В эти дни он и так мало спал, а прошлой ночью из-за Шу Ло так и вовсе не сомкнул глаз. А теперь, от возбуждения, снова не мог уснуть. Ему хотелось громко закричать, но он не смел — не знал, как выразить переполнявшую его радость.
Обняв телефон, он время от времени на него поглядывал. Шэнь Чжэн был счастлив, как дурачок: то и дело улыбался сам себе, а потом вдруг чувствовал пустоту в груди — и сам не понимал почему.
Когда дядя Цинь постучал в дверь, чтобы разбудить Шэнь Чжэна, тот уже умылся и привёл себя в порядок.
Хотя теперь за ним ухаживали, Шэнь Чжэн всё делал сам — он не привык, чтобы за ним хлопотали.
Теперь он будет стараться ещё усерднее, чтобы не стать обузой для Шу Ло и не заставлять её волноваться о нём.
Как только он вспоминал Шу Ло, сердце его сжималось, и он не знал, что с собой делать. При мысли о ней по всему телу простреливало болью, но сразу после боли его снова накрывало безграничное счастье.
Цинь Гуэй заметил странное поведение Шэнь Чжэна. По дороге в офис он спросил:
— Молодой господин, сегодня настроение отличное?
Он всё время видел в зеркале заднего вида, как Шэнь Чжэн то и дело улыбается, а взгляд его блуждает, будто ищет что-то. Было ясно — настроение у него прекрасное.
— Да ну? — попытался отшутиться Шэнь Чжэн.
— Нет? — усмехнулся дядя Цинь. — С того самого момента, как я пришёл за тобой, ты всё время улыбаешься.
Шэнь Чжэн смутился:
— Неужели?
— Расскажи, что случилось хорошего, — предложил Цинь Гуэй. — Пусть и мы порадуемся.
Шэнь Чжэн покачал головой. Нельзя говорить.
Это его сокровище. Его тайна.
Видя, что Шэнь Чжэн не собирается рассказывать, дядя Цинь больше не настаивал.
…
Фэй Жань наконец сдался перед Шу Ло. Неделю она упорно тренировалась, но петь так и не научилась. В студии Лю Ичжу уже готов был взорваться.
В итоге Фэй Жань принял решение в последний момент: Шу Ло будет танцевать в записи вместе с Лю Ичжу. Ведь Шу Ло в юности занималась танцами — для неё это не составит труда.
Он решил поставить тот самый танец, который поставил хореограф для фильма. Услышав это, Шу Ло облегчённо выдохнула!
Танцы — это её стихия. А пение — просто пытка!
Так Лю Ичжу наконец избавился от кошмара, когда Шу Ло пела — её голос был настоящей пыткой. Девушка выглядела прекрасно, но пела ужасно.
Задание стало гораздо легче, но Фэй Жань не собирался облегчать жизнь Шу Ло. Раз он в офисе — она обязана быть рядом. Шу Ло считала Фэй Жаня настоящим тираном: он даже не разрешал ей брать отгул. Втайне она желала ему, чтобы у него живот расстроился после обеда.
Лю Ичжу сочувствовал Шу Ло:
— Горничная у тирана, терпи, — говорил он. — Кто виноват, что ты такая симпатичная?
Шу Ло нахмурилась. Ей хотелось увидеть Шэнь Чжэна. Хотелось… обнять его.
Но Фэй Жань не давал ей ни единого шанса. Каждый вечер она возвращалась домой почти в десять, и Фэй Жань лично провожал её до самого подъезда, не спуская с неё глаз.
До двадцать седьмого числа двенадцатого лунного месяца оставалось немного. Шу Ло не знала, дают ли в компании Шэнь Чжэна новогодние каникулы. Во многих фирмах уже начались праздничные выходные, но у неё — нет. Даже двадцать девятого числа ей предстояло ехать на телеканал для репетиции новогоднего шоу. Она была невероятно занята.
Только лёжа в постели под одеялом, у неё находилось время позвонить Шэнь Чжэну. Она спросила, берут ли у него каникулы. Шэнь Чжэн ответил, что нет: остальные сотрудники уйдут в отпуск, но кто-то должен дежурить, и он как раз в числе дежурных. В доме всё равно будет один — скучно и пусто.
Услышав это, Шу Ло немного загрустила. Если бы не её плотный график, она бы обязательно провела праздники с ним.
Шэнь Чжэн спросил, какие у неё планы на Новый год. Шу Ло ответила, что тридцатого вечера будет выступать на местном телевидении в новогоднем шоу, а первого числа, скорее всего, вернётся домой. Если получится, она обязательно найдёт время навестить его.
Шэнь Чжэн согласился.
Его сердце переполняла сладость.
Между тем Шэнь Чжэн вернул акции, которые когда-то дедушка подарил Шэнь Циню. Тот собирался продать свои пять процентов акций третьим лицам, чтобы противостоять Шэнь Чжэну и отомстить ему. Шэнь Чжэн просто предъявил договор и нанял юриста — так он вернул те самые пять процентов.
В договоре чётко прописано: если одаряемый не выполняет условия дарения, даритель вправе отменить передачу акций.
Продажа акций Шэнь Цинем грубо нарушила положения договора.
Супруги Шэнь Цинь снова начали преследовать Шэнь Чжэна.
В тот вечер Шэнь Цинь явился вместе со всеми братьями и сёстрами — требовали объяснений. Хотели ли они его убить, чтобы почувствовать себя счастливыми?
Охранники снаружи не смогли их остановить — все валили в резиденцию, как одержимые. Цинь Гуэй и Сун Жань были в полном недоумении.
Шэнь Цинь тут же начал орать на Сун Жаня и Цинь Гуэя:
— Вы что, верные псы?! Сколько вам Шэнь Чжэн платит, что вы так за него держитесь? Этот неблагодарный ублюдок! Если я не посажу его в тюрьму, я не человек!
Цинь Гуэй спокойно спросил:
— А вы не боитесь, что мы вызовем полицию за хулиганство?
Ян Маньли сквозь зубы процедила:
— Вызывай! Давай, вызывай! Чего болтаешь?
Шэнь Юнь сказал:
— Мы просто хотим поговорить с Шэнь Чжэном. Хотим понять, чего он вообще хочет.
Шэнь До тоже присоединился к шумихе:
— Я пришёл посмотреть, как у моего дядюшки и моей девушки дела. Мой дядюшка — просто герой! Даже мою девушку отбивает! Посмотрю-ка на этого лицемера.
Шэнь Чжэн сидел в гостиной и знал, что Шэнь Цинь с женой снова пришли устраивать скандал. Он не собирался вмешиваться — пусть дядя Цинь их разгонит.
Но тут Шэнь До закричал во весь двор:
— Дядюшка! Шэнь Чжэн! Если ты настоящий мужчина — выходи! Или ты черепаха, что прячется в панцире и боится даже меня показаться? Хочешь, я расскажу журналистам, что ты у своего племянника девушку отбил? Дядюшка, как, по-твоему, люди тебя оценят? Ты ведь не знаешь, что Шу Ло сейчас на пике популярности? Если я скажу СМИ, что ты за ней ухаживаешь, её точно засмеют в сети!
Шэнь Чжэн отложил книгу и выкатил инвалидное кресло из гостиной.
Он сам докатился до двора и сказал дяде Циню:
— Пусть войдут.
Все ворвались в резиденцию семьи Шэнь и окружили Шэнь Чжэна.
Цинь Гуэй и Сун Жань приказали охране встать по обе стороны от Шэнь Чжэна. Тот не собирался приглашать их в дом и холодно произнёс:
— Говорите здесь, что вам нужно.
Шэнь Цинь, скрежеща зубами, указал на него:
— Шэнь Чжэн! Теперь я наконец увидел твоё истинное лицо! Я воспитывал тебя восемнадцать лет, а ты так со мной расплачиваешься? Отец при жизни и то не отбирал у меня акции в «Шэньши», а ты…
Шэнь Чжэн оставался совершенно спокойным:
— Это акции семьи Шэнь. Они не должны достаться посторонним. Раз ты хотел их продать, я вернул их. Разве тебе не нравится?
Шэнь Цинь в ярости закричал:
— Так хоть по рыночной цене купи! А ты — ни цента не дал!
Шэнь Чжэн усмехнулся:
— Ты нарушил условия договора. Зачем мне тебе платить?
Шэнь Цинь, задыхаясь от злости, выдавил:
— Я… я просто хотел тебя проучить!
— Акции я вернул, — сказал Шэнь Чжэн. — Ты больше не получишь их обратно. Если не хочешь и свои компании, можешь передать мне — я за них поуправляю.
Шэнь Цинь почувствовал себя ещё глубже униженным и побледнел от ярости.
Остальные братья и сёстры молча наблюдали. Шэнь Чжэн перевёл взгляд на Шэнь До и спросил:
— Что ты сейчас сказал?
— Сказал, что ты отбил у племянника девушку, — ответил Шэнь До.
Шэнь Чжэн остался бесстрастным:
— Осторожнее со словами. Я не отбивал её у тебя. Мы с Шу Ло не вместе. Не смей трогать её.
— Ладно, не трону, — ухмыльнулся Шэнь До. — Отдай компании «Шэньши» нам — и я замолчу.
Шэнь Чжэн молчал, сжав губы.
— Не отдашь — пойду к журналистам, — продолжал Шэнь До. — Скажу, что между вами что-то есть. Она только набирает популярность — неужели хочешь, чтобы её карьера рухнула из-за тебя?
— Между нами ничего нет, — ответил Шэнь Чжэн. — Тебе это выгодно? Кстати, Цинь Сы уже ко мне обращалась, Шэнь До.
Шэнь До нахмурился:
— Зачем она к тебе ходила? Ты что, её беременной сделал?
Шэнь Чжэн промолчал.
Шэнь До засмеялся фальшиво:
— Видать, ты не такой уж беспомощный, дядюшка! Я думал, если ноги не работают, то и там всё мертво. А ты, оказывается, в ударе! Она правда беременна? Ты её первый мужчина?
Кулаки Шэнь Чжэна сжались до белого. Он повернулся к дяде Циню:
— Дядя Цинь, проводи гостей.
Шэнь Чжэн развернул кресло и уехал, не желая больше разговаривать с этим мерзавцем. Тот знал, что натворил, но всё равно продолжал издеваться.
Шэнь До кричал ему вслед:
— Дядюшка! Ты такой крутой — одну уже затащил, теперь за Шу Ло гоняешься?
Шэнь Чжэн со всей силы ударил по подлокотнику кресла и, не оборачиваясь, ледяным тоном бросил:
— Следи за языком. Не все такие, как ты.
Цинь Гуэй уже начал выдворять всех, но Шэнь До продолжал буйствовать:
— Дядюшка! Я сейчас на всё пойду! Верни папе его пять процентов — и я молчу. А нет — Шу Ло не сможет оправдаться даже в Жёлтой реке! Ты ведь её так бережёшь? Вы же даже не вместе! Как думаешь, что будет с её карьерой, если я всё расскажу?
Руки Шэнь Чжэна вцепились в ручки кресла. Он остановил Цинь Гуэя и Сун Жаня:
— Дядя Цинь, пусть Шэнь Цинь, его жена и Шэнь До зайдут ко мне. Остальных — гоните.
Цинь Гуэй и Сун Жань выполнили приказ и впустили только троих.
Остальные начали ругаться, но Шэнь Чжэн не обращал внимания.
Его самого можно было унижать сколько угодно — но только не Шу Ло. Нужно было поговорить с Шэнь До. Нельзя допустить, чтобы тот оклеветал Шу Ло. У Шэнь До вражда с ним, а к Шу Ло он вообще не имеет отношения.
Шэнь Чжэн впустил семью Шэнь Циня в дом, велел тёте Цинь подать чай и сказал Шэнь До:
— Кто много зла творит, тот сам погибнет. Надеюсь, ты это понимаешь.
Шэнь До, развалившись на диване, насмешливо бросил:
— Двор неплохой. Всё это должно было принадлежать мне. Шэнь Чжэн, всё это — моё! Почему ты всё присвоил себе? Я — наследник деда!
— Хватит болтать ерунду, — сказал Шэнь Чжэн. — Говорим по делу. Между мной и Шу Ло ничего нет. Не втягивай в это невинную девушку.
— Не нравится она тебе? — усмехнулся Шэнь До. — Не верю! В прошлый раз она тайком приходила к тебе — думаешь, я не знаю? Не говори, что вы просто друзья.
— Просто друзья, — твёрдо ответил Шэнь Чжэн.
Шэнь До посмотрел на него с презрением:
— Друзья? Тогда проверим. Мне она тоже очень нравится, дядюшка. Помоги мне с ней познакомиться. Раз вы друзья, ты ей представишь — она точно не откажет.
Шэнь Цинь вмешался:
— Говори по делу.
— Это и есть дело! — парировал Шэнь До. — Твоё — так, на закуску.
Шэнь Цинь промолчал.
Ян Маньли спросила сына:
— О ком ты вообще?
Шэнь До, глядя на Шэнь Чжэна, с вызовом произнёс:
— Дядюшка, мама спрашивает — о ком речь? Скажи ей сам.
Шэнь Чжэн промолчал.
Шэнь До подумал, что Шэнь Чжэн, хоть и держится спокойно, внутри уже кипит от злости.
— Дядюшка, познакомь меня с Шу Ло, — сказал он. — Женишься на Цинь Сы — и я тебя больше не трону.
Шэнь Чжэн сжал кулаки от злости, но не стал сразу вступать в перепалку — боялся, что Шэнь До, отчаявшись, наделает глупостей.
Подумав, он ответил:
— Хочешь, чтобы я за твои подлости отвечал? Никто не захочет за меня замуж, даже Цинь Сы. Подбери нищенку на улице — и та меня презирать будет.
— Но у тебя же деньги! — возразил Шэнь До. — Женись на Цинь Сы, отдай мне Шу Ло — и я спокойно буду с ней жить. Больше не буду тебе мешать.
Ян Маньли спросила:
— Ты всё ещё увлечён той бесстыжей?
— Ты ничего не понимаешь, — ответил Шэнь До. — Это настоящая любовь.
— Мне это не нравится, — сказала Ян Маньли. — Хватит дурачиться.
— Мне плевать, что тебе нравится! — отрезал Шэнь До. — Она мне нравится.
Ян Маньли развела руками. Шэнь Цинь мрачно смотрел на сына, но тот делал вид, что не замечает.
— Дядюшка, — настаивал Шэнь До, — решился?
— Делай что хочешь, — ответил Шэнь Чжэн.
— …
— Между мной и Шу Ло чисто, — продолжил Шэнь Чжэн. — Если будешь распускать слухи — не избежать последствий. Попробуешь — я разорю твоего отца.
http://bllate.org/book/7311/689065
Готово:
