Взгляд императора невольно скользнул к императрице, но он уже не помнил, с какого времени его супруга перестала, как прежде, постоянно обращать на него глаза. В его взгляде на миг мелькнула тень утраты. Однако, едва он перевёл взгляд на Ло Чжихэн, зрачки его резко сузились, а лицо изменилось.
Та женщина, озарённая золотым сиянием, в своём недавнем дерзком и радостном повороте — её выражение лица, профиль, черты — на миг потрясли императора до глубины души!
— Ваше императорское величество, вам нехорошо? — раздался у него в ушах приглушённо ликующий голос князя Сяньши.
Князь Сяньши просто сиял. Этот необычный, полный изобретательности и огня танец Ло Чжихэн, вероятно, уже навсегда запечатлелся в сердцах всех присутствующих как неоспоримое доказательство её звания Первой Талантливой под небесами! Это было просто великолепно! За всю свою долгую жизнь он никогда ещё не чувствовал такой гордости. Всю жизнь он вёл борьбу с императором Сянь, соперничая с ним с детства, и хотя победы и поражения сменяли друг друга, сегодня он одержал почти полную победу!
Подряд два выступления — и оба раза Ло Чжихэн покоряла зрителей своей неповторимой и выдающейся игрой, завоёвывая бесконечные аплодисменты, восхищение и признание, создавая один за другим ошеломляющие легенды! Что это, как не его собственная слава? В этом всенародно наблюдаемом состязании Первой Талантливой он уже дважды одолел императора Сянь — подобного триумфа и величия он ещё не знал!
Даже этот хитроумный старый лис, князь Сяньши, теперь не мог сдержать волнения и восторга. Каждый раз, наблюдая за танцем Ло Чжихэн, он едва сдерживался, чтобы не вскочить и не закричать от восторга. А уж иностранный император, должно быть, и вовсе не выдержит напряжения! В глазах князя даже мелькнула насмешка: он был абсолютно уверен, что император побледнел именно потому, что уже предчувствует поражение — ведь представительница его собственной страны проигрывает, и это позор!
— Вашему величеству не стоит волноваться, — сказал он с высокомерной радостью. — Даже если результат этого раунда окажется не слишком удачным, всё же впереди последнее испытание. Чжугэ Хуалуань — не та, кого легко может одолеть какая-нибудь заурядная особа!
Однако он совершенно ошибался. Императору было совершенно безразлично, кто победит в этом состязании. Победа подданной Наньчжао для империи была лишь приятным дополнением, но не имела никакой практической пользы для императорского двора. Напротив, если бы представительница рода Бай действительно одержала верх, император был бы недоволен. Императорская хитрость — вещь непостижимая: даже самый добрый правитель может улыбаться тебе с отеческой теплотой, а в следующий миг уже приказать устранить тебя, чтобы предотвратить любую угрозу.
Император пристально следил за Ло Чжихэн. В его глазах читалось замешательство и недоумение. В тот самый миг, когда Ло Чжихэн обернулась, он не мог не признать: его сердце сжалось от шока. В её профиле, полном юношеской свежести, дерзости, сияния и благородной отваги, он вдруг почувствовал страшную, почти болезненную знакомость. Ему казалось, что он вот-вот вспомнит, кому именно она так напоминает!
Император инстинктивно почувствовал: Ло Чжихэн обязательно похожа на кого-то чрезвычайно важного для него. Но почему же он не может вспомнить, кто это? Если этот человек действительно так значим для него, как можно его не узнать?
Однако в этот самый момент вопрос князя Сяньши полностью разрушил хрупкую нить его воспоминаний. Разум императора опустел, и теперь он мучительно пытался вспомнить то, что ускользало от него. Это тоже было мучением. Гнев вспыхнул в нём, и лицо стало ещё мрачнее. Он сжал губы и промолчал.
Шестой князь, заметив это, тоже решил, что император расстроен из-за предполагаемого поражения. В его глазах мелькнуло одобрение, и даже высокомерный князь не удержался, чтобы не утешить императора:
— Вашему величеству не стоит переживать. Даже если результат этого раунда окажется не слишком удачным, всё же впереди последнее испытание. Чжугэ Хуалуань — не та, кого легко может одолеть какая-нибудь заурядная особа!
Очевидно, и он, и князь Сяньши думали одинаково: оба решили, что мрачное лицо императора вызвано тем, что он уже предчувствует исход состязания. Князь Сяньши считал императора сторонником императора Сянь, ведь тот управлял Наньчжао, а Шестой князь представлял императора Сянь и, соответственно, считал императора своим союзником.
Эта логическая цепочка казалась им обоим совершенно естественной, и никто даже не подумал спросить самого императора, что он на самом деле чувствует.
Танец и музыка — самые заразительные вещи на свете. Весёлый, страстный танец под лёгкую, звонкую мелодию способен тронуть самые глубокие струны души и невольно заставить зрителей разделить радость исполнителей.
Три девушки, смеясь и переговариваясь, весело танцевали, но не забывали и о Му Юньхэ, оставшемся в стороне. Ло Чжихэн всё же пожалела его и повела подруг вокруг него, словно устраивая небольшой праздник на манер наада — девушки смело плясали вокруг прекрасного юноши.
Му Юньхэ тоже старался не подвести Ло Чжихэн: он с трудом выпрямился и слегка запрокинул голову, делая вид, будто внимательно наблюдает за девушками, но его взгляд всё время следовал только за Ло Чжихэн.
Перед зрителями развернулась трогательная история любви, завершившаяся счастливо и увенчавшаяся ещё и дружбой. Люди сами домысливали: теперь добрая и верная богиня пустыни сможет жить в полной гармонии со своим принцем и верными друзьями, веселясь и танцуя без забот!
Хотя конец был довольно банальным, он оказался тёплым и умиротворяющим. Зрители были довольны!
Под конец танца, по знаку няни, музыка постепенно затихала. Три девушки, взявшись за руки, одновременно подняли их вверх и радостно подпрыгнули. Танец завершился!
Девушки приземлились на песок пустыни и, переглянувшись, рассмеялись. Их звонкий смех разнёсся над безбрежными песками!
Гром аплодисментов поднялся со всех сторон, как мощный прилив, заглушая их смех, но не в силах погасить их искреннюю радость и улыбки!
Ло Чжихэн помогла Му Юньхэ встать; Му Жунь Сяньсюэ тоже подошла помочь. Вдвоём они, будто бы просто играя, незаметно поддерживали его, опасаясь, что кто-то заметит его слабость. Му Юньхэ тоже старался изо всех сил: как только ему удалось перевести дух, даже боль в сердце, вызванная подозрениями насчёт своей сестры, немного утихла.
Ло Чжихэн и вправду была для него целебным эликсиром!
Четверо стояли в центре арены. Ло Чжихэн подождала немного, но зрители всё ещё не могли унять свой восторг и продолжали неистово аплодировать и кричать. Она улыбнулась и спокойно ждала.
В душе она тоже наконец перевела дух. Честно признаваясь себе, она не слишком умела танцевать, но достигла такого успеха благодаря своему уму. Она прекрасно знала, как использовать свои сильные стороны и скрыть слабости, чтобы засиять по-настоящему.
Она заранее насторожилась против Бай Минчжу — не только из-за недавней попытки убийства со стороны рода Бай, но и потому, что императрица однажды сказала ей: «Бай Минчжу крайне коварна. Остерегайся её на состязании». Ло Чжихэн сразу поняла: Бай Минчжу, даже если захочет убить её, не посмеет сделать это открыто. Значит, она наверняка попытается испортить её выступление. Если им суждено встретиться в этом раунде, Бай Минчжу обязательно сыграет грязно.
Поэтому Ло Чжихэн с самого начала готовилась к этому. Она расставляла ловушки за ловушкой, не жалея их для Бай Минчжу.
Сначала она спровоцировала её, потом тщательно скрывала свой наряд. Ведь если бы она переодевалась прямо перед выступлением, у неё не было бы времени подготовиться. Но если бы Бай Минчжу заранее увидела её костюм, то сразу бы поняла, что Ло Чжихэн собирается танцевать. Поэтому она плотно укутывалась, а затем нарочно заявила, что ей нужна цитра, но не уточнила, что будет на ней играть. Между «нужна цитра» и «буду играть на цитре» — огромная разница!
Таким образом, незаметная ловушка уже плотно опутала Бай Минчжу. Даже если та попытается обвинить Ло Чжихэн в нечестной игре, у неё найдутся веские доводы и объяснения, чтобы полностью опозорить Бай Минчжу и поставить под сомнение её честность. Выгоду получала только Ло Чжихэн, в любом случае!
Ло Чжихэн была по-настоящему безжалостна! Её хитрость и расчётливость были далеко не по зубам такой самонадеянной и высокомерной особе, как Бай Минчжу. По отношению к тем, кто действительно хотел её уничтожить, она всегда придерживалась правила: «Кто осмелится поднять на меня руку — погибни!». А Бай Минчжу была прямой наследницей рода Бай, относилась к ней крайне враждебно и была коварна. Так что, извини, тебе самое место в аду!
Ло Чжихэн шаг за шагом всё продумала. Её решение пригласить генерала Му Жуня лично аккомпанировать ей было крайне рискованным ходом!
Ведь генерал Му Жунь — человек высочайшего ранга, один из самых выдающихся военачальников Поднебесной, легендарная фигура, чья слава почти сравнима со славой Воина-Бога Йе Люй Цаншэна. Само его присутствие притягивало внимание, и если бы зрители увлеклись им, выступление Ло Чжихэн было бы обречено на провал!
Но Ло Чжихэн всё же пошла на этот риск и даже убедила генерала снизойти до роли аккомпаниатора. Она знала, что старый генерал не любит шумихи, но другие этого не знали. Видеть великого полководца за цитрой было поистине удивительно и необычно. Чтобы выиграть это состязание, Ло Чжихэн самой нужно было быть ещё ярче и впечатляющей!
Поэтому этот танец давался ей с огромным напряжением.
Но ради Му Юньхэ она была готова на всё! Ведь до цели оставалось всего два шага — и тогда она сможет выпросить у князя Сяньши шанс на спасение жизни для Юньхэ. Она ни за что не могла позволить себе сдаться.
И вот теперь, в этот момент, она позволила себе немного гордости и сдержанного удовлетворения. В этой опасной авантюре, в этой отчаянной ставке она всё же одержала победу! Внимание зрителей было приковано исключительно к ней, главной героине, хотя генерал Му Жунь и сыграл роль «зелёного листа». Но если только благодаря этому Му Юньхэ получит шанс на жизнь, она навсегда запомнит эту услугу генерала и будет почитать его как родного деда!
— Богиня пустыни! — вдруг раздался в толпе восторженный крик.
Аплодисменты на миг замерли, но тут же взорвались с новой силой:
— Богиня пустыни! Богиня пустыни!!
Зрители смотрели на Ло Чжихэн с таким пылом, будто не могли вырваться из волшебного мира, созданного её танцем. Они кричали это имя — имя, которое, по их мнению, лучше всего подходило ей.
Богиня пустыни!
Один танец — и она получила таинственное, почти священное прозвище!
Ло Чжихэн улыбнулась с лёгкой гордостью и кокетством и невольно посмотрела на Му Юньхэ. В её глазах сверкали искры яркого, ослепительного света.
Му Юньхэ стоял рядом и не удержался — обвил её тонкую талию рукой. Его взгляд был сосредоточен и нежен.
— Богиня пустыни? — тихо рассмеялся он. — Да, моя Ахэн, ты поистине достойна этого звания!
Ло Чжихэн хотела похвастаться перед ним, но как только он похвалил её, она вдруг смутилась. Как героиня в её собственном танце, она слегка застеснялась, но, не желая показаться слабой перед возлюбленным, гордо подняла подбородок. Этот жест был особенно обаятелен и мог бы покорить сердца всей Поднебесной!
Их взгляды встретились, и между ними без слов протекал тёплый, сладкий разговор. Невидимая, но ощутимая атмосфера нежности и счастья окружала их, заставляя даже сторонних наблюдателей чувствовать себя хорошо и умиротворённо.
http://bllate.org/book/7423/697561
Готово:
