В ресторане Тун Ихуань, получив это сообщение, снова застыла. Палочки так и остались воткнутыми в рис, не шевелясь. Е Жун не выдержала и толкнула её:
— Ты чего? Сидишь, уставившись в телефон?
— Ничего, — ответила Тун Ихуань, убрав телефон и машинально съев пару ложек риса.
В конце концов она снова открыла смартфон и написала ему: [Что хочешь поесть?]
Всё равно потом всё равно придётся дать ему ответы — раз уж так, можно заодно и еду привезти.
[Да всё равно. У меня мало времени. Если слишком поздно поеду в Шанхай, ночью ехать неудобно.]
Подтекст был ясен: просил её побыстрее приехать.
Тун Ихуань мельком взглянула на Е Жун, весело уплетавшую еду, и на Е Цзысюя, евшего аккуратно и неторопливо. Она могла бы отказаться от просьбы Цзи Линшэна, но не понимала, какая именно жилка у неё перекосилась — или просто боялась, что он расскажет всем про её «позорную историю». Она отложила палочки, сочинила наспех отговорку для Е Жун и попросила официанта упаковать нетронутый горшочек с рёбрышками. Подойдя к кассе, она расплатилась, а перед выходом вдруг вспомнила, что от такого блюда всегда хочется пить, и специально попросила у официанта бутылку минеральной воды. Схватив пакет с едой, она поспешила на улицу ловить такси до озера Цзиньцзи.
Когда она доехала и увидела мужчину, прислонившегося к машине, его стройную фигуру, растворяющуюся в мерцающих неоновых огнях вокруг, с руками, скрещёнными на груди, — Тун Ихуань на мгновение «отключилась».
Этот мужчина был слишком красив. Даже просто стоя так, он невольно притягивал взгляды прохожих.
Она постояла немного на месте, пока светящееся фиолетовое колесо обозрения в центре озера не вонзилось ей в глаза. Тогда она очнулась и, держа пакет с едой, медленно направилась к нему.
Видимо, из-за субботы вечером на озере Цзиньцзи было особенно оживлённо. По деревянной дорожке у воды прогуливались парочки, держась за руки.
Тун Ихуань подошла к нему и протянула пакет:
— Я принесла тебе еду. Не знаю, понравится ли.
Цзи Линшэн опустил руки, бросил взгляд на неё, потом на поднятый пакет и незаметно приподнял уголки губ:
— Что это ты мне принесла?
— Горшочек с рёбрышками.
— Хм, — кивнул он и взял пакет.
На самом деле он редко ел подобное. Его вкус был избалован: из рисовых блюд он предпочитал только чистый белый рис без всяких добавок. Но раз уж она не отказалась принести ему еду, он хотя бы немного поест.
Увидев, что он взял пакет и, похоже, не брезгует её выбором, Тун Ихуань добавила:
— Сейчас дам тебе ответы или подождать, пока поешь?
Помолчав, уточнила:
— Я помню только большую часть заданий, но расскажу всё, что запомнила.
Цзи Линшэн не спешил. Он уселся прямо на деревянную дорожку у озера и поманил её:
— Иди сюда, посиди со мной, пока я ем.
Движения его были уверенные, естественные и не терпели возражений.
Тун Ихуань не шевельнулась.
— Иди сюда, — повторил он. — Или мне самому тебя тащить?
Конечно, не нужно. Боясь, что он действительно потащит, она постояла ещё немного и, собравшись с духом, подошла и села рядом.
Перед ними раскинулось озеро с колесом обозрения в центре. Под ногами переливалась тёмная вода, а вокруг доносились отрывки музыки с набережной.
Обстановка была романтичной.
Цзи Линшэн открыл прозрачный контейнер с горшочком, взял ложку и попробовал. Вкус был не очень, но съедобный. Однако его желудок был слишком изнежен: после пары ложек он отложил еду в сторону.
Достав из пакета бутылку минералки, он покрутил её в руках. Он просил только еду, про воду не говорил.
Повернувшись к девушке, которая смотрела на переливающееся колесо обозрения, он негромко спросил:
— Эту воду ты специально для меня купила?
Голос его, смешавшись с лёгкой музыкой вокруг, звучал соблазнительно.
У Тун Ихуань от этого голоса сердце на миг дрогнуло. Она обернулась к нему, губы дрожали:
— Н-нет... Это вода... ресторан даёт бесплатно.
— Правда? — усмехнулся Цзи Линшэн. В заведении уровня «Время Одри Хепбёрн» никогда не кладут в заказ бесплатную бутылку воды.
Но он не стал её разоблачать. Раз не хочет признаваться — пусть будет так. Он и так всё понял.
Тун Ихуань кивнула, чувствуя себя виноватой, и не хотела больше тратить время на эту тему — ведь воду она действительно купила сама.
— Ты поел? Можно теперь сверить ответы?
Ей хотелось поскорее уйти. Сидеть здесь с Цзи Линшэном вечером было как-то... странно.
— Куда ты торопишься? — Он открыл бутылку и сделал глоток, явно решив подразнить её. — Вода от ресторана вкусная. В следующий раз тоже попрошу у них бутылочку. Кстати, как называется это заведение?
Тун Ихуань испугалась — вдруг он всё поймёт. Она запнулась:
— На самом деле... сегодня в этом ресторане акция... в другой раз, может, уже не будет.
Значит, точно купила специально для него.
Уголки его губ ещё больше поднялись. Он протяжно «о-о-о» произнёс:
— Понятно. Ладно тогда.
— Хм, — Тун Ихуань мысленно перевела дух: чуть не выдалась.
— Можно задать тебе вопрос? — Цзи Линшэн закрутил крышку.
— Какой?
— Почему тебе так нравится чинить машины? Или, точнее, почему ты хочешь заниматься двигателями? В моём кругу почти нет девушек, которые увлекаются ремонтом, не говоря уже о том, чтобы лезть в мотор, весь в масле и грязи.
Девушки обычно хотят быть красивыми, а не ползать под машинами и пачкаться моторным маслом.
— В моей семье все чинят машины. С детства я чаще всего видела детали автомобилей. Мои игрушки — не куклы, а прокладки, гаечные ключи, болты, гайки, вкладыши и уплотнители.
На самом деле... трудно объяснить, почему ей так нравится это дело. Она и сама не знала.
Просто мама рано заболела и умерла, и дома не было женщины, которая заботилась бы о ней. Поэтому маленькая Тун Ихуань, боясь потерять и отца, постоянно следовала за Тун Гэ.
Он был автомехаником, и его жизнь крутилась вокруг машин. Когда он залезал под авто, она сидела рядом с маленьким ключом и смотрела, как он работает.
С годами это стало привычкой — и увлечением.
Другие девочки любили кукол и красивые платья, а она — шины и разборку деталей.
— Но почему именно проектирование двигателей? Многие, окончив такой факультет, потом не идут в эту сферу, а выбирают что-то попроще. В Китае так: большинство после вуза не работают по специальности.
— Я знаю, что ты хочешь учиться проектированию двигателей. Откуда?
— Папа говорит, что наши двигатели сильно отстают. Поэтому многие предпочитают покупать импортные или совместные машины, а не китайские. Хотя сейчас отечественные бренды и развиваются, ключевые технологии всё ещё отстают от зарубежных на пятьдесят лет. Раз уж мне всю жизнь быть рядом с автомобилями, я хочу попробовать создать настоящий китайский двигатель.
Мечта, конечно, трудная... но она хочет попробовать.
Глаза Цзи Линшэна незаметно блеснули. Он вдруг схватил её руку и осмотрел:
— Так это цена твоей мечты? На что похожи твои руки?
Руки Тун Ихуань отличались от рук обычных девушек. От постоянного контакта с маслом они стали грубыми, ногти — плоскими, без изгиба.
Словом, это были не руки девушки.
Когда он внезапно схватил её за руку и она услышала смысл его слов, лицо её покраснело от смущения. Она попыталась вырваться:
— Мне самой нравится.
Она знала, что её руки некрасивы — не мягкие, не нежные. Мужчинам такие не нравятся.
Цзи Линшэн не отпустил. Его взгляд ещё раз скользнул по её ладоням. Ещё в первый раз, когда она давала ему консультацию по предмету, он заметил эти руки, но промолчал.
— Если будешь и дальше возиться с маслом, руки совсем испортятся. Ты думаешь, мужчинам приятно трогать такие сухие ладони?
Не то чтобы ему самому было неприятно — просто кожа на других участках её тела гораздо нежнее.
Тун Ихуань решила, что он насмехается, и уже собиралась сказать: «Найдётся тот, кому понравится», а если нет — будет жить одна.
Но он не дал ей договорить:
— Впредь реже трогай масло. Оно вредит коже. В следующий раз привезу тебе средство для защиты рук. Моя мама — актриса, она разбирается в уходе.
Тун Ихуань опешила. Все слова, готовые сорваться с языка, застряли в горле. В груди что-то резко дрогнуло, и странное, никогда не испытанное чувство, словно конь, вырвавшийся из упряжки, понеслось галопом по её телу. Сегодня вечером... что-то не так?
В этом замешательстве она наконец осознала, что происходит, вырвала руку и быстро отвернулась:
— Спасибо, не надо.
Цзи Линшэн знал, что она откажет. Он не стал настаивать.
С такими, как она, лучше действовать, а не уговаривать.
Помолчав, он посмотрел на озеро, отражающее неоновые огни:
— Так когда ты собралась в Германию?
Хотелось бы знать заранее.
Тун Ихуань удивилась. Откуда он знает, что она едет в Германию? Она же ему не говорила.
— Ты же собираешься в Германию? Когда?
Видя, что она молчит, растерянная, он продолжил:
— Как там та цитата: «Я иду медленно, но никогда не отступаю назад»?
Разве такие цитаты не в ходу у школьников? Она уже в университете, а всё ещё верит в подобные «мотивационные» фразы?
Лицо Тун Ихуань снова вспыхнуло. Теперь она поняла, откуда он всё знает:
— Ты читал мой блокнот?
— Ты сама мне его дала. Забыла?
Её лицо стало ещё краснее. Да, действительно, она сама одолжила ему тетрадь. Как она могла забыть?
— Так когда же ты едешь в Германию?
Он хотел знать именно это.
Тун Ихуань не очень хотела говорить, но его пристальный взгляд заставил её сдаться:
— Если получится поступить туда, то в последнем семестре четвёртого курса.
— Хм, — кивнул Цзи Линшэн. — Но почему именно Германия? Так далеко... Недавно европейская страховая компания провела опрос почти на пятьдесят тысяч автомобилей и выяснила: самый низкий процент поломок двигателей — у японского Honda, а Mercedes на третьем месте. К тому же Япония ближе к Китаю. Почему не туда? Туда и ездить удобнее, и визу проще получить.
— Папа не любит Японию, — ответила Тун Ихуань.
Тун Гэ, хоть и простой автомеханик, был патриотом до мозга костей. Особенно не прощал Японии тёмную страницу в истории Китая.
Поэтому он категорически не одобрил бы, если бы она поехала туда.
Сама она тоже не очень хотела в Японию.
— Понятно, — сказал Цзи Линшэн. Теперь всё ясно.
— Можно теперь сверить ответы? — спросила Тун Ихуань. Кажется, они сегодня слишком много наговорили.
— Ты так торопишься? — Цзи Линшэну было не до ответов. По предмету он и так наберёт не девяносто, но хотя бы сдаст. Он резко сменил тему: — Впредь не ходи к нему на теннис.
— Ты про старшего товарища Е?
— Да.
— Почему?
— Он даже меня не победил. Какое у него право тебя учить?
— Если не буду заниматься с ним, могу опозорить профессора Шэня.
— Я буду учить тебя. По субботам и воскресеньям я обычно в Шанхае, а с понедельника по пятницу вечером — здесь.
Тун Ихуань остолбенела. Он самовольно уже распланировал всё до мелочей?
Но учиться у него она не хотела.
Сегодня днём, когда он играл с Е Цзысюем, он был таким грубым. С Е Цзысюем ей было спокойнее. Она сделала глубокий вдох и натянуто улыбнулась:
— Не стоит тебе беспокоиться. Я лучше с учеником позанимаюсь.
Услышав слово «ученик», Цзи Линшэн тут же стёр улыбку с лица:
— Я хочу тебя учить. Ты отказываешься?
Тун Ихуань не знала, что ответить. Хотелось сказать «да».
— По вечерам с понедельника по пятницу я приду за тобой, — сказал он, не давая ей возможности возразить.
http://bllate.org/book/7247/683520
Готово:
