Подняв глаза, она увидела в зеркале своё свежее, румяное личико и ясные, влажные от нежности глаза, полные чувств.
Ей самой стало неловко от этого взгляда. Она опустила голову, сильно моргнула, вымыла руки и, развернувшись, вышла из туалета, больше не глядя в зеркало.
Она боялась, что отражение станет ещё мягче и нежнее — боялась, что её истинные чувства вырвутся наружу и станут очевидны всем.
Вернувшись в выставочный зал, она не обнаружила Хуо Цзянъи на том месте, где он стоял.
Куда он делся?
Сюй Мянь повесила пальто на руку, другой залезла в сумочку, достала телефон, включила его — и тут же появилось сообщение.
[Босс]: Спускайся в фойе.
Сюй Мянь нахмурилась, сжала телефон и пошла обратно. Добравшись до фойе, она всё ещё никого не видела.
???
Неужели? Она сбегала в туалет, а он — исчез?
Где он?
Она смотрела в экран, шагая к выходу, и чуть не столкнулась с человеком. Подняв голову, увидела Хуо Цзянъи с выражением лёгкого раздражения на лице.
— Что случилось? — недоумённо спросила она.
Хуо Цзянъи развернулся и, обняв её за плечи, мягко направил к выходу:
— Один поросёнок попытался покопаться в капусте, но потерпел неудачу.
Сюй Мянь: «?»
Выйдя из музея, они увидели у входа роскошный минивэн стоимостью в несколько миллионов юаней.
Водитель Рончжэ стоял у задней двери, почтительно кивнул им и открыл дверь, приглашая садиться.
Сюй Мянь ничего не понимала, но первой забралась внутрь. Подняв глаза, увидела, как на одном из продольных сидений лежит Рончжэ, сложив руки на животе и закрыв глаза, словно мёртвый.
Хуо Цзянъи последовал за ней, дверь закрылась, водитель завёл машину.
Сюй Мянь села на заднее сиденье, Хуо Цзянъи — у окна. Оба молча смотрели на распростёртого, будто мёртвого, Рончжэ.
Минута… две… три…
— Я уже почти потерял веру в любовь, — произнёс Рончжэ, не открывая глаз.
Хуо Цзянъи фыркнул, не комментируя.
Сюй Мянь уже знала правду — подслушала разговор в женском туалете музея — и со вздохом сказала:
— Хлеб-то у тебя есть. Девушка обязательно найдётся.
Рончжэ по-прежнему не открывал глаз, продолжая лежать пластом, но в голосе зазвучало отчаяние:
— Почему?! Почему?! Почему только у меня нет девушки?! Я всего лишь хочу найти настоящую любовь и завести отношения! Почему даже такое простое желание небеса отказываются исполнить?! Почему?!
Хуо Цзянъи спокойно нажал кнопку на подлокотнике сиденья. Между ними поднялась перегородка, за которой оказались изящные прозрачные бокалы.
Он взял один и протянул Сюй Мянь, затем достал второй, снова нажал кнопку, чтобы убрать перегородку, открыл потайной отсек, вынул банку кофе, оттянул колечко и налил себе и ей по бокалу. Выбросив пустую банку, удобно устроился, сделал глоток и, подняв бокал, сказал Рончжэ:
— Слушаем. Продолжай.
Сюй Мянь: «……» Босс, твоя поза «внимательного друга» выглядит немного странно.
Но Рончжэ был совершенно безразличен к тому, пьют ли они кофе или вино в его машине. Ему просто нужно было выговориться, выплеснуть боль своей дрожащей души:
Почему? За что?
Я ведь богатый наследник, но при этом не живу за счёт родителей, не развращаюсь и не изменяю! Я честно строю карьеру!
Разве я не достоин девушки? Почему именно мне так трудно найти свою половинку? И вот встретил подходящую — а она сразу отвергла меня! Даже не удосужилась вежливо сказать, что мы не подходим друг другу, просто ушла! Почему?!
Сюй Мянь сделала пару глотков кофе, но больше не выдержала. Вспомнив разговор из туалета, она осторожно, боясь ещё сильнее ранить Рончжэ, сказала:
— Может, вы просто не подошли друг другу?
— Я даже внешнего консультанта нанял, чтобы подстроиться!
— А если она догадалась, что ты ничего не понимаешь в этом, увидела, что ты постоянно в наушниках, и решила, что ты притворяешься? Если бы ты был честен и не делал вид, что разбираешься…
Рончжэ мгновенно сел, будто воскресший мертвец, и серьёзно произнёс:
— Если бы я не притворялся, она сегодня даже из дома не вышла бы.
Сюй Мянь посмотрела на его убитый вид и не знала, что сказать.
Хуо Цзянъи невозмутимо заметил:
— Вы просто разные люди.
Рончжэ повернул к нему печальный взгляд:
— Тебе легко говорить, когда ты сидишь и пьёшь кофе.
Хуо Цзянъи поднял бокал, чокнулся с Сюй Мянь и кивнул:
— Да, не болит.
Рончжэ перевёл взгляд с него на Сюй Мянь, потом обратно и сквозь зубы бросил тому, у кого «не болит»:
— Перестань издеваться! Ты думаешь, у всех такие же условия, как у тебя? У тебя рядом всегда была Луна, да ещё и Луна, которая сама светит тебе! Если бы у меня рядом была такая же Луна, как Сюй Мянь, мне бы не понадобилась твоя помощь издалека, и я бы не слушал сейчас твои насмешки под аккомпанемент кофе! Это называется: сытый голодного не разумеет!
Сюй Мянь, дослушав до этого места, поперхнулась кофе и выплюнула его.
Рончжэ холодно посмотрел на неё:
— Это импортный кофе Blue Mountain в банке. Один глоток стоит несколько тысяч. Пожалуйста, не распыляй так щедро.
Сюй Мянь молча проглотила остатки кофе во рту.
Рончжэ тут же переключил огонь на Хуо Цзянъи:
— Так вот почему ты всегда появляешься, как только встречается Сюй Мянь! Не ради меня, а ради неё!
И раньше, на аукционе Даньчжоу, ты просил меня помочь выбрать ей одежду, выставлял напоказ розовый бриллиант… Я тогда удивился, а теперь всё понятно!
Хуо Цзянъи, находясь под обстрелом, остался невозмутим. Он протянул Сюй Мянь салфетку, спокойно поднял глаза и, не отрицая, просто кивнул:
— Именно так.
Рончжэ медленно перевёл взгляд на Сюй Мянь, будто проводя душевный суд над обоими:
— Так вот зачем ты вдруг потянула меня, чтобы я помог тебе выбрать наряд с моим «высоким вкусом»! Всё ради свидания с боссом!
Сюй Мянь: «………»
Хуо Цзянъи приподнял брови — он, очевидно, давно всё понял.
Но одно дело — знать, и совсем другое — осознавать, что он знает.
Проще говоря, некоторые вещи лучше не озвучивать вслух — пусть остаются между строк.
Сюй Мянь почувствовала стыд, и уши её мгновенно покраснели.
Хуо Цзянъи по-прежнему оставался спокойным. Он жестом показал ей, чтобы она откинулась на спинку сиденья и не обращала внимания на Рончжэ, а затем защитнически заявил:
— Я выбрал, она надела. У тебя есть возражения?
Сюй Мянь: «……» Стоп, получается, одежду выбирал не Рончжэ?
— Если бы не я передал фотографии, вы бы ещё…
— По международным правилам, посредник не имеет права на объяснения и тем более на оценку.
В голове Рончжэ прозвенело «динь!», и он всё понял. Он взорвался:
— Вы?! Вы?! Вы что, уже… — вместе?!
Сюй Мянь наконец осознала, откуда у неё эта одежда.
Она сидела сзади, сделала глоток кофе и промолчала. Хуо Цзянъи ответил за них обоих:
— Да, уже.
Рончжэ широко распахнул глаза:
— !!!
Хуо Цзянъи поднял бокал с кофе:
— Спасибо за невольную помощь. Если бы не ты, передавая фото и позволяя мне выбирать одежду, я бы не узнал кое-что важное и, возможно, всё не сложилось бы так быстро.
Рончжэ: «…………………………» Одинокий холостяк, не сумевший завоевать сердце девушки, но случайно устроивший свидание другим, получил удар силой в сто миллионов единиц.
Сюй Мянь с опозданием поняла всю эту череду недоразумений и не знала, смеяться ей или плакать.
Она взглянула на Хуо Цзянъи. Он тоже смотрел на неё.
Ей стало неловко, и она отвела глаза. Он протянул руку назад и поправил её пальто на коленях, полностью укрыв ноги.
— Платье тебе очень идёт, — тихо сказал он. — Вообще, тебе всё к лицу.
Сюй Мянь замерла. Она поняла: вторая фраза означала, что ей не нужно специально переодеваться ради него, а первая — это благодарность за её внимание.
По телу разлилось тёплое, горячее чувство.
Видимо, это и есть любовь — та, которую она ощутила от него.
Тем временем Рончжэ, получивший сокрушительный удар, больше не выдержал. Он снова лёг пластом и устало бросил:
— Лао Лю, остановись у обочины и высади этих двоих. Одинокому холостяку хочется побыть в одиночестве.
*
За их спинами дверь машины закрылась, и автомобиль быстро уехал.
Они остались стоять у дороги. Хуо Цзянъи взял пальто и помог Сюй Мянь надеть его.
Она всё это время смотрела на него — её глаза были влажными, сияющими, как у оленёнка.
Одел пальто — и никто из них не двинулся с места.
Ветер дул прохладно, солнце висело высоко в небе, без туч, и день выдался по-настоящему ясным и тёплым.
Точно так же, как и настроение.
Он смотрел на неё, его взгляд скользнул от глаз к губам, а затем снова вернулся в её глаза:
— Есть одна фраза…
Сюй Мянь чуть не улыбнулась:
— Я думала, ты сейчас процитируешь стихи, чтобы подчеркнуть момент.
Хуо Цзянъи улыбнулся и медленно наклонился ближе.
Она чувствовала его дыхание. Он — тоже.
— Предпоследняя строчка, — прошептал он.
Сердце Сюй Мянь заколотилось, дыхание стало горячим.
В тот миг, когда он приблизился, она закрыла глаза.
Предпоследняя строчка того стихотворения о любви: «Какой смысл в такой нежности?»
А следующая —
«Если ты не поцелуешь меня».
День сделки с биси настал.
Место встречи осталось прежним — та самая маленькая чайная.
Согласно плану, в этот день обязательно должен был появиться обманщик из Чжунчжэна. Сюй Мянь должна была принести наличные и начать переговоры, а Хуо Цзянъи с двумя водителями, одолженными у Рончжэ, окружить чайную и задержать мошенника — вопрос времени.
Ранним утром приехал Лао Лю, водитель Рончжэ, и сам Рончжэ.
Хуо Цзянъи сказал ему:
— Сегодня у всех дела. Кофе будешь заваривать сам.
Рончжэ поднял руки и указал на свои бока:
— Какой кофе? Не видишь, что я сегодня в такой же одежде, как Лао Лю?
Хуо Цзянъи:
— Парные футболки. Так быстро разочаровался в гетеросексуальности?
Рончжэ пнул его ногой:
— Катись! Мы одеты одинаково для удобства операции! Я тоже иду!
Хуо Цзянъи:
— Зачем тебе идти?
Рончжэ раздражённо:
— Засада! Окружение! Ловля мошенника! Если не могу завести девушку, хоть поймаю кого-нибудь!
На деле оказалось, что может. Очень даже может.
Когда Сюй Мянь выбежала к окну на втором этаже чайной и крикнула: «Не упускайте его!», когда господин Цянь в изумлении увидел, как «продавец», полностью экипированный, схватил чемодан с деньгами и бросился бежать, Рончжэ, словно гепард, перепрыгнул через клумбу, ворвался во двор и бросился в погоню за фигурой, выскочившей из чайной.
На втором этаже Сюй Мянь, выполнив свою задачу, взяла биси и внимательно осмотрела его, убедившись, что это не подделка, а именно тот самый предмет. Она уложила его в коробку и собралась уходить.
Господин Цянь, прижавшись к подоконнику, смотрел сквозь очки, как по переулку мчатся фигуры, и, повернувшись, растерянно спросил:
— Госпожа Сюй, вы что…
Сюй Мянь бережно держала шкатулку с биси и спокойно надела солнцезащитные очки:
— Сделка прошла успешно. Большое спасибо за помощь, господин Цянь. До свидания.
Господин Цянь:
— Погодите, что происходит? Почему продавец бежит? Кто эти люди, которые за ним гонятся?
Но комиссию он уже получил, сделка завершена — спрашивать было неуместно, да и никто не собирался отвечать.
Сюй Мянь спустилась вниз с биси.
У входа в чайную её встретил Лао Лю:
— Госпожа Сюй.
Она передала ему шкатулку — носить её было неудобно и небезопасно; лучше убрать в машину.
— Где они?
У Лао Лю в ухе тоже был наушник. Он принял шкатулку и ответил:
— В погоне. Не волнуйтесь, наш генеральный директор занимался спринтом, господин Цзян — отличный спортсмен, да и двое других помогают. Обязательно поймают.
И действительно поймали.
Всего в нескольких переулках от чайной.
Рончжэ преследовал беглеца, двое высоких и длинноногих водителей перекрыли другие выходы, а Хуо Цзянъи, просчитав маршрут, перелез через стену и вовремя перехватил беглеца вместе с Рончжэ.
http://bllate.org/book/7603/712030
Готово:
