Сюй Минсюй ответил с лёгкой обидой:
— Это ты сама велела мне привезти её. Сегодня она даже половину дня отпросилась.
Почему и ему теперь приходится говорить о Ло Цзя?
Фань Мэй слегка пожалела:
— Я была невнимательна. Мне так хотелось увидеть Цзяцзя… Надо было сразу после прилёта поехать к ней в школу, а не заставлять встречать меня в аэропорту. Ах… Цзяцзя сильно похудела и немного загорела.
— Как у неё с учёбой? — спросила Фань Мэй, естественно переживая за успеваемость дочери.
В том мире Цзяцзя только что сдала единый государственный экзамен и поступила в очень хороший университет.
Откуда Сюй Минсюю знать, как у Ло Цзя с оценками? Ему было достаточно, чтобы она беспрекословно подчинялась и полностью зависела от него.
Если честно, он даже не хотел, чтобы у неё были хорошие результаты — пусть будет хуже, тогда она станет ещё более зависимой от него.
Он дал максимально безопасный ответ:
— Думаю, всё в порядке.
— Значит, всё-таки немного сдала позиции… — Фань Мэй сочувственно пробормотала. — Здесь ведь так трудно жить; если она сумела сохранить хотя бы прежний уровень, это уже хорошо. Ах, бедная моя Цзяцзя.
Сюй Минсюй больше не мог терпеть разговоров о Ло Цзя и наконец не выдержал:
— Послушай, может, хватит всё время говорить о Ло Цзя? Тебе правда так важно всё, что касается её? У меня с ней ничего нет, я даже мыслей таких не допускал.
Он хотел прямо заявить Фань Мэй о своих чувствах.
Фань Мэй, вероятно, не знала, что он использует Ло Цзя как замену «белой луне». Но даже если бы узнала — он был спокоен: сердце его никогда не принадлежало Ло Цзя.
Разве после таких слов она ещё будет сомневаться?
Конечно, ему приятно, когда она ревнует, но надо же знать меру.
Сюй Минсюй думал, что после его признания Фань Мэй наконец обратит внимание на него самого.
Разве не он должен быть главным объектом её заботы, а не какие-то посторонние?
Фань Мэй действительно внезапно замолчала и стала внимательно разглядывать его, но взгляд её был совсем не таким, какого он ожидал.
Ведь она смотрела на него глазами матери, оценивающей возможного жениха для дочери — а не так, как он надеялся.
В том мире Цзяцзя целиком посвящала себя учёбе и никогда не рассказывала родителям о романах.
Тем не менее, Фань Мэй заранее продумала стратегию: если дочь вдруг рано влюбится, как правильно направить её чувства.
Но Цзяцзя так и не дала ей такого шанса…
Сейчас слова Сюй Минсюя напомнили Фань Мэй об этом. Она считала, что к жениху дочери у неё нет особых требований — лишь бы тот искренне любил её и был добр.
Она внимательно осмотрела Сюй Минсюя со всех сторон и осталась недовольна.
Хотя, возможно, он и помогал Цзяцзя, интуиция подсказывала Фань Мэй: он не подходит. Хорошо ещё, что у него нет к ней романтических чувств — хоть в этом проявил здравый смысл.
Честно говоря, её Цзяцзя достойна самого лучшего юноши на свете.
Сюй Минсюй больше не хотел упоминать Ло Цзя, и Фань Мэй тоже на время затихла, притворившись, будто дремлет в машине.
Автомобиль ехал почти час, прежде чем они добрались до ресторана, о котором говорил Сюй Минсюй. Фань Мэй отправила семье сообщение, чтобы те не волновались, а затем вместе с Сюй Минсюем вошла в заведение.
Она нарочито держалась на вежливом расстоянии от него — совсем не так, как он надеялся. В интернете она казалась гораздо теплее и приветливее.
Неужели в реальной жизни она просто стесняется?
Этот ресторан был тем самым местом, куда Сюй Минсюй недавно водил Ло Цзя. Он заранее забронировал столик.
Именно поэтому И Сяочжи уже давно ждала здесь.
Она слегка замаскировалась и сидела за столиком в углу, наблюдая за входом. С того самого момента, как Сюй Минсюй и Фань Мэй появились в дверях, она не сводила с них глаз.
И Сяочжи знала, что сегодня Ло Цзя взяла отгул, но полагала, будто та просто узнала, что Сюй Минсюй поедет встречать свою «белую луну» Фань Мэй, и решила тайком последовать за ним.
Поэтому она совершенно не удивилась, увидев в ресторане именно этих двоих.
Фань Мэй и Ло Цзя действительно очень похожи, но Фань Мэй — наследница богатого и знатного рода, и её изысканная, благородная аура никак не сравнима с простотой Ло Цзя. Различить их было легко.
«Наверное, Цзя сейчас где-то в тени тайком плачет?» — подумала И Сяочжи, делая глоток фруктового чая. Она горько усмехнулась: «А чем я лучше её?»
Но она не собиралась сдаваться.
«Белая луна», так ведь?
Пусть «белая луна» хорошенько поругается с заменой — а она тем временем воспользуется ситуацией.
И Сяочжи достала специально подготовленный Huawei P30 Pro, увеличила масштаб и сделала несколько снимков. Затем расплатилась и ушла.
Тем временем Сюй Минсюй и Фань Мэй начали выбирать блюда. Сюй Минсюй машинально потянулся, чтобы заказать за неё, но Фань Мэй взяла меню и спросила официанта, есть ли в ресторане какие-нибудь особенные десерты.
— Разве ты не терпеть не можешь сладкое? — удивился Сюй Минсюй.
— Тот, кто не любит сладкое, — это не я, — ответила Фань Мэй.
Его это смутило. Он точно помнил, как она сама говорила ему, что сладкое вызывает тошноту.
— Ты сама мне это сказала. Я помню, ты обожаешь острое, — сказал Сюй Минсюй, хотя странность её слов его тревожила, он не придал этому значения.
Фань Мэй заказала муссовый торт.
— Да, я действительно люблю острое, но и сладкое тоже ем. Что в этом такого? Ты уже водил сюда Цзя? Дай мне её контакт — аккаунт в соцсетях или что-нибудь ещё.
Сюй Минсюю стало больно в голове. Только что он перевёл разговор с Ло Цзя на другую тему, а теперь всё снова вернулось!
— Зачем ты постоянно спрашиваешь о Ло Цзя? Она так важна для тебя? — раздражённо бросил он, заказав себе стейк. Поведение Фань Мэй его явно сбивало с толку.
Он даже начал подозревать, не узнала ли она чего-то… Но ведь он никому ничего не рассказывал, да и сама Ло Цзя ничего не знает.
Как Фань Мэй могла догадаться?
Фань Мэй заказала ещё один фруктовый чай и серьёзно произнесла:
— Она очень важна. Она — моя жизнь.
Сюй Минсюй: ???
Что за «белая луна» такая? Ведь Ло Цзя — всего лишь замена, ничем не примечательная! Почему она вдруг стала такой важной?
— Ты видела объявление о розыске, которое недавно распространил род Фань? Мы искали пропавшую сестру, и Цзя — наша младшая дочь, — сказала Фань Мэй. Ей очень хотелось прямо сказать всем, что это её родная дочь, но объяснять всё было слишком сложно, да и вряд ли кто поверит.
Эти слова вызвали в душе Сюй Минсюя настоящий шторм.
Ло Цзя?
Неужели она та самая вторая дочь, которую ищет семья Фань?
Но ведь Ло Цзя была усыновлена, а её биологические родители погибли…
— Вы провели ДНК-тест? А если ошиблись? — Сюй Минсюй с трудом сдерживал внутреннюю бурю. — Я знаю, что Ло Цзя усыновлена, и её родные родители подтверждённо погибли. К тому же, Цзя всего на полгода младше тебя — вы что, сестры-близнецы от одних родителей?
Его слова прозвучали крайне грубо. Фань Мэй рассердилась, аккуратно упаковала торт, который официант положил в контейнер, и встала:
— Господин Сюй, будьте осторожны в выражениях.
— Благодарю вас за приглашение на ужин, но впредь прошу воздержаться от подобных высказываний, — сказала она и, сделав пару шагов, добавила: — Мне нужно идти.
Сюй Минсюй попытался что-то объяснить, но Фань Мэй ушла так быстро, что он даже не успел её остановить.
Из-за одной Ло Цзя она готова так злиться?
**
После побега из аэропорта Ло Цзя не поехала домой, как предполагал Сюй Минсюй, а ещё долго бродила поблизости.
Лишь когда начало темнеть, она села на автобус, чтобы вернуться в школу.
В голове у неё была полная пустота.
Она думала, что стоит дождаться возвращения «белой луны» Сюй Минсюя — и сможет наконец освободиться от этой связи.
Хотя этот мир ей чужд, со временем она бы к нему привыкла.
Но она и представить не могла, что «белая луна» окажется точной копией её мамы в молодости.
И ещё та женщина в аэропорту вдруг схватила её за руку и взволнованно закричала: «Ты моя дочь!» — и даже велела звать её «мамой»!
Ло Цзя не могла поверить. Прежняя хозяйка тела (оригинал) перед уходом чётко сказала: «Твои родители в том мире живы и здоровы».
Возможно, персонаж «Фань Мэй — белая луна» был намеренно создан похожим на её маму.
А может, и сама Фань Мэй — тоже переносчик из другого мира?
Если она сама смогла попасть в тело замены, почему бы кому-то другому не занять роль «белой луны»? Сейчас ведь модно переноситься именно в таких героинь.
А если у той есть система? С системой можно добиться чего угодно. Может, та даже знает обо всём, что происходило с ней до переноса.
В этом чужом, опасном мире нельзя доверять каждому встречному, особенно тому, кто вдруг объявляет себя родственником. Такие всегда мошенники.
Родители всегда учили: «На улице не верь ни одному незнакомцу, который называет тебя родной!»
Когда Ло Цзя сошла с автобуса, она поняла, что зря потратила целый день. Долгая поездка вызвала головную боль, и она решила сразу лечь отдыхать, чтобы завтра с новыми силами заняться учёбой.
Сейчас размышления всё равно ничего не изменят.
По пути в квартиру, которую предоставил классный руководитель, ей нужно было пройти мимо школьных ворот. Подойдя ближе, Ло Цзя заметила у ворот девушку, скрестившую руки на груди и пристально смотревшую на неё.
Это была И Сяочжи.
За всё это время Ло Цзя ни разу не общалась с ней напрямую.
Но она знала: И Сяочжи в курсе её существования и даже выкладывала её фото на школьный форум.
Значит, И Сяочжи специально здесь дожидалась её.
Ло Цзя сделала вид, что не замечает её, и попыталась просто пройти мимо.
Но И Сяочжи окликнула её:
— Эй, ты Ло Цзя?
Ло Цзя остановилась и повернулась:
— Да, это я. Что тебе нужно?
— У меня есть кое-что для тебя, — сказала И Сяочжи и сделала несколько шагов вперёд.
Ло Цзя машинально отступила. И Сяочжи усмехнулась:
— Чего ты так напряглась? Я же не собираюсь тебя убивать.
— Ладно, — пробормотала Ло Цзя, но не поверила. А вдруг та вдруг вытащит нож? В конце концов, И Сяочжи явно её недолюбливает.
И Сяочжи достала из сумки несколько фотографий и многозначительно улыбнулась:
— Случайно получилось. Посмотри внимательно.
С этими словами она будто бы безразлично направилась в школу, но на самом деле спряталась неподалёку, чтобы наблюдать за реакцией Ло Цзя.
Ло Цзя нащупала в кармане конверт, который ей сунули. Внутри лежали несколько плотных карточек.
Под светом уличного фонаря она раскрыла конверт и вынула содержимое — это были фотографии.
На снимках Сюй Минсюй и Фань Мэй сидели за столиком в ресторане.
И Сяочжи явно хотела вызвать у «замены» ревность и ненависть к «белой луне», подтолкнуть её к конфликту.
В сюжете И Сяочжи всегда играла роль коварной интриганки, подогревающей события из тени.
Ло Цзя задумчиво смотрела на лицо Фань Мэй — такое же, как у её мамы. Перед глазами вновь возник образ из аэропорта, и слёзы сами собой хлынули из глаз, капля за каплей падая на фотографии.
— Мама… Я так скучаю по тебе…
И Сяочжи, прячась вдалеке, увидела, как Ло Цзя что-то прошептала и вдруг заплакала, глядя на фотографии.
«Ха! Пусть Ло Цзя и притворяется сильной, но увидев своими глазами, как Сюй Минсюй обедает с „белой луной“, она не смогла сдержать эмоций!»
«Скоро она точно сойдёт с ума от ревности».
http://bllate.org/book/7768/724333
Готово:
