Вечером Сунь Янь гуляла по супермаркету с Сиси, как вдруг позвонил Дин Лин:
— Я прилечу ночью в Чжэчэн, сначала зайду к Сиси. Можно?
Сунь Янь вспомнила пост на форуме: кто-то раскопал, что фанатка-фотограф, постоянно следящая за Дином Лином и делающая снимки его с партнёрами, на самом деле — платная поклонница Чжан Цзыцзина. Она специально преследует Дин Лина, чтобы собирать компромат. Поэтому Сунь Янь спросила:
— Ты сам за рулём или летишь на самолёте?
Узнав, что Дин Лин летит ночным рейсом, Сунь Янь сразу ответила:
— Слишком поздно будет ночью. Лучше завтра утром я сама привезу Сиси к тебе.
Утром она рассказала об этом Сиси и в заключение сказала:
— Папе редко удаётся отдохнуть, так что Сиси должен хорошо провести время с папой. Если очень захочешь маму — просто позвони мне, ладно?
Сиси сначала немного расстроился, что расстаётся с мамой, но, услышав фразу «Папе редко удаётся отдохнуть, Сиси должен хорошо провести время с папой», почувствовал себя настоящим мужчиной и сжал кулачки:
— Мама, не волнуйся! Сиси будет заботиться о папе!
Сунь Янь улыбнулась и поцеловала его:
— Возьми с собой конструктор, который ещё не дособрал, и вместе с папой достройте его у бабушки.
Сиси радостно вскрикнул «Ау!» и побежал в спальню собирать свои детали.
В это же время Ма Люй сидел в машине со своим помощником и не сводил глаз с ворот жилого комплекса, где жил Дин Лин.
Изначально он планировал отправить ассистента на тот же рейс, что и Дин Лин, чтобы проследить за ним до Чжэчэна. Однако помощник проторчал в аэропорту весь день и в итоге позвонил, сообщив, что Дин Лин вообще не сел на этот рейс.
Только Ма Люй положил трубку, как заказчик, нанявший его для слежки за Дином Лином, прислал сообщение: Дин Лин изменил билет и уже сел на другой рейс.
Ма Люй немедленно взял другого помощника и помчался на машине в Чжэчэн, намереваясь засесть у подъезда дома Дин Лина.
Скоро Новый год — Дин Лину всё равно придётся выходить из дома. Может, получится что-нибудь заснять.
Цена, которую предложил заказчик, была слишком заманчивой. Ради таких денег Ма Люй готов был из кожи вон лезть.
Помощник всю ночь вёл машину и теперь крепко спал. Ма Люй же бодрствовал и пристально следил за входом в жилой комплекс.
Внезапно у ворот остановилась машина. Из неё вышла высокая молодая женщина в юбке и туфлях на каблуках. В одной руке она держала чемодан, в другой — маленького мальчика. Ловко и уверенно она направилась к входу в комплекс.
Девушка выглядела хрупкой, но силы в ней было немало — такой контраст показался Ма Люю забавным. Но тут он вдруг почувствовал, что уже где-то видел эту спину!
Он быстро перелистал свои архивные фотографии и нашёл снимок, сделанный ночью у жилого комплекса в Пекине, где тогда жил Дин Лин. Сравнив — хотя одежда была другой, но силуэт, рост, телосложение и причёска (высокий хвост) совпадали полностью — это точно была та же женщина!
Ма Люй сразу воодушевился и начал лихорадочно щёлкать затвором.
В жилом комплексе стояла строгая система пропусков. Сунь Янь позвонила матери Дин Лина, та связалась с охраной, и только после этого Сунь Янь с Сиси пустили внутрь.
Мать Дин Лина сразу же спустилась встречать их у подъезда.
Сиси, увидев бабушку, вырвался из рук матери и бросился к ней:
— Бабушка! Бабушка!
Мать Дин Лина подхватила внука на руки. Когда подошла Сунь Янь, они вместе вошли во двор.
Поднявшись на второй этаж и разместив вещи Сиси в гостиной, Сунь Янь собралась уходить. Не увидев отца Дин Лина, она вежливо спросила:
— Тётя, а дядя дома нет?
Ведь всего пару дней назад отец Дин Лина вернулся из Синьцзяна и даже общался с Сиси по видеосвязи.
Мать Дин Лина, держа Сиси за руку, ответила:
— Твой дядя уехал с руководством университета в деревню, с которой у них договор о помощи. Развозят новогодние подарки и деньги.
В учреждениях Чжэчэна все обязаны участвовать в программе поддержки бедных районов. Перед праздниками руководство обычно едет в такие деревни, чтобы лично передать помощь.
Сунь Янь вежливо поблагодарила и сказала:
— Тётя, тогда я пойду. До свидания!
Но мать Дин Лина поспешно остановила её:
— ЯньЯнь, подожди! Дин Лин сейчас спит наверху. Сиси, беги разбуди папу!
Сиси тут же с готовностью помчался наверх.
Сунь Янь внизу ещё слышала его звонкий голос:
— Папа, папа! Мама уходит, скорее вставай попрощаться!
Мать Дин Лина невольно улыбнулась:
— У Сиси такой громкий голос, прямо как у Дин Лина в детстве.
И тут же предложила Сунь Янь:
— ЯньЯнь, садись пока. Тётя принесёт тебе баночку горячего миндального молочка!
Она помнила, что Сунь Янь любит пить его тёплым.
Мать Дин Лина много лет проработала классным руководителем в старшей школе и слегка доминировала в общении. Сунь Янь даже не успела возразить, как её уже усадили на диван, а в руки вложили открытую баночку тёплого миндального напитка. Ещё одна банка стояла на журнальном столике перед ней.
Сунь Янь только сделала глоток, как в гостиную спустился Дин Лин.
На нём были свободная белая футболка и бежевые штаны. Лицо было румяным от сна, глаза немного припухшие, и он шёл, будто во сне, словно лунатик. Подойдя к северному дивану, он опустился на него.
Сунь Янь знала, что у Дин Лина ужасный характер по утрам, и он ещё не проснулся. Она взяла вторую банку миндального молочка, открыла и протянула ему.
Дин Лин сделал пару глотков и постепенно пришёл в себя:
— Я всё организовал. Буду дома до пятнадцатого числа. Пусть Сиси всё это время остаётся со мной.
Опека над ребёнком формально принадлежала Дину Лину, поэтому Сунь Янь без колебаний согласилась:
— Хорошо. Мне как раз придётся работать в праздники.
Голова Дин Лина всё ещё была в тумане. Он сделал ещё глоток и наконец произнёс:
— А, понятно… Железнодорожные каникулы.
Сунь Янь посмотрела на него: белый, румяный, сонный, совсем как мальчишка — наивный и глуповатый. Она невольно улыбнулась:
— Ладно, я пошла. Хорошо проводи время с Сиси!
Дин Лин рассеянно кивнул:
— О’кей.
И пошёл провожать её.
Уже у входной двери, когда Сунь Янь переобувалась, он вдруг вспомнил:
— ЯньЯнь, ты открыла счёт в Сбербанке, как я просил?
Сунь Янь и правда забыла об этом:
— Прости, совсем вылетело из головы.
Дин Лин серьёзно напомнил:
— Пожалуйста, открой как можно скорее и пришли мне номер карты.
Он помнил, что прямо напротив её дома есть отделение Сбербанка.
Сунь Янь закончила переобуваться:
— Не выходи меня провожать. Вдруг кто-нибудь увидит.
Дин Лин кивнул и смотрел, как она вышла и осторожно спускалась по лестнице — ведь на ней были юбка и каблуки.
Сунь Янь вышла за ворота дома Дин Лина, но вдруг почувствовала порыв и обернулась. Через решётчатые ворота она увидела, что Дин Лин действительно стоит у окна второго этажа и смотрит ей вслед. Она помахала ему рукой и ушла.
Ма Люй наконец дождался, когда та красивая девушка вышла из комплекса.
Он приказал водителю последовать за ней, но девушка быстро шла длинными ногами и вскоре скрылась в метро. Когда Ма Люй добежал до станции, её след простыл.
Но Ма Люй был упрям и не сдавался. Он вернулся и снял квартиру в доме напротив жилого комплекса Дин Лина, чтобы продолжить наблюдение.
Все дома в том комплексе были виллами, и найти там сдаваемое жильё не удалось. Ма Люй решил дождаться подходящего момента и проникнуть внутрь.
В тот же день днём Сунь Янь наконец открыла банковский счёт.
Только она вышла из банка, как получила звонок от начальника участка:
— Сяо Сунь, зайди ко мне в офис. Я тебя жду.
Сунь Янь спокойно ответила:
— Хорошо.
Положив трубку, она не смогла сдержать улыбки — и, чтобы никто не подумал, что она глупая, тут же прикрыла лицо рукой.
Если ничего не изменится, она точно получит повышение.
Ах, после повышения она сможет участвовать в испытаниях по увеличению скорости высокоскоростных поездов!
Выйдя из управления, Сунь Янь сразу поехала домой.
Она бросилась на кровать и долго обнимала подушку, смеясь от радости. Как же здорово!
Усилия всегда приносят плоды. Прекрасно!
Она обожала свою работу. И в управлении, и на участке серьёзно относились к подготовке молодых технических специалистов, давая таким, как Сунь Янь — без связей, но трудолюбивым и целеустремлённым, — чёткие ориентиры и возможности для роста.
В этот момент зазвонил телефон.
Сунь Янь всё ещё растирала щёки, уставшие от улыбки, и потянулась за смартфоном. Увидев запрос на видеозвонок от Дин Лина, она сразу нажала «принять»:
— Дин Лин!
Дин Лин услышал радостные нотки в её голосе и увидел, как она сияет, прищурив глаза от счастья. Он осторожно спросил:
— ЯньЯнь, что случилось?
Неужели ей кто-то представил отличного жениха?
Сунь Янь вся сияла:
— Дин Лин, мне повысили!
И, покраснев, добавила:
— Теперь я заместитель начальника нашего центра!
Она была скромной и не хотела афишировать новость, поэтому могла поделиться радостью только с Дином Лином.
Дин Лин тоже обрадовался за неё:
— ЯньЯнь, поздравляю!
И спросил:
— А что изменится в твоей работе?
Сунь Янь лежала на кровати, глядя в экран телефона, и растирала уставшие от улыбки щёки:
— Теперь я буду работать по графику «день-ночь», иногда дежурства ночью, а по выходным — отдых. И если в течение года не будет аварий, в конце года выплатят премию за безопасность. Главное — я наконец-то смогу участвовать в испытаниях по увеличению скорости высокоскоростных поездов в следующем году!
Дин Лин заразился её энтузиазмом, внимательно слушал и в нужный момент задавал вопросы, чтобы Сунь Янь смогла высказаться полностью.
Сунь Янь долго болтала, а потом смутилась и покраснела:
— Дин Лин, спасибо, что выслушал меня.
Дин Лин смотрел на её сияющие глаза и вдруг осознал, насколько раньше был эгоистичен и инфантилен. Раньше он не понимал её речей — и потому почти не слушал. Он редко рассказывал о себе, и Сунь Янь постепенно перестала делиться с ним. Всё это, вместе с другими причинами, привело их к разводу...
Увидев, как Сунь Янь радуется, Дин Лин тоже почувствовал тепло в груди. Его глаза мягко блестели:
— Мне нравится слушать тебя.
И снова спросил:
— Ты открыла счёт? Если да — пришли номер карты.
Сунь Янь кивнула, завершила видеозвонок и сразу отправила ему фото банковской карты через WeChat.
На следующий день в обед Сунь Янь угощала обедом Шан Цзюньцзюнь и ещё нескольких близких коллег — пошли в японский ресторан.
Когда они весело болтали, телефон Сунь Янь вдруг вибрировал. Это было SMS от Сбербанка.
Она открыла сообщение и чуть не лишилась дара речи. Перечитала ещё раз — и только тогда поверила своим глазам.
Она убрала телефон и медленно стала очищать солёный жареный гинкго.
Дин Лин перевёл ей шесть миллионов.
Ему ещё не исполнилось двадцати шести — лучшие годы актёра впереди. Зачем ему так срочно переводить деньги Сиси?
В канун Нового года Сунь Янь дежурила на работе.
Когда она закончила смену, уже перевалило за полночь — наступило первое число первого лунного месяца.
Несколько часов она не смотрела в телефон. Открыв его, увидела бесчисленное множество непрочитанных сообщений — поздравления от однокурсников, коллег и родственников.
Она просматривала их одно за другим и заметила, что Е Синь тоже прислал поздравление — всего одну фразу:
[Е Синь]: Сунь Янь, с Новым годом!
Сунь Янь подумала и ответила ему в WeChat:
[Сунь Янь]: Режиссёр Е, с Новым годом Дракона! Всего наилучшего!
Е Синь тут же ответил:
[Е Синь]: Сейчас я в Ханчжоу. После праздников поеду в Чжэчэн для исследования. Обязательно привезу тебе местные деликатесы.
Сунь Янь уже собиралась ответить и вежливо отказаться, как вдруг поступил видеозвонок от Дин Лина.
Она нажала «принять».
Сначала на экране было видно только потолок, затем появилось лицо Дин Лина. Он держал телефон слишком близко, поэтому лицо казалось крупным: белое, с большими глазами и алыми губами.
Сунь Янь не удержалась:
— Ты включил фильтр красоты?
Дин Лин немного повозился с настройками и мягко ответил:
— Нет же!
Сунь Янь знала, что он и без того красив без макияжа, и улыбнулась:
— А где Сиси?
Дин Лин переместил камеру.
Сунь Янь увидела, что Сиси мирно спит рядом с ним, и тихо сказала:
— Не свети ему в лицо, разбудишь.
Дин Лин взял телефон и вышел из комнаты, устроился на диване и продолжил разговор:
— Ты сегодня днём работаешь?
Сунь Янь несколько часов подряд была в напряжённом режиме и теперь чувствовала усталость.
Она поставила телефон на стол и взяла чашку с чаем:
— Что случилось?
Дин Лин медленно произнёс:
— Завтра мой... фильм выходит в прокат. Хотел бы пригласить тебя и Сиси в кино...
http://bllate.org/book/7165/677153
Готово:
