Сказав это, она снова взглянула на Чжу Унэна, восседавшего на спине Бай Лунмы:
— Внизу у горы я слышала, как одна женщина говорила, что вода из Источника прерывания беременности невероятно редка — десять тысяч цзиней не сыскать! У меня с собой немного серебра — всего двести лянов. Я понимаю, этого явно недостаточно, но прошу вас, даос, пожалейте моего младшего брата и продайте нам хотя бы одну чашу этой воды.
Закончив речь, Тао Бао подняла глаза и внимательно изучила выражение лица Чжэньсяня Жуи. Увидев, как в его глазах мелькнула довольная улыбка, она сразу перевела дух: он доволен предложенной ценой.
В оригинальной истории всё было иначе. Из-за того, что Хунъайэра забрала к себе Гуаньинь и сделала своим Добродетельным Служителем, Чжэньсянь Жуи не только отказался давать воду, но даже вступил в бой с Сунь Укуном — и лишь после долгих усилий монахи получили заветную чашу.
Но сейчас Сунь Укуна здесь нет, Хунъайэр ещё не стал учеником Гуаньинь, и кроме испытания, предназначенного Тань Саньцзану и его ученикам, между ними нет никаких обид. Да и сам Хунъайэр явно помогает — так что драки, скорее всего, не будет.
Главное же — у Тао Бао есть деньги. А разве найдётся на свете торговец, который откажет в сделке, когда покупатель сам пришёл?
«Деньги решают всё» — это утверждение оказалось верным. Благодаря тому, что Хунъайэр неустанно хлопотал за них, Чжэньсянь Жуи лишь попросил кого-нибудь из гостей сразиться с его двумя даосами — просто для вида.
Естественно, вышел Ша Сэнь. Он подошёл, обменялся несколькими ударами с обоими даосами и, получив незаметный знак от Тао Бао, нарочно проиграл. Всё заняло меньше двух минут. После этого Чжэньсянь Жуи пригласил их в даосский храм как почётных гостей.
Попросив всех немного подождать, он с довольной улыбкой принял от Тао Бао серебряные слитки и велел своим даосам принести воды.
Когда воду подали и заставили Чжу Унэна выпить, Тао Бао с облегчением вытерла пот со лба, увидев, как живот её младшего брата начал сдуваться.
Ей, простой смертной, приходится лавировать среди этих демонов и духов — это невероятно напряжённо! Один неверный шаг — и они одним выдохом сотрут её в прах. От этой мысли её просто коробило.
Хотя… она ведь ещё ни разу по-настоящему не сражалась с ними. Может, в крайнем случае сумеет убежать? Тао Бао не была в этом уверена.
Чжу Унэн уже немного пришёл в себя, но всё ещё был слаб. Благодаря заступничеству Хунъайэра, Чжэньсянь Жуи разрешил им остаться на пару дней. Предупредив Тао Бао и остальных не шастать по храму без спроса, он увёл несогласного Хунъайэра в свои комнаты для медитации.
Когда дядя плотно закрыл двери и окна, словно собираясь обсудить что-то тайное, Хунъайэр удивлённо спросил:
— Дядя, а что это вы делаете?
Только убедившись, что всё надёжно заперто, Чжэньсянь Жуи усадил племянника и серьёзно посмотрел на него.
— Хунъайэр, скажи мне честно: кто такая эта Тао Бао? Почему мне от неё так не по себе? — нахмурился он, вспомнив о ней.
Ведь она же обычная смертная, а всё равно создаётся странное ощущение, будто её присутствие как-то подавляет его. Очень странно.
* * *
Тем временем Тао Бао сидела одна на стуле и задавала почти тот же вопрос, что и Чжэньсянь Жуи:
— Сяо Ай, почему мне так спокойно и уютно в этом храме?
— Потому что ты находишься на своей территории, конечно! — весело ответила Сяо Ай.
Тао Бао тут же засыпала её вопросами, но та больше не отвечала, оставив её в мучительном любопытстве.
«На своей территории?» — недоумевала Тао Бао. — «Моей или компании?»
Это же территория Чжэньсяня Жуи, а он, в свою очередь, связан с Цинънюй — слугой Даоцзюня. Получается, это земля самого Даоцзюня! Но Сяо Ай говорит, что это «её территория». Неужели у компании есть какие-то особые договорённости с Даоцзюнем?
Голова шла кругом от догадок, и в итоге Тао Бао просто уснула прямо на стуле.
Утром её разбудил петушиный крик. Вскочив, она обнаружила, что в комнате никого нет. Выглянув в окно и увидев солнце в зените, она в ужасе ахнула:
— Неужели я проспала до полудня?! Это же невозможно!
Потерев лицо, чтобы окончательно проснуться, она вышла наружу — и тут же замерла от изумления, увидев ящики с красными лентами, расставленные повсюду.
Она уже собиралась искать кого-нибудь, чтобы выяснить, что происходит, как вдруг Хунъайэр и Бай Лунма, весело подпрыгивая, помчались к ней.
— Что это за помолвочные подарки повсюду? — растерянно спросила Тао Бао у Хунъайэра.
— Старшая сестра, Учитель прислал меня позвать тебя! — тревожно ответил Бай Лунма.
Хунъайэр же, напротив, подбежал к ней, схватил за подол и злорадно захихикал:
— Тао-цзецзе, твой Учитель остаётся здесь! Тебе больше не нужно сопровождать его в путь за сутрами. Пойдём со мной в Пещеру Огненного Облака! Будешь готовить мне вкусняшки каждый день — разве не здорово?
Тао Бао растерялась. Увидев обеспокоенное лицо Бай Лунмы, она кивнула ему, чтобы тот шёл вперёд, и, взяв за руку радостного Хунъайэра, направилась во двор.
По дороге Бай Лунма всё ей объяснил. Оказалось, королева Женского Царства услышала от подданных, что Тань Саньцзан необычайно красив, и загорелась желанием увидеть его. Теперь она прислала свою наставницу с помолвочными дарами, чтобы та сватала монаха в мужья.
Услышав это, Тао Бао еле сдерживала смех. Добравшись до двора и увидев происходящее, она не выдержала и расхохоталась:
— Ха-ха-ха! Учитель, да у вас же прямо царская удача! — насмешливо воскликнула она.
Во дворе толпились одни женщины. Впереди стояла дама в пурпурных роскошных одеждах — очевидно, наставница королевы.
Услышав голос Тао Бао, та наконец оторвала взгляд от «божественного лица» Тань Саньцзана и, заметив в храме неожиданно появившуюся женщину, которая к тому же называла монаха «Учителем», нахмурилась.
— Монах Тан, а кто эта девушка? — спросила она, обращаясь к Тань Саньцзану. Её улыбка, направленная на него, была яркой, как цветущее рапсовое поле весной — чересчур сладкой и приторной.
Тань Саньцзан не выдержал такого взгляда и, увидев, что пришла Тао Бао, поспешно спрятался за спинами Ша Сэня и Чжу Унэна, многозначительно посмотрев на ученицу — мол, спасай!
Тао Бао оставила двух мальчишек позади и спокойно подошла вперёд:
— Простите, госпожа, а вы кто?
— Это наша наставница! — выкрикнула одна из стражниц, не дожидаясь ответа своей госпожи. — Как ты смеешь не кланяться наставнице?! Немедленно падай на колени!
Хунъайэр вспыхнул от гнева. Его глаза вспыхнули огнём, и он тут же выставил вперёд своё красное копьё:
— Как смеешь грубить моей сестре?! Я сейчас тебя прикончу!
Он уже сделал шаг вперёд, чтобы нанести удар, но Тао Бао быстро обняла разъярённого мальчика:
— Нет-нет, так нельзя! Я знаю, ты защищаешь меня, но не стоит из-за меня убивать людей. Подожди немного, я сама всё улажу. А потом приготовлю тебе торт с ароматом свежей травы, хорошо? — ласково уговорила она.
Хунъайэр недовольно фыркнул, бросил гневный взгляд на стражницу, но послушно отступил в сторону.
Его глаза всё ещё горели, а из ноздрей вырывались клубы пара — зрелище, от которого местные стражницы, никогда не видевшие настоящих демонов, сильно испугались. Теперь они не осмеливались недооценивать Тао Бао.
Тань Саньцзан, увидев, насколько эффективна его ученица, мысленно возблагодарил Будду — теперь он спасён.
Наставница же смотрела на Тао Бао с ещё большей неприязнью. Заметив, как Ша Сэнь и Чжу Унэн тут же приблизились к ней, словно нашли свою опору, она в голове уже сочинила целую драму о тайной связи между монахом и его ученицей.
— Госпожа, вы так и не ответили мне, — мягко напомнила Тао Бао. — Кто вы?
Из-за прошлого случая с паучихами Чжу Унэн теперь панически боялся всех красивых женщин. Он тут же подскочил к уху Тао Бао и шепнул ей о цели визита наставницы.
Тао Бао и так всё знала, но раз уж Чжу Унэн впервые проявил инициативу, она одобрительно кивнула:
— Так вы пришли от имени королевы, чтобы выдать её замуж за моего Учителя? Но разве вы не знаете, что он буддийский монах?
Услышав, что Тао Бао — всего лишь ученица, наставница тут же расцвела:
— Ах, так вы дочь монаха Тана! Какое счастливое стечение обстоятельств! Пожалуйста, уговорите своего Учителя! Ведь любовные утехи куда приятнее, чем путь за сутрами! Мы принесли столько помолвочных даров — разве это не доказательство нашей искренности? Королева даже сказала: если монах согласится, она готова уступить ему трон! Вы все сможете остаться в Женском Царстве — будете есть вкусную еду, веселиться… Разве это не лучше, чем тащиться за какими-то сутрами?
Чжу Унэн, услышав, что королева готова отдать даже трон, не скрыл зависти:
— Учитель, это же невероятная удача!
Тань Саньцзан бросил на него укоризненный взгляд и тихо пробормотал:
— Не хочешь больше становиться буддой? Разве несколько десятков лет в этом мире лучше, чем вечное просветление?
Чжу Унэн почесал затылок и захихикал:
— Ну… наверное, лучше всё-таки стать буддой…
— Но Учитель, — встрял Ша Сэнь, нахмурившись от тревоги, — а если королева рассердится и откажет в пропуске?
Тань Саньцзан покачал головой с лёгким вздохом:
— Эх, ты что, забыл, что у нас есть старшая сестра? С ней всё будет в порядке.
А ведь ещё и Хунъайэр рядом — стоит только дать кому-нибудь по шее, и королева тут же подпишет документы!
Напоминание Учителя успокоило Ша Сэня. Он взглянул на Тао Бао, потом на Тань Саньцзана и подумал про себя: «Старшая сестра совсем испортила Учителя».
Тао Бао, конечно, не собиралась признавать, что это её заслуга. По её мнению, Учитель и сам был «чёрным внутри» — просто внешне выглядел белым, как пельмень с кунжутной начинкой.
Наставница, видя, как они шепчутся между собой, решила, что обсуждают условия помолвки. Уверенная, что дело почти сделано, она с улыбкой спросила:
— Монах Тан, вы уже приняли решение? Согласны? Тогда вы станете королём нашего государства — многие мечтают об этом счастье!
Тань Саньцзан даже не взглянул на неё, а повернулся к Тао Бао:
— Тао Тао, решай сама. Ты ведь не монахиня и не связана обетами.
Боясь, что ученица его подставит, он тут же добавил:
— Помни, наш Патриарх ждёт нас в Западных Небесах. Ты понимаешь мои чувства.
Тао Бао закатила глаза. Конечно, понимает! Эх, быть ученицей — тяжёлое бремя.
— Госпожа наставница, — с улыбкой сказала она, — мой Учитель отказался. Можете возвращаться.
Улыбка на лице наставницы мгновенно исчезла. Она всё же переспросила, но получила тот же ответ. Почувствовав унижение и гнев, она бросила угрозу:
— Хм! Не знайте меру! У вас есть полдня, чтобы хорошенько подумать!
С этими словами она развернулась и ушла, хлопнув рукавом. Её стражницы поспешили следом.
— Эй, подождите! — окликнула их Тао Бао.
Наставница обернулась, явно думая, что та передумала. Тао Бао вежливо улыбнулась и указала на внутренний двор:
— Пожалуйста, заберите все эти вещи. Это чужой храм, и оставлять здесь помолвочные дары — крайне невежливо.
Хунъайэр, увидев, как лицо наставницы стало багровым от злости, тут же добил её:
— Эй, вы! — крикнул он своим слугам. — Вынесите всё это из двора!
— Вы… вы ещё пожалеете! — прошипела наставница и умчалась прочь, даже не взглянув на подарки.
Ей хотелось лишь поскорее покинуть это проклятое место.
Наблюдая, как наставница уходит в ярости, Хунъайэр торжествующе засмеялся:
— Ха-ха-ха! Как посмела грубить моей сестре? Я тебя просто до смерти напугал!
* * *
Увидев, что наставница ушла, Тань Саньцзан тут же перевёл дух и вытащил из рукава пропускной документ.
— Тао Тао, вот документ. Погода последние дни прекрасная — давай скорее отправимся в путь, — с облегчением сказал он, протягивая ей бумагу.
Тао Бао взяла документ, покачала головой и повернулась к Ша Сэню и другим:
— Собирайте вещи. Ждите меня на корабле — как только вернусь, сразу отплывём.
С этими словами она уже направилась вниз по горе, радостно болтая с Хунъайэром, но вдруг Чжэньсянь Жуи, всё это время наблюдавший со стороны, преградил им путь.
— Дядя, что случилось? — удивлённо спросил Хунъайэр, склонив голову набок.
http://bllate.org/book/7260/684866
Готово:
