Гу Ханьшэн сделал вид, что ничего не заметил, но отец, сидевший рядом, фыркнул так громко, что Гу Бэйинь тут же сжалась в комок, словно испуганный перепёлок.
— Ещё не вернулась! — прогремел он. — Ещё немного — и этот мальчишка из рода Цинь обведёт тебя вокруг пальца так, что и крошек не останется!
Гу Бэйинь опешила. В глазах отца это выглядело как полное безразличие, и он окончательно вышел из себя. В семье Гу, где было трое братьев, родилась лишь одна дочь — Бэйинь. Её лелеяли и баловали с пелёнок, держали на руках и берегли как зеницу ока. А теперь эта драгоценная дочь, выращенная в тепличных условиях, позволила уговорить себя на брак по договорённости. Узнав об этом, отец два дня не мог есть от ярости, немедленно отменил все планы на отдых и вместе с женой срочно вернулся домой.
Но едва они приехали в больницу, как Гу Ханьшэн сообщил, что Цинь Цинъюэ после травмы дочери даже не потрудился явиться лично — прислал лишь своего ассистента. Отец и так кипел от злости, а тут окончательно взорвался.
Он всегда был крайне пристрастен к своим и считал, что его дочь — совершенство во всём. Особенно когда увидел её тело, покрытое ссадинами, гнев уступил место боли, и всю злобу он перенёс на Цинь Цинъюэ.
Раньше он в восторге одобрял этого зятя, а теперь не мог на него смотреть без раздражения.
Мать Гу ещё в самолёте пыталась его урезонить, но, увидев состояние дочери, тоже смягчилась и безоговорочно перешла на её сторону.
Теперь трое сидели напротив Гу Бэйинь и единодушно решили: этот брак надо немедленно расторгать! Нельзя допустить, чтобы их Бэйинь снова страдала!
Отец всё больше злился, и в его глазах плясал буквальный огонь:
— Где этот договор? Дай-ка мне посмотреть!
С того самого дня, когда в годовщину свадьбы она окончательно поняла истинные чувства Цинь Цинъюэ и решила развестись, Гу Бэйинь сохранила электронную копию соглашения, чтобы показать юристу. Теперь как раз подвернулся случай.
Она достала новый телефон, купленный ей Гу Ханьшэном, вошла в аккаунт, скачала договор и аккуратно положила перед отцом.
Увидев это, отец немного успокоился. Мать же мягко улыбнулась и лёгким движением постучала пальцем по лбу дочери.
— В нашей юридической службе есть специалисты по разводам? — спросил отец, обращаясь к Гу Ханьшэну. — Пусть подготовят официальный договор о расторжении брака на основе этого документа. Ни в чём не должно быть ущемлено наше дитя!
Гу Ханьшэн переслал себе копию и серьёзно кивнул.
Когда все трое немного остыли, Гу Бэйинь, набравшись смелости, перевела тему:
— Брат, у меня ещё одна просьба к тебе…
Лицо Гу Ханьшэна оставалось холодным, но в глазах мелькнула надежда.
В отличие от слухов в индустрии, за три года карьеры Гу Бэйинь действительно пользовалась ресурсами развлекательного подразделения корпорации «Гу», но ни разу не просила об этом семью. Она добилась всего сама, исключительно благодаря собственным усилиям.
Гу Ханьшэн гордился ею, но в глубине души чувствовал лёгкую обиду.
Его сестра была так талантлива и любима многими, что зачастую уже не нуждалась в защите старшего брата.
Поэтому, услышав её просьбу, он почувствовал себя так, будто с неба упала золотая монета. Снаружи он оставался невозмутимым, но внутри ликовал.
Отец бросил на него недовольный взгляд.
Мать же с улыбкой наблюдала за их немой борьбой и слегка покачала головой.
Гу Бэйинь, ничего не подозревая, скромно опустила голову и тихо сказала:
— Чжоу Тао пострадал, спасая меня. Из-за этого его карьера точно пострадает. Я хотела бы как-то компенсировать ему ущерб.
Узнав, что дело не касается лично его сестры, Гу Ханьшэн немного разочаровался, но всё равно сразу согласился:
— Я сам разберусь. Не волнуйся.
Гу Бэйинь облегчённо выдохнула и радостно улыбнулась.
От её улыбки настроение всей семьи мгновенно поднялось, и в комнате воцарилась тёплая атмосфера.
Через два дня ссадины на теле Гу Бэйинь почти зажили. Режиссёр съёмочной группы навестил её в больнице, обсудил дальнейшие планы проекта, после чего она заглянула к Чжоу Тао и выписалась.
Поскольку родители были рядом, Гу Бэйинь не вернулась в совместную квартиру с Цинь Цинъюэ, а поехала в родительский особняк.
Ровно в восемь утра её разбудил звонок. Взглянув на экран, она мгновенно проснулась.
[Личный ассистент — Ло Юань]: Госпожа, вы выписались раньше срока?
Ло Юань — личный помощник Цинь Цинъюэ.
[Гу Бэйинь]: Да, решила дома отдохнуть пару дней.
[Личный ассистент — Ло Юань]: Простите за беспокойство. Люди из отдела маркетинга «Гуаньши» пришли вас навестить, но не застали. Не могли до вас дозвониться и обратились ко мне.
Гу Бэйинь потрогала слегка покрасневшие уши.
Семьи Гу и Цинь были старыми друзьями. Хотя родные Гу Бэйинь открыто её жалели, развод по обоюдному согласию всё же был делом личным, и в лицо они ничего не говорили. Однако отец Гу, подогреваемый эмоциями, решил кое-что провернуть.
После падения телефона Гу Бэйинь просто сменила номер и, по настоянию отца, никому из лагеря Цинь Цинъюэ не сообщила. Отец хотел посмотреть, сколько времени пройдёт, прежде чем Цинь Цинъюэ это заметит. Но тот так и не проявил никакой реакции.
Разозлившись ещё больше, отец вообще не уведомил его о выписке.
Это было по-детски, и Гу Бэйинь, узнав об этом, лишь покачала головой с улыбкой.
Не желая выдавать отца, она перевела разговор:
[Гу Бэйинь]: Отдел маркетинга «Гуаньши» ищет меня? По какому вопросу?
[Личный ассистент — Ло Юань]: В конце месяца состоится трёхлетний юбилей платформы «Гуаньши». Вы — официальный представитель платформы, и вас приглашают на мероприятие.
Действительно, речь шла о работе.
После нескольких дней отдыха и обильного питания ссадины почти исчезли. Сяо Вэнь навещала её дважды и уже согласовала график возвращения к работе — как раз к концу месяца.
Хотя развод был неизбежен, Гу Бэйинь чётко разделяла личное и профессиональное. Уточнив детали с Сяо Вэнь, она дала Ло Юаню положительный ответ.
[Гу Бэйинь]: Хорошо, я приду. Приглашение и расписание отправьте напрямую Сяо Вэнь.
Как одна из двух ведущих стриминговых платформ, юбилей «Гуаньши» всегда привлекает внимание СМИ и зрителей. На этот раз, помимо известных стримеров, на красную дорожку пригласили и звёзд шоу-бизнеса.
Гу Бэйинь, как лицо платформы, должна была появиться последней.
Сяо Вэнь наблюдала, как визажист подкрашивает Гу Бэйинь, и тихо сказала:
— Я хотела взять тебе одно предложение пару дней назад, но «Гуаньши» его заблокировали. Наверное, хотят использовать твой первый публичный выход после травмы для пиара. Будь готова — могут задать соответствующие вопросы.
Гу Бэйинь, не открывая глаз, дала понять, что услышала.
Машина стояла в подземном паркинге «Гуаньши», но даже сквозь закрытые окна доносился восторженный крик фанатов на площади.
Сяо Вэнь, любопытствуя, взглянула на список гостей и усмехнулась:
— А, так вот кто! Пэй Жуй тоже пришёл… Ой?
Визажист от неожиданности дрогнула рукой, и стрелка глаза улетела вверх. Но Сяо Вэнь не стала ругаться — она резко обернулась и нахмурилась:
— Почему «Гуаньши» пригласили Линь Шань? Они тебе об этом говорили?
Гу Бэйинь ничего не знала об этом и промолчала.
Визажист почувствовала напряжение в салоне и, закончив макияж, быстро вышла из машины. Сяо Вэнь кивнула ассистентке проводить её, проверила машину и, сдерживая гнев, тихо процедила:
— Знай я, что Линь Шань тоже будет, ни за что бы не пустила тебя сюда терпеть её выходки.
— Ты же не могла знать заранее, кто приедет, — утешала её Гу Бэйинь, но в душе интересовалась подробностями.
Она знала о прошлом хозяйки тела лишь из дневника. Там упоминалось недовольство Чжоу Тао, но про Линь Шань не было ни слова. Значит, та не играла особой роли.
Сяо Вэнь не заметила странности в её реакции и, потирая виски, с досадой сказала:
— Ты же знаешь, какие у Линь Шань намерения по отношению к господину Циню. Вы ещё не развелись официально! Если она начнёт устраивать сцены, пострадаешь в первую очередь ты — ведь вас всё ещё связывают узы брака!
Гу Бэйинь переварила эту порцию сплетен и задумчиво постучала пальцем по окну.
Сяо Вэнь хотела что-то добавить, но организаторы подали сигнал — пора выходить на красную дорожку. Ассистентка ещё не вернулась, поэтому Сяо Вэнь села за руль и, заводя машину, тихо напомнила:
— Ты ведь не хочешь больше пересекаться с господином Цинем? Тогда сегодня вечером следи за Линь Шань. Не дай ей возможности подойти к нему в одиночку.
— Раз этот брак — всего лишь деловое сотрудничество, лучше завершить его чисто и без лишнего шума, — серьёзно добавила Сяо Вэнь.
Вспомнив слова Гу Ханьшэна о готовом проекте разводного соглашения, Гу Бэйинь взглянула в окно, поправила платье и вышла на красную дорожку.
Вспышки фотоаппаратов, которые уже начали затихать, вновь засверкали, а крики фанатов усилились.
Позируя фотографам, Гу Бэйинь вошла в здание «Гуаньши». Её место было в первом ряду, рядом с табличкой с именем Цинь Цинъюэ — но оно оставалось пустым. Едва она села, как почувствовала на себе пристальный взгляд.
Подняв глаза, она встретилась с «белоснежкой».
Та была изящна и нежна, с выразительными чертами лица и жалобным выражением, превосходящим даже ту девушку в плоской обуви, которая недавно упала прямо в объятия Цинь Цинъюэ. Увидев, что Гу Бэйинь смотрит на неё, «белоснежка» робко улыбнулась, но тут же испуганно спрятала улыбку.
Гу Бэйинь молча отвела взгляд к сцене, слегка сжав губы.
Менеджер отдела маркетинга «Гуаньши», сидевший чуть позади, почувствовал неладное и, оглянувшись, увидел эту «белоснежку» среди ярких нарядов.
Менеджер: …
В душе он уже проклял сотрудника, пригласившего эту гостью, и, пока ведущий рассказывал про слайды, быстро отправил сообщение.
Гу Бэйинь не знала о его действиях и внимательно слушала презентацию лучших проектов платформы. Внезапно свет рядом с ней погас — кто-то занял пустое место.
Не оборачиваясь, она почувствовала лёгкий аромат красного вина.
Цинь Цинъюэ смотрел на экран, сидел прямо, его взгляд был сосредоточен. Если бы не Гу Бэйинь сидела рядом, никто бы не догадался, что это он заговорил первым.
— Как твои раны? Зажили?
— Почти полностью, — так же тихо ответила она. — Ты пил?
Цинь Цинъюэ ответил с вежливой отстранённостью:
— Был на приёме, не успел переодеться.
В зале погасили свет, осталось лишь тусклое свечение проектора. По мере смены слайдов лицо Цинь Цинъюэ то освещалось, то погружалось во тьму, создавая иллюзию, будто он прожил целую жизнь за считанные минуты.
Гу Бэйинь долго молчала. Цинь Цинъюэ удивлённо повернул голову и наткнулся на её взгляд.
У Гу Бэйинь были прекрасные раскосые глаза. Визажист подчеркнул их линией, придав взгляду соблазнительную глубину. В этот момент Цинь Цинъюэ почувствовал, будто выпитое вино вдруг вспыхнуло в нём, и на мгновение его охватило лёгкое опьянение.
К счастью, это было лишь мимолётное ощущение — он оставался трезвым.
Приписав внезапное волнение алкоголю, Цинь Цинъюэ слегка кашлянул:
— Смотри на экран.
Гу Бэйинь вздохнула и тихо предупредила:
— У тебя на рубашке… пятно помады.
Цинь Цинъюэ напрягся. Вся романтическая дымка в его душе мгновенно рассеялась. При тусклом свете он обнаружил крошечное пятно помады возле второй пуговицы.
Нахмурившись, он машинально начал оправдываться:
— Только что кто-то упал…
Но, произнеся это, он сразу понял, насколько это звучит неправдоподобно. Ведь в прошлый раз та сотрудница тоже «упала» прямо к нему в объятия — и Гу Бэйинь всё видела.
— Я говорю правду, — добавил он спокойно, но с искренностью, надеясь, что она поверит.
Гу Бэйинь с лёгкой усмешкой перебила его:
— Я тебе верю.
Она ответила слишком быстро, и Цинь Цинъюэ почувствовал, что её слова звучат неубедительно. Но ведь они и не настоящие супруги — раз она так сказала, он не мог настаивать.
Однако в душе остался горький осадок.
http://bllate.org/book/7673/717178
Готово:
