Глаза юноши налились кровью, в их глубине бушевала боль — такая, что вызывала жалость у любого, кто бы её ни увидел.
Чжици замерла.
Героиня не предала никого в мире… кроме него одного.
А ведь и она сама… разве не поступала точно так же?
Просто она никогда не пыталась взглянуть на всё с его точки зрения. Не знала, каково ему было на самом деле.
Была ли его боль такой же безудержной и отчаянной, какую сейчас показывал Цзи Чэньи? Или он делал вид, будто ничего не значило для него, ведь она — всего лишь чужая ему женщина?
Она не знала.
Не знала, правильно ли поступает.
Погружённая в глубокое смятение, она вдруг услышала, как Хуо Ханьчуань с многозначительным оттенком произнёс:
— Эта героиня просто дурочка. Какая ей выгода — не предавать весь свет? А вот предав его — это уж точно глупость.
Его голос звучал спокойно, но смысл скрывался куда глубже.
Тело Чжици напряглось. Она не могла понять: говорит ли он просто о фильме или намеренно обращается к ней?
Всё казалось смутным, словно во сне, и невозможно было разобрать истину.
Она растерялась и не знала, что делать.
Хотела просто продолжить смотреть фильм, будто ничего не произошло, но он, похоже, не собирался этого допускать. Наклонившись ближе, он спросил:
— Цици, а ты как думаешь?
Его миндалевидные глаза, острые, как крючки, будто выхватывали её душу. Его тёплое дыхание касалось уха, и сердце её затрепетало так сильно, что она не находила себе места. Чжици невольно вскрикнула и запнулась:
— Да… да, ты прав.
Он подобрался слишком близко. Щёки её залились румянцем, а сердце колотилось, будто барабан.
Хуо Ханьчуань слегка улыбнулся и, дождавшись, пока её щёки раскалятся до такой степени, что можно будет сварить яйцо, наконец отстранился, милостиво вернувшись на прежнее расстояние.
Чжици с облегчением выдохнула и снова уставилась в экран. Но её сердце уже не могло успокоиться.
Она думала, что теперь всё пройдёт спокойно, но не тут-то было: герой, выкрикнув что-то хриплым голосом, резко схватил героиню и жадно прильнул к её губам, словно голодный волк, отбирающий добычу. Поцелуй быстро перерос в нечто большее — герой подхватил девушку на руки и понёс в спальню, оставляя за собой шлейф разбросанной одежды.
Чжици невольно распахнула глаза, рот её округлился от изумления. Она машинально уставилась на экран, но вдруг чьи-то ладони накрыли ей глаза. Тёплое дыхание снова коснулось уха, и она замерла. Ей показалось, будто он собирается воссоздать прямо здесь то, что происходило на экране.
Хуо Ханьчуань наконец понял, почему Лин Тао, сходив однажды с девушкой на этот фильм, потом так восторгался им. Видимо, во время просмотра он успел получить немало приятных бонусов. Хуо Ханьчуань пожалел, что поверил этому прохиндею.
Но…
Увидев, как покраснели ушки этой малышки от стыда, он вдруг почувствовал, что злиться уже не так сильно.
Он даже подумал, что, возможно, стоило бы попросить Лин Тао порекомендовать ещё что-нибудь подобное. Ведь этот повеса, похоже, не зря слыл таким.
Когда фильм подходил к концу, Су Ли прислала ей сообщение в QQ:
«Му Чжи-тайтай, ты слишком редко пишешь в вэйбо! Там только рекламные посты и больше ничего!! Жалоба!!!»
Чжици подумала немного и выложила фото билета в соцсеть, предварительно убрав лишнюю информацию, и добавила подпись:
«Очень хороший фильм! @Цзи Чэньиv»
Как только она отправила пост, фильм закончился. Выходя из зала, они услышали, как одна девушка в восторге схватила своего парня за руку:
— О боже! Му Чжи-тайтай написала в вэйбо! Быстро, давай посмотрим!.. Она тоже смотрела этот фильм! Это почти как будто мы с ней вместе его смотрели!
Хуо Ханьчуань и Чжици шли прямо за этой парочкой. Он покачал головой, не понимая, кто такая эта Му Чжи, и подумал, что современные девчонки уж слишком фанатично относятся к своим кумирам.
Чжици же, услышав эти слова, невольно напряглась. Хуо Ханьчуань мгновенно это почувствовал и наклонился к ней:
— Что случилось?
Но тут же она услышала следующую фразу девушки и не смогла сдержать улыбку. «Глупышка, — подумала она про себя, — ведь я и есть та, с кем ты смотрела фильм!»
Повернувшись к нему, она улыбнулась:
— Ничего, пойдём.
Проталкиваясь сквозь толпу, они вскоре оказались впереди той парочки. Девушка моргнула и пробормотала:
— Какая красивая пара.
Её парень недовольно обнял её:
— Мы тоже прекрасно смотримся вместе.
Девушка высунула язык, игриво улыбнулась и всё же не удержалась — ещё раз оглянулась на удалявшуюся пару. Они выглядели словно божественная чета: и юноша, и девушка были необычайно красивы.
Выйдя из кинотеатра, они оказались в торговом центре. Было ещё рано, и Хуо Ханьчуань повёл её по самой оживлённой улице, где по обе стороны тянулись магазины.
На витринах манекенов красовались наряды, сверкали украшения в ювелирных лавках, манили витрины люксовых брендов. Хуо Ханьчуаню вдруг захотелось купить ей что-нибудь.
— Прогуляемся по магазинам? — предложил он с лёгкой интонацией.
— Погулять?
— Ты ведь выиграла конкурс на организацию мероприятия. Я так и не решил, какой подарок тебе вручить. Сегодня выберем — всё, что понравится, будет твоей наградой.
Он произнёс это с невозмутимым лицом, будто у него действительно был веский повод.
— Хорошо, — согласилась она. Время всё равно было. Только в голове у неё вдруг всплыл образ его старого халата, который он носил уже два года. Чжици поставила условие: — Но ты тоже должен что-то купить. Если ты не будешь, я тоже не куплю.
Это не составляло для него никакой проблемы, и он легко согласился. Он никогда особо не заботился о смене гардероба — его одежда в основном состояла из классических моделей на заказ, которые не выходят из моды. Поэтому покупка новой вещи была для него делом совершенно незначительным. Но если выбирать будет она — он с радостью последует её вкусу.
Они зашли в первый попавшийся магазин. Продавщица тут же встретила их с улыбкой:
— Добрый день, господин! Вы выбираете наряды для своей девушки?
Она с восторгом смотрела на эту пару. «Все лучшие парни — у других девушек», — подумала она про себя. Этот высокий, красивый молодой человек так заботливо сопровождает свою возлюбленную по магазинам — такие экземпляры в этом людном торговом центре встречаются раз в несколько дней.
Чжици же покраснела до корней волос и запнулась:
— Он… мой старший брат. Да, именно брат.
Хуо Ханьчуань не стал ни подтверждать, ни опровергать. Он лишь мягко потрепал её по голове и перевёл тему:
— Пойдём, посмотрим.
Продавщица понимающе кивнула. Она и не думала верить в эту «братскую» историю. Взгляд этого мужчины на девушку был слишком нежным, чтобы быть братским. «Брат и сестра? Да ладно вам!» — подумала она, но это её не волновало. Главное — явно крупная покупка. А уж кто там кого любит — не её дело.
Хуо Ханьчуаню не требовалась помощь продавщицы. Он прошёл по магазину и вскоре уже держал в руках целую гору одежды.
— Попробуешь?
Чжици, увидев эту гору, машинально покачала головой:
— Это слишком много!
Ей придётся примерять до скончания века!
Хуо Ханьчуань нахмурился, будто всерьёз задумавшись:
— Не много. У тебя и так мало одежды. Почему бы не купить побольше?
«Дорогой братец, — подумала она про себя, — этот магазин просто источает запах денег! Ты слишком расточителен!»
Она выбрала две вещи и пошла в примерочную. Хотела ограничиться этим, но как только Хуо Ханьчуань увидел, как она выглядит в этих нарядах, и убедился, что его вкус безупречен, он протянул всю охапку продавщице:
— Оплатите.
Чжици: «……»
Так они и не стали заходить в другие магазины — одной лавки хватило сполна. Чжици подняла на него глаза:
— Теперь в мужской отдел?
Хуо Ханьчуань охотно согласился. В руках у него болталось уже десятка полтора пакетов, но это ничуть не портило его спокойного, благородного облика. Простая белая рубашка и чёрные брюки делали его похожим на истинного джентльмена.
В этот момент мимо них прошла другая парочка. Голова юноши блестела от обильного слоя помады, что резко контрастировало с ухоженной внешностью Хуо Ханьчуаня. Девушка, заметив Хуо Ханьчуаня, широко раскрыла глаза и невольно посмотрела на своего парня.
Без сравнения не обойтись — и тут же стало ясно: её молодой человек проигрывает с треском. Разозлившись, она вырвала руку и, громко стуча каблуками, ускорила шаг.
Чжици: «……»
Хотя из-за них случайно разгорелся конфликт у незнакомой пары, Чжици не смогла сдержать улыбки. На щеке проступила ямочка, и она почувствовала лёгкое удовольствие — будто кто-то только что похвалил её собственность.
Хуо Ханьчуань снисходительно и с доброй улыбкой взял её за руку и завёл в мужской отдел.
Чжици никогда раньше не покупала одежду мужчинам. От обилия нарядов у неё зарябило в глазах, и она невольно восхитилась тем, насколько уверенно Хуо Ханьчуань ориентировался в женском отделе. Она потянула его за рукав и подмигнула:
— Ты часто покупаешь девушкам одежду? Оттого так ловко всё делаешь?
Хуо Ханьчуань ущипнул её за нос:
— Не говори глупостей. Мою честь нельзя так легко запятнать.
Чжици чуть не рассмеялась и подняла руки в знак капитуляции:
— Ладно, ладно, поняла.
Хуо Ханьчуань коварно улыбнулся:
— Кто запятнал — тот и отвечает.
Чжици тут же замолчала, вся покраснев от смущения, и пошла за продавщицей выбирать одежду.
Хуо Ханьчуань скрестил руки и с улыбкой наблюдал за ней.
Её тонкие пальцы скользили по вешалкам, лицо то и дело морщилось от сомнений. В конце концов она выбрала три вещи и решительно подтолкнула Хуо Ханьчуаня в примерочную:
— Быстро примеряй!
Хуо Ханьчуань не ожидал такого поворота. В примерочной он нахмурился, разглядывая три наряда. Среди всей этой пёстрой одежды они выглядели хоть и скромно, но терпимо. Он переоделся и вышел.
Продавщица тут же начала сыпать комплиментами, но Чжици их не слушала. Она обошла его вокруг и радостно воскликнула:
— Очень идёт! Значит, мой вкус всё-таки неплох!
Продавщица не решилась разрушать её иллюзии. «Дело не в вашем вкусе, — подумала она, — просто этот господин настолько хорош собой, что любая одежда на нём смотрится отлично».
Чжици важно распорядилась упаковать все три вещи и достала карту, чтобы оплатить.
Хуо Ханьчуань позволил ей платить самой, но мельком увидел её карту — и зрачки его сузились.
Это была VIP-лимитированная карта одного из банков, которую по стране насчитывалось всего несколько десятков экземпляров. Хотя сама по себе карта не была чем-то невероятным, получить её могли только те, чьё состояние исчислялось миллионами.
Он резко взглянул на Чжици. В его глазах бушевала тьма, эмоции были настолько сильны, что их невозможно было выразить словами.
Продавщица, закончив оплату, вернула карту Чжици. Та аккуратно убрала её и, взяв пакеты, обратилась к Хуо Ханьчуаню:
— Пойдём.
Но он смотрел на неё — пристально, не отводя взгляда ни на секунду.
Он часто смотрел на неё, но никогда ещё его взгляд не был таким… лишённым выражения. От этого ей стало тревожно.
— Ч-что случилось?
В горле Хуо Ханьчуаня застряли тысячи слов, готовых вырваться наружу, но он с трудом проглотил их. Внимательно глядя на неё долгих несколько секунд, он наконец слегка растянул губы в улыбке:
— Ничего. Пойдём.
Внутри у него бушевал настоящий шторм, способный перевернуть небеса, но он не сказал ни слова. Спокойно, как ни в чём не бывало, он повёл её прочь из магазина.
Автор пишет:
Эта глупенькая Цици даже не понимает, что только что выдала себя самым очевидным образом.
Рекомендую вам свеженькую книгу одной замечательной авторки — новую романтическую фэнтези-повесть!
«Вернувшись в юность моего айдола» авторства Линь Чэн
В прошлой жизни Бай Синь больше всего жалела о том, что так и не сумела увидеть своего любимого айдола. Каждый раз, когда она пыталась попасть на его концерт, случалась какая-нибудь беда: то дождь, то ураган, то самолёт не летел — словом, неудачи преследовали её постоянно.
Однажды она переродилась в своё юное «я». Подумав немного, она вспомнила: в этом году её айдол ещё школьник.
Собрав школьный портфель, Бай Синь купила билет в соседний город, приехала в первую школу и нашла того самого айдола, которого в прошлой жизни так и не увидела!
В тот момент он стоял у школьного забора и ел шашлык, заплетя волосы в косичку.
Их взгляды встретились — и она вдруг разрыдалась, сквозь слёзы крича:
— Сыночек, мама тебя любит!
Гу Юньшэнь, всё так же великолепно красивый, несмотря на шашлык в руке и косичку на голове, недоумённо воззрился на неё:
— ???
—
С тех пор за Гу Юньшэнем повсюду ходит один фанат, который постоянно поёт ему дифирамбы:
— Сыночек, ты такой красивый!
— Сыночек, ты такой замечательный!
— Сыночек, ты такой талантливый!
Однажды Гу Юньшэнь не выдержал, прижал её к кровати и сквозь зубы процедил:
— Ты только попробуй сказать ещё хоть слово в таком духе — и я тебя поцелую!
Бай Синь тут же расплакалась. Гу Юньшэнь подумал, что она испугалась, но оказалось, что эта бесстыжая девчонка сквозь слёзы радостно лепечет:
— Ага, сынок наконец-то прозрел? Пожалуйста, целуй! Нужно ли мне как-то помочь?
Гу Юньшэнь: «……»
** Спасибо всем, кто меня любит! **
Благодарности:
Спасибо маленькому ангелу У Юэ за громовой свиток (1 шт.);
Спасибо маленькому ангелу 30291541 за питательную жидкость (1 бутылка).
Огромное спасибо за вашу поддержку! Обещаю и дальше стараться!
Мысли Хуо Ханьчуаня метались в бешеном ритме. Он вспоминал всё, что происходило в последнее время.
Внезапно у неё появились деньги: путешествия, подарки, ужины за её счёт, покупка одежды. По идее, она должна была сидеть без гроша, ведь он предлагал ей перевести средства — она отказалась, да и отношения с семьёй оставались напряжёнными, так что помощи оттуда ждать не приходилось.
Логично было предположить, что её деньги давно кончились, однако она без малейших колебаний тратила тысячи и десятки тысяч на одежду и даже не думала просить у него помощи.
http://bllate.org/book/7785/725533
Готово:
