Цяо Инь загнула пальцы и начала пересчитывать статьи, написанные с начала стажировки. Получилось меньше десяти — и почти все были мелочью, годной разве что на подкладку под зубы. В сумме они вряд ли дали бы даже половину того гонорара, который учитель Ван получает за полстатьи.
Она махнула рукой — хватит считать. С честной самоиронией добавила:
— Наверное, немного.
Цзи Ханьшэн открыл дверь кабинета, даже не взглянув на неё:
— А много — это сколько?
— В Бэйчэне на три-четыре тысячи, наверное, не проживёшь…
Цяо Инь намекнула и тут же сменила тему:
— Помню, учитель Сюй как-то говорил, что сейчас те, кто упрямо делает новости и не берёт взяток…
Она последовала за ним из кабинета, завернула за угол и остановилась у лифта.
— Либо у них в голове дыра от осла, либо они дети богатых родителей.
Рука Цзи Ханьшэна замерла на кнопке «вниз» на полсекунды. Он посмотрел на неё:
— Хочешь сказать, что я — богатенький дурачок с дырой от осла в голове?
Цяо Инь промолчала.
Он продолжал смотреть на неё, пока не открылись двери лифта и он не вошёл внутрь.
Цяо Инь последовала за ним. В лифте были только они двое. Когда двери закрылись, она услышала его голос:
— Скажи, что так и есть.
Тон был совершенно ровный, без тени эмоций, но Цяо Инь почему-то уловила в нём скрытый смысл.
Она отвела взгляд. Щёки не покраснели, уши не горели, но сердце забилось быстрее.
Всё быстрее и быстрее — как барабанная дробь.
Эти слова допускали двойное толкование.
Атмосфера в лифте изменилась. После нескольких секунд тишины Цяо Инь не выдержала:
— Тот документ сегодня срочно нужен?
Она уже решила: если срочно — напишет дома сегодня, если нет — оставит на завтра.
Но, продумав оба варианта, она упустила третий. Лишь спустя мгновение до неё дошло:
— А нельзя просто распечатать?
Она бегло просмотрела документ и не заметила требований о подписи или рукописном оформлении. Нахмурившись, она услышала в ответ:
— Можно.
— Тогда зачем ты меня вызвал наверх?
— Хотел увидеть тебя.
Цяо Инь запнулась:
— Цзи Цзуншу…
Она помнила, что они в редакции, и держала себя в рамках приличия.
Цзи Ханьшэн поднял глаза, взгляд стал глубже:
— Неужели нельзя?
Действительно, человеку не следует болтать лишнего.
Он — начальник. Ему позволено всё.
Цяо Инь пожалела, что язык не укусила. Разговаривать с Цзи Ханьшэном — всё равно что самой себе неприятности искать. Она отвела лицо, избегая его взгляда, и почувствовала, как всё лицо вдруг стало горячим. С трудом выдавила:
— Можно.
*
«Первое здание» находилось недалеко от редакции. Если не попасть в пробку, дорога занимала минут десять.
Когда они приехали, было чуть больше семи вечера. Цзи Ханьшэн поехал искать парковку, а Цяо Инь зашла первой и выбрала место.
Все кабинки уже забронировали, поэтому она устроилась за столиком в углу, по возможности тихим. Протерев стол салфеткой, она достала телефон и написала Цзинь Нянь: [Я в «Первом здании». Что привезти тебе поесть?]
Ответ пришёл почти сразу: [Ешь! Ешь! Ешь!]
Через несколько минут последовал длинный список блюд.
Цяо Инь: [Ты дома?]
Цзинь Нянь: [Да ладно тебе… Я до сих пор у своего научрука, разбираю фарфор. Глаза уже слипаются. Ты же знаешь моего научрука — тот самый шестидесятилетний старичок. Сейчас сидит в очках для чтения и ещё с двумя увеличительными стёклами, всё изучает.]
После длинного потока жалоб Цзинь Нянь подвела итог одним лаконичным предложением: [Археология — это не сахар.]
Цяо Инь больше не стала отвечать, вышла из чата и сделала глоток воды.
Подошёл официант с меню:
— Сколько вас будет, госпожа?
Цяо Инь, не поднимая головы, листала меню:
— Двое.
Раздался скрип отодвигаемого стула. Она подняла глаза и увидела, как Цзи Ханьшэн сел напротив и поправил галстук.
Цяо Инь снова взяла телефон и начала читать пункты меню:
— Дунпо жоу, креветки «Лунцзин», сладкий рисовый рулет с османтусом…
Меню, составленное Цзинь Нянь, оказалось слишком длинным. Цяо Инь только что пила воду, но к концу перечисления снова почувствовала жажду и сделала ещё глоток. Когда она наконец подняла глаза, взгляд официанта изменился.
Она выглядела хрупкой и вовсе не походила на человека, способного съесть всё это.
Официант с подозрением посмотрел на неё:
— Госпожа… Это ваш молодой человек?
Цяо Инь не сразу поняла.
Официант: — Вы что, хотите его разорить?
Цяо Инь промолчала.
Она вернулась к списку и пересчитала: раз, два, три… Чёрт! Цзинь Нянь заказала целых четырнадцать блюд.
Цяо Инь полностью проигнорировала слово «молодой человек» и осторожно спросила мужчину напротив:
— Не разоришься?
Мужчина тихо усмехнулся:
— Не разорюсь.
Цяо Инь положила телефон:
— Всё это — на вынос.
Официант промолчал.
Миловидная, элегантная девушка, а ведёт себя будто дикарка из глухомани — пришла и хочет унести с собой всё заведение целиком.
Официант по одному вносил заказ в терминал и невольно взглянул на мужчину напротив девушки.
Безупречный костюм, красивое лицо.
Затем взгляд скользнул по часам на его запястье — и официант тут же отвёл глаза, продолжая записывать блюда, которые они будут есть здесь.
Цяо Инь на этот раз заказала гораздо скромнее: три блюда и суп.
Совершенно нормальная порция.
Она вернула меню.
Дальше всё шло как обычно: официант унёс заказ, подали еду — всё заняло не больше четверти часа.
Цяо Инь сегодня сильно проголодалась и почти не разговаривала, полностью погрузившись в еду.
Мужчина напротив почти без перерыва разговаривал по телефону. Примерно через полчаса, когда Цяо Инь уже доела, она подняла глаза — Цзи Ханьшэн всё ещё не закончил разговор.
Он сидел, слегка отвернувшись, голова опущена, взгляд устремлён куда-то вниз.
И тут Цяо Инь услышала:
— Через несколько дней поеду в Шанхай.
Собеседник что-то ответил. Цзи Ханьшэн нахмурился:
— Нет времени.
Через несколько секунд он положил трубку. Цяо Инь не успела отвести взгляд, как он повернулся к ней:
— Насытилась?
Цяо Инь кивнула.
Желудок был полон, но силы ещё не вернулись полностью.
Она взглянула на его тарелку — почти нетронутая.
Цзи Ханьшэн лёгким движением постучал пальцем по краю стола:
— Пойдём?
Цяо Инь тут же схватила телефон и встала.
Цзи Ханьшэн пошёл расплачиваться, а Цяо Инь вышла на улицу и стала ждать у входа.
На улице уже стемнело, зажглись фонари, вокруг кипела жизнь.
Цяо Инь понаблюдала за прохожими, но вскоре стало скучно. Она опустила глаза на маленький камешек у ног и лёгонько пнула его.
Силы придала немного — камешек отлетел на полметра. Она подошла, развернулась и пнула обратно.
Цяо Инь весело играла, пока, развернувшись, не столкнулась с кем-то.
Столкновение было лёгким, болью и не пахло.
Она сделала полшага назад:
— Изви…
— Ничего себе! — перебил её женский голос. — Ты что, совсем без глаз?
Голос замер, затем раздался насмешливый смешок:
— Опять ты! Сказала «без глаз» — так и осталась без них, да?
Голос показался знакомым. Цяо Инь подняла глаза и увидела лицо, которое тоже казалось знакомым.
Та самая Сянъи, чей макияж всегда идеален.
Цяо Инь криво усмехнулась:
— Зато у тебя глаза есть.
Эта фраза обладала особой магией: как ни скажи — звучит как оскорбление. Сянъи уже готова была ответить, но Цяо Инь добавила:
— Но даже если глаза прекрасны…
Она вдруг вспомнила.
Эта Сянъи — та самая девушка, которая хотела подать в суд на Цзи Ханьшэна, но, очаровавшись его внешностью, отозвала иск. Стала интернет-мемом.
Цяо Инь нарочито приторно улыбнулась:
— Цзи Ханьшэн всё ещё тебя не любит.
Фраза ударила точно в цель. Сянъи вспыхнула, будто её хвост наступили:
— Ты что имеешь в виду?
— Буквально то, что сказала.
Цяо Инь собиралась добавить ещё пару колкостей, но не успела подобрать слова, как Сянъи вдруг перевела взгляд и вся её ярость мгновенно улеглась:
— Старший брат! Ты тоже здесь?
Цяо Инь не обернулась и мысленно поблагодарила судьбу: хорошо, что не ляпнула «Он любит меня».
Теперь было бы неловко.
Сзади послышались шаги и голос мужчины:
— Пришёл поесть.
Несколько минут назад Сянъи звонила Цзи Ханьшэну, но он сказал, что занят.
Он редко брал её звонки, а когда брал — всё равно не давал ни единого шанса.
Сянъи нахмурилась и невольно спросила:
— С кем?
Цзи Ханьшэн слегка кивнул подбородком в сторону Цяо Инь:
— С ней.
Выражение лица Сянъи стало поистине комичным.
Цяо Инь смотрела, как эти двое перебрасываются репликами, и чувствовала себя лишней. Она снова опустила глаза и принялась катать тот же камешек, теперь в пределах двух плиток под ногами.
Через несколько секунд Сянъи в недоумении спросила:
— Разве ты не терпеть не можешь южную кухню?
Цзи Ханьшэн не ответил сразу.
Цяо Инь напрягла слух, даже ноги замедлила.
Прошло ещё несколько секунд. Цзи Ханьшэн произнёс:
— Смотрю, как она ест.
От этих трёх слов Цяо Инь вздрогнула. Она подняла ногу, чтобы пнуть камешек, но вместо этого потеряла равновесие и сама полетела вперёд —
Поза и так была неустойчивой, да ещё в правой руке Цяо Инь держала пакеты с едой из «Первого здания» — центр тяжести сместился окончательно. Восстановить равновесие за столь короткое время было невозможно. Она инстинктивно подняла свободную руку, чтобы прикрыть лицо.
Красивая девушка, конечно, не хотела разбить себе нос.
Цяо Инь уже приготовилась к встрече с асфальтом, но вместо удара о землю оказалась в крепких объятиях стоявшего рядом мужчины.
Следом её правую руку освободили от тяжёлых пакетов.
— Смотри под ноги.
Цяо Инь промолчала.
Сердце всё ещё колотилось, дыхание было прерывистым, лицо побледнело от испуга.
Сянъи тоже перепугалась:
— Ты… Ты что, специально кидаешься ему в объятия?
Большая часть лица Цяо Инь всё ещё была прижата к груди Цзи Ханьшэна. Она стояла так несколько секунд, и ей казалось, что она слышит его сердцебиение — чёткое, ритмичное, заглушающее голос Сянъи.
Она ещё не пришла в себя.
Сянъи, видя, что та не двигается, забеспокоилась больше, чем сами участники сцены:
— Эй! Ты быстрее вставай!
Цяо Инь нахмурилась и взглянула на неё.
Сянъи ткнула в неё пальцем:
— Да, именно ты! Не пользуйся преимуществом моего старшего брата!
Реакция Цяо Инь запаздывала, и фраза ещё не до конца усвоилась, когда Сянъи уже бросилась вперёд, чтобы оттащить её. Но рука, лежавшая на плече Цяо Инь, слегка сжала её, и в следующее мгновение она оказалась за спиной мужчины.
Цзи Ханьшэн нахмурился:
— Сянъи.
Сянъи промахнулась, и от резкого движения волосы растрепались. Цяо Инь выглянула из-за спины Цзи Ханьшэна:
— Что я тебе только что сказала?
Эти слова подлили масла в огонь. Лицо Сянъи мгновенно покраснело, затем побледнело — но она больше не бросилась вперёд.
http://bllate.org/book/7249/683636
Готово:
