— Шесть миллионов! Где мне взять шесть миллионов?! — в отчаянии воскликнул Фу Хуаймин. — Я столько лет отработал в компании… Неужели она настолько бессердечна?
— Ты столько лет в компании, а какой вклад внёс? — с презрением фыркнула его менеджер. — У меня куча артистов, и ты — самый бездарный из всех. Всё мечтаешь стать главным героем фильмов, но посмотри на себя: чем ты лучше других? Твоя внешность в шоу-бизнесе — самая обычная. Компания даже платила за твои занятия по актёрскому мастерству, а ты ходил туда спустя рукава. Ты что, уже считаешь себя лауреатом «Золотого глобуса»?
Чем дальше она говорила, тем злее становилась.
Столько лет потрачено впустую! Когда-то она действительно поверила, что этот парень сможет прославиться. Как же она тогда ошиблась!
Фу Хуаймин попытался что-то возразить, но менеджер резко перебила:
— Не думай, будто я не знаю, что ты бегаешь к богатым женщинам. Компания делает вид, что ничего не замечает. Но шесть миллионов для таких дам — разве это много?
Поиск покровительства у богатых женщин был самым сокровенным секретом Фу Хуаймина.
Он считал, что никто об этом не знает, и очень не хотел, чтобы кто-либо узнал. Ведь признаться в таком — значит потерять лицо.
А теперь менеджер прямо назвала вещи своими именами. Щёки Фу Хуаймина горели, как будто его только что облили кипятком. Он чувствовал себя проституткой, лишённой всякой чести и достоинства.
Менеджеру было совершенно наплевать на его переживания. Вернувшись в офис, он заставил Фу Хуаймина подписать документы.
Компания опубликовала официальное заявление через личный аккаунт Фу Хуаймина о расторжении сотрудничества.
Никто не хотел ссориться с корпорацией Цюэ.
Хотя у группы Цюэ и не было активов в шоу-бизнесе, денег у неё было хоть отбавляй.
Если Фу Хуаймин не соберёт шесть миллионов в течение месяца, ему грозит тюрьма.
Его вышвырнули на улицу, а срок аренды его квартиры истекал через месяц.
Тем временем Цюэ Чжоу окружали почести и восхищение, а его самого превратили в грязь под ногами. Ненависть в сердце Фу Хуаймина росла с каждым днём.
Он открыл список контактов и набрал один номер.
Из трубки донёсся старческий голос:
— Решил?
— Решил.
— Я видел последние новости из шоу-бизнеса. Не волнуйся, если пойдёшь ко мне, тебе не придётся ни в чём нуждаться.
В глазах Фу Хуаймина вспыхнула ярость.
— А ты можешь помочь мне избавиться от Цюэ Чжоу?
— Хе-хе… Сначала позволь мне тебя «съесть».
После того как настоящая личность Цюэ Чжоу стала достоянием общественности, сестра Цзян безостановочно звонила ей.
Как человек, который был ближе всех к ней, сестра Цзян была глубоко обижена: почему Цюэ Чжоу не доверилась ей раньше?
Но вскоре Сяо Чжима убедилась в истинной силе своей «босса».
Всего несколькими фразами та сумела не только утешить сестру Цзян, но и вернуть ей радость.
Сначала Сяо Чжима думала, что её «босс» — воин, потом решила, что та просто мягкосердечная, затем поняла, что у неё железная воля и решительные методы, а теперь увидела, как легко та может переубедить любого — живого сделает мёртвым, а мёртвого — живым.
Сяо Чжима взволнованно задрожала в пространстве.
С тех пор как она попала в этот мир, ей приходилось лишь передавать сюжетные сводки, пару раз находить видеозаписи с камер наблюдения и определять местоположение. Всё это — работа без малейшего намёка на сложность.
Разве это не идеальный пример «лёгкой победы»? Разве это не то самое блаженство «ленивой рыбы»?
Без единого усилия — и вот уже мерзавец наказан.
— Сестрёнка, этот мерзавец нашёл себе богатую покровительницу. Он сильно тебя ненавидит и может попытаться отомстить, — предупредила Сяо Чжима, в голосе которой звучало восхищение и преклонение перед своей «боссом».
Цюэ Чжоу улыбнулась:
— Переживаешь за меня?
Она изящно взяла виноградину, положила в рот и медленно прожевала. Её слегка приподнятые уголки глаз выражали полное спокойствие.
Сяо Чжима кивнула:
— Очень переживаю за сестрёнку.
— Не волнуйся. Я живу уже много лет, и никто ещё не осмеливался… выходить против меня.
Если бы такие слова произнёс кто-то другой, Сяо Чжима немедленно закатила бы глаза и подумала: «Фу, как же раздражают эти выскочки!»
Но когда их произнесла Цюэ Чжоу, всё изменилось.
«Сестрёнка такая крутая! Такая красивая! Такая дерзкая! Хочу служить ей до конца дней!» — воскликнула про себя Сяо Чжима.
Именно в этот момент она поняла, что такое человеческая двойная мораль.
Разобравшись с Фу Хуаймином, Цюэ Чжоу позволила себе немного расслабиться.
Её число подписчиков в Weibo выросло на несколько миллионов, и она начала уверенно входить в число топовых звёзд.
Настал день благотворительного бала.
Цюэ Чжоу приехала вместе с отцом. На ней было платье цвета алого шёлка — простого кроя, но идеально подчёркивающее её фигуру.
Тонкая талия, изящные ключицы, украшенные лишь скромным жемчужным ожерельем.
А белоснежный браслет в форме змеи на запястье добавлял образу загадочной чувственности, не переходя вульгарную черту.
Она напоминала алый цветок аманты — прекрасный, но недосягаемый.
Когда она вошла в зал, опершись на руку отца, десятки взглядов тут же обратились на неё.
За последние дни её имя часто мелькало в соцсетях. Некоторые смотрели с восхищением, другие — с завистью или недоброжелательством.
— Не волнуйся, папа рядом, — тихо сказал Цюэ Папа.
Цюэ Чжоу улыбнулась:
— Я не волнуюсь, папа.
Она огляделась, но Янь Цина среди гостей не увидела.
Зато вместе с отцом познакомилась с несколькими руководителями крупных компаний.
Её манеры были безупречны, и даже Цюэ Папа удивился:
— Сяочжоу, ты что, тайком записалась на курсы этикета?
— А? Почему ты так думаешь?
— Помнишь, в детстве я однажды привёл тебя на подобный бал? Ты тогда устроила настоящий хаос — чуть не перевернула весь зал вверх дном, как Сунь Укун!
Говоря это, Цюэ Папа даже с гордостью улыбнулся.
Он похлопал дочь по руке:
— Ладно, гуляй пока сама. Мне нужно кое-что обсудить с коллегами. Скоро начнётся аукцион.
— Хорошо.
Она взяла бокал вина с подноса проходившего мимо официанта и сделала глоток.
Под светом люстр она словно излучала сияние.
Вдруг она почувствовала чей-то взгляд — настороженный и враждебный.
Она быстро огляделась, но зал был огромен, как футбольное поле, а людей — слишком много. Взгляд исчез в тот же миг, как она повернула голову.
Цюэ Чжоу не стала тратить время на поиски источника.
Позади послышались шаги.
Кто-то дважды похлопал её по плечу.
Перед ней стоял мужчина в костюме, ничем не примечательной внешности, с бокалом вина в руке. Увидев Цюэ Чжоу вблизи, он явно оцепенел от её красоты.
— Здравствуйте, госпожа. Меня зовут Чжао Чан. Не могли бы мы познакомиться?
Цюэ Чжоу не ответила. Она лишь подняла руку, демонстрируя изящное кольцо на среднем пальце, которое сверкало в свете люстр.
Мужчина сделал вид, что не заметил этого жеста.
— Простите, но я не совсем понимаю ваш намёк. Я всего лишь хочу познакомиться. В чём здесь проблема?
— Это значит, что знакомство невозможно, — спокойно ответила Цюэ Чжоу, делая полшага назад. Её улыбка осталась вежливой, но в глазах уже мелькнуло предупреждение.
Любой умный человек сразу бы понял, что пора отступить. Но Чжао Чан, очевидно, не относился к их числу.
Он даже протянул руку, чтобы коснуться её плеча, но Цюэ Чжоу ловко уклонилась.
Её глаза, ещё мгновение назад тёплые, стали ледяными.
— Я сказала: не хочу знакомиться. Убирайся, пока цел.
Холод в её голосе заставил Чжао Чана вздрогнуть.
Он нахмурился:
— Ты ведь всего лишь приглашённая знаменитость. Что ты здесь важничаешь? Моих денег хватит, чтобы содержать сотню таких, как ты!
— ? Что за бред?
Цюэ Чжоу нетерпеливо оглянулась и вдруг заметила Янь Цина — его окружили какие-то люди.
Нахмурившись, она попыталась подойти, но Чжао Чан встал у неё на пути.
Не раздумывая, Цюэ Чжоу схватила его за запястье и резко вывернула руку назад.
Мужчина ахнул от боли, но прежде чем он успел выкрикнуть что-то, Цюэ Чжоу зажала ему рот ладонью.
Её аромат проник в ноздри, но теперь он вызывал не желание, а страх — ведь в её глазах он прочитал: «Я убью тебя».
— Не смей следовать за мной. Иначе убью, — прошептала она с улыбкой, в которой таился яд.
Чжао Чан судорожно кивнул.
Цюэ Чжоу отпустила его. Он тяжело дышал, слёзы навернулись на глаза, но он даже не посмел обернуться.
«Какая ужасная женщина! Рука болит… Ууу… Больше никогда не буду знакомиться с красавицами наугад!» — думал он, дрожа всем телом.
……
Янь Цина окружили несколько человек.
Он смотрел на рояль в дальнем углу, раздражённо сжимая челюсти, но сохранял вежливость — ведь сегодняшний бал устраивала его сестра.
— Вы не могли бы отойти? — спросил он.
— Нет, — ответила одна из девушек, скрестив руки на груди. В её глазах читалось презрение. — Янь Цин, ты так преуспел в шоу-бизнесе, тебя так многие обожают… Может, споешь для нас? Если понравится — даже денег дадим.
Янь Цин промолчал. Его глаза потемнели.
Другая подхватила:
— Да уж, не понимаю тебя. Вместо того чтобы учиться и помогать семье, ты полез в этот цирк. Твоя мама постоянно жалуется, что ты позоришь род.
— Именно! Недавно она звонила моей матери и говорила, что ты почти не бываешь дома. А теперь вдруг появился. Зачем вообще пришёл?
Янь Цин глубоко вдохнул. Гнев в нём клокотал, как вулкан перед извержением.
Он всегда был не слишком красноречив. Только сочиняя песни, мог выразить всё, что чувствует.
Почему они не уходят?
Почему?
Он уже не мог сдерживаться.
Вдруг рядом появился знакомый аромат.
Его руку бережно обняли.
Рядом прозвучал спокойный, но твёрдый голос:
— Похоже, вы слишком увлеклись чужими делами.
Он резко поднял голову — и увидел Цюэ Чжоу.
В ту секунду, когда он уже тонул в отчаянии, она пришла и спасла его, как её имя и обещало — втянула в свою лодку.
Окружающие были молоды — лет двадцати с небольшим.
На мгновение глаза Цюэ Чжоу вспыхнули кроваво-красным, но тут же снова стали обычными.
— А ты кто такая, чтобы вмешиваться? — бросила одна из девушек, глядя на Цюэ Чжоу с завистью.
Цюэ Чжоу улыбалась, но её взгляд пронзал насквозь:
— Ты сейчас живёшь с молодым человеком, о чём не знает ни твой отец, ни жених. К тому же ты беременна.
Лицо девушки побледнело.
Цюэ Чжоу перевела взгляд на другую:
— Ты завалил восемь экзаменов в университете и дважды пересдавал, но всё равно не сдал. Скоро выпуск, и если твоя мама узнает, как ты учился, ей будет стыдно перед роднёй.
Затем она посмотрела на третьего:
— Ты растратил все деньги, которые дал тебе отец, на содержание любовника. Деньги кончились, а тебя ещё и шантажируют компроматом. Если семья узнает, они с ума сойдут.
Она говорила легко, будто рассказывала о погоде, но лица троицы мгновенно побледнели.
— Кто ты такая?! Откуда ты всё это знаешь?! — выкрикнул один из них, глядя на Цюэ Чжоу с ужасом.
— Я — Цюэ. Из семьи Цюэ. Хотя ваши мелкие грязные секреты меня не интересуют. Но если вы продолжите издеваться над ним, не ручаюсь, что случайно не расскажу обо всём вашим родителям…
— Мы… мы больше не будем трогать Янь Цина!
— Тогда извинитесь.
Цюэ Чжоу достала телефон и включила запись видео, направив камеру на их лица.
Те в панике заслонились руками:
— Что ты делаешь?!
— Почему прячетесь? Не хотите извиняться? Тогда сейчас найду ваших родителей —
— Прости! — закричали они хором.
Цюэ Чжоу сочла их извинения недостаточно искренними, и они повторили ещё раз.
И только когда Янь Цин потянул её за руку и тихо сказал:
— Хватит.
— Ладно, — кивнула Цюэ Чжоу. — Раз Сяоцин говорит, что хватит, можете уходить.
Те трое чувствовали себя как прирученные псы. Перед величием Цюэ Чжоу, казалось, они потеряли всякое человеческое достоинство. Но ни один из них не посмел пикнуть — они молча ушли.
http://bllate.org/book/7297/687978
Готово:
