Поэтому она опередила его и первой сказала:
— Ну что, хочешь спросить, не скрываю ли я каких-то обстоятельств, чтобы вытянуть из меня признание? У вас это не выйдет. Вы с Цан Дэсюанем — одна шайка, да ещё и совести у вас нет.
Как бы ни старались двое перед ней, Цюэ Чжоу всегда находила, чем их прижать.
Более того, она заранее знала, что именно они собирались сказать дальше.
В каком-то смысле они даже были коллегами: ведь раньше, в Беспредельном аду, Цюэ Чжоу сама часто допрашивала злых духов.
А те были куда коварнее и упрямее преступников этого маленького мира.
Поэтому ей прекрасно было понятно, какие слова сейчас готовы вымолвить эти двое.
Видя, что Цюэ Чжоу непробиваема, оба полицейских пришли в ярость. Тот, что слева, громко хлопнул кулаком по столу дважды.
— Ты всё ещё студентка! — взревел он. — Ты хоть понимаешь, что, отказываясь признавать вину, ты сама себя губишь?! Если тебя всё же посадят, вся твоя жизнь будет испорчена!!!
Вокруг допросной комнаты царила тьма, лишь над головами Цюэ Чжоу и двух полицейских горел яркий свет.
Этот луч чётко освещал лицо девушки.
Её обычно беззаботное и спокойное выражение мгновенно сменилось ледяной холодностью, как только она услышала эти слова.
Аура, исходившая от Цюэ Чжоу, вмиг заставила обоих стражей порядка почувствовать тревогу. Не дожидаясь их следующей фразы, она резко произнесла:
— Я уже сказала: я не виновна! Цан Дэсюань — взяточник и нарушитель закона, это преступление! Цан Хао издевается над одноклассниками, насильно тащит девушек в отели, насилует и снимает видео, чтобы шантажировать — это тоже преступление! Если вы так стремитесь поймать преступников, почему не трогаете их? Или вы просто боитесь?!
Только что полицейский стучал по столу — теперь настала очередь Цюэ Чжоу.
Она со всей силы ударила ладонью по столешнице.
Громкий звук прокатился за пределы допросной.
«Клац!»
Стол, казалось бы крепкий, вдруг треснул посередине.
Полицейские остолбенели, их буквально придавило мощью её слов и присутствия.
На их лицах отразились смятение, стыд и даже боль.
Почему боль? Цюэ Чжоу подумала, что, возможно, эти полицейские — тоже жертвы давления со стороны начальства.
Может, когда-то они и пытались сопротивляться, но безрезультатно.
Особенно тот, что постарше.
Он тяжело вздохнул:
— Девочка, когда повзрослеешь, поймёшь: уступка — это вынужденная мера. А кто не уступает — того вышвыривают из системы.
— А кто устанавливает правила? — спросила Цюэ Чжоу.
Он замер и промолчал.
Цюэ Чжоу презрительно фыркнула:
— Правила создаются людьми. Но разве тех, о ком вы говорите, можно назвать людьми? Вы прекрасно знаете, виновна я или нет. Если у вас ещё осталась совесть, вам не следовало бы здесь сидеть со своим учеником и вытягивать из меня признания.
— Но у тебя всё равно ничего не выйдет.
— Откуда вы знаете, что не выйдет? Он уже в таком состоянии, а вы ещё не дали мне попробовать! Я вам прямо скажу: всё, что я хочу сделать, я обязательно сделаю.
Лёгкие, почти беззаботные слова Цюэ Чжоу ударили, словно тяжёлый молот.
Полицейский вдруг вспомнил, как много лет назад, полный энтузиазма, вступал в профессию. Он мечтал бороться со злом и стать великим детективом.
Но реальность оказалась иной: за эти годы он видел столько грязи в органах власти...
Ради выживания ему пришлось погрязнуть в трясине.
Со временем выбраться из неё стало невозможно.
А теперь, глядя на Цюэ Чжоу, он словно увидел в ней своё прошлое «я».
Нет, она даже сильнее, чем он был когда-то.
В допросной воцарилось долгое молчание.
Молодой полицейский то смотрел на наставника, то на девушку, совершенно не понимая, о чём они только что вели разговор, похожий на загадку.
— Наставник, продолжать допрос?.. — робко спросил он.
Полицейский вдруг встал:
— Считай, что этого разговора не было. Ты всё ещё студентка — иди обратно в школу.
Сяо Чжима, чей язык до этого обиженно свисал, тут же оживилась:
— Этот полицейский ещё не совсем лишился совести!
Цюэ Чжоу едва заметно улыбнулась:
— Дядя-полицейский, вас так долго гнетут... Разве в вашем сердце нет злости? Разве вы не хотите отомстить?
Ого.
Босс теперь соблазняет полицейского?
Сяо Чжима была поражена. А полицейский — о, его лицо уже начало меняться.
Голос девушки, словно искуснейший яд, тихо проник в его уши:
— Вы ещё не стары. Вы лучше меня знаете, скольких людей погубил Цан Дэсюань. Я всего лишь хочу спокойно учиться, поступить в Столичный университет и послужить Родине. Наверное, и вы когда-то мечтали о том же, выбирая профессию полицейского. Но посмотрите, до чего нас довели!
Полицейский опустил глаза на Цюэ Чжоу:
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я верю, что вы хороший полицейский. У меня есть доказательства, и мне нужна ваша помощь.
Он закрыл глаза, будто взвешивая, стоит ли браться за это дело.
А вот молодой полицейский наконец понял, о чём речь. Он ведь поначалу думал, что Цюэ Чжоу действительно избила господина секретаря.
Но из их разговора стало ясно: секретарь — негодяй, а девушка не может передать доказательства дальше.
В отличие от своего наставника, уже измученного жизнью, юноша был полон задора и решимости.
— Какие доказательства? — тут же вмешался он. — Я помогу тебе их передать!
— Ты уверен? — Цюэ Чжоу подняла на него взгляд.
Только что такой агрессивный страж порядка теперь твёрдо кивнул:
— Уверен!
Цюэ Чжоу воспользовалась компьютером в участке, вошла в свой личный аккаунт и скопировала всё содержимое на флешку.
Сяо Чжима всё ещё сомневалась:
— Сестра, этот полицейский только что так злился... Ты уверена, что он передаст доказательства? А вдруг он их уничтожит и пойдёт жаловаться Цан Дэсюаню?
На самом деле Сяо Чжима хотела спросить: почему бы не передать всё ей самой? Она могла бы отправить материалы в соответствующие инстанции или выложить в сеть — разве это не проще?
Цюэ Чжоу тоже об этом думала.
Но дело в том, что это выходит за рамки желаний первоначальной души.
Она уже сильно рискует, ввязавшись в эту историю из-за такого ничтожества, как Цан Хао, и даже оказалась в полиции.
Если использовать личный аккаунт Сяо Чжимы для подачи жалобы, проблема, скорее всего, так и не будет решена.
Поэтому ей необходимо участвовать в конкурсе, завоевать расположение ректора Столичного университета.
Именно поэтому она пришла в полицию — чтобы стражи порядка передали доказательства вместо неё.
Ведь полицейские — часть официальной системы, и их сигнал вызовет куда больше внимания, чем донос от школьницы.
К тому же, если она продолжит действовать в одиночку, рискует подставить под удар одноклассников, учителей... и Ци Сюя.
Цан Дэсюань — человек без scruples. Если его загнать в угол, он способен на всё.
Сегодня он устроил ДТП при свидетелях. А завтра?
Цюэ Чжоу не могла гарантировать защиту своим близким.
Она показала доказательства обоим полицейским.
Даже старший, подготовившийся ко всему, сжал кулаки от ярости, увидев, как насильно обращались с девушками.
У него тоже была дочь, уже в средней школе. Что, если бы с ней случилось нечто подобное? Разве он смог бы остаться в стороне?
И тогда он решил отправиться вместе с учеником в соответствующие инстанции немедленно.
— У меня есть знакомые, — сказал он. — Мы сами этим займёмся. А ты пока оставайся здесь, в участке. Этим компьютером можешь пользоваться — свяжись с родными или одноклассниками. Жди нас здесь.
— Хорошо. И вы тоже берегите себя.
Цюэ Чжоу выиграла.
Она только что поставила на то, что совесть старшего полицейского ещё не совсем погасла.
Судя по всему, она не ошиблась: его душа ещё не была полностью испорчена трясиной.
* * *
За пределами вокзала.
Ци Бай мчался на велосипеде сквозь плотный поток машин.
Полы его рубашки развевались на ветру, а волосы уже пропитались потом.
Ци Сюй пришёл в школу, где проходил конкурс, но узнал, что руководители Столичного университета и других вузов внезапно решили уехать — их поезд отправляется через два часа.
Он немедленно помчался на вокзал.
Наконец добравшись, Ци Сюй ворвался внутрь.
За ним гнался сотрудник безопасности с детектором в руках:
— Эй, парень впереди! Ты ещё не прошёл контроль! Стой!!!
Ци Сюй чувствовал, что совершает самое безрассудное в своей жизни.
Он всегда был примерным учеником, для которого учёба — почти единственная радость.
Но сейчас в голове крутилась лишь одна мысль: найти ректора Столичного университета и умолить его спасти Цюэ Чжоу.
Он бежал, одновременно пытаясь разглядеть расписание на большом экране. Поезд из Юньшэня в столицу отправляется через пятнадцать минут — уже идёт посадка.
Ци Сюй чувствовал, что силы на исходе.
Но, вспомнив, как Цюэ Чжоу увезли, а он остался бессилен, вдруг снова почувствовал прилив энергии.
Сотрудники вокзала всё ещё преследовали его.
Но юноша, не обращая внимания ни на кого, мчался вперёд. Пассажиры удивлённо смотрели на него, некоторые даже восхищались его видом.
Наконец Ци Сюй заметил группу университетских руководителей у турникета.
Ректор Столичного университета, кажется, разговаривал по телефону.
Юноша уже почти добрался до него, когда сотрудники вокзала настигли его и повалили на пол.
В груди Ци Сюя поднялась огромная волна отчаяния.
Раньше он бы со стыдом подумал, как глупо сейчас выглядит.
Но сейчас его мучило лишь одно: почему он не смог бежать быстрее? Хотя бы чуть-чуть!
Он был так близок... Ещё немного — и он успел бы сказать ректору: «Прошу вас, спасите Сяочжоу!»
Почему он не тот, кто стоит в центре власти? Почему он может лишь безмолвно смотреть, как Сяочжоу увозят, даже не разобравшись в деле?
Глаза юноши покраснели, а от перенапряжения лицо стало бледным. Эта хрупкая красота тронула многих вокруг.
Ци Сюй из последних сил вырвался и закричал сквозь шум вокзала:
— Ректор!!!
Тот, держащий телефон, на мгновение замер.
Он обернулся и увидел юношу, которого держали на полу.
Лицо показалось знакомым.
Присмотревшись, он воскликнул:
— О! Да ведь это тот самый парень, занявший первое место!
Увидев, что ректор его заметил, Ци Сюй наконец перевёл дух. В тот же миг из его глаз хлынули слёзы.
Он смотрел, как ректор подбегает к нему, и не успел ничего сказать, как тот заговорил первым:
— Я уже в курсе дела Цюэ Чжоу. Не волнуйся, я как раз еду в столицу, чтобы решить этот вопрос. Твоя одноклассница пока в безопасности. Иди домой, у тебя ещё впереди соревнования — нельзя подрывать здоровье, понял?
Голос Ци Сюя осип:
— Я знаю... Спасибо... Спасибо вам. Прошу, спасите Сяочжоу. Она делает это не ради себя, она ради...
— Я знаю, ради многих. Она очень храбрая девочка. И ты тоже храбрый. Сейчас я попрошу кого-нибудь отвезти тебя домой. Мне пора — поезд не ждёт.
Ци Сюй кивнул:
— Хорошо.
Ректор тут же позвонил, объяснил ситуацию сотрудникам вокзала.
Будучи ректором Столичного университета и видя, что юноша в школьной форме, те не стали возражать. Они отвели Ци Сюя в комнату отдыха персонала, дали воды и начали наставлять на путь истинный.
Хотя Ци Сюй, конечно, не слушал ни слова.
В его голове стоял лишь образ Цюэ Чжоу, увозимой в полицию.
Он думал, что Цюэ Чжоу — настоящая героиня, идущая вперёд, несмотря ни на что. Раньше она была для него просто соседской девочкой.
http://bllate.org/book/7297/688035
Готово:
