Серебряная вилка с кусочком фиолетовой капусты исчезла в один укус. Цинь Чжэн сделал большой глоток воды, убедился, что во рту не осталось постороннего привкуса, и лишь тогда осмелился ответить старшему брату:
— Отлично! Лу Яо, хоть и молода, но преподаёт с настоящим мастерством. Она умеет разложить сложное на простые части и подать так, что всё легко усваивается.
— Успехи есть?
— Есть! — энергично закивал Цинь Чжэн, расхваливая Лу Яо. — На днях я случайно пролистал пару страниц старшего школьного учебника — и сразу всё понял!
— Хм...
Цинь Чжэн с замиранием сердца следил, как старший брат медленно хмурится, будто размышляя о чём-то.
«Только бы одобрение, только бы одобрение!»
Но брови мужчины, распрямившись, взметнулись вверх:
— Учителя городского уровня не могли тебя научить, а вот почти выпускница-старшеклассница — смогла?
Всё. Это сарказм.
Старший брат наверняка раскусил его уловку.
Сердце Цинь Чжэна наполовину похолодело.
Однако, к его изумлению, суровый и консервативный Цинь Юйцюнь вдруг сказал именно то, о чём он мечтал:
— Видимо, раньше ты плохо учился из-за неправильных методов преподавания.
— Да! — кивнул Цинь Чжэн.
— Тогда, если не возникнет непредвиденных обстоятельств, пусть она каждую неделю приходит и занимается с тобой.
— Хорошо! — снова кивнул Цинь Чжэн.
— Она скоро пойдёт в выпускной класс, и учёба может стать настолько напряжённой, что она в любой момент перестанет работать репетитором. Цени такого хорошего учителя. Пусть объясняет тебе программу одиннадцатого класса — не трать время впустую.
— ... — Цинь Чжэн на мгновение замялся, но всё же кивнул.
Хотя он до сих пор не понимал, зачем сразу переходить к материалу одиннадцатого класса, возражать Цинь Юйцюню он не смел.
Поморщившись, Цинь Чжэн долго думал и вдруг понял:
— Эй, старший брат! Я ещё не закончил повторять программу десятого класса. Если сразу перейти к одиннадцатому, я точно не успею за другими!
Увидев, что Цинь Юйцюнь снова хмурится, он поспешно добавил:
— Просто боюсь, что маленькая учительница Лу расстроится. Подумай сам: если ей придётся объяснять одно и то же восемьсот раз и всё равно без толку... Если бы я был просто тупицей — ладно, но ведь в первую неделю она уже сказала, что я способный! А теперь вдруг не получится — она начнёт сомневаться в себе.
Хм.
Цинь Чжэн говорил разумно.
— Это легко решить, — через две секунды Цинь Юйцюнь предложил решение. — На этой неделе у меня есть свободное время. За семь дней я сам помогу тебе освоить оставшийся материал десятого класса.
— ... — шея Цинь Чжэна окаменела, и он уже не мог кивать.
Прошло десять секунд — ответа не последовало.
Цинь Юйцюнь недовольно хмыкнул:
— А?
Цинь Чжэн больше не осмеливался медлить и поспешно согласился:
— Хорошо, хорошо, хорошо...
Яму, которую сам выкопал, придётся засыпать, даже на коленях.
В последнее воскресенье перед началом учебного года, когда Лу Яо снова увидела Цинь Чжэна, он уже прошёл целую неделю адских тренировок и выглядел совершенно измученным.
Увидев его тёмные круги под глазами и бледное лицо, Лу Яо испугалась и тут же стёрла с лица улыбку.
— Что с тобой? Почему такой ужасный вид? Ты заболел? — она приложила ладонь ко лбу Цинь Чжэна. Не горячий.
Наоборот — холоднее её руки.
— Н-нет, ничего! — неожиданное прикосновение маленькой учительницы стало для него настоящим подарком. Всю обиду на Цинь Юйцюня он тут же забыл и ощутил лишь благодарность.
Он даже похвастался перед Лу Яо:
— Кстати, учительница Лу, пока тебя не было на этой неделе, я сам занимался и уже выучил весь оставшийся материал десятого класса! Теперь ты можешь сразу объяснять мне программу одиннадцатого!
— Такой способный? Но... — Лу Яо замялась. — Я в одиннадцатом классе училась на гуманитарном направлении. Ты тоже будешь выбирать гуманитарий?
Цинь Чжэн и так был беззаботным парнем, и если бы не влюблённость в Лу Яо, читать книги он бы точно не стал. Что до выбора профиля...
Для него не имело значения, гуманитарий или естественные науки — маленькая учительница Лу учится на чём — на том и он.
— Да, гуманитарий. Мне больше нравятся гуманитарные предметы, чем точные. История куда интереснее химии, — соврал он без зазрения совести.
Лу Яо не заметила, как у маленького Циня уже торчит хвост от самодовольства.
Она радостно думала: «Теперь можно и зарабатывать, и повторять материал — жизнь идёт как по маслу!»
От радости в голосе невольно появилась лёгкая сладость.
— Хорошо, с сегодняшнего дня я начну объяснять тебе программу одиннадцатого класса.
Услышав, как голос девушки в комнате стал чуть слаще, стоявший у двери старший господин Цинь позволил своему ледяному лицу немного смягчиться.
Это не укрылось от Фэн-фуфынь, которая как раз несла внутрь свежевыжатый сок. Она бросила на него несколько удивлённых взглядов.
«Когда старший господин улыбается, сразу вспоминается одно слово... Как же оно звучало? Ах да —
„Блистательно прекрасен“.
Именно так в детстве уличные сказители описывали благородных юношей в своих повестях.
Жаль только, что ему не хватает „близнецов-звёзд“ в глазах».
Но уже через несколько секунд новый диалог в комнате вновь заставил лицо старшего господина Циня окаменеть.
Лу Яо сама предложила дать Цинь Чжэну свой номер телефона:
— Я недавно купила телефон. Скажи мне свой номер — когда занятий нет, ты сможешь писать или звонить мне по любым вопросам.
Она чувствовала неловкость: получала столько денег, а заодно и повторяла материал. Хотелось хоть как-то отблагодарить — отвечать на вопросы в свободное время.
Цинь Чжэн, конечно, обрадовался возможности получить номер маленькой учительницы и с готовностью взял её телефон:
— Я сам сохраню!
Едва он набрал первые две цифры, как почувствовал ледяной холод на затылке — мурашки побежали от макушки до позвоночника.
Цинь Чжэн недоумённо потрогал шею.
«Что за чёрт? Неужели после недели тренировок с братом у меня осталась травма? Почему мне кажется, будто Цинь Юйцюнь прямо за спиной пристально смотрит на меня?»
За лето Лу Яо заработала восемь тысяч юаней.
Вместе с оставшейся стипендией и двумя тысячами от Лу Гоцина у неё теперь было тринадцать тысяч четыреста юаней.
Паспорт хранила у себя Лу Фэнпин, поэтому Лу Яо не могла открыть банковский счёт.
Хотя она уже купила смартфон и установила приложение Alipay, в 2013 году в Китае всё ещё преобладали наличные расчёты — расплатиться одним QR-кодом повсюду было невозможно.
Приходилось искать людей, готовых помочь: отдавать им наличные, чтобы они переводили деньги на её Alipay.
Боясь, что Лу Фэнпин или Лу Юань узнают, просить соседей было нельзя. Оставались только одноклассники.
Но в их экспериментальном классе все состоятельные ученики были из окружения Е Цзиня, и Лу Яо не хотела с ними общаться.
У остальных одноклассников на Alipay было максимум по несколько сотен юаней — в основном для онлайн-покупок. Тем не менее, из симпатии к Лу Яо все согласились помочь, но в сумме ей удалось перевести на счёт лишь две тысячи.
Остальную толстую пачку наличных пришлось временно спрятать в рюкзаке. Хотя он стал заметно объёмнее, пока никто специально не лезет внутрь, ничего не обнаружат.
Но теперь Лу Яо стала переживать: а что, если рюкзак потеряется?
В прошлой жизни она бы точно отдала эти деньги на хранение Лю Сыяо.
А в этой...
Подумав некоторое время, Лу Яо отправила Цинь Чжэну SMS:
[Лу Яо]: У меня нет банковской карты, а денег слишком много — боюсь потерять. Можно временно оставить их у тебя?
Семья Цинь не только богата, но и порядочна. По словам водителя, даже если они когда-нибудь поссорятся, семья Цинь всё равно не откажет в возврате. Почти как банк.
Молодой господин Цинь всё ещё был на каникулах и целыми днями сидел за телефоном, играя в игры. Он мгновенно ответил на сообщение:
[Цинь Чжэн]: Можно, но разве тебе не удобнее переводить всё на Alipay? Раньше я давал наличные, потому что у тебя не было ни телефона, ни карты. Теперь я просто буду переводить деньги на твой счёт.
Да, точно.
Всё из-за Лю Сыяо. С начала учебного года она не давала Лу Яо проходу: стоило той выйти из класса — Лю Сыяо тут же подскакивала и начинала разговор, даже в туалет заходила вслед и стучала в дверь.
— Яо-яо, прости меня, пожалуйста! Прости!
Как настоящая мантра, это повторение доводило Лу Яо до ступора.
Смущённо стуча по клавиатуре, Лу Яо написала:
[Лу Яо]: Недавно голова совсем закружилась от дел. Тогда в субботу, когда буду у тебя заниматься, отдам тебе деньги. Спасибо!
Цинь Чжэн ответил:
[Цинь Чжэн]: Учительница, не стоит благодарности! Ветер или дождь — в субботу жду тебя.
Проблема решилась, и Лу Яо вздохнула с облегчением.
Положив телефон в парту, она взяла стакан и пошла вниз за горячей водой. У двери её остановила староста Бань Сюэцзе.
Бань Сюэцзе была очень отзывчивой девушкой. Узнав в прошлый раз, что Лу Яо срочно нужно поменять наличные, она дома поговорила с мамой и попросила положить на Alipay три тысячи юаней.
— Лу Яо, у меня теперь есть деньги! Мама дала мне три тысячи. Тебе ещё нужно?
«Нуждаются в деньгах?»
Е Цзинь, который у окна слушал болтовню друзей, приподнял веки и, будто случайно, бросил взгляд на дверь.
— Нет, спасибо! Всё уже уладилось, — Лу Яо сжала руку Бань Сюэцзе. — Спасибо, староста.
Увидев её искреннюю улыбку, Е Цзинь решил, что она не притворяется.
Но всё равно не мог сделать вид, будто ничего не услышал.
За это лето он окончательно разобрался в своих чувствах к Лу Яо.
В прошлой жизни проблема была в нём самом. Он не защитил Лу Яо — ту девочку, которая так любила учиться и имела блестящее будущее, — и из-за этого её изуродовали и отчислили из школы.
Он был поверхностен: как только Лу Яо сделала пластическую операцию, его чувства угасли. Он женился на ней якобы из благодарности, но даже не прикасался к ней.
Это было хуже эмоционального насилия — он просто тянул время, растрачивая её молодость. Какое право он имел обвинять её в измене?
Её доброта к нему была настоящей. Всё было его виной.
Поэтому эту тягу к ней не стоило подавлять. Е Цзинь даже думал, что судьба дала ему второй шанс именно для того, чтобы защитить Лу Яо и искупить вину перед той девушкой, которую он когда-то ранил.
Осознав, что вина за «зелёную шляпу» лежит на нём самом, Е Цзинь начал открыто заботиться о Лу Яо.
Оценив, что Лу Яо уже должна была спуститься, он подошёл и, вытянув руку, остановил Бань Сюэцзе, которая собиралась вернуться на место.
Увидев школьного хулигана Е Цзиня, Бань Сюэцзе подкосились ноги, и голос стал тише:
— Ч-что тебе нужно?
— Не волнуйся, я просто хочу спросить: почему староста только что одолжила деньги у Лу Яо? — нахмурился Е Цзинь. — У неё сейчас какие-то трудности? Денег не хватает?
«Девушка-старшеклассница, нуждается в деньгах, занимает у одноклассников».
Бань Сюэцзе мгновенно поняла: если это недоразумение не разъяснить немедленно, у Лу Яо могут появиться неприятные слухи.
К тому же все считали, что Е Цзинь ненавидит Лу Яо и постоянно её дразнит.
Бань Сюэцзе особенно не хотела, чтобы он ошибался:
— Денег не нехватает! У неё, наоборот, много наличных, но она боится потерять их и хочет перевести на Alipay. Поэтому просит нас помочь с обменом.
Е Цзинь был умён. За мгновение он понял причину такого поведения Лу Яо.
«Научилась прятать деньги. Умница».
По логике, Лу Яо должна была вернуться через пять минут после того, как пошла за водой.
Но Е Цзинь ждал у двери почти десять минут — большая перемена уже подходила к концу, а её всё не было.
Он вышел прогуляться и, пройдя от спортплощадки до умывальной, обнаружил, что Лу Яо всё ещё там.
Она набирала воду и одновременно листала какой-то синий блокнот.
— Кажется, она не брала этот блокнот, выходя из класса? — пробормотал Е Цзинь.
Он не знал, что Лу Яо только что пережила «битву».
По пути в умывальную она встретила Лю Сыяо, переведённую из класса А в класс С. Та как раз вышла из мультимедийного кабинета с рюкзаком за плечами и, увидев Лу Яо, тут же к ней прилипла.
Лю Сыяо решила дать Лу Яо последний шанс. Если та не простит её, придётся переходить к Плану Б —
ускорить момент, когда та банда хулиганов начнёт преследовать Лу Яо.
В конце прошлого семестра сюжет оригинального романа изменился.
1. Лу Яо не питает симпатии к Е Цзиню и даже враждебна к нему, поэтому вступиться за него она точно не станет.
2. Е Цзинь, видимо, ударился головой: вдруг изменился, получил отличные оценки и перестал устраивать драки. Значит, конфликт с хулиганами не обострится.
Раз Лу Яо не ненавидит Е Цзиня, хулиганы точно не тронут её.
Поэтому Лю Сыяо решила намеренно нашептать сестре того хулигана, который в прошлой жизни изуродовал Лу Яо, что та соблазняет парня, в которого та влюблена.
Хотя на самом деле тот парень нравится самой Лю Сыяо, ей достаточно просто взять его за руку, чтобы он начал хвастаться перед всеми: мол, ему нравится умная и красивая девушка, но имя не называет.
А в их школе, как только заходит речь об умной и красивой девочке, все сразу думают об одной — Лу Яо.
http://bllate.org/book/7867/731885
Готово:
