«Что происходит? Сейчас подерутся?»
«Никому не кажется, что Цяо Маньэр говорит чересчур грубо? Мне лично неприятно слушать. Даже если кто-то носит подделку, разве можно так оскорблять его родителей? Хоть бы совесть имела!»
«А разве Цяо Маньэр не права? Носишь подделку — не мешай другим говорить об этом! Я сразу заметила, что у Цюй Мэн поддельная вещь. Теперь её публично разоблачили — прямо душа радуется!»
«Говорите — и говорите! Никто не запрещает критиковать. Но зачем переходить на родителей? У вас самих нет родителей? Ни капли сочувствия — мерзость какая!»
«Да ладно вам! Теперь уже нельзя сказать, что кто-то носит подделку? Такие хрупкие, что ли? Сказали — и сразу „безродные“, „бездушные“… Да уж, фанатки Цюй Мэн ругаются отвратительно!»
«Неужели наняли ботов? Страшно просто — толпа набросилась защищать Цюй Мэн! Теперь я точно перестала её любить!»
«Старая фанатка J скромно замечу: одежда Цюй Мэн очень похожа на оригинал. Если это подделка, то чертовски точная.»
«Я тоже десять лет фанатею J и обожаю Цяо Маньэр. Знаю его работы как свои пять пальцев. Но правда в том, что J три года не выпускал ничего нового. Откуда у Цюй Мэн оригинал? Из снов, что ли?»
«Фанаты J — молодцы! Прямо в точку! Кайфую, ха-ха-ха!»
— Злишься? Хочешь ударить меня? — сначала Цяо Маньэр испугалась напора Цюй Мэн, но тут же вспомнила, что находится перед камерой прямого эфира, и страх прошёл.
Если Цюй Мэн осмелится ударить её при всех, то навсегда получит ярлык «агрессивной коллеги». Ни один нормальный человек не станет губить собственное будущее ради такой глупости.
А даже если ей не повезёт и попадётся сумасшедшая, то, учитывая положение её отца, команда точно не допустит, чтобы она пострадала.
Цюй Мэн смотрела на неё, крепко сжимая спинку стула за своей спиной.
Из-за угла Лин Чжичан чётко видел, как пальцы Цюй Мэн деформировали деревянную спинку кресла, и невольно сглотнул, делая вид, что ничего не заметил.
За три года её сила, похоже, ещё больше возросла.
— Я тебя не ударю. Но ты должна извиниться, — сказала Цюй Мэн.
В её голосе не было ни тени эмоций, но в салоне внезапно повисло тягостное давление, будто на всех уставилось опасное хищное животное.
На мгновение никто не посмел издать ни звука.
Цюй Мэн безразлично относилась к тому, что о ней говорят или как её воспринимают. Ей было всё равно. Но терпеть не могла, когда кто-то позволял себе злобно судачить о её отце.
Цяо Маньэр, ошеломлённая этой аурой, словно испуганный кролик, не смела и рта раскрыть. Она ждала, что кто-нибудь вступится за неё, но прошло время — и ни единого слова в её защиту так и не прозвучало.
Впервые столкнувшись с таким, Цяо Маньэр чуть не заплакала от злости, сжала кулаки и сама бросила вызов:
— Извиниться? За что? На каком основании?
— Перед моим отцом, — ответила Цюй Мэн.
— Ха? Кто твой отец? Почему я должна перед ним извиняться? Твой отец покупает подделки, ты их носишь — вся ваша семья ворует чужие труды! Вам не стыдно?! Извиняться должны вы, а не я!
К концу речи Цяо Маньэр была настолько взволнована, что её голос стал пронзительным и дрожащим.
Ло Шаша, оказавшаяся между двух огней — между разъярённой Цюй Мэн и взрывной Цяо Маньэр, — первой решилась заговорить:
— Ну что за ерунда! Маньэр немного перегнула с одеждой, но мы ведь должны уважать вкусы друг друга. Она ещё молода, говорит не думая, наверняка не хотела обидеть твоего отца. Просто извинись, пусть успокоится. Нам же ещё долго вместе работать.
Цюй Мэн опустила глаза, искренне недоумевая:
— Зачем? Мой отец ничего плохого не сделал. Она ошиблась — значит, ей и извиняться.
Ло Шаша не ожидала, что внешне покладистая Цюй Мэн окажется такой упрямой. Она продолжила улыбаться и повернулась к разъярённой Цяо Маньэр:
— Ты точно уверена, что это подделка? Вещь выглядит очень натурально, совсем не похожа на фейк. Может, ты ошиблась? Хотя J давно не выпускал новых работ, возможно, он создал что-то приватно и просто не анонсировал.
Цяо Маньэр, не находя выхода для гнева, выплеснула всё сразу:
— Я десять лет фанатею J! На моё совершеннолетие он лично создал платье! Разве я могу не знать?!
Ло Шаша: «……»
Лин Чжичан вдруг рассмеялся. Ло Шаша посмотрела на него:
— Тебе что смешного?
— Мне тоже кажется, что у Цюй Мэн не подделка, — спокойно ответил он.
Ло Шаша: «……»
Цяо Маньэр чуть не задохнулась от ярости, её палец, указывающий на Цюй Мэн, дрожал. Она не понимала, почему столько людей встают на сторону этой девчонки!
Цюй Мэн взглянула на часы и снова напомнила:
— Быстрее извинись. Если не извинишься, тебе не поздоровится.
Смертная осмелилась оскорбить истинного дракона — сколько у неё кармы, чтобы так расточать её?
Цюй Мэн просто констатировала факт, но Цяо Маньэр восприняла это как угрозу.
«Вау! Какая у Цюй Мэн мощная аура! Даже через экран чувствуется! Цяо Маньэр рядом с ней — как обмякший цыплёнок!»
«Почему Цюй Мэн не извиняется? Можно гордо носить подделку и требовать уважения? И ещё угрожает! Это же угроза, да? С самого начала чувствовалось, что сериал её продвигает. Теперь точно ясно — она с деньгами в проекте!»
«Не отвлекайтесь! Бедный бюджет сериала — отец Цяо Маньэр может купить десяток таких. Если это угроза, то слишком странная.»
«Не уходите от темы! Главное — Цюй Мэн носит подделку и отказывается извиняться! И ещё хвалят её! Глаза, наверное, надо сдать на пересадку!»
«Цюй Мэн не угрожает. Она просто говорит правду.»
Автор этого комментария, Цюй Инъинь, лежала дома на диванчике, смотрела прямой эфир на ноутбуке и чесала пятку. По её многолетнему опыту, Цюй Мэн никогда не болтает попусту.
Если она что-то говорит — обязательно сдержит слово.
Внезапно телефон завибрировал несколько раз подряд. Цюй Инъинь открыла Weibo и, увидев взорвавшийся список трендов, резко села и выдохнула:
— Чёрт!
В тот же момент в вилле семьи Цюй господин Эръе, сидя в домашнем кинотеатре и наблюдая за трансляцией, спросил у управляющего Циня:
— Что за компания „Минхао“?
Управляющий ответил:
— Мелкая фирма, не стоит внимания.
Господин Эръе бесстрастно приказал:
— Проверь.
Управляющий мгновенно понял.
Одновременно в закусочной «Поздний шашлык» два бледных призрака, прильнув к крошечному экрану смартфона, выглядели ещё жутче.
Хозяин вдруг ударил кулаком по столу так, что тот раскололся:
— Это возмутительно! Она нагло врёт! И эти… эти люди в комментариях! Кто сказал, что у Цюй Мэн нет фанатов?!
— Верно! — воскликнул официант, даже не заметив, как его глаз вывалился на пол. Он сжал кулаки, вне себя от гнева: — Я представлю Цюй Мэн соседнему духу-привязаннику!
— И недавно погибшему в аварии призраку тоже найду место!
— Я своих предков из могилы вытащу, чтобы они поддержали Цюй Мэн!
— Мои новые друзья с кладбища как раз могут составить фан-клуб!
……
А чуть раньше, в одном из роскошных особняков, J, погружённый в работу над новым дизайном, вдруг получил сообщение.
Ему пишут, что его работа — подделка!
Взбешённый J открыл прямой эфир и увидел ту самую Цяо Маньэр, которая кричала, будто десять лет знает его лично и что он создал для неё платье на совершеннолетие. Он был в полном недоумении: «Кто эта девушка? Я её не знаю! С каких пор мои оригинальные работы стали подделками?!»
Это уже переходило все границы!
J, в ярости, неуклюже начал скачивать Weibo, собираясь одним постом всё прояснить.
Автор примечание: Завтра глава станет платной! Ожидайте объёмный выпуск!
Режиссёр направлял оператора снимать крупные планы лиц Цяо Маньэр и Цюй Мэн, решив ни в коем случае не упустить ни одной детали.
Вдруг ассистент сообщил:
— Режиссёр, J опубликовал пост!
— Кто? — спросил режиссёр, не сразу сообразив. Через пару секунд его глаза расширились от изумления: — J? Какой J?
— Тот самый, из-за которого поссорились Цяо Маньэр и Цюй Мэн.
— И что он написал? Велел Цюй Мэн извиниться?
Ассистент покачал головой:
— Нет. Он написал, что Цяо Маньэр несёт чушь, и собирается подать на неё в суд.
Режиссёр достал телефон, перечитал пост несколько раз и наконец убедился: автор действительно был настоящий J!
«J: Кто такая Цяо Маньэр? Десять лет меня знает? Создавал для неё платье на совершеннолетие? Как участник событий заявляю: я о ней ничего не знаю! Немедленно публично извинитесь передо мной и моей клиенткой Цюй Мэн! В противном случае я подам на вас в суд за клевету! Пусть все знают: даже если вы пукнёте в эфире, готовьтесь нести за это ответственность!»
Лин Чжичан, незаметно подошедший к режиссёру, взглянул на экран и слегка приподнял бровь:
— Разве Цяо Маньэр не утверждала, что платье на совершеннолетие ей создал лично J? Почему он её не узнаёт?
В конце фразы он лёгким смешком добавил издёвки, и всем в салоне стало неловко за Цяо Маньэр.
Режиссёр внутренне перевёл дух: он как раз ломал голову, как начать этот разговор, а тут Лин Чжичан, не церемонясь с этикетом, высказал всё прямо.
Ло Шаша тоже поднялась, чтобы посмотреть пост, и заодно показала содержимое экрана стоявшему рядом интернет-певцу в стиле гуфэна Юй Ли.
Юй Ли, растерянный, вслух прочитал весь текст.
В салоне воцарилась гробовая тишина. Все участники и съёмочная группа смотрели на Цяо Маньэр с разными выражениями лиц.
Те, кто только что выслушивал её гневную тираду, теперь с интересом ждали: извинится ли она?
Цяо Маньэр покраснела от стыда под этим коллективным взглядом, не выдержала и зарыдала — громко, истерично, ещё яростнее, чем до этого.
— Что происходит? — в салоне раздался незнакомый голос.
Все одновременно повернулись к двери и увидели мужчину огромного телосложения. Он был в коротких рукавах, и выступающие вены на его руках делали даже чемодан в его руке похожим на игрушку.
Салон микроавтобуса был просторным, обычные люди могли стоять в полный рост. Но этому здоровяку пришлось согнуться, чтобы войти внутрь.
Он поставил чемодан и, совершенно игнорируя напряжённую атмосферу, весело представился:
— Всем привет! Меня зовут Кан Цзин, я актёр боевых сцен. Впервые встречаюсь с вами — надеюсь на хорошее сотрудничество!
Какая официальная речь.
«Да ладно! J уже всё прояснил, а Цяо всё ещё не извиняется? Серьёзно? Вот и всё? Такая хрупкая?»
«Надоело лицемерие! Пусть сначала признает свою вину!»
«Бедная Цюй Мэн! Вас с самого начала до последнего гостя обливали грязью. А теперь те, кто её оскорблял, даже не извинились! И Цяо, „эксперт по подделкам“, делает вид, что ничего не было! Противно! Может, называть её „Цяо-эксперт-по-притворству“?»
«Лин Чжичан — ангел! Я всегда буду тебя любить!»
«Лин Чжичан слишком жесток! Не видит, что Цяо Маньэр чуть не плачет? Жалко её — доброту принимают за слабость.»
«Цяо Маньэр сама виновата! Когда она не оставляла другим выбора, должна была понимать, что и ей придётся столкнуться с последствиями! Карма не спит!»
В тот же момент в WeChat был создан чат под названием «Фан-клуб „Погибших на улице“».
Сначала там было три участника.
«Мясник: Все, выходите в чат! Знакомьтесь! Начинаем собирать команду! Наша цель — защищать лучшую Цюй Мэн любой ценой!»
«Меланхоличный юноша: Босс, подожди! Мои предки ещё не умеют пользоваться WeChat. Сейчас научу!»
«Мясник: Отлично! После долгих расследований я понял: чтобы эффективно поддерживать Цюй Мэн, нужно освоить не только WeChat, но и Weibo и другие платформы!»
«Дрифт на катафалке: Вау! Вы все такие же мертвецы, как и я? Круто! Название группы — огонь! Что мне делать первым? Волнуюсь!»
http://bllate.org/book/7515/705469
Готово:
