Ли сжала руку Су Чэнъян и сказала:
— Здравствуйте. Если в ходе программы я случайно скажу что-то обидное, заранее прошу прощения.
Су Чэнъян прекрасно знала: в подобных интервью ведущие почти всегда задают артистам каверзные вопросы. Такие вопросы заранее прописаны в сценарии, и ведущей не остаётся ничего, кроме как их озвучить.
Су Чэнъян улыбнулась и покачала головой:
— Не волнуйтесь, Ли-лаоши.
Она держалась тактично: ни в коем случае не заискивала, но и не позволяла себе пренебрежения. Такое поведение легко вызывало симпатию.
Через несколько минут началась прямая трансляция. Ли вышла на сцену и, обращаясь к зрителям в эфире, произнесла вступительное слово.
Су Чэнъян из-за кулис мельком взглянула на большой экран: число зрителей стремительно росло. Ведь Ян Сюйи — настоящая звезда, да и вся эта история получила широкий резонанс. Людей, желающих посмотреть на разборки, наверняка собралось немало.
Линь Юй незаметно подошёл к Су Чэнъян и тихо спросил:
— Готова?
Су Чэнъян на несколько секунд замерла, подняла глаза на его прищуренные глаза и кивнула:
— Готова.
Линь Юй коротко «мм»нул, сделал паузу, затем ещё больше понизил голос:
— Если ведущая задаст вопросы, не предусмотренные сценарием, отвечай правду. Поняла?
Он наклонился чуть ближе, чтобы она лучше слышала, но при этом сохранял дистанцию, избегая любого физического контакта.
Су Чэнъян послушно кивнула.
— Ладно, ладно, вижу, вы уже не можете ждать! Сейчас приглашу наших гостей, — раздался голос ведущей.
Линь Юй сказал:
— Иди.
— Хорошо.
Су Чэнъян вышла вслед за Ян Сюйи и вместе с ним вошла в студию.
— Представьтесь, пожалуйста, — сказала Ли, вставая и глядя на них обоих.
Ян Сюйи повернулся к камере и вымученно улыбнулся:
— Всем привет, я Ян Сюйи.
Су Чэнъян уже собиралась представиться, но Ян Сюйи вдруг бросил на неё взгляд и опередил:
— А это моя младшая сестра по мастерской, Су Чэнъян.
Су Чэнъян не поняла, что он задумал, но спокойно махнула в камеру:
— Привет всем, я Су Чэнъян.
На большом экране комментарии в чате начали нестись с бешеной скоростью, среди них было немало оскорблений.
Су Чэнъян невольно взглянула на экран, опустила ресницы и, сжав пальцами край одежды, приняла вид растерянной и обиженной девушки.
Ян Сюйи краем глаза бросил на неё взгляд, и в его глазах мелькнуло презрение.
Он знал, что Су Чэнъян впервые участвует в подобном интервью, да ещё и вместе с ним, поэтому любая её реакция казалась ему естественной. Он не сомневался, что она не посмеет не подыграть ему. Весь позор, пережитый днём, он собирался вернуть ей по капле этой ночью.
— Прошу садиться, — пригласила ведущая.
В студии стояли два дивана: один одноместный для ведущей и один двухместный для гостей.
Когда они уселись, Ян Сюйи первым занял место. Су Чэнъян снова взглянула на экран — там по-прежнему мелькали грубые комментарии.
Она слегка прикусила губу и села на расстоянии почти двух корпусов от Ян Сюйи.
Ей действительно не хотелось сидеть рядом с ним.
— Босс, похоже, у Чэнъян не очень состояние, — забеспокоилась Сяо Лу, наблюдая за происходящим на сцене. — Может, ей плохо от комментариев в чате? Не попросить ли программу их отключить?
Линь Юй покачал головой:
— Не нужно.
В чате тем временем начали появляться и другие голоса:
[Су Чэнъян выглядит такой несчастной, явно нервничает.]
[Фанаты Ян Сюйи совсем с ума сошли? Как можно так писать в прямом эфире?]
[Мне кажется, у Су Чэнъян посттравматический синдром от него — она даже боится подойти ближе.]
[Его величество сам назвал её «младшей сестрой по мастерской», а в чате до сих пор пишут, будто она его преследует?]
После нескольких минут непринуждённой беседы ведущая перешла к вопросам.
— Чэнъян, я смотрела вашу первую работу. Вы, кажется, немного поправились? Надеюсь, вопрос не обидный — просто интересно.
Су Чэнъян с трудом улыбнулась и покачала головой:
— Нет, всё в порядке. Недавно плохо спала, из-за этого немного поправилась.
Сяо Лу:
— …
Она тихо фыркнула:
— Не ожидала, что Чэнъян так умеет врать.
Она-то, как личный ассистент Су Чэнъян, прекрасно знала правду: та просто переедала в последнее время, поэтому Линь Юй и ввёл для неё диету. Хотя Су Чэнъян и выглядела очень мило в своей пухленькой форме, в шоу-бизнесе такой образ ограничивал возможности для ролей, да и на экране полнота всегда выглядит сильнее.
Ведущая понимающе протянула:
— А-а…
Затем перевела взгляд на Ян Сюйи:
— А вы, Сюйи, как считаете?
Ян Сюйи невозмутимо ответил:
— У молодёжи бессонница — обычное дело. Пусть перед сном пьёт тёплое молоко и меньше сидит в телефоне.
В чате тут же взорвалось:
[???]
[Да вы издеваетесь?]
[Он вообще понимает, почему у неё бессонница?]
[После их вчерашнего общения в вэйбо я думала, что Ян Сюйи извинится перед Су Чэнъян в эфире.]
[Вам не кажется странным, как они сидят? Су Чэнъян явно боится его.]
[У Су Чэнъян на лице ожог — свежий, наверное, не больше недели прошло.]
— Какое первое впечатление друг о друге у вас сложилось при первой встрече? — спросила ведущая.
Ян Сюйи ответил:
— Первое впечатление… Чэнъян показалась мне замкнутой, малообщительной — совсем не похожей на своё имя.
Су Чэнъян сказала:
— Моё первое впечатление о господине Яне — он очень профессионален.
Лицо Ян Сюйи мгновенно потемнело.
Ходили слухи, что во время съёмок он не раз самовольно покидал площадку. Су Чэнъян этим ответом прямо в глаза обвиняла его в непрофессионализме.
В чате тут же посыпались комментарии:
[Ха-ха! «Ян Сюйи — профессионал» — лучший анекдот года!]
[Он не раз самовольно уезжал со съёмочной площадки!]
[Если бы Ян Сюйи раньше сказал хоть слово о том, что Су Чэнъян замкнута, её бы не так жестоко травили.]
[Чувствуется, что Ян Сюйи совершенно не заботится о чувствах Су Чэнъян и даже не собирается извиняться за то, что его фанаты устроили ей травлю. Мне противно смотреть, как они сидят рядом.]
После их переписки в вэйбо большинство зрителей уже поверили, что Су Чэнъян не преследовала Ян Сюйи. Теперь они ещё больше презирали этого самодовольного «трафикового» артиста.
Ведущая задала ещё несколько нейтральных вопросов, а затем наконец перешла к главному.
— Сюйи, правда ли, что во время съёмок вы часто тайком уезжали гулять?
Ян Сюйи идеально выдержал угол улыбки и ответил:
— В перерывах между съёмками действительно пару раз выезжал.
— Говорят, будто на площадке была актриса, которая вас преследовала, и вы не выдержали, поэтому не раз покидали съёмки?
Ян Сюйи незаметно бросил взгляд на Су Чэнъян.
Та опустила голову и молчала.
Ян Сюйи небрежно отмахнулся:
— Это выдумки. Просто после окончания сцены приходилось долго ждать, было скучно — вот и уезжал. Младшая сестра может подтвердить. Верно, Чэнъян?
Су Чэнъян очнулась от задумчивости, на мгновение её лицо исказилось от испуга, но она быстро кивнула:
— Да. У меня мало сцен, я редко видела господина Яна, но он действительно очень профессиональный актёр.
— Правда? — удивилась ведущая. — Но ведь везде пишут, что именно вы его преследовали?
Ян Сюйи с досадой усмехнулся и снова взглянул на Су Чэнъян:
— Вы верите маркетинговым агентствам? Дайте им немного денег — и они напишут что угодно. Вы же знаете, обо мне… стоит только шепнуть — и сразу разнесут по всем СМИ.
Это замечание было сделано очень искусно.
На первый взгляд, он критиковал маркетинговые агентства, но на самом деле намекал зрителям: возможно, Су Чэнъян сама заплатила им, чтобы раскрутиться за его счёт. Ведь ради популярности кто угодно способен на подобное.
И действительно, в чате сразу началась перепалка.
Сяо Лу, глядя на бешено мелькающие комментарии, не сдержалась:
— Чёрт! Он что, намекает, что Чэнъян сама заказала эти публикации, чтобы приклеиться к нему?
Линь Юй молча наблюдал за происходящим в студии.
Су Чэнъян с трудом улыбнулась:
— Если кто-то действительно нанял маркетинговые агентства, чтобы очернить господина Яна, то для такой масштабной кампании, охватившей даже крупнейшие журналы страны, нужны огромные деньги и связи. Господин Ян, вам стоит быть осторожнее.
С этими словами она обеспокоенно взглянула на Ян Сюйи, и смысл её намёка был ясен без слов.
Если кто-то распускал слухи, будто Ян Сюйи уезжал из-за преследований со стороны коллеги по площадке, то этим «кем-то» мог быть кто угодно в индустрии — но точно не Су Чэнъян.
Ведь в то время она была новичком с менее чем годом стажа, без денег, без связей, да ещё и находилась под «заморозкой» со стороны агентства. У неё не было ни причины, ни возможности на подобное.
Но в шоу-бизнесе никто не станет тратить деньги, чтобы оправдать Ян Сюйи. Значит, остаётся единственный вариант: заказчиком был сам Ян Сюйи. А цель его проста — найти козла отпущения. И этим козлом отпущения стала Су Чэнъян.
Он перекладывал свою вину на невинную девушку.
Ян Сюйи не ожидал, что Су Чэнъян за несколько фраз так ловко загонит его в угол. Его лицо мгновенно окаменело.
Взгляд ведущей тоже стал многозначительным.
Честно говоря, за все годы в шоу-бизнесе Су Чэнъян никогда не сталкивалась с подобным.
Но, как говорится, «свиней не ела, а поросят видела». Она сразу поняла, что Ян Сюйи, не нарушая договора с агентством, намекает на неё. И, конечно, не собиралась сидеть сложа руки.
Услышав слова Су Чэнъян, ведущая посмотрела на неё гораздо теплее.
Сяо Лу открыла на телефоне прямой эфир и радостно воскликнула:
— Босс, кто-то уже начал догадываться, что публикации заказал сам Ян Сюйи!
Линь Юй опустил глаза и тихо «мм»нул, будто это его ничуть не удивило.
Хотя Сяо Лу никогда не спрашивала Су Чэнъян о деталях того инцидента, в агентстве почти все знали правду: Су Чэнъян тогда просто стала козлом отпущения для Ян Сюйи. Как женщина, Сяо Лу не испытывала симпатии к безответственному Ян Сюйи и искренне сочувствовала Су Чэнъян, которую он не раз использовал в своих целях.
Она фыркнула, создала новый аккаунт, пополнила баланс, купила VIP-статус и отправила в чат жирный цветной комментарий:
[Ян Сюйи сам заказал публикации, будто Су Чэнъян его преследовала. Но судя по сегодняшнему эфиру, они вообще почти не виделись!]
Едва комментарий появился, за ним последовали другие:
[Разве не очевидно? В то время некая «маленькая цветочная актриса» как раз находилась в городе рядом со съёмочной площадкой, а Су Чэнъян просто подставили.]
— Ого, — усмехнулась Сяо Лу и поднесла телефон к Линь Юю. — Есть и здравомыслящие люди.
Линь Юй незаметно отступил на полшага назад и сказал:
— Таких немало. Просто в условиях доминирующего мнения многие не способны мыслить самостоятельно и не интересуются правдой. Большинству просто хочется посмотреть на зрелище — и такие голоса тонут в общем потоке.
Сяо Лу на мгновение замерла, а потом кивнула:
— Есть смысл.
Линь Юй с лёгкой улыбкой смотрел на экран студии:
— Поэтому, чтобы заставить их искать правду и заботиться о ней, нужно вызвать у них сочувствие. А лучший способ вызвать сочувствие — показать им свою рану.
Люди всегда сочувствуют тем, кому хуже, чем им самим. Но если кто-то живёт лучше, у них возникает зависть.
Они хотят, чтобы тебе было хорошо, но не слишком хорошо. Это человеческая природа.
Поэтому, чтобы заставить их раскопать правду, нужно сначала обнажить свою боль.
Интервью продолжалось. Последующие вопросы ведущей в основном совпадали с теми, что были в сценарии.
http://bllate.org/book/7846/730314
Готово:
