Если у него хорошее настроение, он, быть может, и удостоит вниманием — но стоит ему не захотеть, как он никому не пойдёт навстречу.
И вовсе не обязан угождать кому бы то ни было.
Все, кто имел с ним дело, прекрасно это понимали и, разумеется, не лезли на рожон.
Люди из «Чэнь Юй», однако, только начали взаимодействовать с ним и ещё не знали его правил.
Мистер Юй, чувствуя свою вину, подошёл с извиняющейся улыбкой и отвёл Ли Цзиньмань и остальных артистов назад:
— Я недостаточно обдумал ситуацию — моя невнимательность. Сам выпью три бокала в наказание!
Он одним духом осушил три бокала.
Артисты за его спиной были поражены: мистер Юй, обычно такой надменный и самоуверенный, перед мистером Цюй превратился в испуганную мышку.
Цюй Чаоюэ лишь бегло взглянул на него и промолчал.
Это означало, что проступок прощён.
Мистер Юй облегчённо выдохнул, больше не осмеливался маячить перед ним и сам отступил в сторону.
Ли Цзиньмань огляделась, убедилась, что никто не обращает на неё внимания, подошла к мистеру Юю и что-то прошептала.
Тот нахмурился, колеблясь, но не выдержал её капризного упрашивания и согласился.
В зале стоял гул голосов, музыка на сцене заглушала всё вокруг.
Цюй Чаоюэ, однако, не обращал внимания на представление и то и дело смотрел в телефон, будто искал что-то важное.
Тем временем Су Мусс почти обошла весь банкетный зал, но так и не нашла Сюй Фэнчуаня.
Узнав, что продюсер Сюй не смог прийти по делам, она решила, что нет смысла оставаться: ведь именно ради него она и пришла на этот скучный приём.
Повернувшись, чтобы уйти, она услышала, как её окликнула Цинь:
— Мусс, подойди на минутку.
Су Мусс подошла ближе. Цинь сказала:
— Мистер Юй просил проводить тебя к главному боссу, чтобы ты поприветствовала его и выпила за здоровье.
Центральный стол был для руководства, остальные располагались по рангам.
Стол Цинь находился довольно далеко, поэтому она не знала о недавнем инциденте.
Раз Су Мусс подписала контракт с «Чэнь Юй», её карьера теперь зависела от компании, и было вполне уместно лично поздороваться с главным боссом.
Поэтому она без лишних размышлений послушно последовала за Цинь.
Цинь приветливо, но с достоинством обратилась к собравшимся:
— Мистер Цюй, уважаемые руководители, позвольте представить вам новичка. Это наша новая певица, очень талантливая девушка.
Её стаж в «Чэнь Юй» даже превосходил некоторых новых руководителей, и в индустрии её уважали, так что все тепло отреагировали на её слова.
Су Мусс стояла за ней, прикрывая грудь руками, и поклонилась:
— Добрый вечер, уважаемые руководители.
Сидевший рядом мистер Ли заметил, что Цюй Чаоюэ, до этого равнодушный ко всему, вдруг поднял голову и уставился на эту скромную девушку с опущенной головой.
На ней было длинное платье, обнажённые руки были стройными и в свете софитов отливали фарфоровой белизной. Она смотрела в пол, щёки её слегка румянились, а чёрные пушистые ресницы трепетали — словно безобидный белый крольчонок.
Даже мистер Ли, повидавший множество красавиц, не мог не взглянуть дважды, не говоря уже о молодом Цюй Чаоюэ. «Красота — вечная слабость юношей», — подумал он, находя вполне разумное объяснение поведению босса.
— Нынче девушки, — усмехнулся он, — могли бы спокойно дебютировать благодаря внешности, а упрямо настаивают на таланте. Мистер Юй, вы отлично разбираетесь в людях!
Ведь всех новых артистов одобрял лично мистер Юй, поэтому он так и сказал.
Мистер Юй громко рассмеялся и тут же подхватил:
— Мистер Ли слишком хвалит меня! Всё это благодаря мудрому руководству мистера Цюй.
Хотя все понимали, что контракт с певицей был подписан до того, как Цюй Чаоюэ приобрёл «Чэнь Юй», и никакого отношения к нему не имел. Но лесть начальству — дело святое, особенно когда подворачивается случай.
Все тут же поддержали, начав наперебой восхвалять Цюй Чаоюэ.
Ли Цзиньмань специально подстроила встречу Су Мусс с боссом, чтобы та унизилась при всех.
Услышав, как мистер Ли хвалит Су Мусс, она ещё больше разозлилась: когда она подходила, никто не сказал ни слова о её красоте! Ведь именно она заняла первое место на конкурсе — все эти комплименты должны были достаться ей!
Су Мусс помнила, что Цинь велела ей выпить за здоровье мистера Цюй, и взяла бокал шампанского. На ходу придумав тост, она произнесла:
— Говорят: «С другом по душе хоть тысячу бокалов пей». Сегодня я пью за радость момента. Быть сотрудницей «Чэнь Юй» — величайшая честь в моей жизни, а встретиться с вами, мистер Цюй, — счастье на три жизни вперёд. За вас!
Ли Цзиньмань про себя фыркнула: «Льстивая интригантка!»
Все присутствующие, увидев, что она собирается чокнуться с мистером Цюй, замерли: «Ой, всё!»
Су Мусс этого не заметила. Поднимая бокал, она не сводила глаз с лица нового босса: чем дольше смотрела, тем сильнее казалось, что он знаком… Неужели это тот самый человек с её свидетельства о браке?
Автор говорит:
Су Мусс: как старик в метро, с недоумением смотрящий в телефон.jpg
Фотографии в официальных документах всегда немного отличаются от реальности.
Су Мусс усиленно вспоминала черты лица с того фото, сравнивая каждую деталь с лицом перед ней, и пришла к выводу: они словно отлиты из одной формы…
В этот момент она споткнулась, потеряла равновесие и полетела прямо в Цюй Чаоюэ.
Мозг успел лишь приказать руке отвести бокал подальше, чтобы не забрызгать дорогой костюм босса, но тело уже неслось вперёд.
Все замерли в ужасе: Цюй Чаоюэ славился холодной сдержанностью — новичку конец!
Ли Цзиньмань злорадно улыбалась: ведь даже Сяо Тао уволили за неправильно подогретый кофе! А тут и вовсе попытка соблазнить босса при всех! Уж теперь-то Цюй Чаоюэ точно взорвётся от ярости!
Она с нетерпением ждала позорного конца Су Мусс!
Платье Су Мусс мягко развевалось, как крылья бабочки, и она упала прямо в объятия Цюй Чаоюэ.
Обнажённая рука скользнула по ткани его рубашки, прохладная кожа ощутила жар его тела, а его большая ладонь на её талии горела, будто раскалённое железо.
Су Мусс инстинктивно выпрямила спину и тут же почувствовала на себе чужие взгляды.
Осознав, насколько их поза двусмысленна, она попыталась отстраниться, но рука Цюй Чаоюэ, словно стальной обруч, крепко держала её за талию.
«Что он задумал?» — Су Мусс невольно посмотрела на него.
Цюй Чаоюэ внимательно оглядел её лицо. Два их предыдущих встречи прошли слишком быстро, и он не успел как следует рассмотреть её черты.
Её ресницы были длинными и пушистыми, сейчас они слегка дрожали. Цюй Чаоюэ понял: она не так спокойна, как кажется, — по крайней мере, нервничает.
Эта двусмысленная пауза длилась всего четыре-пять секунд, но для Су Мусс показалась вечностью. Чужие взгляды жгли спину, пока Цюй Чаоюэ наконец не нарушил молчание:
— Ты не ушиблась?
Они были так близко, что его тёплое дыхание коснулось её уха, и на миг ей почудилась нежность.
Если бы не помнила, что они — пара фиктивных супругов, едва узнавших друг друга, она, возможно, и растаяла бы в этой убаюкивающей ласке.
Су Мусс не ответила на вопрос, вырвалась из его рук и, сохраняя достоинство, встала:
— Простите, мистер Цюй, я подвернула ногу.
Цюй Чаоюэ чуть приподнял бровь:
— О?
Этот возглас звучал как служебный допрос начальника к подчинённому.
Окружающие услышали в нём: «Как ты хочешь умереть?»
Цинь незаметно толкнула мистера Ли, надеясь, что он вступится за Су Мусс.
Тот покачал головой. Этот новичок… Эх, жаль, ведь талантливая девочка! Но ради неизвестной артистки рисковать отношениями с главным боссом — глупо.
Су Мусс взглянула на Цюй Чаоюэ и поняла: он явно не собирается давать ей шанса. Скрежеща зубами, она подумала: «Это же он подставил ногу! Почему все думают, будто я нарочно бросилась к нему в объятия?!»
Цинь пришлось вмешаться:
— Мистер Цюй, это мой подопечный новичок. Она долгое время училась за границей, занималась музыкой. Такая девушка из учебного заведения, не привыкшая к подобным мероприятиям… Впервые видит такого величественного босса — конечно, растерялась. Если бы я не набралась опыта за годы в индустрии, возможно, тоже дрожала бы, как осиновый лист.
Несколькими фразами она и похвалила Цюй Чаоюэ, и нашла уважительное оправдание для Су Мусс. Та была и благодарна, и восхищена её находчивостью.
Цюй Чаоюэ опустил взгляд на её туфли на шпильке, явно выше десяти сантиметров, и кивнул с пониманием:
— В следующий раз не носи такие высокие каблуки.
Су Мусс взглянула на свои туфли со стразами, идеально подчёркивающие лодыжку и свод стопы, и мысленно фыркнула: «Безвкусие!»
Но вслух ответила покорно:
— Спасибо, мистер Цюй, за понимание. Как вернусь домой, сразу выброшу их.
«И всё? Без наказания, без блокировки, без расторжения контракта?» — Ли Цзиньмань сжала кулаки от злости.
Среди руководителей «Чэнь Юй» было много проницательных людей.
Мистер Ли с подозрением переводил взгляд с Цюй Чаоюэ на Су Мусс, чувствуя между ними странную атмосферу. Неужели босс… заинтересовался?
Он обратился к Су Мусс:
— Ты, наверное, не знаешь: мистер Ян только что подчеркнул, что мистер Цюй не пьёт алкоголь. А ты подошла с бокалом и чуть не облила его! Повезло тебе, что мистер Цюй такой великодушный и не стал придавать значения.
Су Мусс улыбнулась и кивнула, будто полностью согласна.
Мистер Ли спросил Цинь:
— Кстати, Цинь, как зовут твою подопечную? Ты ещё не представила.
Цинь уже собиралась ответить, но вдруг заговорил сидевший во главе стола:
— Мусс.
Это имя прозвучало так, будто он долго держал его на языке.
Цинь удивилась.
Су Мусс широко раскрыла глаза: «Почему так фамильярно? Боится, что кто-то раскроет наши отношения? Ведь именно он должен больше всего этого опасаться!»
Мистер Ли подумал, что Цюй Чаоюэ хочет десерт, и проворно нарезал кусок торта «Мусс», протянув ему.
Мистер Ян мягко остановил его:
— Мистер Цюй не любит сладкое.
— Ах… — растерялся мистер Ли.
Цюй Чаоюэ откинулся на спинку дивана, расслабленно:
— Су Мусс. Верно?
Су Мусс:
— Да.
Цинь осторожно задала вопрос, который хотел задать и мистер Ли:
— Неужели… мистер Цюй и Мусс знакомы?
Су Мусс замотала головой, как бубенчик: «Не знакомы! Не встречались! Не помню!»
Цюй Чаоюэ не спешил отвечать, с интересом наблюдая за реакцией Су Мусс. Испуганная, как хомячок — чертовски мило.
Наконец он произнёс:
— Вчера утром в кабинете мистера Ли я слушал целый спектакль. У тебя громкий голос.
Он имел в виду вчерашнюю ссору Су Мусс со Сяо Тао в офисе.
Тогда несколько руководителей слышали шум, и Сяо Тао даже наказали. Но никто не запомнил имени второй участницы.
Теперь, когда Цюй Чаоюэ вспомнил об этом, все снова напряглись: значит, наказание неизбежно!
Ли Цзиньмань злорадно усмехнулась: оказывается, не прощает — просто решил наказать за всё сразу! Она с нетерпением ждала унизительного конца Су Мусс.
Су Мусс смутилась, вспомнив, что их перепалку слышал сам босс, и неловко хихикнула.
Цюй Чаоюэ обратился к мистеру Юю:
— Отлично. Вот таких певиц и нужно подписывать: сильный голос, выносливое дыхание.
Мистер Юй тут же закивал.
Но Цюй Чаоюэ перевёл взгляд на Су Мусс и строго добавил:
— Однако в офисе не место для криков. Поняла?
Когда он переходил в официальный тон, в нём чувствовалась властная строгость.
Су Мусс слегка занервничала, заложив руки за спину и теребя пальцы:
— Поняла.
Цинь нахмурилась.
Если бы Цюй Чаоюэ не упомянул об этом, она бы и не узнала о ссоре Су Мусс. Новичок сразу оставил такое впечатление у нового босса… Цинь волновалась за неё.
К счастью, похоже, Цюй Чаоюэ не собирался применять меры — просто дал понять, что следит.
Она немного успокоилась и сердито посмотрела на Су Мусс: «Ну и непоседа!»
Су Мусс поймала её предостерегающий взгляд и смущённо почесала затылок.
Ли Цзиньмань подошла с тремя бокалами:
— В «Чэнь Юй» есть свои правила. Пусть мистер Цюй великодушен и не стал придавать значения, но мы не можем делать вид, что ничего не случилось. Мусс, тебе стоит извиниться перед мистером Цюй.
Су Мусс:
— Простите, мистер Цюй!
Цюй Чаоюэ теперь её непосредственный начальник, держит её карьеру в своих руках. Ради мечты стать певицей и зарабатывать большие деньги — извиниться не проблема!
Её готовность так поразила Ли Цзиньмань, что та чуть не забыла следующую фразу.
Ли Цзиньмань протянула ей бокалы:
— Извинения должны быть искренними. Выпей три бокала сама.
Су Мусс заколебалась: Ли Цзиньмань явно замышляет что-то недоброе. Можно ли пить то, что она принесла…
http://bllate.org/book/7494/703659
Готово:
