Лу Чэнхэ смотрел на неё холодно и отстранённо:
— Мама, когда ты наконец начнёшь искать причину в себе? Подумай хорошенько — почему у нас всё так получилось.
Грудь Люй Юйфэнь тяжело вздымалась: гнев ещё не утих.
Цзэн Вань больше не вмешивалась. Она тихо натянула капюшон и сделала вид, что её здесь вовсе нет.
Люй Юйфэнь бросила взгляд на Цзэн Вань:
— Ты бы только не была… тогда я бы и…
— Неважно, кем я являюсь, — перебил Лу Чэнхэ. — Моя жизнь — не твоё дело.
— Я твоя мать! Всё, что я делаю, — ради вас!
— Вот только спроси, принимаем ли мы с Си Юй твою заботу.
— Неужели я способна навредить вам?!
— Ты не причинишь нам вреда. Ты просто заставляешь нас делать то, чего мы не хотим, — чётко, по слогам произнёс Лу Чэнхэ. Каждое слово — из самого сердца.
Люй Юйфэнь приоткрыла рот, но так и не нашлась, что ответить. На лбу залегли морщины, в глазах — тревога. Цзэн Вань всё это видела и понимала: «Жалок удел родителей на свете». Но она не Лу Чэнхэ и не Лу Сиюй — ей не дано было прочувствовать это на себе.
— Чэнхэ… Ладно, я пойду… Поговорим в другой раз, — вздохнула Люй Юйфэнь и повернулась, чтобы уйти. Пройдя несколько шагов, она вдруг обернулась, бросила косой взгляд на Цзэн Вань и сказала сыну:
— Через несколько дней у нас ужин с родителями Сун Цюйсяо. Не забудь прийти.
Лу Чэнхэ не отреагировал и продолжил собирать вещи на столе.
Люй Юйфэнь повторила:
— Не забудь.
Он молчал. Люй Юйфэнь, похоже, привыкла к такому поведению, больше не задерживалась и вышла, толкнув дверь.
Цзэн Вань приподняла веки и украдкой глянула на Лу Чэнхэ.
Сун Цюйсяо… Она знала это имя. Первая любовь Лу Чэнхэ.
За последние несколько минут имя упоминалось уже не раз. Цзэн Вань не могла не обратить на это внимание.
Хотя это её, в сущности, не касалось.
Лу Чэнхэ замер, отложил бумаги и, склонив голову, пристально посмотрел на задумавшуюся Цзэн Вань:
— Цзэн Вань, а мне идти?
Она перевела глаза, делая вид, что ничего не понимает:
— Куда идти?
— На ужин с родителями Сун Цюйсяо.
— Это твоё дело.
Цзэн Вань испугалась, что он продолжит расспрашивать, и, поправив одежду, сказала:
— Пожалуй, я подожду в коридоре у отделения стоматологии.
Лу Чэнхэ встал у неё на пути:
— Ответь мне.
Цзэн Вань подняла голову и встретилась с ним взглядом. Его тёмные, почти чёрные глаза жгли. Она нахмурилась, но тон не смягчила:
— Я уже сказала: это твоё дело.
Тишина. Бесконечная тишина.
Лу Чэнхэ молчал. Цзэн Вань опустила голову, чувствуя, как терпение подходит к концу.
Она оттолкнула его и шагнула вперёд:
— Я ухожу.
Дойдя до двери, она схватилась за ручку — и тут же чья-то рука остановила её движение.
Лу Чэнхэ развернул её и прижал между собой и дверью, втиснув в узкое пространство.
Эта близость, выходящая далеко за рамки «врач — пациентка», заставила сердце Цзэн Вань забиться быстрее.
— Я хочу услышать твой ответ… или хотя бы мнение, — раздался над ней его голос.
Цзэн Вань не поднимала глаз — её взгляд упирался в нижний карман его белого халата. Капюшон отлично скрывал её глаза от его пристального взгляда, и она облегчённо вздохнула: иначе он бы сразу увидел её смятение.
Внутри у неё всегда чётко была проведена черта — дистанция между ней и Лу Чэнхэ.
Их отношения, какими они были раньше, — вот что, по её мнению, было лучше всего.
Это не делало её мастером игр разума. Просто шаг через эту пропасть, высокую, как гора, казался слишком трудным.
Она заглушила голос и тихо сказала:
— Ответа у меня нет. Но как подруга советую — иди.
Пойди… и отпусти её.
Тогда и у неё в сердце станет легче, и она сможет сосредоточиться на тренировках.
Лу Чэнхэ холодно отрезал:
— Я сделаю вид, что не слышал этих слов.
Цзэн Вань засунула руки в карманы и прикусила губу. Внезапно она подняла голову, сорвала капюшон и посмотрела ему прямо в глаза:
— Да ты что, не понимаешь?! Я сказала — иди! Ты же просил ответ — вот он!
Спор с матерью уже вывел Лу Чэнхэ из привычного равновесия. А теперь Цзэн Вань специально его провоцировала. Он прекрасно это осознавал, но всё равно потерял контроль.
— Понял, — ледяным тоном бросил он.
Отступив на два шага, он увеличил расстояние между ними, вернулся к столу и сел писать отчёт.
Цзэн Вань осталась у двери одна. Лу Чэнхэ сделал вид, что её не существует.
Она сдерживала слёзы. Вот он, настоящий Лу Чэнхэ — надменный, холодный, держащий дистанцию, разрывающий связи… и исчезающий навсегда.
Цзэн Вань крепко сжала губы, открыла дверь и вышла.
Лу Чэнхэ замер, пальцы, сжимавшие ручку, побелели от напряжения. Он сдерживал гнев.
Но спустя мгновение расслабился — разум вновь взял верх.
Он швырнул ручку на стол, вскочил и бросился вслед за ней.
*
Цзэн Вань вошла в набитый лифт. Её снова прижали к углу, никто не заступился — она лишь терпела давление со всех сторон, пока не задохнулась.
Почему настроение такое подавленное?
Почему так больно?
Несколько глубоких вдохов не помогли унять тревогу.
Спустившись всего на один этаж, она, будто во сне, вышла. Осознав ошибку, попыталась вернуться — но кто-то тут же занял её место.
Она оцепенело смотрела на закрывающиеся двери и горько усмехнулась.
Цзэн Вань… Свободное место всегда займут другие…
И в сердце Лу Чэнхэ когда-нибудь поселится кто-то другой. Хватит мечтать — если это не твоё, так и не будет твоим.
Прошло уже больше полугода — чуть больше, чем три месяца назад их путаница наконец закончилась.
Цзэн Вань развернулась и стала искать лестничную клетку.
Лучше уж идти по лестнице, чем задыхаться в этом лифте.
Почему в больничных лестничных клетках всегда такой тусклый свет? Разве там не должны быть датчики движения? Она уже сколько раз топнула ногой — а лампы так и не загорелись.
Она уныло спускалась вниз. В отличие от прежних кед, кроссовки на мраморной плитке не издавали ни звука — даже сердце, казалось, перестало биться, будто она уже мертва.
Дойдя до первого этажа, она пошла вверх. Дойдя до верха — снова вниз.
Так она металась туда-сюда, пока боль в груди не утихла.
Наконец собравшись с духом, она поднялась обратно к стоматологии.
Открыв дверь аварийного выхода, она шла, опустив голову, и через несколько шагов врезалась в кого-то:
— Извините.
Обойдя, снова столкнулась:
— Извините.
Её душа ещё не вернулась в тело, и она не сразу поняла, что происходит, пока её не втащили обратно в лестничный пролёт.
— Ты кто такая?!
Цзэн Вань резко очнулась, но, подняв глаза, застыла — слова застряли в горле.
Кто ещё, кроме Лу Чэнхэ?
Он внезапно обхватил её за талию. Цзэн Вань изо всех сил пыталась вырваться.
— Цзэн Вань, я не пойду, — сказал он.
Она молчала, крепко сжав губы, и продолжала отталкивать его — по-настоящему, изо всех сил. Пальцы Лу Чэнхэ покраснели от её усилий, но он не отпускал.
— Пока я не отпущу — не вырвёшься.
— Да отвали, чёрт возьми!
— Нет.
— Пошёл вон!
— Не понял.
— Блин!
Цзэн Вань отталкивала его снова и снова, пока Лу Чэнхэ наконец не ослабил хватку. Она поправила одежду и опустила капюшон, чувствуя, как в душе бурлит смесь противоречивых эмоций. Она не понимала, зачем он за ней гнался — так легко нарушил порядок, который она с таким трудом навела в своих мыслях.
— Мне к стоматологу. Не мешай.
Цзэн Вань снова вышла в коридор. Люди сновали туда-сюда, она пробиралась сквозь толпу к кабинету.
Дойдя до двери, она обернулась — Лу Чэнхэ всё ещё следовал за ней.
— Тебе разве не надо на работу?
— Попросил коллегу подменить меня. Провожу тебя до конца.
— Я справлюсь сама.
Лу Чэнхэ не ответил, лишь смотрел на экран с номерами очереди:
— До тебя ещё трое.
Цзэн Вань обернулась — и правда…
— Значит, скоро моя очередь. Не нужно за мной следить. Никто не узнает, кто я такая.
Лу Чэнхэ спокойно возразил:
— А если вдруг? Капюшон упадёт, маска сползёт — и кто-нибудь узнает.
— Номер 81, Цзэн Вань, пройдите к креслу №7. Номер 81, Цзэн Вань, пройдите к креслу №7.
Механический женский голос объявил её вызов. Цзэн Вань огляделась — никто даже не обратил внимания на её имя.
Цзэн Вань… Таких имён — тысячи.
Она подняла голову к Лу Чэнхэ:
— Видишь? Никто не узнал.
— Заходи, — сказал он, явно не слушая её.
Цзэн Вань закатила глаза и вошла. Кресло №7 стояло у самой стены, в самом углу. Она оценила обстановку — точно не узнают. Единственная проблема — врач-мужчина перед ней.
— О, Лу Чэнхэ! — тот сразу заметил его.
— Давно не виделись, Сунь Цзюэ, — ответил Лу Чэнхэ. Они учились на одном курсе и были знакомы поверхностно.
— Кто зуб лечит? — глаза Сунь Цзюэ, видневшиеся над маской, заинтересованно блеснули.
— Я, — Цзэн Вань шагнула вперёд, сняла капюшон и маску и без промедления улеглась в кресло.
Сунь Цзюэ встал, надел перчатки и внимательно осмотрел её:
— Эх… Как тебя зовут… Почему-то лицо знакомое… — Он взглянул на экран. — А, Цзэн Вань…
Его рука замерла. Он снова посмотрел на неё, голос дрожал от удивления и возбуждения:
— Цзэн Вань? Та самая Цзэн Вань?
Он бросил взгляд на Лу Чэнхэ. Тот едва заметно кивнул и нетерпеливо поторопил:
— Давай быстрее.
— Ладно-ладно.
Сунь Цзюэ улыбнулся:
— Впервые лечу зубы спортсменке. Что с зубом?
Цзэн Вань равнодушно ответила:
— Верхний справа. Кариес.
— Откройте рот.
Она повиновалась. Сунь Цзюэ внимательно осмотрел зуб и сказал:
— Придётся пломбировать. Дырка большая — сначала положу лекарство, через неделю возвращайтесь.
Цзэн Вань краем глаза посмотрела на Лу Чэнхэ и с досадой вздохнула:
— Через неделю снова приходить…
— У вас срочные дела?
— Нет… Просто…
Просто ей не хотелось возвращаться в больницу — особенно в ту, где работает Лу Чэнхэ.
Далее она выполняла все указания Сунь Цзюэ: открывала рот, позволяла вставить инструменты, сплёвывала — и так по кругу.
Лу Чэнхэ сидел на стуле для посетителей и смотрел на неё. Цзэн Вань делала вид, что его нет.
Сунь Цзюэ почувствовал странное напряжение между ними и поддразнил:
— Эй, у вас тут что-то происходит?
Цзэн Вань не могла ответить — рот был открыт.
Лу Чэнхэ спокойно произнёс:
— Хотел бы, чтобы было. Но не факт, что кто-то этого хочет.
Сунь Цзюэ рассмеялся:
— Лу Чэнхэ, по-моему, в твоих словах кислинка чувствуется.
— Ты неверно понял.
Сунь Цзюэ тут же стал строить догадки:
— А, так Цзэн Вань тебе родственница? Отлично, гордость за семью!
Цзэн Вань мысленно фыркнула: «Родственница? Было бы так хорошо…»
Лу Чэнхэ коротко ответил:
— Нет.
— Тогда как вы познакомились?
— Случайно.
— О? Насколько случайно?
— Очень. Очень даже случайно.
Говоря это, Лу Чэнхэ не сводил глаз с Цзэн Вань. Та почувствовала его взгляд, но смотрела только в потолок, делая вид, что ничего не замечает.
Сунь Цзюэ закончил осмотр:
— Готово. Два часа ничего не есть. Неделю жуйте только левой стороной. Вата не должна выпасть.
— Хорошо, — Цзэн Вань встала и быстро надела маску с капюшоном.
— Идите оплачивать.
— Спасибо.
Цзэн Вань взяла карту и пошла к выходу. Сунь Цзюэ остановил Лу Чэнхэ:
— В больнице ведь ходят слухи, что ты гей?
Лу Чэнхэ бросил на него взгляд:
— Ты веришь?
— Раньше сомневался. Теперь — нет.
— Ладно, я пошёл.
— Удачи! Такую девушку не просто поймать.
Лу Чэнхэ усмехнулся и поспешил за Цзэн Вань.
На этот раз она не стала ждать лифт — пошла по лестнице. Шаги Лу Чэнхэ следовали за ней, и Цзэн Вань знала: он всё ещё рядом.
Остановившись на ступеньке, она повернулась к нему:
— Хватит уже! Не ходи за мной. Я вызову такси и поеду. Ты что, собираешься до самой команды провожать? В провинциальную сборную?
— Вечером зайду в сборную.
— Умоляю, не приходи.
— Не получится.
Цзэн Вань мысленно послала его куда подальше. У неё не было сил с ним спорить, и в её движениях чувствовалась обида.
— Цзэн Вань, — окликнул он.
http://bllate.org/book/7319/689667
Готово:
