Когда Линь Мяоинь услышала, что в поместье появились люди из Дома Маркиза Шэньу, она сначала решила, что пришёл Сяо Чэнъюй. Лишь позже выяснилось — это Се Фэйлуань. В ту самую секунду, как она увидела его, всё стало ясно: раз явился только Се Фэйлуань, значит, мягкосердечный Сяо Чэнъюй до сих пор не пришёл в себя.
Линь Мяоинь и представить себе не могла, что встретит Сяо Чэнъюя в Поместье Му Жун. Он стоял прямо перед ней — очевидно, искал именно её.
Изумление пронзило её, но мысли мелькали быстро. Не зная, что произошло, она решила действовать так, будто ничего не понимает, и попыталась подняться:
— Простите, маркиз Шэньу, я совсем обессилела и не могу поклониться вам как следует.
Сяо Чэнъюй не проронил ни слова. Взглянув на неё — одетую лишь в нижнее бельё, — он резко сорвал занавеску с ложа, укутал ею девушку и, подхватив на руки, направился к выходу.
Тело Линь Мяоинь напряглось, она в изумлении уставилась на него. Лицо Сяо Чэнъюя оставалось холодным и бесстрастным. Она совершенно не могла понять, что случилось за время её исчезновения.
Переступая порог, Линь Мяоинь заметила двух служанок, охранявших её, распростёртых у каменных ступеней — живы они или без сознания, было не разобрать. Сяо Чэнъюй прошёл мимо них, спустился по ступеням и свернул в тенистую аллею.
Едва он сделал три-четыре шага, как из цветущих кустов выскочила фигура в алых одеждах, взмахнув серебряным клинком, сверкнувшим, словно снег, и обрушила его на Сяо Чэнъюя.
Тот не дрогнул. Прижав Линь Мяоинь к себе, он стремительно отпрыгнул назад и уклонился от внезапного удара.
Клинок расколол землю, оставив глубокую борозду. Оторванные лепестки медленно опускались на землю, устилая её белоснежным ковром.
Линь Мяоинь подняла глаза и увидела перед собой молодого человека в алых одеждах.
Он держал в руке серебряный изогнутый клинок; рукава его были красны, как кровь, и лежали на лезвии. Его прекрасные черты исказила ярость, а на губах играла жестокая, почти кровожадная улыбка:
— Хорошо сыграно! Кто бы мог подумать, что люди из Дома Маркиза Шэньу способны на столь подлый обман!
Му Жун Цин не знал Сяо Чэнъюя и, видя его ловкость, принял его за телохранителя маркиза.
Сяо Чэнъюй осторожно опустил Линь Мяоинь на землю, но продолжал поддерживать её одной рукой за талию.
Линь Мяоинь была слишком слаба, чтобы стоять самостоятельно, и вынуждена была опереться на него. Она подняла глаза, нахмурилась и с недоумением посмотрела на Сяо Чэнъюя. Сколько ни думала, так и не могла понять, почему он явился спасать её.
Отпустив Линь Мяоинь, Сяо Чэнъюй метнул в Му Жун Цина мощный удар ладонью. Тот побледнел: как практикующий боевые искусства, он сразу ощутил разрушительную силу этого удара. Ранее получив травму, Му Жун Цин не осмелился принимать бой напрямую. Он ушёл в сторону, избегая прямого столкновения, но даже так был задет краем ударной волны и получил сильнейший урон в грудь.
Из горла Му Жун Цина хлынула кровь. Подняв голову, он увидел, что Сяо Чэнъюй уже скрылся с Линь Мяоинь. Вытерев кровь с губ, Му Жун Цин бросился в погоню, но следы их исчезли.
«В Поместье Му Жун расставлен „Иллюзорный цветочный массив“, а этот человек свободно прошёл сквозь него, будто не замечая ловушек», — подумал Му Жун Цин, прижимая руку к груди. Его лицо потемнело от тревоги. «При Доме Маркиза Шэньу немало талантливых людей. Один Се Фэйлуань — уже головная боль, а этот… Он ещё опаснее. По его походке ясно: он отлично знает все наши ловушки. Это страшно».
Сяо Чэнъюй нес Линь Мяоинь сквозь персиковый сад, затем взмыл вверх и приземлился на стену. Ухо Линь Мяоинь прижалось к его груди, и она отчётливо слышала ритмичное биение его сердца.
Странно… Хотя это был всё тот же человек, ощущения были иными. Этот холодный Сяо Чэнъюй словно пропитал своей ледяной отстранённостью даже объятия — без малейшего намёка на человеческое тепло.
Для Линь Мяоинь это был первый раз, когда она так близко находилась с Сяо Чэнъюем в его холодном обличье. Её руки неловко обвили его талию — не зная, стоит ли крепче держаться или лучше ослабить хватку.
Когда Сяо Чэнъюй спрыгнул со стены, резкое ощущение падения заставило Линь Мяоинь инстинктивно сильнее прижаться к нему — она даже забыла, что держится за того самого холодного Сяо Чэнъюя.
Тело Сяо Чэнъюя на миг напряглось, но Линь Мяоинь этого не заметила. Он бросил на неё короткий взгляд, после чего спокойно двинулся вниз по горной тропе.
У дороги стояла карета. Се Фэйлуань, завидев их, поспешил навстречу и аккуратно принял Линь Мяоинь из рук Сяо Чэнъюя.
— Благодарю вас, маркиз Шэньу, за помощь.
Как и предполагал Се Фэйлуань, Му Жун Цин удерживал Линь Мяоинь насильно. Даже явившись под знаменем Дома Маркиза Шэньу, он не добился бы ничего — Му Жун Цин всё равно не отдал бы девушку. Поэтому Се Фэйлуань придумал план: он сам отвлечёт Му Жун Цина, а другие проникнут в поместье и вызволят Линь Мяоинь.
Но Поместье Му Жун было полно иллюзорных ловушек, и никто из их группы не знал, как их преодолеть. В тот момент, когда Се Фэйлуань уже отчаялся, Сяо Чэнъюй неожиданно предложил лично проникнуть в поместье.
— Я уже исследовал Поместье Му Жун. Их массивы не так уж сложны. С моими навыками пройти туда и обратно — не проблема.
Линь Мяоинь была женщиной, на которую положил глаз Се Фэйлуань, и именно он намеренно заманил её в Поместье Му Жун. Потому он и решил лично вернуть её Се Фэйлуаню.
Сяо Чэнъюй сел в карету. Се Фэйлуань, держа Линь Мяоинь на руках, последовал за ним. Карета помчалась к резиденции. По прибытии Се Фэйлуань приказал позвать лекаря. Тот осмотрел Линь Мяоинь, прописал лекарство, и после приёма отвара силы к ней начали возвращаться.
Она ещё не оправилась от ран, да ещё и повредила меридианы, пытаясь насильно снять блокировку точек. Лицо её оставалось бледным, как снег.
Се Фэйлуань отослал всех слуг и сел рядом с её ложем. Внимательно взглянув на неё, он заключил:
— Ты похудела.
Щёки Линь Мяоинь заметно впали — в Поместье Му Жун ей пришлось нелегко.
С детства её здоровье было слабым — вероятно, из-за старой травмы. Несколько дней подряд её поили лекарствами, и она сильно исхудала. Но глаза её по-прежнему сияли ярким светом, и когда она смотрела на собеседника, в них искрилась живая энергия.
Оглядев комнату и убедившись, что они одни, Линь Мяоинь поспешно спросила:
— Се-дайгэ, что всё это значит? Почему маркиз Шэньу отправился в Поместье Му Жун?
— Не волнуйся, сейчас всё расскажу, — мягко ответил Се Фэйлуань, слегка прикоснувшись к её плечу. Он сделал паузу, будто подбирая слова.
Затем он подробно пересказал Линь Мяоинь весь разговор с Сяо Чэнъюем. Выслушав, она не смогла скрыть изумления.
Она думала, что инцидент у Битаня благополучно завершился: Фэйцуй взяла вину на себя, а Сяо Чэнъюй больше не стал ничего выяснять. Никогда бы не подумала, что он давно раскусил её, но делал вид, будто ничего не знает. Как и говорил Се Фэйлуань, мысли Сяо Чэнъюя невозможно предугадать — даже тот, кто служил ему дольше всех, не осмеливался делать выводы.
При этой мысли сердце Линь Мяоинь сжалось: если Сяо Чэнъюй узнал, что она тайком проникла в армию, значит ли это, что он также знает о её тайных встречах с Чэнъюй-гэгэ?
— Ты рисковала жизнью, лишь бы быть рядом с маркизом Шэньу, и это вызвало у него подозрения. Только он знал, где ты находишься. Не зная, жива ты или нет, я вынужден был солгать, будто между нами роман, чтобы отвлечь его внимание.
Положение было критическим: жизнь Линь Мяоинь зависела от одного решения Сяо Чэнъюя. Се Фэйлуань был уверен: их многолетняя дружба заставит маркиза пощадить её, если он заявит, что влюблён в неё.
Выслушав объяснения Се Фэйлуаня, Линь Мяоинь испытала смешанные чувства. С одной стороны, она была потрясена: ради её спасения он пошёл на такой обман. С другой — обрадовалась: Сяо Чэнъюй поверил, что она проникла в армию лишь для того, чтобы встречаться с Се Фэйлуанем. Значит, он пока не догадывается о её связях с Чэнъюй-гэгэ!
Теплое чувство растопило лёд в её груди:
— Спасибо тебе, Се-дайгэ.
Се Фэйлуань приподнял уголки губ, и в его глазах мелькнула насмешливая искорка:
— Если хочешь отблагодарить меня по-настоящему, давай сделаем вид правдой — выйди за меня замуж.
— Се-дайгэ опять надо мной подтрунивает, — вздохнула Линь Мяоинь с лёгким раздражением.
Линь Мяоинь в детстве получила тяжёлую травму, которая подорвала основу её здоровья. Хотя благодаря обучению боевым искусствам она компенсировала эту слабость и внешне ничем не отличалась от других, внутренне оставалась уязвимой. Принимая лекарства по рецепту врача, через несколько дней она почувствовала значительное улучшение.
Видимо, учитывая просьбу Се Фэйлуаня, Сяо Чэнъюй не стал преследовать её за инцидент в Поместье Му Жун. Таким образом, Линь Мяоинь, теперь считавшаяся возлюбленной Се Фэйлуаня, спокойно осталась в резиденции.
Когда Линь Мяоинь окрепла, Пяоби передала ей приказ: отправляться в покои Сяо Чэнъюя и служить ему лично.
Услышав это, Линь Мяоинь сразу поняла: Сяо Чэнъюй не собирается легко отпускать её. Публично не наказывая, он тем не менее перевёл её к себе — чтобы держать под контролем.
Она не испугалась. Напротив — раз Сяо Чэнъюй открыто взял её к себе, значит, не собирается причинять вреда.
Более того, она даже обрадовалась: теперь будет удобнее тайно встречаться с мягким Сяо Чэнъюем.
С радостным настроением Линь Мяоинь переехала в его двор. В день переезда Сяо Чэнъюй как раз занимался мечом во дворе.
Рассвет только начинался, солнце ещё не взошло, и воздух был напоён свежестью росы. Сяо Чэнъюй в белых одеждах стоял посреди двора, его клинок рассекал воздух острыми вспышками.
Серебристый блеск меча отражал суровые черты его лица. Линь Мяоинь бросила взгляд на его талию — поясная перевязь отсутствовала. Прижав к груди свои вещи, она попыталась незаметно проскользнуть мимо, прячась за цветущими кустами.
Сяо Чэнъюй, заметив её краем глаза, увидел, как она крадётся, словно испуганная кошка, среди цветов.
— Подойди, — холодно произнёс он.
Едва он сказал это, как фигура Линь Мяоинь замерла. Медленно повернувшись, она начала приближаться к нему, почти ползком.
— Быстрее, — добавил Сяо Чэнъюй нетерпеливо.
Линь Мяоинь заметно вздрогнула и ускорила шаг, прижимая к груди одеяло. Остановившись перед ним, она поклонилась:
— Маркиз Шэньу.
Накануне вечером Пяоби передала приказ, и Линь Мяоинь тут же собрала вещи. Чтобы не столкнуться с Сяо Чэнъюем, она специально встала на заре, надеясь перебраться до его пробуждения. Кто бы мог подумать, что застанет его за тренировкой и будет поймана на месте!
Опустив голову, она смотрела на своё одеяло:
— Чем могу служить, маркиз Шэньу?
Настроение Сяо Чэнъюя, судя по всему, было отвратительным: даже на расстоянии от него веяло ледяным холодом. Линь Мяоинь мысленно стонала: «Неужели в первый же день так не повезло?»
— Служи рядом, — бросил он, заметив, как она ещё больше напряглась. К его удивлению, это немного подняло ему настроение.
— Слушаюсь, — ответила Линь Мяоинь, подняла глаза и, увидев на столе фрукты, вино и угощения, поняла, что от неё требуется.
Она отошла в сторону, положила одеяло на каменную скамью и подумала: «Если выглянет солнце, можно будет заодно и одеяло просушить».
Сяо Чэнъюй, увидев, что она стоит, опустив руки, снова взялся за меч.
Линь Мяоинь никогда раньше не видела его техники владения мечом. В долине персиковых цветов, где она выздоравливала, она даже не знала, что он владеет боевыми искусствами. Короткий выпад в городе поразил её своей красотой.
Сама обученная боевым искусствам, Линь Мяоинь сразу оценила мастерство Сяо Чэнъюя. Се Фэйлуань говорил, что его стиль делает ставку на скорость — и был прав. Даже внимательно наблюдая за каждым движением, Линь Мяоинь не была уверена, что сумеет уклониться от его клинка.
Он был слишком быстр.
...
Солнечные лучи пробились сквозь тонкие облака, согревая двор. Линь Мяоинь немного постояла на солнце, потом, пока Сяо Чэнъюй был занят, незаметно переместилась в тень дерева и с облегчением выдохнула.
Меч Сяо Чэнъюя становился всё быстрее. Линь Мяоинь не отрывала от него глаз и подумала: «Когда очнётся Чэнъюй-гэгэ, обязательно попрошу его научить меня фехтованию».
Эта мысль унесла её далеко. В воображении уже возник образ: Сяо Чэнъюй обнимает её за талию, направляя её руку с мечом.
Но тут же она вспомнила: они так редко видятся. Когда наконец встречаются, глупо тратить время на учёбу. Лучше использовать каждый миг для нежности.
От одного слова «нежность» перед глазами всплыл тот самый поцелуй — страстный, почти удушающий. Щёки Линь Мяоинь вспыхнули.
Сяо Чэнъюй слегка кашлянул, возвращая её к реальности. Линь Мяоинь посмотрела на него и только теперь заметила, что он уже некоторое время стоит под палящим солнцем.
http://bllate.org/book/7787/725695
Готово:
