Юань Сяосяо:
— Купила в ларьке у входа в центр. Только что ходила за завтраком, а продавец вдруг начал настаивать, чтобы я непременно взяла эту баночку конфет. Говорит, это ретро-сладость — десять лет назад все её обожали, сейчас раздобыть почти невозможно, да ещё и цену сделал особую. Я просто не вынесла его уговоров и купила.
Она открутила крышку:
— Говорит, там разные вкусы. Сестрёнка, попробуешь?
Цзянь Си посмотрела на банку, протянула руку, взяла одну конфету и положила в рот.
— Ну как? Какой вкус? — спросила Юань Сяосяо.
Цзянь Си не ответила.
Тогда Юань Сяосяо, увлечённая любопытством, тоже вытащила конфету и отправила её в рот. Едва прожевав один раз, она скривилась так, будто лицо её смялось в комок.
— А-а! Это же вкус соплей! — взвизгнула она.
Бедняжка в ужасе бросилась искать мусорное ведро, чтобы выплюнуть.
Цзянь Си молча смотрела на банку. Та, что была у неё во рту, оказалась сладкой.
*
День прошёл необычайно тихо. На горячей линии ни разу не зазвонил телефон, в новостных редакциях тоже царило спокойствие. Большинство журналистов центра даже не выезжали на задания — все сидели за своими столами и сосредоточенно работали.
К полудню Юань Сяосяо вернулась из отдела аудита с текущим отчётным документом. Коллеги из отдела социальных тем только взглянули на него — и тут же нахмурились.
Юань Сяосяо вернулась на своё место, взяла купленный утром луньдаогао, откусила кусочек и протянула Цзянь Си листок отчёта.
Цзянь Си ещё не успела его взять, как мимо прошла Куан Шаньшань из отдела специальных публикаций. Заметив красно-зелёные надписи на бумаге, она с вызывающей усмешкой обратилась к своей команде:
— Некоторые группы совсем возомнили о себе! Всё мечтают о громких сенсациях, а в итоге пишут либо о том, как чья-то кошка залезла на дерево, либо о том, где отключили электричество. Кому это вообще интересно?
— Именно, — подхватила коллега. — Даже если кто-то пострадал от удара током, всё равно ведь речь идёт лишь о мелком воровстве электричества. Стоит ли об этом писать?
Цзянь Си нахмурилась.
Увидев её выражение лица, Куан Шаньшань стала ещё самодовольнее:
— У них и правда ничего больше нет, кроме таких крошечных зёрнышек. У вас даже руководителя нет — чего же вы ждёте? Может, думаете, вдруг найдётся кто-то, кто принесёт вам целый арбуз?
Куан Шаньшань и её подчинённая засмеялись. Смех был резким и колючим.
— По-моему, эта группа уже закончилась, — нарочито громко заявила Куан Шаньшань. — Да и кто захочет возглавить таких? Даже если кто-то и согласится стать вашим руководителем, наверняка это будет человек с неразумным умом, нестабильной психикой и совершенно бесполезными навыками!
Юань Сяосяо не выдержала. Она резко хлопнула ладонью по столу:
— Вы…
Но из её горла вырвалось лишь полслова. Внезапно лицо девушки исказилось — она поперхнулась луньдаогао! И, издав глухой звук, опустилась обратно на стул.
Цзянь Си удивилась и подняла глаза.
Куан Шаньшань и её напарница всё ещё торжествовали, но вдруг заметили странный взгляд Цзянь Си. Обернувшись, они остолбенели — их улыбки едва не рассыпались в прах.
Перед ними стоял Жэнь Тянье.
Его густые брови были нахмурены, кончики вздёрнуты вверх, линия — дерзкая и уверенная. Его глаза смотрели так вызывающе, что было невозможно выдержать этот взгляд.
— Неразумный ум. Нестабильная психика. Бесполезные навыки, — произнёс мужчина холодно и резко, даже кивнул с одобрением. — Верно. Это обо мне.
Куан Шаньшань чуть не подкосились ноги — она готова была пасть на колени и закричать «папочка».
Жэнь Тянье даже не удостоил их лишним взглядом. Он развернулся и с грохотом распахнул дверь кабинета с табличкой «Руководитель отдела социальных тем», швырнул на стол сумку с ноутбуком, сумку с фотоаппаратом и прочие вещи, после чего с силой захлопнул дверь ногой.
Весь новостной центр вскочил на ноги, поражённо глядя в ту сторону.
Юань Сяосяо в восторге подбежала к Цзянь Си и начала трясти её за рукав, покраснев до корней волос, но ни слова не могла вымолвить.
Цзянь Си сидела на месте, пристально глядя вперёд.
Только Лао Е подскочил и наконец выдохнул:
— Неужели?! Наш… новый руководитель?!
*
Это буквально взорвало весь медиахолдинг «Шаньхай».
Не только весь день в новостном центре обсуждали происшествие, но и представители разных подразделений начали тянуться к кабинету руководителя отдела социальных тем. Самым значимым гостем был заместитель генерального директора по кадрам — вышел он оттуда предельно вежливым, постоянно повторяя «вы». Последним зашёл главный редактор Цай. Опытный волк, он сохранял невозмутимое выражение лица — ему были не впервой переживать бури.
Юань Сяосяо весь день сдерживалась, но к вечеру выплеснула всё: расспросила обо всём. Лао Е с удовольствием стал перечислять ей бесчисленные подвиги «нового руководителя». Девушка слушала, раскрыв рот — туда свободно вошло бы яйцо.
Цзянь Си всё это время сидела за компьютером и сортировала фотографии. Когда она добралась до архива за 113-й день, «новый руководитель» объявил собрание.
Малый конференц-зал.
Отдел социальных тем, третья группа — двенадцать человек.
Жэнь Тянье сидел во главе стола.
На этот раз он держался официально: спина прямая, аура мощная. В руке он держал дорогую ручку и лёгкими постукиваниями водил ею по первой странице блокнота.
Все присутствующие были взволнованы.
Только Цзянь Си молча наблюдала. В её глазах не было ни тени эмоций.
Жэнь Тянье поднял брови, голос звучал мягко:
— Я просмотрел все материалы, которые вы выпускали последние три месяца. Проверка источников, объективность позиции, точность данных — всё сделано хорошо.
Все немного перевели дух. Атмосфера чуть смягчилась.
Но тут брови Жэнь Тянье резко взметнулись вверх:
— Однако кто научил вас писать обо всём подряд?! Почему каждая мелочь, размером с кунжутное зёрнышко или даже меньше, становится поводом для новости?!
Лица всех присутствующих мгновенно застыли. Никто в отделе социальных тем не осмеливался теперь и дышать.
Жэнь Тянье нахмурился ещё сильнее, его пронзительный взгляд медленно скользнул по каждому лицу:
— Вы не знаете значения слов «редакционный фильтр»?! Социальные события освещаете без разбора, глубинных расследований почти нет, работа на местах событий — полный хаос! Рейтинги ваших материалов в новостной сети месяц за месяцем падают, объёмы публикаций резко сокращаются. Неужели вы думаете, что в этом виноваты другие отделы? Или вы сами в глубине души уже потеряли веру в свои силы и боитесь конкурировать?!
Все опустили головы, не решаясь встретиться с ним взглядом.
Жэнь Тянье стукнул ручкой по блокноту:
— Вы — журналисты! Раз вы переступили порог этой профессии, никогда не забывайте клятву, которую давали при поступлении на работу, и не забывайте обязанностей и идеалов, которые возложила на вас эта профессия!
Слова Жэнь Тянье заставили всех присутствующих и сгореть от стыда, и почувствовать прилив вдохновения.
Ведь, войдя в мир журналистики, нельзя рассматривать репортажи просто как обычную работу. Объективно и правдиво освещать происходящее, справедливо и честно осуществлять общественный контроль — вот непреходящая ответственность и долг каждого журналиста.
Цзянь Си смотрела на Жэнь Тянье.
Даже спустя семь лет он остался таким же.
Но ручка Жэнь Тянье снова опустилась на бумагу.
— Цзянь Си! Ду Хайшэн!
Он чётко произнёс её имя. Цзянь Си ещё не шевельнулась, как её соседа — второго фотографа — внезапно окликнули по имени. Парень так испугался, что весь задрожал.
— Ру-руководитель… — запинаясь, пробормотал Ду Хайшэн.
Жэнь Тянье бросил на него суровый взгляд:
— Вы что, выпускники свадебного салона?! Снимаете места событий, будто для инстаграма! Может, вам сразу на стримы перейти? А?!
Ду Хайшэн, не привыкший к таким бурям, чуть не заплакал:
— Руководитель, я… я ошибся…
Цзянь Си сидела спокойно. Её большие чёрные глаза не моргая смотрели прямо на него.
Жэнь Тянье не смягчился:
— С завтрашнего дня отдел социальных тем будет перегруппирован. Работа должна включать сбор информации, освещение в момент события и последующее расследование — ни один этап нельзя упускать! Все на передовой, редакторы и технические сотрудники — будьте начеку! Цзянь Си, Ду Хайшэн — вам двоим на открытые лекции в Гуанчжоускую школу журналистики!
Парень закивал, как заведённый.
Цзянь Си рядом молчала. Лишь через некоторое время она неспешно произнесла одно слово:
— Ага.
…
Все вышли из конференц-зала.
Лица у всех были подавленные — после такой взбучки.
Юань Сяосяо шла рядом с Цзянь Си и тихонько тянула её за рукав:
— Сестрёнка, новый руководитель такой строгий.
— Да, — кивнула Цзянь Си. — Всегда таким был.
Девушка опешила:
— А?!
Цзянь Си уже шла дальше.
Юань Сяосяо быстро догнала её, вся в розовых пузырьках:
— Но он же такой красивый! Даже если он будет вызывать меня восемьсот раз в день и ругать — я всё равно буду счастлива!
А??
На этот раз Цзянь Си растерялась.
*
Свет за окном снова стал клониться к вечеру.
Журналисты разошлись, в новостном центре воцарилась тишина.
Цзянь Си наконец завершила архивацию годовых фотографий. Глядя на полную папку, она вдруг поняла: Жэнь Тянье был абсолютно прав, ругая её сегодня. Весь этот год она снимала невесть что — всё было бледным, безжизненным, и ей стало стыдно.
Цзянь Си подняла глаза.
Жалюзи в кабинете напротив, в кабинете руководителя, были открыты. Закатные лучи с западного окна лились внутрь, окутывая его золотистым сиянием.
Он действительно был чертовски притягательным.
Густые брови, глубокие глаза, резкие черты лица. В нём всегда чувствовалась особая харизма — даже когда он просто сидел, полностью погружённый в работу, его образ легко проникал в сердце другого человека.
Цзянь Си вдруг вспомнила, как недавно после возвращения в страну она с Шэнь Янь ходила в горы. Они заблудились и случайно попали в маленькую чаньскую обитель.
Там жила одна монахиня, ведущая уединённую практику — спокойная, сосредоточенная, словно вне мира сего.
Тогда Янь-эр бегала за ней, спрашивая, когда же у неё расцветёт персиковая ветвь любви. Монахиня не отвечала. Вместо этого она повернулась к Цзянь Си, которая в тот момент совершала подношение Будде, и произнесла два предложения:
— Всё в этом мире происходит из-за нежелания отпускать. Если сама отпустишь — откуда тогда печаль?
Цзянь Си тогда не поняла.
А теперь, глядя на силуэт Жэнь Тянье, она почему-то почувствовала, что начинает понимать.
Цзянь Си отвела взгляд, выключила свет, выключила компьютер, взяла сумку и встала.
В тот же момент открылась дверь кабинета руководителя.
Вышел Жэнь Тянье.
Они встретились в коридоре — один слева, другой справа.
Их взгляды неизбежно столкнулись: дерзкий и гордый у мужчины, спокойный и мягкий у женщины.
Автор говорит:
— Тайная, нежная забота.
— Ха-ха.
Между ними легла полоска оранжевого закатного света.
Жэнь Тянье и Цзянь Си смотрели друг на друга. Их глаза были яркими, но взгляды — спокойными, как неподвижная вода, без единой ряби.
Они смотрели. Несколько секунд.
Вдруг зазвонил телефон Цзянь Си. Она ответила:
— Алло?
В трубке послышались рыдания редактора Юань Сяосяо:
— Си-си, помоги…
Цзянь Си встревожилась:
— Сяосяо? Что случилось? Не плачь, говори.
Цзянь Си, держа телефон, сразу направилась туда, куда указала Юань Сяосяо.
Жэнь Тянье тоже не задержался. Он развернулся и широкими шагами пошёл в противоположную сторону.
Они разошлись в разные стороны.
Цзянь Си, разговаривая по телефону, добралась до женского туалета в новостном центре. Открыв дверь, она увидела бедную редакторшу: та жалобно прижимала живот, глаза её были полны слёз, а вокруг глаз уже проступили тёмные круги.
Цзянь Си удивилась:
— Что с тобой? Месячные боли?
Юань Сяосяо покачала головой, всхлипывая:
— Си-си, мне, наверное, конец…
Цзянь Си подхватила её.
Она отвезла Юань Сяосяо в больницу Юйшань. По дороге девушка рассказала, что уже почти два часа провела в туалете, тошнило и понос не прекращался, ноги давно подкашивались. Цзянь Си в ужасе немедленно записала её к врачу. Когда наконец подошла их очередь, доктор лишь бросил: «Пищевое отравление».
— Как ты могла отравиться? — удивилась Цзянь Си, глядя на девушку в кабинете для инъекций.
— Сейчас жарко, еда быстро портится. Таких пациентов довольно много, — сказала старшая медсестра, поправляя маску и показывая добрые глаза. — Но после этих капель всё пройдёт. Отдохнёшь дома ночь — и будет хорошо. Не волнуйся.
Медсестра ласково похлопала Юань Сяосяо и вышла.
Цзянь Си поспешила поблагодарить.
Странно, но спина медсестры показалась ей знакомой — будто где-то уже видела.
К счастью, Юань Сяосяо была молода — после нескольких капель боль сразу утихла, и она постепенно пошла на поправку.
Но на следующее утро, едва Цзянь Си припарковала машину у здания новостного центра, Юань Сяосяо прислала сообщение в WeChat: она отправилась в магазин «мстить»!
Оказалось, вчера на завтрак Юань Сяосяо ела только странные конфеты и луньдаогао, а на обед ела вместе со всеми. Раз у коллег всё в порядке, значит, проблема точно в еде из того магазина! Поэтому девушка рано утром приехала, чтобы обязательно разобраться с тем продавцом!
Цзянь Си прочитала сообщение и почувствовала, как у неё затрещало в висках.
Она быстро вышла из машины и направилась к круглосуточному магазинчику у входа в центр.
http://bllate.org/book/7246/683433
Готово:
