ресурсы для восстановления мира культиваторов.
Руань Шуаншан уже ожидала такого поворота и, без интереса помешивая напиток соломинкой, слушала.
— Секта Лунхуан происходит из мира бессмертных и обладает огромной властью. Наш мир — лишь один из множества подконтрольных им малых миров. Ранее, когда ци исчезло, местное отделение потеряло связь с главной штаб-квартирой. Но как только ресурсов станет достаточно, они установят защитный массив для восстановления контакта и доложат старшим культиваторам, чтобы заслужить награду и получить больше ресурсов.
Руань Шуаншан замерла:
— Вы уверены, что они не лгут?
— Скорее, они сами использовали эту информацию как угрозу, чтобы мы отпустили их. Они считают, что этот мир принадлежит им по праву, заявляют, что культиваторы всемогущи и не воспринимают нас всерьёз, — с горечью усмехнулась Ши Хэ. — Если их слова правдивы, нам неизбежно придётся столкнуться с культиваторами. Но как простые смертные могут противостоять им? Даже если высокотехнологичное оружие окажется эффективным, как защитить обычных людей?
Она сделала глоток чая, чтобы смочить горло:
— Поэтому мы должны изменить нашу стратегию и двигаться в сторону культивационного развития. Нам необходимо глубже изучить практики Дао и найти пути усиления наших возможностей.
— Разумеется, — кивнула Руань Шуаншан, поднося стакан к губам.
Её, вероятно, попросят помочь? Звучит хлопотно.
Но если не помочь сейчас, будет ещё хлопотнее.
Пока она размышляла, как поступить, Ши Хэ неожиданно не стала просить о помощи и продолжила:
— Ваш уровень, богиня, слишком высок, чтобы вы воспринимали это всерьёз. Но ранее вы и ваш двоюродный брат оказали нам огромную услугу. Мы хотели бы предоставить вам все возможные удобства и оперативно информировать о любых новостях. Если вам что-то понадобится — не стесняйтесь обращаться.
Она сменила тему:
— Я привела сегодня А Луна, потому что подумала: может, вам понадобится помощь. Он, конечно, не гений, но вполне сгодится для мелких поручений.
Цзи Цзинлун, до этого находившийся в состоянии фона, вздрогнул и удивлённо посмотрел на мать.
Он даже не успел ничего сказать, как Руань Шуаншан решительно заявила:
— В этом нет необходимости. Мне не нужна помощь.
Цзи Цзинлун...
Он почувствовал себя отвергнутым.
Ши Хэ незаметно прижала руку сына и тайно направила внутреннее ци, чтобы тот не мог вмешаться, продолжая настаивать:
— Говорят, вы готовитесь к выпускным экзаменам? Он отлично учится — в своё время стал чжуанъюанем города С. Если у вас возникнут трудности с заданиями, смело спрашивайте. А если вам надоест делать домашку, он с радостью выполнит её за вас.
Цзи Цзинлун почувствовал, как его тело стало тяжёлым, язык словно прилип к нёбу, и он совсем приуныл.
Сегодня он совершенно не хотел идти сюда.
После инцидента с похищением все в Управлении знали, что Руань Шуаншан — культиватор, и у него не осталось сомнений в этом. Но каждый раз, видя её, он терял контроль над собой и боялся, что в любой момент может вести себя как развратник. Поэтому он старался держаться подальше, чтобы не совершить чего-нибудь глупого.
Однако в семье он занимал самое низкое положение. Он не мог победить ни отца, ни мать, а отец был слепым поклонником жены... Короче, если мама велела идти — приходилось идти.
С самого начала встречи он старался не смотреть на девушку напротив, весь напряжённый, с мокрой от пота спиной — рубашка, наверное, уже промокла насквозь.
А теперь всё стало ещё хуже: мама хочет, чтобы он помогал Руань Шуаншан с учёбой и даже применила внутреннее ци, чтобы заставить его согласиться. Его собственная сила была слишком слаба, чтобы противостоять многолетнему мастерству матери.
Значит, придётся соглашаться? Цзи Цзинлун стиснул губы, чувствуя глубокую боль.
Идея казалась заманчивой, но он боялся. Очень боялся потерять контроль и сделать что-нибудь ужасное, за что маленькая богиня тут же его уничтожит...
Руань Шуаншан повернулась к сидящему рядом красавцу, явно видя его внутреннюю борьбу.
Ей было непонятно, как устроены их семейные отношения, но это не имело значения.
— Почему чжуанъюань не поехал в столицу? Разве учёба в университете С не ниже вашего уровня?
Университет С, конечно, престижный, но не входил в число лучших в стране.
— Есть причины, — горько улыбнулась Ши Хэ. — Я привела его сюда из материнского эгоизма. А Лун не может покидать город С — стоит ему уехать, как сразу случается беда. Мы бессильны что-либо изменить.
Цзи Цзинлун не ожидал, что мать привела его сюда именно по этой причине. Он замер, опустив глаза и внимательно слушая.
Ши Хэ подробно рассказала о странных событиях, происходящих с сыном, и вздохнула:
— Именно поэтому я и обратилась к вам...
— Тогда тем более не нужно, — покачала головой Руань Шуаншан, глядя на разочарованную Ши Хэ. — Старший брат Цзи — староста моего двоюродного брата и много ему помогал. Если у вас есть проблема — говорите прямо. Если смогу помочь, помогу. Дайте руку, осмотрю.
Она действительно не любила хлопоты, но эта проблема, судя по всему, не должна быть слишком сложной для неё.
— Огромное спасибо! — лицо Ши Хэ мгновенно прояснилось, и она искренне улыбнулась.
Цзи Цзинлун почувствовал, как давление на тело исчезло. Он смотрел на протянутую перед ним нежную ладонь и, колеблясь, медленно протянул свою.
...
Ближе... ещё ближе... сейчас прикоснёмся.
Почему у него такая тёмная кожа? Обычно он считал загар признаком мужественности, но сейчас особенно ненавидел свой цвет — казалось, он испачкает маленькую богиню.
Как же может быть так прекрасна эта рука?
http://bllate.org/book/8011/742973
Готово:
